Жить, пока бьётся твоё сердце

Машина тронулась и, выехав с подземной парковки, поехала по пустынной улицу. Оранжевые лучи солнца медленно поднимались из-за горизонта, заливая город солнечным светом. Парни вместе с Ксюшей расположились на задних сиденьях, а впереди сидели родители. Все молчали. Было включено радио, но оно не подавало признаков жизни. Максим дотянулся до телефона и вошёл на сайт с новостями, начиная быстро пробегаться по последним сводкам. —Что пишут? —спросил Артём, уставившись в телефон парня. —Всё пусто. Как будто ничего ночью не было, —ответил Макс и зашёл в Вк, а после в группу новостей, образованную местными жителями. —Во! «Этой ночью в клубе «Розовые облака» произошёл инцидент: одному из посетителей стало плохо. Вызвали скорую. Пока ехали медики, человек резко оживился и набросился на женщину, вцепившись в её шею. Началась паника. Были замечены ещё несколько бешенных людей. Толпа на панике ломанулась на выход, а за ней гнались около двадцати обезумевших. Это всё быстро распространилось по городу, а после резко затихло. На некоторых улицах были замечены обглоданные трупы и «Ходячие»—так люди прозвали этих бешенных. Будьте осторожны и лишний раз не выходите на улицу.» —Это совсем рядом с местом моей работы… —Артём посмотрел на водителя через зеркало. Максим сжал губы и отвернулся в окно. Через несколько минут он осмотрел автомобиль и краем глаза заметил лом, который лежал между водительским креслом и стенкой. Макс незаметно сжал руку Тёмы и прикусил язык, чтоб боль перебила желание заплакать, и снова уставился в окно. —Ребят, мы едем к моей бабушке, —проговорила, всё это время молчавшая, Ксюша, —в деревню. Там мало людей и вы можете с нами жить… —Если бабушка согласится на это, —перебила Вероника. Они выехали на кольцевую развязку и, объехав место аварии, повернули на широкую магистраль. Проехали минут десять по пустой дороге, пока не уткнулись в стоячие авто. Саша на миг остановился, а потом медленно нажал на газ, начиная проползать между рядом машин. Через несколько метров они выехали на более широкое пространство. По сторонам, в метре от машины, стояли повёрнутые в стороны и с мятыми боками автомобили. В машинах виднелись обглоданные трупы людей; кровавые следы, которыми была испачкана вся дорога. На ограждениях виднелись трупы людей, которые, похоже, пытались убежать. Пару раз встречались машины, под колёсами которых лежали тела. И один раз встретился ещё живой ходячий, зажатый между двух машин. —Приехали, —буркнул Саша. Все глянули вперёд: перед ними виднелся перевёрнутый грузовик. На его боку сидела большая стая ворон, которая что-то, или кого-то, клевала. Вдруг птицы, громко крича, взлетела ввысь и быстро полетела в сторону леса. —Давай назад, —прошептала Вера, смотря в зеркало заднего вида. Мужчина переключил передачу и, повернув голову назад, нажал на газ. Ксюша с Артёмом сидели, уставившись в телефоны, а Максим смотрел в окно и не о чём не думал. В голове было пусто, а внутри всё сжалось. Было трудно дышать и не было сил даже просто двинуться. Вдруг в лобовое стекло что-то прилетело, и оно всё покрылось трещинами. Потом начали прилетать камни в боковые стёкла. В окно со стороны Макса прилетел кирпич, и парень тут же был осыпан стеклянной крошкой. —Что это? —закричала Ксюша. Артём тут же схватил Моржёву и повалил её на свои колени, прикрыв сверху собой. Водитель со всех сил нажал на газ, и машина, гудя коробкой передач, ринулась назад. Со всех сторон в машину прилетали какие-то трубы, камни, ветки. Вдруг из ниоткуда на капот бросился ходячий. Он попытался уцепить за машину, но быстро свалился на асфальт. На путь машины выскочили несколько мертвецов, которые были тут же задавлены. —Саша! —закричала женщина, когда увидела, что за ними гонится толпа. Они были похожи на живых людей, только окровавленная одежда и у некоторых снятый скальп с крупными ранами на теле отличали их от людей. —Чёрт, колесо пробили! —закричал Александр, когда раздалось шипение, и машину начинало нести вправо. Автомобиль выскочил из пробки и, быстро развернувшись, ринулся в город, подальше от этой трассы. Город пустовал. На улице не было людей. Даже животные: кошки, собаки, которых можно было встретить на улицах—все куда-то спрятались. Стояла непривычная тишина. Машину обогнала скорая, которая, громко свистя тормозами, скрылась за поворотом. Автомобиль встал на светофоре. Максим быстро оглядел всех, а потом уставился на труп женщины на тротуаре. От её тела в сторону тёмного переулка виднелся кровавый след. Они пересекли перекрёсток. Им на встречу попались два пустых автобуса с окровавленными изнутри стёклами. Когда автомобиль приблизился к очередному перекрёстку, сбоку на миг раздалась сирена и громкое «кряканье» —с проспекта выехали две полицейские машины. Они прошмыгнули перекрёсток и направились дальше, выключив сирену. Машина остановилась рядом с продуктовым магазином. Александр быстро вышел и, прихватив с собой лом, побежал в магазин. Мужчина разбил стеклянную дверь и ворвался внутрь. Через минуту спереди появился хромающий мужчина, который на миг глянул в магазин, а после медленно поплёлся к машине. Мать Ксюши открыла бардачок и достала оттуда перцовый баллончик. Прохожий прошёл рядом и свернул в переулок. —У нас есть что-то кроме перцового баллончика? —спросил Артём. —В багажнике должна быть лопата, но её искать там надо, —ответила женщина, смотря на магазин и ожидая мужа. —Я могу пока поискать её. Вера дотянулась до кнопки, сзади что-то щёлкнула, и Муравьёв вышел на улицу. Через секунд пять за ним вышел и Максим. —Достаньте куртки ещё! —раздался голос женщины из машины. —Они в оранжевой сумке. Артём открыл багажник и увидел, что тот забит разными сумками, пакетами и коробками. Быстро взял лежавшую прямо перед ним нужную сумку и достав оттуда куртки, кинул их в машину. —А где лопата?..—поинтересовался Максим, глянув в разбитое окно. —Где-то слева, прикреплена к стенке. —Понял. —Слева на стенке должна быть, —шепнул Макс Тёме. Пока парень пытался нащупать руками лопату, Горцев стоял и осматривался по сторонам. Он видел людей в окнах, которые наблюдали за ними, видел проезжающих один за одним полицейских, а потом увидел в дали собаку, которая быстро пробежала через улицу и скрылась за углом здания. —Нашёл? —Максим положил руку на спину Артёма. —Нет ещё… Во, есть что-то, —парень принялся тянуть её на себя, но быстро поняв, что она держится на застёжках, начал нащупывать их. Горцев выпрямился. По улице эхом разнёсся лай собаки, которая теперь стояла по середине перекрёстка, а потом она заскулила и ринулась обратно через улицу. —Что там? —спросил Артём, почти вытащив лопату. —Там…—Макс замер. За собакой бежала толпа ходячих. Они толкали друг друга, раздвигали, вырвались вперёд. Некоторые падали и по ним тут же пробегались другие. За толпой на снежном покрове оставался кровавый след. —Давай быстрее! —тихо рявкнул Горцев. —Не ори! —шикнул Тёма и достал лопату. Артём закрыл багажник и засунул лопату в салон машины. Когда парни садились в машину, Ксюша произнесла: —Папа что-то долго. —Я за ним, —быстро произнёс Макс, почти захлопнув дверь. Он быстро взял лопату и ринулся к магазину. Парень только хотел открыть дверь, как вдруг ему на встречу вышел Саша. —Помоги лучше! —рявкнул мужчина. Горцев схватил два пакета и понёс к машине. Саша закинул один пакет жене и, открыв багажник, закинул всё остальное внутрь. Когда все сели в машину, и она тронулась с места, раздался голос из радио: —С сегодняшнего дня объявляется режим чрезвычайной ситуации. Всем гражданским, которые находятся на улицах, в течении тридцати минут после этого сообщения следует находиться дома. Все, будет находиться на улице по истечению установленного времени, будут расстреляны без предупреждения. Ожидайте следующего сообщения. —В городе замечены военные. Устанавливаются кордоны и баррикады, —читал Максим из новостной группы. Машина мчалась по улицам, проскакивая перекрёсток за перекрёстком. За всё время пути попалась только один автомобиль, который мчался в сторону пригорода. Они повернули на широкую улицу и тут же упёрлись в баррикады, созданный военными. Несколько грузовиков и один автобус, встав во всю ширину улицы, закрывали проезд. По деревянному настилу на баррикаде ходили военные с автоматами. Ввысь возвышались несколько прожекторов, висящих на металлических столбах, и громкоговорители. —Срочно покиньте улицу! Иначе мы откроем огонь! —закричал голос из громкоговорителя. —Чёрт, —буркнул мужчина и, быстро развернувшись поехал на другую улицу. Они проехали пару кварталов и упёрлись в бегающих в панике людей, которые грабили большой продуктовый магазин. Пара людей на бегу врезались в машину. Автомобиль начал сдавать назад, но уже и сзади бежали люди, которые стучали по кузову, чтоб их не задавили. Стоял ор, доносились крики. Вдруг из магазина вырвалась большая группа заражённых, которые тут же принялись кусать всех подряд. Раздались выстрелы. Все ринулись кто куда и, когда вокруг машины стало больше свободного места, мужчина нажал на газ и повернул руль в сторону узкой дороги. По ней они добрались до пустого шассе, которое вело в другую сторону от деревни. По встречной полосе гнали военные грузовики, танки. Над головой пролетели несколько вертолётов. Промелькнули белые фургоны с какими-то надписями по бокам. И снова военные автомобили. Машина свернула на снежную чищенную дорогу. И, не сбавляя скорости, мчала по ямам к виднеющемуся в дали посёлку. Они проехали по центральной улице, а потом поехали по другой со следами от колёс трактора. Эта дорога вела через бескрайнее поле к нужной деревне.

