Идиоты

      Дверь сильно захлопнулась, и Хосок испуганно вздрогнул. — Бро, ты в порядке? — обеспокоенно выглянул он в коридор.       Юнги злобно полыхнул глазами и наступил на задники кроссовок, помогая себе снять их. Не говоря ни слова, он прошёл в комнату и пнул тумбочку. — Бро, ты меня пугаешь, — откровенно заявил Хосок, входя следом. — Ты, конечно, можешь продолжать разносить в хлам мою квартиру, для тебя всё, что угодно, и тому подобное, но может, я всё-таки имею право знать, за что страдает моя мебель?       Юнги вздохнул и испытующе посмотрел на друга. Наверное, он должен был ему рассказать, иначе его просто разорвёт изнутри. Хоба шумный и слишком подвижный, но язык за зубами держать умеет, да и слушает хорошо. Блондин тяжело опустился на кровать, кивая другу, и тот с готовностью сел рядом. — Прикинь! — эмоционально высказался Юнги. — У него, видите ли, есть девушка! Девушка, ты можешь себе это представить?! — Вообще могу, легко, — осторожно сказал Хоби, слегка улыбаясь. — Бро, так бывает… У людей иногда появляются девушки… Только всё же интересно, о ком ты говоришь. Может, я просто пока не до конца понимаю весь драматизм ситуации.       Юнги старался размеренно дышать, чтобы успокоиться. Ему пришлось буквально бежать домой, чтобы не убить этого Пак Чимина прямо там, на месте. Какая, нахуй, девушка?! Он тоскливо рассматривал свои руки со слегка покрасневшими костяшками.       В тот вечер, когда они так по-семейному ужинали с родителями этого малолетнего засранца, Юнги так и не удалось поговорить с ним и высказать, что он о нём думает. Ему вообще казалось, что парень всё ещё не понимает, кто Юнги такой. Да, фото своё Юнги в профиль никогда не выставлял, и Чимин мог просто не знать о том, кто такой Шуга. Но неужели его так часто хотят убить незнакомые люди, что его это даже не удивляет, и он не хочет выяснить, кто и за что именно? Юнги чувствовал острую потребность отомстить этой заразе. Или может… Ещё раз увидеть его?       Так или иначе, но Юнги теперь знал, где живёт эта заноза в заднице, и примерно знал, в каком районе его искать. Именно поэтому он часто гулял там, надеясь наткнуться на сумасшедшего неуловимого паренька, и сегодня ему, наконец, повезло. Если можно было так выразиться.       Народу в парке было очень много, но эта компания, состоявшая из Чимина, ещё двух парней и двух девушек, которых Юнги не знал, выделялась из общей массы. Чимин был всё с тем же велосипедом, который он делил с одним из парней, и они по очереди показывали на нём разные трюки.       Сначала Юнги наблюдал спокойно, рассчитывая выловить Чимина, когда тот будет возвращаться домой или по крайней мере, останется один. Связываться с толпой Юнги не было нужды, и он не стремился слишком сильно отсвечивать. Но потом…       В один момент проехавшись по кругу без рук, парнишка соскочил с велика. Он выглядел явно довольным собой, и шутливо принимал аплодисменты и восторженные возгласы. Юнги ухмыльнулся. Позёр. Это было даже смешно, до тех пор, пока одна девушка вдруг не повисла у него на шее, нагло целуя в губы.       Дыхание Юнги перехватило, а в глазах потемнело от ярости. У этого паразита есть девушка? Это просто не укладывалось в голове. Дальше Юнги помнил плохо.       Он помнил, что подошёл к компании, буквально за шиворот выдёргивая Чимина из объятий этой дамы, внешность которой сейчас он даже не мог толком воспроизвести в голове. А потом он его ударил. Молча. Без объяснений. Девушки закричали, а двое других парней, сжав кулаки, тут же загородили Чимина собой, медленно двигаясь в его сторону.       Юнги готов был к дракам с противником, превосходящим его количеством и качеством. Юнги был готов нападать и защищаться, невзирая на то, кто стоит напротив. Улица давно отбила любой страх. Но к чему он точно не был готов, так это к тому, что тихий голос позади врагов остановит их.       