Судьба любит трудности

Юнги отстраняется от Чонгука и перепугано смотрит на дверь комнату, где стоит злой Хосок и встревоженная Юна, которая придерживает мужа за руку. - Прошу тебя, Хосок,- говорит тихо Юна, но этот шёпот разноситься эхом по комнате:- не устраивай сцены. Давай уйдём тихо. Чонгук слышит голоса родителей и, открыв глаза, садится на кровать и смотрит на старших, зная, что сейчас будет. Хосок подходит к кровати и, ничего не говоря, хватает на руки сына и идёт на выход. Юна же с сожалением смотрит на Юнги, который, понимая, что его любимого малыша уносят, вскакивает и бежит за ним. - Чонгук!- Юна приседает на корточки и берет ручки мальчишки в свои, останавливая Юнги.- Нет, Гук~и! - Прости, Юнги,- тихо шепчет Юна, обращая на себя внимание.- Нам надо уехать. - Как уехать?- кричит Юнги, громко плача и подзывая к себе всех.- Он не может уехать! Он же… - Прости,- тихо шепчет Юна, вставая и уходя за своим мужем, который уже был в такси. Юнги бежит за женщиной, еле успевая и чуть ли не падая на ступеньках. Он громко плачет сталкивается с гостями вечера, которые перепугано охают и вскрикивают. Намджун подбегает к сыну и берет его на руки, пытаясь успокоить и распростись, что случилось и почему малыш плачет. Юнги вырывается и пытается слезть с рук отца, но его крепко держат. - Что такое, Юнги?!- спрашивает Сокджин, который только что подбежал и взял в свои руки щечки малыша.- Что? Почему ты плачешь? Намджун, у него истерика! Глава видит все. Он также видит, как его любимый муж, смотря на дитя свое, который страдает и горько плачет, также само впадает в истерику. - Тихо!- рычит Намджун, пытаясь соображать.- Минхо! Выведи всех гостей, праздник окончен! Минхо, дворецкий особняка, тут же приказывает слугам и они, извиняясь, выводят гостей из дома. Намджун пытается соображать, но ничего не выходит. Сокджин пытается успокоить малыша, но тот ещё больше плачет, показывая на дверь. - Чон-нгук…- практически задыхаясь, плачет Юнги. Видя истерику, Намджун быстро идёт к машине и садит малыша на заднее сидение рядом с мужем, а сам садиться за руль, выкручивая его и направляясь в ближайшую частную клинику. - Малыш, тихо,- Сокджин прижимает Юнги, который прижимается к папе в ответ и сжимает в кулачках ткань рубашки.- Тише, все хорошо. - Чонгук,- всхлипывая, еле говорит Юнги, все также задыхаясь:- его… его… И снова громкий плач и тяжелое дыхание малыша, которое заставляет Намджуна вдавить педаль в пол и гнать, нарушая все правила. ~~~ - У Вашего сына случилась истерика,- говорит врач, сидя за столом и просматривая бумаги.- Тем более он только что получил метку, которая… исчезла. - Что?!- рычит Намджун вскакивая с места и сжимая кулаки.- Как исчезла?! Такого быть не может! Сокджин сидит рядом на стуле и прижимает своего малыша к груди, целуя у лобик. Юнги вкололи успокоительное, чтобы он хоть как-то начал дышать и хоть уснул, чтобы успокоился. - Успокойтесь, пожалуйста,- тихо просит врач, перепугано смотря на Главу.- Да, исчезла. Намджун подходит к мужу, садясь на корточки, и аккуратно разворачивает ребёнка к себе лицом. Взяв ручку малыша, он поднял рубашку и уставился на чистое запястье. - Можно вернуть надпись?- спрашивает Намджун, кладя руки на колени мужу. - Если он встретит истинного,- пожимает плечами врач, нервно бегая взглядом по кабинету.- Я не знаю… Намджун вскакивает и подходит к врачу, хватаясь его за халат и начиная трясти, рыча прямо в лицо. - Глава, успокойся,- тихо начинает Сокджин, которого всего трясёт.- Я хочу домой. Давай, уйдём. - Пойдём.