***

Через три часа машина выехала на центральную улицу деревни. Старая деревня из пары десятков домов, из которых жилыми было домов пять. В одном доме жила бабушка Ксюши, у её дома автомобиль и остановился; дом бабушкиной подруги был в конце улицы, а в других домах жили дачники—это можно было понять по выключенному свету и не чищенной территории. Дом бабушки был деревянным, в два этажа. Выкрашен в зелёный цвет. Пластиковые окна и дверь были обрамлены белыми вырезными узорами. В окнах горел свет, а из кирпичной трубы поднимался серый дым. Александр посигналил, и на крыльцо вышла бабушка лет семидесяти в вязанной кофте в тёплых штанах. —Здравствуйте, Екатерина Федотовна! —крикнул мужчина, вылезая из машины. —Здравствуй-здравствуй, Сашенька. А что ж машина разбита? —крикнула в ответ бабушка. —Вы новости смотрите вообще?! Мужчина подошёл к багажнику и принялся подавать вещи парням и дочери, которые, хоть и стучали зубами от холода, но начинали таскать вещи в дом. Вера стояла рядом с бабушкой, о чём-то разговаривая. В ногах женщины стоял пакет, который так и норовил упасть. По испуганному и удивлённому лицу старушки было понятно, что мать Ксюши рассказывала о том, что происходит в городе. Они посматривали на детей, а потом присоединились к перетаскиванию вещей. Быстро закончив с вещами, все зашли в дом. На первом этаже в коридоре парней встретила старушка, которая при виде ребят произнесла: —Я, Екатерина Федотовна. Вы можете называть меня просто «Бабушка», — она мягко улыбнулась. —Идите за мной, я покажу вашу комнату. Ничего если вы будете спать в одной? —Всё хорошо. Большое спасибо, —одновременно произнесли парни и отправились за бабушкой. Рядом со входом в дом был небольшой туалет, напротив него гостиная. Дальше по коридору, у самой лестницы, была кухня и спальня. Хозяйка дома отвела парней на второй этаж, где было две комнаты: в одной жила Ксюша, а в другой предстояло жить Артёму с Максом. Парни зашли и, когда старушка ушла, принялись обустраиваться. Максим выбрал кровать ближе ко входу, а Артём решил спать у самого окна. Они кинули сумки на кровать и начали выбрасывать вещи на постель.

***

Прошло два дня с эвакуации из города. Все соцсети были заполнены только одним: паразит, зомби, бесполезность военных. Максим сидел на кровати Артёма, пока тот помогал что-то делать во дворе. Парень читал с новостного сайта симптомы, характеристику и всё что связанной с этой заразой. Перечитал несколько раз строчки: «…На последней стадии заражения признаков личности не обнаружено. Управлять телом начинает паразит, который образовывает в теле жертвы колонии. С целью пропитания заражённые способны создавать ловушки, и для более близкого контакта с жертвой могут убрать все симптомы и симулировать человеческое поведение. С целью защиты важных пунктов управления, которые располагаются в черепной коробке и в позвоночнике, у заражённого данные части тела укрепляются и образуется, так называемый, панцирь. Данный панцирь пробивается редкими видами огнестрельного оружия, а ручным оружием вовсе не пробить. Способа уничтожения заражённого, кроме как сжиганием полностью тела, не найдено. Способа лечения от паразита не найдено…» Макс читал и не верил, что это всё реально. Он каждую ночь ложился и просто смотрел в темноту. Пытался усвоить полученную за день информацию и как-то смириться с ней. Но не получалось и, уткнувшись в подушку, он тихо плакал. Артём все эти дни спал крепко и был, на удивление, слишком спокоен. Горцев услышал шаги, а после в дверном проёме появилась Ксюша. Она медленно подошла и села рядом. —Как дела? —спросила Моржёва. —Да нормально вроде. Вот… сижу новости читаю. —Точно всё хорошо? Максим сжал губы и замолчал. —Нет…—шепнул он, выключив телефон. —Я не могу поверить, что мама умерла. Не могу поверить, что миру пришёл конец… Нет, я не боюсь трупов и крови, что проливается то тут, то там—я боюсь, что погибнут те, кого я люблю. Ты, Артём… который как будто обиделся на меня за что-то. —Не переживай. Всё будет хорошо, —Ксюша обняла парня. Максим на миг улыбнулся, но потом просто уставился в пол. Глаза закрыла мокрая пелена, а после по щеке протекла обжигающая кожу слеза. Внизу послышались шаги, голоса, а потом шаги начали подниматься. —Макс! —раздался голос Артёма. Парень встал в проёме. Он был одет в тёплый штаны, а сверху накинута расстёгнутая куртка, под которой виднелась подаренная худи. —Помоги. —Да, давай, —Горцев встал с кровати и пошёл за Тёмой. На выходе Макс переглянулся с Ксюшей и окончательно исчез. Они спустились на первый этаж, Максим быстро оделся и прошёл за Муравьёвым. Они обошли дом и вышли на большой задний двор: в метрах десяти от дома был дровник, чуть дальше располагался сарай, а рядом с ним сеновал. Прошли рядом с сараем и сеновалом, потом вышли через ржавую калитку на широкую тропу, ведущую в лес. —Что делать то надо? —спросил Горцев. —Дрова таскать. —Понял. Понял… Они добрались до опушки, где уже был Саша, который пилил брёвна. У берёзы, растущей на краю опушки, лежала большая куча свежих поленьев и ещё одна куча, припорошённая снегом. У старой сосны, что склонилась над опушкой и под гнётом ветра громко скрипела, лежали два бревна. —Здравствуйте! —крикнул Максим Александру. Тот разогнулся, глянул кто пришёл и продолжил пилить. —Бери поленья, связывай верёвкой и пойдём, —быстро и строго проговорил Артём. Тёма пошёл к берёзе. Сложил несколько поленьев в стопку, достал висящую на ветке верёвку, и, связав всё, ждал Макса. Парень повторил за Муравьёвым и, закинув поленья за спину, пошёл за Тёмой к дому. Муравьёв был сосредоточен и напряжён. Постоянно о чём-то думал и, как казалось Максиму, отталкивал его и вновь презирал. Макс всё хотел поговорить на эту тему, но не было удачного момента. Поэтому сейчас, собравшись с силами, он произнёс: —Тёма… Артём промолчал и продолжил идти дальше. —Тём, между нами, всё хорошо? —Что-то тебя не устраивает? —Тёма остановился. —Ну-у-у… Мне кажется, что ты меня снова отталкиваешь и презираешь. Я…просто хочу знать почему? —Тебе кажется. Они продолжили идти молча. Лишь хруст снега, шум ветра в ушах, тяжёлые поленья за спиной, и голова полная мыслей. Показался дом, потом калитка. И вот они уже идут по двору, потом скидывают брёвна рядом с сараем, и снова идут в лес.

***

Наступал вечер. Температура заметно опустилась, и все, забрав последние поленья и инструмент, шли к дому. Обычно в такое время во всю горел свет из окон, но сейчас его не было—это настораживало. Они подошли к дому, постучали в дверь. Им открыла Ксюша, которая освещала себе дорогу фонариком. —Что со светом? —спросил Александр, ставя пилы и топоры в угол сенника. —Свет выключили. Все сняли верхнюю одежду, кое-как умылись и сели за стол в гостинной. —У нас же генератор есть! —крикнул Саша и вышел из-за стола. —Да не надо! Поэкономь бензин, —крикнула бабушка. Мужчина сел обратно за стол, над которым висел фонарь. В печке потрескивали дрова. Пламя из топки освещало небольшую часть комнаты. За окном выла метель, а в доме раздавались говоры его жильцов, которые обсуждали прожитый день и пытались составить план на завтра.

