Portrait

***

Одно из последствий прошлого Люцифера – его любовь к покупкам. И здесь открылся большой простор для деятельности. Громадный дом на окраине Канзаса, который он приобрел, нужно было меблировать, декорировать, наполнить воспоминаниями, детьми, любовью. – Теперь я понимаю, почему она так поступила. Они лежали на траве, Адам пускал слюни на коврике между ними. Вики смотрела в небо, ощущая на животе руку Люцифера. Они даже не заходили в дом, когда он пришел с работы. Прямо в костюме он улегся рядом с ней и своим ребенком, болтал, позевывал, лениво и расслаблено наслаждаясь погожим вечером. Адам Морнингстар. Ей очень нравилось перебирать испанские имена, но она никак не могла остановиться ни на одном. За пару дней до рождения сына она наткнулась на имя Адам. – По-моему, это означает подарок, – Люцифер был не уверен. – Или память. Оба значения были хороши, и вот Адам с ними – точная копия своего отца. И отца его отца. Иногда Виктория чувствовала угрызения совести: они на другом краю света, а отец Люцифера так болен. Если бы они остались в Лондоне, может, им бы удалось навести мосты? – Я могу понять Лилит – ей казалось, у нее нет выбора… Иногда Люцифер говорил об этом. Не часто, но случалось. Всплывали какие-то обрывки воспоминаний, что-то из украденного детства. – Она думала о своих детях, которые должны были скоро родиться. Если бы она сказала отцу о маме и обо мне, он захотел бы взять меня с собой. Неизвестно, получили ли бы они тогда разрешение на выезд, – Люцифер взглянул на Адама. – Думаю, теперь я могу ее понять. – А отец? – она тоже хотела понять – надо быть таким, как Люцифер, чтобы найти в себе силы простить такое. – Когда я отверг его предложение, он сказал, что я похож на мать – у меня ее непреклонность и сильная воля. Зная эти ее качества, отец убедил себя – с нами все будет хорошо. Он не мог знать, что я в приюте, жду, когда он заберет меня. Знаешь, туда иногда приходили хорошо одетые, пахнущие дорогими духами люди из какой-то неведомой далекой жизни. Они приносили шоколад, подарки. Мне никогда ничего не доставалось – я был слишком большой, слишком злой, слишком трудный… – Тебе не давали подарков? – Они приносили гостинцы тем, кого планировали взять в свою семью. Я так мечтал, чтобы кто-нибудь взял и меня. Но, в конце концов, мое желание исполнилось – ты пришла за мной, – он наклонился и поцеловал Вики. Она плакала. Да, его желание исполнилось, но каким долгим было это горькое ожидание. Она плакала не только о Люцифере, но обо всех этих маленьких детях, очень обиженных, очень злых, очень испуганных, которых так трудно любить… – Мы могли бы вернуться… – Возможно. Надеюсь, скоро. В отпуск. Хочу, чтобы отец увидел своего внука. – Я говорю не об Лондоне, – мягко улыбнулась. Она почувствовала, как он замер, даже его сердце, казалось, пропустило два биения. – Я не хочу туда ехать. Не хочу возвращаться. Никогда. Ноги моей там не будет. Нет. Он потряс головой, но Вики чувствовала – в нем вовсе нет решимости. Она поняла – он думал об этом, и не раз. И она не впервые думала об этом. Наблюдая, как он держит на руках сына – ласкает эту крохотную жизнь, которую они создали, – она иногда видела, как туманятся его глаза, как мрачнеет лицо. В такие моменты он вспоминал – и она это точно знала – все, через что ему пришлось пройти, все, что он перенес, снова и снова. И он думал о малышах, которым не повезло, которых не любили так, как Адама. – Да, – Виктория кивнула. – Но если ты когда-нибудь передумаешь… если захочешь поговорить об этом… – Послушай, ребенок – не собачка и не кошка, – настаивал. – Конечно. – Ты не понимаешь. Не понимаешь, какой можно причинить вред. Эти дети часто совсем не хорошенькие, часто они ведут себя противно, их трудно любить, жизнь с ними может стать сущим адом… – Я понимаю. Мой собственный брат совсем не хорошенький, с ним жить очень нелегко, но я, как и мои родители, никогда не отвернусь от него. – Ты никогда не отвернешься от него, ведь правда? – это был не вопрос, скорее утверждение. Люцифер смотрел на жену и видел – она отвечает за свои слова. Знает по опыту общения со своим братом, что чудеса случаются редко. Он видел – Вики полностью осознает, какую обузу и какую ответственность она готова взять на себя. Он знал – она у него навсегда. – Мы и вправду сделаем это? – Однажды, – мягко ответила. – Когда мы будем готовы. Когда ты будешь готов. Если любовь может путешествовать, она в этот момент отправилась в путь. Туда, где живут обиженные и злые, брошенные и нелюбимые… Детское желание, когда-то посланное в мир… Кажется, у кого-то оно исполнится.

The End