Чимин успел выпрямиться, и теперь ровно стоял на ногах, кончиком языка слизывая кровь с разбитой и немного уже опухшей губы. Его глаза были несколько растерянными и печальными, похоже, он был напуган, но явно не собирался прятаться за спинами своих друзей.       Юнги почувствовал уважение и… Вину. Парень смотрел на него всё ещё слегка ошарашенно, но уже и сердито. Видимо, ощущал рядом поддержку. Юнги ещё раз мысленно врезал себе по башке за несдержанность. Надо было один на один говорить. Сейчас опять ничего не получится. Он опять не понимает. Какая ему разница, понимает парень, за что он огребает, или нет, блондин пока не знал. — Идиот, — презрительно бросил ему Юнги, разворачиваясь и быстро уходя прочь из парка, и в конце концов срываясь на бег. — Сам дебил психованный! — догнал его красивый звонкий голос.       У него есть девушка. Как? Ну просто как у него может быть девушка, Господи?!       Хосок смотрел на Юнги необычно серьёзно, словно видел друга в первый раз. Он изучал его лицо, сложенные на коленях чуть дрожащие от злости руки, губы, обкусанные почти до крови… А потом громко рассмеялся. — Я не понимаю, что тебе не нравится, — наконец, отсмеявшись, выдавил он под уничтожающим колючим взглядом лучшего друга. — И честно, не понимаю, за что ты парня ударил. Представляю, как он испугался. — Пусть боится, — зло выплюнул Юнги. — Ты серьёзно не понимаешь? Одна-единственная его тупая выходка разрушила половину моей жизни. У меня пошатнулись позиции на районе из-за него. Из-за него у меня сейчас никакой личной жизни. А у этого мудака девушка, видите ли, есть! — Блин… — в глазах Хосока, наконец, мелькнуло обдуманное понимание. — Реально. Нехорошо как-то получается. Но тем, что ты его побьёшь, ничего не сможешь решить. — Смогу, — хмуро возразил Юнги. — Мне станет легче. — А на него это никак не повлияет, — развёл руками Хоби. — Он лишил тебя девушки? Лиши девушки его. — Чего? — нахмурился Юнги. — Это как? — Как, как… — улыбаясь, передразнил Хосок. — Ты что, никогда ничью девушку не отбивал? — Это долго, — Юнги раздражённо отмахнулся. — К тому же она мне нафиг не сдалась. — А он сдался? — Хосок уже откровенно ржал. — Тихо, тихо, не убивай, я тебе ещё пригожусь. У вас с ним реально буквально искрит, редко кому удаётся тебя так сильно вывести из себя. — Он ебанутый на всю голову, — тяжело выдохнул Юнги, стараясь игнорировать подколы лучшего друга. — Серьёзно, никогда ещё таких не видел. — Сказал Юнги-хён, который недавно катался на велике по супермаркету, убегал от полицейских и разбил телефон вместе с собственным лицом об асфальт, — скептически напомнил ему Хосок.       Не выдержав, Юнги снова сильно пнул многострадальную тумбочку. Ему надо успокоиться и всё же встретить эту сволочь один на один.       Случай предоставился довольно скоро, так как Юнги просто… Следил за парнем, если называть вещи своими именами. Ну а что? Телефон всё ещё был в ремонте, а сидеть дома было слишком скучно, так как Хосок довольно часто пропадал на своих тренировках и разного рода уличных баттлах. Юнги не жаловался, нет. Но влезать в темы чужого района и вообще чужого города пока в его планы точно не входило, и никто не запрещал ему гулять и решать свои проблемы, а Пак Чимин всё ещё был самой большой проблемой на данный момент.       Юнги казалось, что парень почти не выходит из дома из-за травмы, и чтобы не светить много разбитым лицом, но оказалось, что он поступил умнее. Он просто не ночевал дома вообще, и всё это время, пока не зажила губа, жил у каких-то, видимо, своих друзей. «Не говори им ничего», — вспомнил Юнги умоляющий голос. Да, очевидно, Чимин очень любил своих родителей, и не хотел волновать их даже по таким пустякам.       