***

Прошло две недели с момента отключения света. Максим вместе с Артёмом и Ксюшей кормил животных в сарае бабушки. Подруга, кинув сена корове, гладила её, а Максим кормил кроликов в клетках. Он держал в руке почти пустое ведро корма, а в другой совок, которым насыпал корм в кормушки. Артём поставил рядом с Горцевым новое полное ведро с комбикормом и пошёл к курам, которые громко кричали в самом начале сарая. Максим отставил пустое ведро и, взяв новое, продолжил распределять содержимое. —Ребят, —начала Ксюша, выйдя в проход между загонами. —А вы чем хотите потом заняться? —Не знаю. Артём! —крикнул Макс. Тёма резко выпрямился и испуганными глазами глянул на Горцева. —Что?! —Ты чем думаешь потом заняться? —Спать лягу, —буркнул Муравьёв и снова сел на корточки у кур. Максим насыпал в последнюю кормушку корма, отставил ведра в сторону и, взяв лопату, принялся сгребать навоз, падающий из клеток на пол под ними, в одну кучу. —Тёма злой сегодня какой-то, —подойдя совсем близко к Максим, прошептала Ксюша. Муравьёв вышел из сарая, хлопнув дверью. —Не с той ноги просто встал… —Он тебе ничего не рассказывал? —А что должен был рассказать? Я сейчас. Максим поставил лопату и пошёл на улицу. Спустя полминуту вернулся, толкая перед собой пустую садовую тележку. —Ну не знаю… О чём думает, переживает… —Говорит, что уединиться нормально не получается. Все лезут к нему. Надоели… В сарай вошёл Артём. Он быстро поймал одну курицу и понёс на выход. —Сегодня будет курица, —протянул Максим. Раздался ор птицы, а потом она затихла. —Что не уединиться—это точно проблема. Ладно, пойду. Максим начал закидывать в тележку навоз, и когда она была забита полностью, повёз его на улицу. Погода была пасмурной. Дул тёплый ветер. Снег был мокрый и прилипал ко всему подряд. Парень вывез тележку на тропинку и, провезя её до пустыря на участке, сгрузил её содержимое прямо в снег. Максим повёз тележку на место. Смотрел на Артёма, который ощипывал курицу. На его штанах виднелись капли крови, да и руки были испачканы в ней и в перьях. —Парни! — крикнул отец Ксюши, подходя к сараю. —Парни, слушайте, я собираюсь в город. Не знаю, что там и как. Поэтому не хочу брать вас сразу двоих: решайте, кто пойдёт со мной. Артём проигнорировал слова мужчины и, закончив с перьями, положил курицу на пенёк и вспорол ей брюхо. —Давайте я пойду, —на выдохе проговорил Макс. —Тогда готовься и пошли. Мужчина быстрым шагом ушёл от парней. Горцев поставил тележку на место и подошёл к Тёме. Быстро оглядел взглядом двор—никого. Когда Муравьёв выпрямился, Макс аккуратно обнял Артёма с боку и уткнулся носом в плечо. Хотелось ощутить любимое тепло, запах, но вместо этого провонявшаяся в запахах сарая куртка, запах свежего мяса и холод материала одежды. Тёма тоже застыл и не решался двинуться. Потом глянул на курицу, на Максима. —Максим, всё хорошо? —всё-таки спросил Артём. —У меня да. А у тебя? Просто ты злой сегодня какой-то… Что случилось? —Да всё хорошо. Правда. Встал не с той ноги… —Точно? —Максим. Горцев молча ушёл к дому. На крыльце уже стоял Александр, который ждал Макса. Александр держал в руках топор, а на его ногу упирался ржавый лом.

