Шанс

      Куклы... не видят снов. К ним могут прийти разве что видения — будущего ли, прошлого... отчаянные фантазии и лукавые мысли...       И тем страннее ему оказаться вместо черной пустоты на возникшем бескрайнем поле, поросшем густой травой. С синевой бесконечного и чистого неба, и дуновениями мягкого ветра.       Это место напомнило ему одну из равнин Мондштадта, когда он бывал там. Но здесь... так тихо и спокойно. Что просто хотелось... остаться так навсегда — лежать и смотреть в небо, по которому даже не плыли облака.       — Здравствуй, — его покой нарушили, но сил гневаться не осталось.       Его окутывали пустота и отчаяние. Бессилие. Апатия. Которые не позволяли даже обернуться, чтобы узнать наглую гостью, посмевшую сюда ворваться.       Он так и продолжал лежать в траве, когда накрыла тень и перед взглядом показалось чужое лицо.       Женщина нежно улыбалась, рассматривая юношу перед ней. Она мягко щурила глаза и изучала его, отчего внутри всколыхнулось раздражение, но... сил отмахнуться от навязчивой особы не нашлось. И он просто закрыл глаза.       — Я приношу свои извинения за вторжение, — говорила незнакомка. — Но... меня попросили найти тебя. И вернуть.       Найти? Вернуть? Кто? Куда?.. Зачем?       Хах. Если это шутка, то она... довольно злая — он бы оценил. Но в том мире не осталось ничего, что держало бы его.       Цель... смысл жизни, за которым он гнался все эти годы — вырван и растоптан.       Пустота... единственное, что осталось для него.       Забытье.       Но он открыл глаза, смотря на женщину с равнодушием, заметив в ее взгляде искреннее сочувствие.       Кто она?..       Незнакомка вздохнула и села рядом с ним, подогнув ноги и отвернувшись к горизонту.       — Ты знаешь, где сейчас находишься? — тихо спросила она.       Но ответа не дождалась.       — Каждый в этом мире рожден с определенной целью. Судьба ведет его по пути. Порой тяжелому, полному испытаний, а порой оберегая от тех, подстраивая неожиданные повороты. Но все, что существует в этом мире, имеет свою ценность. Свой смысл, — женщина снова опустила взгляд на юношу и ласково улыбнулась.       Он тяжело смотрел на нее, на черные крылья за ее спиной, белые одеяния и темно-зеленую накидку через плечо, заколотую символом четырех ветров. От незнакомки так и веяло чем-то успокаивающим и... мягким, будто его старательно во что-то укрывали.       Но сил сопротивляться не оставалось.       — Кто ты? — все-таки разомкнул он губы, чтобы задать этот вопрос.       И получил в ответ добрую улыбку.       — Я — Путница. Но можешь звать меня как тебе угодно. Имена не имеют значения, — и женщина склонила голову к плечу в немного птичьем жесте.       — Нет, — довольно резко оборвал он и повторил. — Кто ты?       Незнакомка удивленно вскинула брови.       — Перемены.       — Пере... — теперь настала его очередь хмуриться, но он оборвал себя и мрачно посмотрел на женщину, говоря с уверенностью. — Моя жизнь не имеет смысла.       — Уверен? — в ее бирюзовых глазах скользнули лукавые искры.       Он открыл было рот, но не нашелся с ответом. Точнее, он снова хотел дать исчерпывающий и резкий ответ, но что-то во взгляде женщины остановило.       Юноша моргнул и яснее посмотрел на крылатую незнакомку, сидевшую рядом.       То, что она — божество, он уверен. Но... он никогда не слышал и не видел ее. И этот мир, где он находился, окружение... символы на ее одеянии.       Где он? Кто она? Кто ее послал?       И было ли в ее власти все изменить?       Ее речи о смысле и Судьбе...       «Перемены».       — Кто ты? — в третий раз повторил юноша и попробовал подняться, опираясь рукой о землю, но конечность неожиданно отказала и подогнулась.       Только ему не дали упасть — женщина подхватила за плечи и прижала к груди, мягко проведя рукой по спине юноши. Он судорожно выдохнул от неожиданной помощи.       — Для тебя это важно? — тихо спросила она и снова провела ладонью по его спине.       Юноша вскинул голову, чтобы заглянуть в бирюзовые глаза, где скользила лишь нежность, а ее хватка теперь больше напоминала объятья, такие же ласковые и теплые.       Почему? Почему она это делает?..       — Нет, — все-таки ответил он и опустил голову на ее плечо, потеряв весь запал и силы.       Ему тяжело признаться себе, но... хотелось, вот так... посидеть еще немного.       Еще чуть-чуть, прежде чем дать пустоте забрать его.       — Хочешь... я могу тебе спеть? — предложила она и невесомо коснулась его головы, перебирая волосы.       Песня?       Хах...       Пусть поет...       И тихая нежная песня полилась по округе, подхваченная ветрами, вторившими ей. Глаза сами собой закрывались, а в груди... тяжесть рассеивалась, будто выдуваемая этими потоками. ...Исчезнут все беды и тяжбы, их смоют слова, что срываются с губ. Пусть даже ветры поют в дополнение, звеня и вздыхая в сплетении труб. Станет свободной могучая сила, не знавшая воли от прочных оков. Ты засыпай, но веди мое пение, переплетение чувства и слов...       На краю сознания разносился мягкий и добрый голос, а в чужих объятьях было спокойно и совсем не страшно...       Его окружала тьма, но не пустоты, а... покоя.       Лишь на границе раздалось тихое:       — Возвращайся...