Вспоминая, что его собственные родители о нём не имели вообще никакого понятия довольно длительное время, Юнги мрачно усмехался. Чимину повезло, а он занимается какой-то хернёй, по сути, вместо того, чтобы припеваючи жить нормально.       Юнги знал, что семья Чимина была довольно богатой, и родители не скупились для единственного сына, позволяя ему жить на полную катушку и покупая ему всё, что только можно было пожелать. У Юнги никогда такого не было. Он не завидовал этому, просто не понимал. Парень явно бездарно прожигал жизнь. «Идиот», — снова мелькнуло в голове. Только в этот раз блондин так и не понял: внутренний голос с ним соглашается или просто нагло обзывается.       Юнги возвращался домой, бестолково проведя вблизи от дома Чимина очередной день, через тот же переулок, где они увиделись первый раз. Стены ближайших домов, казалось, и по сей день хранившие на себе отпечаток чего-то странного, путаного и… непривычно горячего, давили на мозг. Юнги хотел побыстрее вернуться к Хосоку. Чимин снова вошёл в проём между домами, чтобы срезать путь, крайне неожиданно. Юнги замер.       Заметив его, Чимин замер тоже. Его взгляд растерянно метался по стенам и самому Юнги, парень явно избегал смотреть в лицо. Юнги нравился его испуг. И теперь им не помешают его вездесущие друзья. — Пак Чимин… — неприятно улыбаясь, выдавил Юнги нечто, похожее на приветствие. — Мин Юнги… — обречённо кивнул ему парень, словно смиряясь со своей участью. — Можно просто Шуга, — холодно поправил блондин, внимательно всматриваясь в лицо напротив.       Чимин сначала смотрел удивлённо, а потом на его лице отразилось полное понимание, почти сразу сменившееся лёгкой паникой. Юнги был доволен. Помнит, засранец! — Я просто хотел, чтобы ты понимал, за что пиздюлей получать будешь, — спокойно пояснил он, подходя ближе. — Так я же уже, вроде, получил? — неуверенно спросил парнишка, бегая по фигуре Юнги затравленным взглядом. — Тогда, в парке…       Он медленно коснулся своих всё ещё чуть раненных пухлых губ кончиками пальцев, а потом словно автоматически тронул последнюю оставшуюся болячку в уголке рта языком. Юнги бросило в жар, и он вздрогнул. Сука, ну почему? Почему опять эта подворотня переворачивает в нём всё естество с ног на голову? Проклятое место, определённо. Проклятый Пак Чимин. — Это не считается, — Юнги стоило больших усилий говорить спокойно. Он злился теперь не только на Чимина, но ещё и на свою реакцию на, казалось бы, самое обычное место. Самые обычные жесты. Самого обычного мальчишки.       Обычный мальчишка покорно вздохнул. — Я не нарочно, — тихо произнёс он, не делая ни шагу назад. Боялся? — Так получилось.       Снова шагнув навстречу, Юнги почти ласково тронул его за шею, где ещё совсем недавно был след, оставленный в этой подворотне им же. По идее, дальше обычно следовал сильный удар в живот, и потом как пойдёт, но бордовая метка на шее Чимина, которая теперь отсутствовала, больно резала по воображению. Да что ж это такое?!       Юнги понял, что не сможет. Он не сможет его ударить. Не потому, что парень ответит. Нет. Он ничего не сделает. Он от испуга даже с места двинуться не может. Просто… Юнги понял, что больше не хочет этого. Глядя на свободную чёрную футболку, наполовину открытые ключицы и вновь девственно-чистую шею этого паренька, Юнги хотелось совсем, совсем другого…       Он не понял, в какой момент сорвался. Но прижав Чимина к стене, как в прошлый раз, он снова впился в его шею требовательным поцелуем. Чимин снова замер. Юнги даже какое-то время казалось, что парень не дышит, и только пульс на его шее отсчитывал бешеные удары сердца… А потом Пак Чимин его оттолкнул. — Ты идиот?! — впервые Юнги видел, как глаза этого ванильного покорного мажора полыхали яростью. — Вообще крыша поехала? Я не знаю, чем тебе так насолила моя фотка, и ты можешь меня за это ненавидеть, но то, что ты творишь… Что это вообще было?! — Кто бы говорил! — прищурился Юнги. — Напомнить тебе твою прошлую просьбу здесь же? Сам баран, понятно?       