***

Они прошли по шоссе. Максим смотрел на оставленные машины, на окоченевшие трупы. Часто осматривался и запоминал путь, по которому они шли. Вдали виднелась сгоревшая АЗС, которая до сих пор дымилась. Группа прошмыгнула рядом с перевёрнутой машиной и решила подойди к постройке. Рядом со сгоревшими колонками стояла пара остовов машин, в метрах трёх от них лежали обгоревшие скелеты. —Саш, пошли отсюда. Всё равно тут делать нечего, —тихо проговорил Макс. —Пошли…—согласил Александр и быстрым шагом пошёл от заправки. В городе было очень тихо: ни зверей, ни людей, ни рёва техники. Лишь свист ветра, колыхание плакатов и тряпок из окон и столбов, и хруст снега под ногами. Они вышли на проспект, на котором стояли брошенные бронетранспортёры и несколько машин скорой помощи. Вдруг, кто-то за спиной пробежал. Группа резко развернулась, но никого не было. —Уходим! —тихо сказал Александр и быстрым шагом пошёл по тротуару. Максим шагал за ним, попутно успевая осматривать город. Мужчина встал, за его спиной остановился Макс. Они смотрели вперёд на жующих труп человека собак. Собаки перестали есть, посмотрели в сторону и ринулись от трупа прочь. За ними гналось несколько заражённых, которые были все с ранениями, проломленными головами, но это не мешало им устроить погоню за псами. —Надо валить из города. Тут делать нечего, —произнёс Горцев. Он посмотрел на вывеску магазинчика со спецодеждой, а потом туда же глянул и Саша. —Зайдём, а дальше посмотрим. Они перебежали проспект и аккуратно вошли в магазин, осветив помещение фонариком. Магазин был почти не тронутым: лишь вынесенная касса и пара пустых стеллажей. —Ищи противогазы, респираторы. Да вообще всё, что считаешь полезным возьми, —шепнул Александр, быстро направляясь к вешалкам с куртками. Максим пошёл к стене, где висели разными средства защиты. Открыл рюкзак и принялся без разбору засовывать внутрь противогазы, фильтры к ним, респираторы. Что-то хрустнуло, потом раздался шорох и какой-то вопль. Саша посветил фонариком в сторону звука и перед ним престал мужчина в крови. Он хватал губами воздух и смотрел вперёд мёртвым взглядом. —Помогите…—прохрипел мужчина. —Бежим! —закричал Максим и ринулся на выход. За ним побежал Александр. Они выбежали из магазина и ринулись через проспект на другую улицу. Пробежали несколько метров и остановились. —Стоять! —раздался голос с боку, а потом звук передёргивания затвора. В нескольких десятках метрах от них стояли несколько военных, на лицах которых были одеты противогазы. —Вы находитесь в зоне эпидемиологического бедствия. Вам следует пройти с нами. У нас вы узнаете заражены вы или нет, найти кров и пищу! —подойдя к группе, объявил военный в бронежилете. —Мы, наверное, пойдём…—сказал Саша и попятился назад. Раздалось несколько щёлканий затворами, а после автоматы остальных солдат были направлены на группу. —Вы пройдёте с нами! —Ладно, ладно! —протараторил Александр, подняв руки вверх. —Оружие на землю! Максим медленно положил лом на дорогу, а рядом упал топор. —Что в рюкзаках? —Противогазы, —ответил Максим. Один солдат сделал шаг вперёд, схватил оружие с земли и отошёл назад. Группу окружили военные. Вдруг, Максу и Саше заломили руки, нацепили наручники. —Зачем это?! —крикнул Максим. —Чтоб не брыкался! Они поплелись по узкой выженой улице. Первые этажи домов были обуглены, в некоторых местах виднелись многочисленные сколы и следы от пуль на стенах. У некоторых домов первые этажи были полностью разрушены и разграблены. Где-то за углом слышался шорох, гул людей, генераторов. Военные повернули за угол и вышли к посту—бетонная стена, протянувшаяся от края до края улицы, за стеной настил, по которому ходили военные. Прожектора, громкоговорители, столбы с камерами. По центру поста находились железные ворота. —Новенькие? —крикнул военный со стены. —Да! Пустите. Железные ворота открылись, образовав небольшую щель, в которую и прошла группа. Они вошли в большой лагерь, который расположился на перекрёстке двух широких улиц. В самом центре штаб, рядом с ним медсанчасть, столовая. В противоположной стороне от ворот были палатки-казарма. А в квартирах, которые выходили на эти улицы расположились склады и лаборатории. —За мной, —скомандовал военный и повёл Макса и Александра в первый же подъезд, а после завёл в квартиру-лабораторию, расположенную на втором этаже здания. —Маша! —закричал солдат. —Маша! Еб твою медь… Военный принялся ходить по квартире в поисках Маши, но её не было. За спиной группы открылась дверь и раздался женский голос: —А вы кто такие? —Мы… —Маша, исследуй их. Мы их нашли на улице. —Почему они без намордников? Вы совсем там с ума посходили?! —прикрикнула девушка на военного. —Закончились просто. Мы не думали, что этих найдём. Уже неделю на улицах пусто… —Меня это не волнует! Ты знаешь устав: весь личный состав или гражданские лица должны быть полностью облачены в защитный костюм при контакте с заражёнными; при подозрении на заражение, требуется изолировать все открытые участки кожи и поместить заражённого в карантин! —отчитывала девушка из комнаты. —Да знаю я этот устав!.. —Так чего не выполняешь?! Ты хочешь, чтоб мы тут все подохли? —перебила Маша. Военный промолчал и облокотился плечом в проёме, смотря на, одевающую на себя средства защиты, девушку. Маша была молодой девушкой, лет двадцати пяти. Её рыжие волосы были аккуратно заделаны в пучок, а на лице красовались чёрные круглые очки. Она надела маску и перчатки, потом взяла с полки пару шприцов и, смочив ватку в спирту, подошла к Максу. Военный подошёл к парню, расстегнул наручники. Взяв его за руку, держал, чтоб тот не убежал. —Не бойся. Я просто возьму кровь. Хочу узнать: заражён ты или нет, —произнесла девушка. Это не успокоило парня. Он, вырвавшись из хватки, рванул в бок и побежал к выходу. За ним тут же ринулся военный, которые схватил Горцева и прижал лицом к стене. Александр пнул по ноге военного, тот чуть присел, но, быстро развернувшись, зарядил в лицо кулаком. Вдруг, завыла сирена, раздались выстрелы. За окном доносились крики, вопли. Девушка подошла к окну и ужаснулась: вся улица утопала в крови, военные в панике бегали по телам товарищей, за ними гнались заражённые. Некоторые выжившие гражданские пытались отбиваться, но их тут же хватали заражённые. —Серёж…—протянула девушка, посмотрев на военного. —Я быстро! Сейчас вернусь. Я должен помочь другим! Запрись и не выходи от сюда! —протараторил военный и выбежал из квартиры. Выстрелы почти утихли. Раздавались одиночные, но вскоре и они закончились. Настала тишина. На улице уже никого не было. Она утопала в крови и в телах погибших. Вдруг, внизу раздалась стрельба, потом крик. И всё затихло. —Может вы нас освободите? —спросил Александр. Девушка постояла некоторое время, размышляя над вопросом, но потом всё-таки достала из кармана связку ключей и расстегнула наручники. —Надо выбираться отсюда…—быстро проговорил Саша, осматривая взглядом квартиру. —У вас есть что-то, чем можно обороняться? —Нет. Это просто лаборатория… Тут ничего такого нет. —Весело, —буркнул Саша и прошёл в соседнюю комнату. Максим стоял, не знал, что делать. Но потом всё-таки решил и подошёл к двери, прислонившись ухом к ней. За ней была гробовая тишина. Тогда он медленно отпустил ручку. Дверь с трудом поддалась, но открылась. Парень прислушался и ещё больше открыл дверь. Медленно высунул голову и оглядел лестничную площадку. Она была вся залита кровью, на лестнице валялись разорванные тела солдат. —Макс! —шикнул мужчина, когда увидел, что Горцев выходит за дверь. Но Максим не послушал и спокойно подошёл к трупам военных. Под ногами хлюпала кровь, в воздухе парил запах тёплого мяса. Парень заметил автомат и потянулся к нему. Задержал дыхание и откинул трупы в сторону, схватил окровавленное оружие и так же медленно пошёл к двери. Перед самым входом он поскользнулся, но смог устоять на ногах. Саша взял автомат и глянул на Машу, которая наблюдала за этим всем. —Пойдёшь с нами? —спросил Саша у девушки. —Мне… надо… —Пойдёшь или нет?! —Нет. —Вы же здесь погибнете, —заметил Макс. —Одному сейчас быть на много безопасней, чем в группе. Поэтому идите куда шли. Маша ушла обратно к аппаратам и, сев напротив них, уставилась в стол. Александр протёр автомат, висевшим на стене халатом, и проверил магазин на наличие патронов, он был пуст. Группа вышла на лестничную площадку и медленно начала спускаться вниз. Они вышли на улицу. Всё пространство было завалено телами, залито кровью, не которые палатки были сломаны. Висела тишина. На порыве ветра громко трепалась ткань палаток. Едва слышимо свистел ветер и играл с железными листами, висевшими на окнах. Саша пошёл вдоль здания, перешагивая растерзанные трупы. Максим часто оглядывался по сторонам, пытался найти взглядом что-то, чем можно было б обороняться. Рядом с воротами, в которые их сюда и ввели, стоял пикап с торчащими из кузова доска. Горцев решил подойди и проверить, может быть, там окажется что-нибудь полезное. Парень медленно подошёл и заглянул в кузов. Там лежал открытый инструментальный ящик, а рядом с ним лом и топор. Макс взял их и побрёл к Александру, который стоял у открытой воротины. Максим молча протянул лом мужчине. Саша кинул автомат (пользы от него без патронов ноль) и взял инструмент. Они вышли за пост и увидели кровавые следы, которые растянулись по улицам. Группа быстро зашагала в сторону дома. Прошмыгнули у продуктового магазина, но потом вернулись и заглянули внутрь. Помещение оказалось пустым: только стеллажи, замёрзший труп зомби у дальнего стеллажа и немного снега, которой намело через разбитые окна. Максим перешагнул тело мёртвого продавца и зашёл за кассу, надеясь там что-то найти. Александр ушёл в подсобное помещение, начиная что-то там двигать и ронять на пол. Макс сел на корточки и принялся проверять ящики под прилавком. Вдруг раздался хруст снега с боку и быстрые шаги начали приближаться к парню. Горцев выпрямился и крикнул: —Чёрт! Быстро замахнулся топором и попал ходячему в плечо, тот чуть подался в сторону, но продолжил идти на Макса. Парень ещё раз замахнулся и уже попал в голову. Топор лишь содрал кожу, оголив череп. Мертвец сделал рывок вперёд, схватил парня за куртку и повалил на пол. Максим тут же выставил руки вперёд, не давая ходячему приблизиться. Зомби быстро задёргался и, ударив рукой по руке парня, лёг на него. Рукой схватил руку Горцева, крепко её держа, а второй лёг на плечо, не давая возможности нормально сопротивляться. —Саша! —заорал Макс. Ходячий сделал укус, но из-за дёргающегося парня, укусил куртку. Было уже потянулся к шее, как вдруг, зомби схватили, и он был тут же перекинут через прилавок. —Бежим! —крикнул парень, резко вставая с пола. Макс ринулся на выход, Саша за ним. Зомби пытался догнать группу, но пробежав метров двадцать бросил это и просто встал, провожая взглядом убегающих.

***

—Ну что как в городе? —как только мужчина с парнем вошли в дом, спросила Вера. Максим молча снял верхнюю одежду, поставил рюкзак и пошёл умываться, а Александр облокотился на дверь и рассказывал жене, что с ними было. Его руки тряслись, поэтому, чтоб не показать этого, он сложил их на груди. Макс быстро умылся, проверил первый этаж на наличие Артёма и, не обращая внимания на урчащий желудок, пошёл в свою комнату. На подоконнике горела свечка, освещающая тусклым светом комнату. На кровати, свернувшись в позу эмбриона и прижавшись к стене, лежал Тёма. Максим аккуратно закрыл дверь и тихо подкрался к парню. Сел на край кровати и слегка потормошил Артёма за плечо. Муравьёв резко вскочил и уставился на Горцева. —Я пришёл. Как дела у тебя? —поинтересовался Макс, когда Муравьёв лег на спину. —Нормально, —холодно ответил Артём. —Что случилось? —спросил Максим, чувствуя напряжённость разговора. —Как в городе? —Людей нет. Был лагерь военных, но, когда нас туда затащили, появились зомби, которые всех пережрали. Мы чудом уцелели. Потом зашли в магазин. Там меня чуть не съели, но Саша помог, —Максим чуть усмехнулся, потёр затылок и лёг рядом с Артёмом. —Знал бы про это раньше, сам бы пошёл, —буркнул Тёма и снова уткнулся в стену. Максим лишь шикнул и улыбнулся. Потом повернулся на бок и уставился на Артёма, который прожигал взглядом потолок. Вдруг, у Горцева заурчал желудок, и Муравьёв произнёс: —Макс, иди пожри. А то пришёл, даже не евши. Максим молча встал и, кусая губу, ушёл из комнаты. На лестнице встретился с грустной Ксюшей, которая медленно поднималась наверх. —Привет, —сказал парень, сравнявшись с подругой. —Привет. Она продолжила подниматься наверх, а после скрылась за дверью своей комнаты. Максим постоял несколько секунд на лестнице, а потом продолжил идти вниз.