Чимина снова невыносимо хотелось ударить. Почему-то было горько и неприятно. И Юнги почти решился, но… — Вот они! Смотрите, даже двое! — раздался голос с одного конца своеобразного тоннеля между домами. — Вы что тут творите, пидоры? — Это точно они? — раздался голос с другого конца этого тоннеля. — Да точно, — подтвердил ещё один голос. — Я эту белобрысую падлу везде узнаю. Это он мой велик об стену разъебал. — И этот второй тоже там был, — вспомнил ещё кто-то. — Значит, и его за компанию. Не отпускать!       С двух сторон к Юнги и Чимину приближались люди, по трое с каждого конца тоннеля. Они не спешили, подходя медленно, хищно и словно загоняя своих жертв в угол. В руках у некоторых из них были то ли биты, то ли просто крупные палки. Юнги понял, что ему пиздец, но сдаваться просто так он был не намерен.       Он помнил, что сам только что хотел избить Чимина, но то, что хотели сделать эти люди, было абсолютно нечестно. Это настоящий беспредел. Он не желал такого Чимину. Мажора надо отпустить. Улица — не место для принцесс. — Слышь? — он тихо толкнул Чимина локтем. — Сейчас быстро сваливай вон туда, — он показал на один конец тоннеля. С той стороны был только один человек с «оружием». — Не бойся, я возьму их на себя, пока они со мной справятся, ты успеешь. Понял? — Хуйнёй не страдай, — так же вполголоса посоветовал ему Чимин, и Юнги охренел. Он думал, этот маменькин сыночек и слов-то таких не знает. — Они тебя покалечат. Отбиваемся вместе, и дальше как повезёт. При случае — валим.       Выбора у Юнги не оставалось, равно как и времени переубеждать этого упрямца. — Идиот, — в очередной раз прошипел он сквозь зубы, подбирая с выщербленного асфальта у самой стены какую-то арматуру и резко разворачиваясь лицом к нападающим в неосознанной попытке всё же хоть как-то прикрыть Чимина.       Почувствовав лёгкий толчок в спину, Юнги был вынужден дать парню чуть больше пространства. Он ощутил, как тот прижался спиной к его спине, и почему-то почувствовал себя значительно увереннее. Враги решительно побежали навстречу, но они с Чимином уже ждали их…       Болезненные удары сыпались со всех сторон. У одного из нападающих оказалась рассечена бровь, у второго сильно ушиблена рука, а все удары нечестными методами Юнги успешно отражал арматурой. Он не знал, как идут дела у Чимина, но продолжал чувствовать его спину. Это обнадёживало: значит, парень всё ещё на ногах.       В какой-то момент стало понятно, что врагов больше не осталось. Юнги, быстро и тяжело дыша, оглянулся вокруг. Двое со стороны Чимина трудно поднимались с асфальта, а третий куда-то делся. — Съебался, сука, — пожаловался Чимин в ответ на его вопросительный взгляд.       Парень выглядел… Потрёпанным. У самого глаза красовалась ссадина, губы снова были разбиты, и он слегка хромал, но Юнги догадывался, что сам выглядит не лучше. Только вот… У него, в отличие от Чимина, была арматура. — Давно занимаешься? — быстро спросил Юнги, внимательно следя цепким взглядом за теми, кто продолжал медленно отступать к выходам из тоннеля. — Пять лет, — откликнулся Чимин. — Чёрт!       Юнги оглянулся туда, куда парень показывал. За его спиной появлялись ещё несколько силуэтов, и кажется, их было немного больше, чем тех, с которыми они только что разобрались. — Осторожно с ними, — предупредил один из нападающих, только что поднявшийся с асфальта. — Они конченые психи просто! — Валим! — схватив Чимина за руку и дёрнув его за собой, Юнги рванул в противоположную от опасности сторону.