***

Оранжевые лучи солнца медленно проникали в комнату парней. Артём ещё спал, а Максим уже минут двадцать сидел на кровати, укутавшись одеялом. Пытался проснуться, но сон всё не хотел отпускать. Парень почти заснул, как вдруг, услышал активное шевеление на соседней кровати. Проснулся Тёма. Он медленно встал и, потормоша голову Макса, вышел из комнаты. Вернулся спустя минуты две, лёг обратно на кровать и снова заснул. От прикосновения Тёмы внутри стало чуть теплее, поэтому Макс решил всё-таки встать. Он аккуратно закрыл дверь и побрёл вниз. За столом уже сидел Александр, который медленно пил чай. —Ты уже встал? —спросил мужчина, заметив парня. —Да… —Тогда просыпайся и пойдём скотину кормить. Максим кивнул и пошёл в сторону туалета. Привёл себя в порядок, быстро накинул рабочую одежду и вышел с Сашей на улицу. Было холодно, но ветра не было и это уже радовало. Они прошли до сарая. Покормили животных, убрались в загонах. Заняло это около часа. Максим уже шёл обратно. Снял рабочую одежду, снова привёл себя в порядок и пошёл на кухню. Он встал в коридоре, когда услышал, что в помещении разговаривали Артём с Ксюшей. —…ладно, прости. Не красиво себя повёл вчера. Согласен, —говорил Тёма. —Артём, я тебя прощаю. Но следующие выходки терпеть не собираюсь. —Я понял… И только когда настала тишина, Горцев вошёл. —Всем доброе утро! —громко сказал Максим, войдя на кухню. —Доброе…—протянул Артём. Он выглядел ещё сонным. Полузакрытые глаза, растрёпанные волосы, помятый вид—почему то эта картина вызывала у Максима умиление, хотелось подойти и обнять парня; может даже поцеловать в щёку. —Привет, —проговорила подруга, слегка улыбнувшись.

***

Максим проснулся от нежного поцелуя в губы. Как только он раскрыл глаза, то тут же увидел повисшего над ним Артёма: —Доброе утро, —тихо произнёс он и снова поцеловал Макса. —Доброе, — промямлил парень и на миг потянулся. Горцев почувствовал, как до его шеи, медленно спускаясь к ключице, прикасались любимые губы, оставляя за собой влажный и пылающий след. Максим откинул голову назад, открыв ещё больше места для поцелуев. Артём уселся сверху и продолжил прикасаться губами пылающей кожи. Потом скинул с Горцева футболку, продолжая спускаться медленно вниз. Муравьёв спустился в самый низ, а потом медленно пополз вверх, проводя языком по коже. Максим притянул к себе Артёма и слился с ним в пылающем поцелуе. Тёма прервал его и скинул с себя худи, под которой ничего не было, и, оставшись только в штанах, вновь принялся целовать. Когда они прерывались и смотрели друг на друга, Горцев глазами снимал оставшуюся одежду с Артёма. И Муравьёв увидел этот взгляд, поэтому стянул с себя всю оставшуюся одежду, а потом помог и Максиму с этим. Тёма повис над Максимом. Часто дышал, смотрел прямо в глаза Максу. В глазах парня читалось желание, поэтому Муравьёв отпустил бёдра и, соприкоснувшись телом с телом парня, начал медленно двигаться. Вдруг Макс схватил Артёма и прижал к себе. Движения прекратились, казалось, всё вокруг горит, и воздух будто исчез. Они перевернулись. Теперь Максим сидел на Артёме. Он чуть сполз вниз и, схватив рукой оба члена, начал медленно надрачивать. Артём, чтоб не издать лишних звуков, закрыл рот рукой. Горцев улыбнулся и, подвигав рукой ещё какое-то время, разместился над Тёмой. Максим, откинув руку парня в сторону, начал целовать Муравьёва, медленно спускаясь вниз. Потом и сам отполз чуть назад, начиная гладить руками бока. Пальцы почувствовали заросший шрам, на миг в голове вспылили воспоминания того дня, когда он обрабатывал этот шрам… Горцев почти спустился до заветного органа, который стоял столбом и источал смазку. Макс сел на колени меду ног Тёмы и оглядел эту картину: перед ним лежал голый Артём, который, смотря на Максима и широко улыбаясь, гладил себя рукой, а другой надрачивал свой член, как бы маня к себе. Максим пододвинулся, схватил руками ноги Артём и уже закинул их на свои плечи, как вдруг в дверь постучали. —Парни, просыпайтесь давайте! Нечего лежать, пора на вылазку! —громко говорил Александр. —Уже собираемся! —в ответ крикнул Максим, после чего глянул на Артёма, который опечаленным взглядом смотрел на парня. —Давай те быстрее. Тяжёлые шаги начали спускаться, потом прошли внизу. Хлопнула дверь, и на улице послышался хруст снега. Парни смотрели друг на друга. Максим отпустил ноги и отсел назад, рядом уселся Артём. —Давай хотя б подрочу? —Тёма потянулся к падающему члену Горцева. —Потом продолжим, —Максим улыбнулся и, встав, принялся одеваться. —С днём рождения, кстати… Максим посмотрел на Артёма, широко улыбаясь, а потом перевёл взгляд на всё ещё стоящий член Муравьёва. —По-моему не мне надо было сейчас дрочить, а тебе, —надевая футболку и штаны, проговорил Горцев. Артём усмехнулся и встал, начиная тоже одеваться. Быстро накинул одежду и, пока Макс доставал фонарики, пытался уложить член в трусах. —Ты закончил? Максим встал у двери и ждал Муравьёва. Волей не волей устремлял взгляд на силуэт в штанах, из-за чего и у него снова начинал вставать член.