***

      Они тяжело дышали, лёжа рядом на бетонной плите какого-то строящегося дома, от усталости казавшейся им удобнее любой кровати. — У меня телефон разбит… — наконец, в пустоту произнёс Чимин, а Юнги понимающе хмыкнул. — У тебя и лицо не в лучшем виде, — лениво ответил он. — И ты хромаешь. Я заметил. — Замечательный ты такой, — съязвил Чимин. — Я должен позвонить маме и что-нибудь наврать. Не могу же я заявиться домой в таком виде. — По-хорошему, мы должны сейчас пойти ко мне, — начал Юнги, но заметив приподнятые брови Чимина, пояснил. — То есть, по сути, к моему другу. Я у него живу сейчас. Там можно переждать немного.       Чимин понятливо хмыкнул и стал медленно подниматься на ноги. — Пойдём, — сказал он, подавая Юнги руку. — Нужен телефон.       Чимин бездумно шёл за этим светловолосым психом и чувствовал себя с ним в полной безопасности. Мозг отказывался причислять к разряду опасностей угрозы этого парня, удары и даже внезапные поцелуи. «Идиот», — по привычке прокомментировал внутренний голос, тяжело вздыхая, и Чимин по привычке послал его нахрен. Почему-то он совсем не боялся.       Когда Чимин понял, что они забрели в довольно знакомый ему район, в голове на мгновение мелькнула мысль сразу идти обратно к Чонгуку, но вспоминая, как он сейчас выглядит и боясь испугать его родителей, парень отказался от этой идеи. Впервые в жизни внутренний голос его похвалил.       Оказалось, друг Юнги жил от Чонгука всего в паре кварталов. Как только дверь открылась, худенький темноволосый парнишка схватился за сердце. — Господи, что с вами? — причитал он, сразу пропуская парней внутрь. — Да так, — отмахнулся Юнги. — Потом расскажу. Чимин, это Хосок. Хоба, это Чимин. Бро, дай нам сначала в порядок себя привести, идёт? — Машинка свободна, стирайтесь, — Хосок, уже, кажется, утратив способность чему-то удивляться, кивнул на одну из двух белых дверей коридора, ведущего в кухню от прихожей. — Аптечка в ванной. — Хосок-ши? — быстро позвал Чимин. — У тебя не найдётся телефона? Срочно надо позвонить. — Да, конечно, — Хоби медленно протянул ему свой мобильный, и Чимин протиснулся в какую-то комнату, очевидно, спальню, следом за Юнги.       Чимин знал номер Тэхёна на память, и друг мгновенно взял трубку. — ТэТэ… — жалобно протянул Чимин, услышав родной голос. — У меня тут небольшие проблемы… Сейчас уже всё в порядке, но я пока не могу показываться родителям, телефон разбил. Да я знаю, что они легко купят мне новый, просто позвони им, и скажи, что я сегодня домой не приду. Типа, останусь у тебя. Наплети что-нибудь, ладно? Нет, я не у Чонгука. У кого? Хм… Я тебе потом объясню, ладно? Да почему сразу девушка? Да пошёл ты, ТэТэ.       Обидевшись, Чимин отключился, только сейчас замечая, как Юнги уже некоторое время сверлит его непонятным взглядом. — Договорил? — низко спросил он, кидая без предупреждения Чимину в руки какую-то мятую свободную белую футболку. — Раздевайся, шмотки стирать будем. Пока кровь местами не въелась.       Представив, что ему придётся ходить здесь в одних трусах и футболке, да ещё и, не дай боже, переодеваться прямо под ледяным взглядом колючих карих глаз, Чимин стремительно покраснел. — Давай, красна девица, не ломайся, — опасно ухмыльнулся Юнги. — Ночь не бесконечная. — Что? — едва не заикаясь, переспросил Чимин. — Что, что… — передразнил Юнги, первым стягивая с себя футболку. — Вещи хотя бы до утра ещё высохнуть должны.       