***

Они шли по заснеженному шоссе. Весь транспорт, что стоял с самого начала эпидемии, превратился в огромные сугробы. Вдали, устремляясь ввысь, стояли жилые многоэтажки. На снегу не было чужих следов, да и кроме завывания ветра ничего не было, но это не успокаивало. Группа во главе с Александром проползла между сожженных остовов машин и продолжила идти дальше. Они зашли в город —огромную свалку бетона, железа, мусора и заледеневших трупов людей. Группа, достав каждый своё оружие, медленно двинулась вперёд, пропуская ранее изученные магазины. Артём шёл с топором, Максим с мачете, а Александр держал в руке лом. Хоть такое оружие мало чем помогало против тварей, но оно могло помочь задержать их; или в конфликте с другими людьми. Стены первых этажей были в саже, в кладке виднелись огромные трещины, сколы от попадания пуль. С некоторых верхних этажей висели плакаты с разными надписями и рисунками, занавески и другой какой-то мусор. Они обошли сожженный танк, из люков которого виднелись на половину вылезшие скелеты. Потом повернули во двор, но тут же вернулись на улицу. Во дворе когда-то был медицинский лагерь, а это значило, что даже сейчас он может быть опасен из-за всё ещё живых мертвецов. Группа ускорилась и вышла к торговому центру. Большое прямоугольное здание в этажей пять, с висевшими снаружи тряпками, было разбито. Уцелели только пара витрин и окон. —Вы сможете сами его исследовать? —тихо спросил Саша, поправив рюкзак. —Да, —ответил Артём. —Хорошо. Удачи. А я пока до аптеки тогда сбегаю. Мужчина ринулся на другую улицу, а парни, надев противогазы и включив фонарики, двинулись внутрь. Во тьму. Сквозь разбитые окна и двери с улицы наметал снег, который лежал внутри маленькими сугробами. Артём прошёл чуть вперёд, стараясь не наступать на разбитые стёкла, а Максим дошёл до островка, в котором продавали чехлы и зарядки, и, заглянув внутрь, ничего полезного не увидел. —Макс! —шикнул Тёма, светя фонариком на одну из вывесок магазина. Парень тут же посмотрел на вывеску и прочитал: «Охотник и рыболов». Парни медленно направились к магазину, освещали фонариками дорогу и были готовы в любой момент бежать. Они медленно зашли в помещение. Темнота сгустилась, как и тишина. Максим пошёл влево по рядам, а Артём отправился дальше. Горцев прошёл рядом с прилавком удочек, наживок. Потом он повернул налево и пошёл по ряду, где должны были продаваться сетки. Он вышел и встретился с Тёмой. Они переглянулись и вместе пошли в дальний угол, где виднелось ещё несколько стеллажей. Они быстро глянули их—пустые. Парни развернулись и вышли из магазина. Быстро забежали в табачный. Этот магазин был весь вывернут на изнанку: перевёрнутые шкафы, выдернутая касса, разбитая ветрина, по всюду разбросанный мусор с деньгами и блестящие под светом фонариков гильзы. Понимая, что искать здесь нечего, парни пошли по другим магазинам на первом этаже. Через полчаса безрезультативных поисков, парни поднялись по неработающему эскалатору на второй этаж, чей пол был заметён снегом. Привыкшие к полумраку глаза на миг ослепли от яркого света солнца, которое попадало сюда. Максим сделал в шаг и почувствовал что-то под ногой. Чуть раскопав ногами снег, он застыл: под ним лежало тело человека, а поверх его ещё одно. Парень испуганно посмотрел на Артёма, по глазам которого читалось полное безразличие к этому факту. Они пошли дальше, выключив фонарики, которые здесь не требовались, ведь света солнца хватало, чтоб осветить бо́льшую часть помещений. Хрустел снег. Парни прошли до книжного магазина, но вход был забаррикадирован металлическими стеллажами, а за ними лежали разбросанные книги, а на них, укрывшись одеялом, лежали нетронутые трупы людей. Максим заметно погрустнел, но противогаз скрывал это. Парни прошли до соседнего магазина—тоже баррикады. Быстро осмотрелись, и только один магазин был открыт—магазин электроники. Горцев хотел пойти первым, но твёрдая рука Артёма помешала ему. Он зашёл первым. Большая часть зала была освещена солнцем, но был один тёмный угол. Муравьёв чуть приблизился к нему и достал фонарик. Тут же начал быстро пятиться назад, а после, толкнув на выход зашедшего Макса, вылетел из магазина. —Что там? —Уходим! Мертвец в углу. Тёма схватил Максима за руку и поволок на третий этаж. Этаж был завален горами трупов и обглоданных скелетов. Парни, медленно обойдя кучи с трупами, пошли дальше. Всё было либо забаррикадировано, либо разграблено до прихода группы. По глазам Муравьёва читалось, что он был опечален этой прогулкой, да и это место давило на мозги. И пока парень смотрел на стену, которая была вся испачкана засохшими следами крови, а под ней лежал целый ряд людей, Макс заприметил в углу секс-шоп. Грязные мысли тут же затмили голову, а на лице появилась небольшая улыбка. Парень перестал замечать давящую атмосферу места и, подскочив к Артёму, показал пальцам на магазин. Максим быстро устремился ко входу, а Тёма медлил и часто оборачивался назад. Горцев встал у входа и смотрел на застывшего Муравьёва. Улыбка с лица спала, а место снова начинало давить. —Артём?.. —спросил Максим, положив руку на плечо Тёмы. Тот развернулся и уставился на стену. —Тут людей расстреливали… Максим быстро оглядел всё то, на что смотрел парень. Потом в голове пронеслось воспоминание о первом дне: «Все, кто находиться на улице по истечению установленного времени, будет расстрелян без предупреждения…» —Эти люди не успели укрыться… Макс сжал губы. Гладил по плечу Артёма, пытаясь того успокоить и приободрить, хотя сам чувствовал, что вот-вот упадёт. —Ты туда хотел пойти? —махнув головой в сторону магазина, спросил Артём. Максим сорвался с места. Встал у входа и смотрел на Муравьёва, который медленно шёл, стараясь не наступить на кости. Максим зашёл и широко заулыбался. Магазин почти не пострадал: было не много мусора на полу и пара упавших стеллажей. Горцев зашёл за прилавок и начал смотреть на висевшие на прилавке пачки презервативов, а Артём прошёл до стеллажей с разными игрушками. Макс взял одну пачку презервативов, повертел, посмотрел, а потом расстегнул куртку и начал запихивать попадавшиеся под руку пачки во внутренний карман. Муравьёв взял в руки коробку с вибратором и начал рассматривать её, потом положил обратно. Подскочил радостный Горцев, и, обменявшись взглядами с Артёмом, он быстро зашагал к стеллажу со смазкой. Хватал баллончики, разглядывал, тряс, но вся смазка была замёрзшей. —Ты не думаешь, что это всё могло испортиться? —спросил Артём, встав рядом. —Не знаю. Придём домой и проверим. Максим закинул в куртку пару баллончиков и пошёл дальше. Он взял в руку то, что его заинтересовало больше всего: фалоиммитатор. На лице Максима появилась широкая улыбка, и он посмотрел на Артёма, который наблюдал за действиями парня. Горцев быстро распаковал коробку и достал из неё игрушку. Взял её в руки, начиная ощупывать. Потом решил её потрясти, она заболталась, словно сосиска—это вызвало невольный смешок у Максима. —И зачем он тебе? —спросил Артём, взяв в руки дилдо. —Ну-у-у… Максим, склонив голову в бок, смотрел на Тёму, который рассматривал то игрушку, то Максима. И через пару секунд Муравьёв выдал: —Ты на него хоть сядешь? Он побольше моего будет. Артём тоже заулыбался и приложил игрушку к своему паху. —Да нормально. Побольше смазки, и всё войдёт! —сказал Максим. Он хотел отнять игрушку у Артёма, но тот отскочил назад, продолжая держать фалоимитатор у паха. —Артём!.. —Макси-им! —довольно протянул Муравьёв и засмеялся, но вскоре успокоился и, положив игрушку на стеллаж, спросил: —Тебе меня мало? —Мне тебя полностью хватает. Просто думал, может разнообразия добавить?.. —Я тебе устрою как-нибудь разнообразие. —Это угроза? —подойдя к Артёму и всё также улыбаясь, интересовался Максим. —Предупреждение. Артём пошёл на выход. Максим поправил рюкзак и, чуть пробежав, сравнялся с Муравьёвым. Они начали подниматься на четвёртый этаж, и, как только поднялись, тут же остановились и принялись спускаться обратно. Перед самым выходом с эскалатора лежали пара замёрзших мертвецов. Парни спустились на первый этаж и быстро вышли на улицу. Саши ещё не было. —А он куда пошёл? —Сказал, что пошёл в аптеку, —Артём огляделся по сторонам и, найдя следы мужчины, пошёл по ним. Парни шли минуты две, после чего увидели, как следы заворачивают в разгромленную аптеку. Разные ящики, упаковка, стеллажи валялись прямо на улице. Уже по этой картине можно было понять, что ловить здесь нечего, но следы шли дальше, а это значило, что Александр был здесь. Парни достали фонарики и вошли внутрь. Помещение было всё в свежей крови, а следы ботинок вели в большую дыру в стене. Ребята медленно пошли дальше и вышли в соседний магазин, а из него уже на лестницу. Они поднялись на второй этаж. Среди бетонных стен тихо разносился скрип, гул, завывание ветра, которое больше походило на хрип монстра. Парни на трясущихся ногах медленно шли по следам, которые вели в квартиру. Парни зашли и услышали тяжёлые шаги, доносившиеся из комнаты. Артём отодвинул назад, рвущегося вперёд Макса, и сам заглянул в помещение. По центру комнаты по кругу ходил Саша с окровавленным ломом. В углу лежал ещё живой мужчина без противогаза с пробитой головой. Он едва шевелил губами и смотрел в пол полузакрытыми глазами. —Саш, —тихо сказал Артём. Мужчина резко развернулся в сторону звука. Через стеклышки противогаза было видно, что тот напуган и охвачен ужасом. —Что произошло? —поинтересовался Максим, зайдя в комнату вместе с Тёмой. —Я, —мужчина не знал, что говорить. Артём подошёл к полумёртвому человеку и осматривал его. Потом принялся обыскивать его и доставать из карманов полезные вещи. Достал фонарь, пару батареек, верёвку, карабин и нож. —Добить? —Артём выпрямился и крепко сжал свой топор. —Артём…—прошептал Максим и уже хотел подойди к парню, как вдруг тот замахнулся и со всех сил ударил по голове мужчину. Раздался хруст кости и тихий вопль, а после повисла тишина. Горцев смотрел то на труп, то на Муравьёва, который хладнокровно, даже не дождавшись ответа, прикончил мужика и сейчас вытирал об его же одежду кровь. Тёма сел на корточки и принялся копаться в лежащей рядом сумке. Но ничего полезного в ней не было: тряпки, пустые банки и ещё как-то мусор. Максим смотрел Артёму в спину, буквально прожигая его. Хоть парень и понимал, что таков мир, что если не ты, то тебя, но никак не мог свыкнуться с тем, что надо добивать всех, кого ранил. Во-первых, его могут найти, вылечит и снова отправить в бой, во-вторых, просто спасти от участи быть съеденным заживо. Артём бросил сумку и, встав, встретился со взглядом Максима. Они смотрели друг другу прямо в глаза. Тёма, как всегда, источал хладнокровие, а Горцев смотрел и не понимал, как тот смог спокойно добить мужчину. —Он был моим лучшим другом…—начал рассказывать мужчина. —Он вылетел на меня, а я с испугу ему по голове. Я его потащил сюда, надеялся ещё спасти. Внизу не вариант—могли прибежать заражённые, а здесь… Не хватило сил добить… —Всё нормально. Пойдёмте, —Артём устремился на выход. За ним пошёл только Максим. —Обыщите ещё пару зданий, я здесь побуду. Парни ушли на улицу и пошли до продуктового магазина, чья вывеска уже почти сломалась. Зашли внутрь. Этот магазин хоть и был разграблен, но на полках ещё виднелись какие-то продукты. Артём зашёл за прилавок. Кинул в рюкзак пару бутылок алкоголя и всё оставшееся пространство забил заледеневших хлебом, пачками макарон и сушёной рыбой в упаковке. Потом посмотрел, что делал Максим: он собирал с полок консервы. Тёма вышел из-за прилавка и, скрывшись за стеллажом, нашёл полку с печеньем и сладостями. Взял пару шоколадок и закинул их в потайной карман в рюкзаке. Макс зашёл в подсобное помещение, а потом спокойно из него вышел. Встал у входа и смотрел в выбитое окно. Начинал валить снег, ветра не было. По небу плыли свето-серые облака, закрывающие солнце. Муравьёв подошёл и обнял Горцева со спину. Тот продолжал стоять, даже не шелохнувшись. Парни вышли на улицу и пошли обратно к нужному дому. Посреди улицы стоял Александр и ждал парней. Они сравнялись и в тишине побрели дальше. Обыскали пару магазинов, зашли даже в несколько квартир. И когда у Саши тоже был заполнен рюкзак, пошли обратно домой. Весь путь молчали. Не хотелось что-либо обсуждать и даже просто слышать друг друга.

***

На дворе был июль месяц. Максим с Артёмом вышли за деревню в поле с ручной косой и граблями. Было утро, но солнце уже пекло, а тёплый ветер играл в волосах на голове. Парни свернули с тропинки и, когда Тёма прокосил среди высокой травы лужайку, Максим скинул с плеча рюкзак на землю, а рядом кинул грабли. Они второй раз за лето выходили в поле за травой. Брали в рюкзак воду, еду, а в этот раз Максим закинул в рюкзак ещё пару презервативов и смазку. Большое поле с высокой густой травой, которая тёмно-зелёным ковром простиралась до самого горизонта, где упиралась в едва видную границу леса. В полукилометре от парней, в зарослях деревьев, протекала речка. Артём начал косить траву, разгоняя кузнечиков, который быстро перепрыгивали с одной травинки на другую. Максим шёл чуть сзади и граблями раскидывал траву, чтоб она быстрее сохла на солнце. —Что думаешь вечером делать? —спросил Горцев, догнав Тёму и ожидая, когда тот прокосит вперёд. —Не знаю. Хотел до леса дойти, попробовать там что-нибудь поискать. А что, есть планы? —Можно было б на речку сходить…или просто в поле полежать. Погода сегодня хорошая, —Максим принялся снова раскидывать траву. —Короче, разберёмся. Повисло молчание. Раздавался шелест травы, из глубин поля слышалось стрекотание кузнечиков. Над головой пролетела стая птиц, которая громко о чём-то чирикала. Когда подувал ветер трава наклонялась и недовольно шуршала, по полю шли зелёные волны, распространяясь всё дальше и дальше. Артём остановился, бросил косу и снял с себя сырую футболку. Потом кинул её что было сил назад. Максим остановился, быстро оглядел Артёма, а после и сам снял футболку. Они продолжили работать, но голова Макса была забита только одним: он радовался тому, что не прогадал, когда закидывал в рюкзак презервативы и смазку. Он ждал момента, когда они закончат работать. Внутри всё зудило, хотелось остановиться и наброситься на Артёма, сняв с него всю лишнюю одежду. —Давай поменяемся? —спросил Муравьёв, остановившись. —Давай. Парни поменялись инструментами и продолжили работать. Снова шелест падающей травы и разбегающиеся кузнечики. Но это не могло перебить пошлых мыслей, которые быстро заполнили голову.

***

Парни сели на отдых. Пили воду, есть не хотелось совсем. Скошенная часа три назад трава уже подсыхала. Артём улёгся на траву и закрыл глаза. Максим, сидя по-турецки, медленно пил и рассматривал парня. Поставил бутылку между ног и прикусил губу. Он уже не мог сдерживаться, поэтому подполз к Муравьёву и сказал: —Пошли на речку? —Пошли. Муравьёв встал и взял футболку. Макс тоже встал и, прихватив свои вещи с собой, пошёл за Артёмом к реке. Медленное и чистое зеркало реки протекало между растущих вдоль неё деревьев. Сама река была ниже них на метра полтора. Плавные песчаные берега протянулись вдоль воды и уходили по бокам вдаль. Дул прохладный ветерок, солнце скрылось за кронами деревьев. Лишь в центре речушки, до куда не доставали кроны, можно было увидеть голубую полосу неба. Парни кинули вещи на берегу и, быстро раздевшись до трусов, медленно пошёл в воду, прощупывая ногами дно. Оно было на удивление чистое—только песок и несколько толстых корней. Парни поплыли. Ныряли, кувыркались, просто плавали вдоль берега. Вода была прохладной, в такую жару самое то. Максим нырнул под воду и доплыл до Артёма, у которого только голова торчала над водой в центре реки. Парень подплыл сзади и, резко вынырнув, схватил парня за бока. Тёма развернулся и встретился со счастливым лицом Максима. Заулыбался в ответ. —Что? —спросил Тёма. Горцев потянулся руками к лицу Муравьёва и слился с ним в поцелуе. Максим, схватив Артёма левой рукой за спину, углубил поцелуй, одновременно спуская свободной рукой к члену Тёма. Он почувствовал рукой встающий бугорок и начал гладить его сквозь ткань, ещё больше возбуждая парня. Поцелуй прервался, и Артём сдёрнул с себя и Макса оставшуюся одежду, бросив её на берег. Они снова слились в поцелуе. Пальцы Горцева скользнули по телу. Они спускались всё ниже, пока не дошли до вставших органов. Максим взял в ладонь член Тёмы и начал медленно двигать рукой, но потом прекратил и дотянулся до яичек, начиная пальцами играть с ними. Артём на миг тихо застонал, что заставило улыбнуться Макса, а после Муравьёв руками спустился до ягодиц Макса, начиная их массировать, но потом обхватил за талию парня и притянул к себе для поцелуя. Поцелуй прервался, и Максим положил голову на плечо Муравьёва. Шумно выдохнул и почувствовал, как открытая головка касается кожи Тёмы иногда даже задевая стоящий колом член. —Ты промытый? —дотянувшись до уха Макса, спросил Артём. —Да, —на выдохе ответил Макс, потянувшись к членам. Тёма в этот на это действие, сильнее прижала Горцева к себе. —Когда успел… —Давай не сейчас. Муравьёв улыбнулся и сжал одной рукой ягодицу Горцева. Максим застонал. Почувствовал, как пальцы начинали плавно двигаться по коже, а потом один палец медленно вошёл в него. Артём прижал чуть отплывшего назад парня к себе и пахом чувствовал, как пульсировал член. Было понятно, что Макс на пределе и готов теперь на всё, чтоб снять возбуждение. Муравьёв медленно вводил пальцем, разрабатывая Горцева, а другой рукой спустился вниз и очень медленно, обхватив оба члена, начинал дрочить. Горцев тихо стонал. Когда он потянулся к члену, чтоб ускорить движения, Артём произнёс: —Расслабься и доверься мне. Максим прекратил попытки дотронуться члена и, закрыв глаза, начинал стонать. Макс на миг громко застонал, когда в него вошёл второй палец, а движения стали более активные. Член пульсировал, и казалось, что вот-вот кончишь, но возбуждение нарастало, но оргазма всё не было. Пальцы перестали двигаться, но продолжали быть внутри. Парень чувствовал, как его дырочка теперь мягко обхватывает пальцы и желает, чтоб они снова начали двигаться. Артём завёл вторую руку и, не доставая двух пальцем, попытался ввести ещё один палец уже другой руку. Он всё никак не входил, но после того, как Тёма чуть поднажал, он проскользнул внутрь, тут же оказавшись обхваченный пылающей плотью. Максим часто задышал и чуть напрягся, но, когда в нём снова началось движение, расслабился. Через несколько минут Артём вынул пальцы. Горцев отплыл чуть в сторону и тут же принялся наяривать свой член, смотря прямо в глаза Муравьёва. Тёма улыбнулся и толкнул Максима в сторону берега и, когда они оба оказалась на берегу, то Муравьёв повис над Максом. —Есть презик? —В рюкзаке…—прошептал Макс. Тёма быстро встал и добежал до рюкзака. Достал оттуда презервативы и смазку. Добежал обратно и уселся на колени перед Горцева, который активно дрочил, откинув голову назад. Артём надел презерватив и, полив на руку смазки и размазав её по пенису, положил орган прямо на яйца Макса. Схватил парня за ноги и, разведя их по сторонам и закинув их вперёд, чтоб попка была к верху, положил член на разработанную дырочку, начиная им водить по ней. Максим схватил свои ноги и попытался их прижать ещё плотнее к себе, чтоб открыть больше места для Артёма. —Готов? Максим кивнул. Муравьёв начал медленно вводить член. Разработанная плоть приятно сдавливала, но не мешала медленно входить всё больше. Максим закрыл глаза и медленно выдохнул. Половина члена внутри, Тёма, схватившись за ноги Горцева, начинал двигать бёдрами. Максим тихо застонал. С нарастанием темпа, Максим начинал стонать всё громче. Иногда сжимал губы и стонал сквозь них. Артём замедлил темп и принялся медленно входить на всю длину. Когда он почти вошёл полностью, то упёрся во что-то, а Максим громко застонал. Тёма принялся делать короткие, но частые попытки продвинуться дальше, но не получалось. Он вынул член, улыбнулся, когда увидел, что дырочка не закрывается полностью, и быстро дотянулся до смазки. Побольше смазал член и чуть налил в дырочку Макса. Отбросил баллончик, схватил парня за ноги и резко ввёл член. Максим громко застонал, а после закрыл рот одной рукой, продолжая стонать и тяжело дышать. Артём лишь улыбался. Входил на сколько мог, постоянно упираясь под конец. Но вдруг, он почти полностью вынул член, оставив только головку внутри, а после резко и быстро вошёл на всю длину. Максим тут же завыл, быстро перейдя на стон, а Артём принялся быстро входить на всю длину. Раздавались шлепки и хлюпанья. Тёма закинул ноги Горцева себе на плечи и, схватив парня за бока и чуть сменив угол входа, принялся ещё жёстче входить членом. Максим потянулся рукой к дырочке, дотрагивался до её края, чувствовал, как она пылает и как изгибается под напором Артёма. Макс попытался подрочить, но не получилось. Муравьёв остановился и, не вынимая член, перевернул Горцева на живот, поднял его попку к верху, и, схватившись за плечо, продолжил вдалбливать парня в песок. Артём усилил хватку, от чего кожа под его рукой начинала пылать, а второй рукой он на миг прикрыл рот Горцева, но после схватился и второй рукой за плечо. Быстро схватил парня за бёдра, снова поднял к зад к верху, и, совершив ещё несколько быстрых движений, замедлился. Продолжал входить на всю, но уже медленно, аккуратно. Встал чуть сбоку и продолжил двигать бёдрами. Остановился, ударил ладонью по ягодице, и вынул член. Сел на песок и смотрел на, медленно пульсирующую, незакрывающуюся дырочку. Через пару секунд на песок лёг Максим, который пытался отдышаться и, повернув голову в сторону, смотрел куда-то вдаль. Артём спиной лёг на песок и с широкой улыбкой прошептал: —Попрыгай на нём. Максим, развернувшись лицом к Муравьёву, принялся медленно садиться. Когда сел на весь член, облокотился руками на грудь Тёмы и принялся медленно двигаться. Прикусил губу и смотрел на Артёма, который, закрыв глаза, лежал весь довольный. Через минуту Тёма открыл глаза и принялся смотрел на Максима, попутно начиная дрочить ему. Горцев чуть ускорился, движения стали более размашистые. Муравьёв прекратил дрочку и просто лежал, рассматривая парня. Потом схватил Макса за бёдра, остановив его, и уже сам принялся двигаться. Двигался быстро, но не глубоко. Артём остановился и прошептал: —Встань на четвереньки. Максим послушался. Встал в приказанную позу и чуть выпятил зад. Муравьёв снова резко вошёл и принялся опять долбить. Максим недолго продержался и просто сполз вниз. Лёг на песок, широко расставив ноги. Тёма заулыбался. Замедлил темп, но продолжал входить резко и на всю длину. Крепко, до красна, сжимал бёдра, а иногда хлопал ладонью по покрасневшей ягодице. Каждый шлепок, каждый резкий вход заставляли Макса громко стонать. Это всё заводило Артёма, и он, не выдержав, довольно произнёс: —Сучка! Максим что-то хотел ответить, но помешали ускоряющиеся движения. Артём снова вдалбливал парня в землю. Он быстро замедлил темп, начиная входить очень грубо и размашисто. Но потом резко вошёл, крепко прижав Макса к себе, и остановился. Едва слышимо застонал, шумно задышал. Повалился на Максима, и просто лежал. Через несколько секунд, Артём выпрямился, вытащил член, скинул полный презерватив. Сел и смотрел на раздолбанную дырочку Максима. Смотрел и не мог налюбоваться. Максим перевернулся на спину, отряхнул от песка стоящий колом член и принялся быстро дрочить, смотря на Муравьёва, который сиял от радости. Горцев закрыл глаза и резко прижал кулак к паху. Бордовая головка задрожала, и в воздух взмыла струя белой спермы, попав на торс, на пах. Максим ещё несколько провёл рукой, а после остановился. Рядом с ним лёг Артём. Слушал частое дыхание Макса и улыбался. Поцеловал Горцева в макушку, а после обнял, положил голову на грудь Максима.