С трудом оторвав заинтересованный взгляд от переодевающегося бледного парня прямо перед собой, Чимин отвернулся и быстро переоделся спиной к нему. Мозг почему-то сработал по принципу страуса, решив, что если Чимин не видит опасности, значит, её и не существует. Юнги собрал свои вещи вместе с вещами Чимина, и уже через пару минут вернулся в комнату. — Ты с кем предпочитаешь спать? — всё так же странно ухмыляясь, спросил он. — Со мной на кровати или с Хосоком на диване? — А можно… Вы с Хосоком-ши где угодно вместе, а я где угодно один? — слегка поперхнувшись воздухом, поинтересовался Чимин. — Я могу даже вообще не спать, кстати… — Хуйнёй не страдай, — так же, как недавно сам Чимин, уже серьёзно порекомендовал ему Юнги. — Не доверяешь нам? А зря. Я предлагал тебе свалить из того переулка, а Хоба сейчас без вопросов принял нас обоих. Уступать тебе своё место никто из нас не будет, это уже наглость, Чимин. А вот разделить мы можем. Так что ты выбираешь? — Тебя, — немного подумав, обречённо выдохнул Чимин. — Тебя я, хотя бы, не в первый раз вижу… — Ля, какой благоразумный, — умилился блондин. — И не скажешь, что это тот самый пацан, который отказался свалить от замеса с местными подальше. — Ты тоже не очень-то спешил сваливать, — как будто защищаясь, буркнул Чимин. — Пока их не стало больше. — Я — это другое дело, — скептически возразил Юнги. — А свалить всё равно потом пришлось из-за тебя. Один я бы остался. — От одного тебя ничего не осталось бы! — сердито прошипел Чимин. — Заткнись, — нахмурился блондин. — И иди спать.       На незнакомом месте спалось плохо. Чимину было не по себе, и он не мог закрыть глаза больше, чем на несколько секунд. Воспоминания прошедшего вечера давили на виски, заставляя его тело мелко дрожать, словно от холода. Чимин влипал в разное время в разные неприятности, но такой жести в его жизни ещё не было. Он подумал, что Юнги с этим сталкивался чуть ли не постоянно. Слишком уж хладнокровно (или безрассудно?) он себя повёл, даже предлагая Чимину скрыться. И скорее всего, Юнги были чужды рядовые глупости, вроде катания на великах по супермаркету. Но после того, как жизни двух парней в какой-то степени пересеклись, кажется, смешались и ситуации, в которые они попадали. Они словно чувствовали мир друг друга, примеряя его на себя.       Да, они совершенно очевидно были из разных миров. Пару раз Юнги называл Чимина мажором, а это значило, что у него не было ничего из тех жизненных благ, которые были для Чимина обычными. Парень был резким, холодным и довольно отталкивающим. Он совершал глупости чаще всего по необходимости, как, например, у него не было выхода в том «тоннеле» между домами. Чимин же был открыт и свободен в своих чудачествах, предпринимаемых больше от скуки. Очень разные…       Чимин почувствовал, как прохладные пальцы касаются его спины, а потом чужие руки несмело притянули к себе его тело, сильно обхватив поперёк груди. Тело Юнги было очень тёплым. — Ты что делаешь? — Чимин поймал себя на мысли, что сейчас чувствует себя значительно уязвимее, чем в той драке. — Так не замёрзнешь, — скованно буркнул Юнги ему на ухо сзади, чуть касаясь дыханием. — Ты идиот, знаешь? Не в той ситуации боишься. — В какой хочу, в такой и боюсь, — заявил Чимин, пытаясь осторожно отодвинуться, выпутаться из объятий. Юнги не дал ему этого сделать, прижав к себе сильнее, и он снова замер. — С твоими навыками я вообще удивлён, как ты мне позволил ударить тебя в прошлый раз, — тяжело вздохнув, тихо ответил Юнги, всё так же щекоча дыханием его ухо. Чимину показалось, что ему было неприятно знать, что он его боится. — Я не бью без причины, — огрызнулся он. — В отличие от некоторых. Откуда я знал, может быть, ты был прав? — Я и так был прав, — мышцы Юнги ощутимо дёрнулись, и он ещё сильнее обхватил Чимина, словно мечтая раздавить его со злости. — Заткнись. И спи.       Странно, но Чимин почувствовал себя спокойнее. Он действительно вскоре перестал дрожать и смог провалиться в спокойный, глубокий сон. Эти объятия казались ему снова безопасными, хотя и очень Юнги несвойственными.

***

— Плохое решение, — прокомментировал Хосок, когда Юнги взял с полки чашку и принялся заваривать себе кофе. — Ночь, хён. Надо поспать. Вы даже ссадины не обработали. — Завтра… — вздохнул Юнги. — Всё завтра, Хоба. — Чимин уснул? — спросил Хосок, не пытаясь спорить, за что Юнги был ему очень благодарен. — Да, кое-как, — он пожал плечами. — Кажется, он не привык к таким заварушкам. — Испугался? — сочувственно вздохнул Хоби. — Я бы тоже испугался… — Ты знаешь, на удивление, нет, — Юнги сел за стол напротив, согревая руки об горячую чашку и мимолётом взъерошивая волосы на своём затылке. — По крайней мере, в процессе. Сейчас только немного нервничал. — Ты уверен, что это из-за той ситуации? — хмыкнул Хоби. — А не из-за того, что ты его пугаешь? — Да я вообще с ним веду себя подобно ангелу! — хмуро возмутился Юнги. — Я его не пугаю. Он сам по себе как-то много смущается.       Юнги поймал себя на мысли, что ему не нравилось пугать этого паренька, но он испытывал странное удовольствие, когда Чимин краснел. Ему хотелось провоцировать его больше. Его губы, снова разбитые в кровь, выглядели сейчас ярче и как будто ещё выразительнее. Юнги вздрогнул, понимая, что единственное, удерживающее его от поцелуя этих манящих, сочных губ, — это страх причинить боль, а вовсе не то, что обладатель этих губ — парень. «Сука», — мрачно, со стоном пронеслась в голове ёмкая мысль. Что-то было не так. Что-то явно рушилось внутри, заставляя Юнги испытывать самый настоящий эмоциональный кризис. — Что дальше делать будешь? — спросил Хосок, кажется, не подозревая о внутренних метаниях лучшего друга. — А что? — встрепенулся Юнги, за собственными мыслями слегка потеряв нить разговора. — Твой телефон завтра будет готов к вечеру, — пояснил Хоби. — Тебе можно будет уехать. — Мне хотелось бы остаться ещё немного, — вздохнул Юнги, отпивая чуть остывший кофе из чашки. — Пока всё это не заживёт.       Он показал неопределённым жестом на своё лицо. Хосок понимающе кивнул. — Ты же понимаешь, что тебе придётся сидеть здесь в четырёх стенах круглыми сутками? — спросил он. — Почему? — не понял Юнги, слегка хмуря брови. — Да потому что та компания может тебя искать! — не выдержав, Хоби всплеснул руками. — Вам нельзя пока появляться перед ними, в следующий раз так легко не отделаетесь! К тому же они могли уже снять побои и пожаловаться в полицию! — Ну и лохи, значит, — презрительно фыркнул Юнги. — О Господи! — закатил глаза Хосок. — Дело не в том, какие они лохи, а в том, чем вам с Чимином это грозит! Ты должен поговорить с ним об этом и найти оптимальное, безопасное решение! Примите его хоть один раз, пожалуйста! Хоть раз сделайте что-нибудь правильно!       Юнги вернулся в комнату на рассвете. Чимин всё ещё спал, свернувшись в клубочек и обнимая подушку блондина. Первые солнечные лучи проникали в комнату через неплотно закрытое окно и скользили по полу и одеялу, а взгляд Юнги скользил по лицу спящего безмятежно, словно ангел, парня. «Вот именно, Юнги», — мысленно выговаривал он сам себе. — «Он парень. Понятно? Это всё. Возвращайся в Дэгу и помирись с Джиной. Всё будет в порядке.»       Кажется, почувствовав его взгляд, Чимин моргнул и открыл глаза. Он смотрел сначала непонимающе, а потом испуганно, снова краснея и отпихивая от себя подушку Юнги. — Прости, — начал было он шёпотом. — Я… — Хосок говорит, что я должен уехать, — перебил его Юнги. — Может быть, даже завтра. Могут быть проблемы… — Понятно, — лаконично отреагировал Чимин. — А тебе негде будет скрыться, — зачем-то продолжил Юнги, не глядя на собеседника. — Могут быть проблемы тоже. — Разберусь, я довольно быстро бегаю, — сказал Чимин, беспечно потягиваясь и невольно демонстрируя завораживающую гибкость пластичного тела. — Самая большая проблема будет, если об этих моих выходках узнают родители.       Юнги не ответил, замечая на коже Чимина среди прочих повреждений отметину на шее, которую он ни с чем не спутал бы. Его собственную метку. «Ебанутый», — ехидно прокомментировал внутренний голос. «Кто? Он или я?» — спросил у него Юнги. «Оба», — лаконично прозвучало в ответ.       Чимин осторожно коснулся пальцами ссадины на щеке Юнги, и тяжело вздохнул, смотрясь в него, будто в зеркало, вероятно, мысленно прикидывая, сколько же всё это будет на них заживать. А Юнги подумал, что это пиздец. Пиздец, что он понимает, что с ними происходит. И двойной пиздец, что Чимин этого, кажется, вообще пока не понимает. Хосок прав. Пора сваливать из этого дурдома.