***

Наступил вечер. Жара спала. На небе появлялись маленькие облака, а над горизонтом, распуская по миру оранжевые лучи, висело солнце. Парни быстро отнесли инструмент домой и пошли дальше гулять. Они прошли по травянистой тропе и вышли на почти заросшую песчаную дорогу. Артём шёл в метрах десяти впереди, а Максим плёлся сзади. Подувал приятный тёплый ветер, слышалось стрекотание кузнечиков и шелест травы. Вдали появились несколько деревьев стоящих прямо в поле, а за ними тонкая линия леса, протянувшаяся вдоль горизонта. Артём остановился, снял футболку. Развернулся к Максиму и смотрел на то, как тот медленно шёл, смотря вниз. Они остановились друг перед другом. Посмотрели в глаза. Артём улыбался, его голубые глаза сияли, а Максим был расслаблен, но его глаза почему-то были грустные. Муравьём медленно взял Максима за лицо и аккуратно поцеловал. Горцев отвечал взаимностью. Целовал нежно, будто в последний раз. Сердце бешено колотилось. От ощущения мягкости губ пьянела голова. Артём прервал поцелуй и снова уставился в глаза. Они были мокрые, но счастливые, как в детстве. —Максим, всё хорошо? —тихо спросил Муравьёв. —Да. Да, всё хорошо. Максим обнял Артёма, уткнулся тому в грудь и просто стоял. Дышал, наслаждался моментом. Тёма улыбнулся, поцеловал Макса в макушку и провёл пару раз по спине. —Я люблю тебя, —прошептал Горцев, не отрываясь от груди. —Я тоже тебя люблю. Знал бы ты насколько сильно люблю. —Знаю я, —Максим тихо засмеялся. —Знаю, как ты меня любишь. До сих пор всё болит. —Прости, что так грубо было… —Мне понравилось, —Максим оторвался от груди и посмотрел в глаза Артёму. Улыбался и продолжал посмеиваться. Тёма улыбнулся в ответ. Горцев разорвал объятия и спросил: —Пойдём? Артём промолчал. Максим пошёл дальше, а за ним Тёма. Макс развернулся и продолжил идти спиной вперёд. Смотрел на Муравьёва. Его футболка была перекинута через шею, а руками он держался за края ткани. Парни свернули в поле и направились к двум деревьям, которые росли среди высокой травы. Сели под стволом дерева, начиная смотреть на закат.

***

Парни шли по городу. Александр ушёл в соседний квартал, там обыскивал руины домов, а парни прошли дальше. Они уже зашли в пару магазинов и квартир. Рюкзаки почти пустые. С каждой вылазкой и так немногочисленные вещи в городе исчезали. Всё труднее было найти хоть что-то полезное. Вот и сейчас группа уже полдня бродила по городу с призрачной надеждой хоть что-то ещё найти. Город начинал зарастать. В обломках домов росла трава, на потрескавшемся асфальте росли островки густого мха. В некоторых местах даже виднелись зачатки деревьев. Природа захватывала бетонные джунгли. Эхом разносились крики птиц, где-то слышался стук копыт. Парни вышли к школе, в которой раньше учились. Тут же нахлынули воспоминания: день знакомства, ссоры, разговоры о ни о чём, прогулки по городу; расставание в конце мая; свидание, прогулки с друзьями… (А как они сейчас? Уехали в начале заварушки или остались здесь? А вообще они живы или были съедены? А может превратились в ходячих?..) Парни медленно зашли на территорию. Школа выделялась своей целостностью и сохранностью по сравнению с окружающими её зданиями. У неё были только окна разбиты, но вместо них доски с щелями, на крыше виднелись пара прожекторов и что-то похожее на ветрогенератор. На самой территории: все клубы были переоборудованы в грядки, в паре десятков метров от входа лежала огромная куча пепла, и когда парни подошли к ней, они разглядели в ней остатки костей и черепов. По коже пробежал холодок. Парни прошли дальше, и как только они вошли внутрь здания, что-то громко упало и раздались шаги. Группа тут же попятилась назад. Первым на улицу выполз Максим, которого тут же кто-то схватил, начиная душить. —Отпусти, тварь! —закричал Артём. Артём быстро перебежал в бок, и, замахнувшись ломом, вонзил его в бок нападавшего. Хватка тут же ослабла, и, вырвавшись, теперь уже Максим замахнулся топором. Удар в голову. Нападавший упал на асфальт. Парни быстро переглянулись и ринулись с территории, забыв про оружие. Вдруг, раздалась очередь выстрелов. Горцев упал на землю, попытался встать, но нога адски заболела, а по коже тела горячая кровь. —Беги! —крикнул Макс отбежавшему Артёму. Но парень не послушался и ринулся обратно, схватил Горцева и бежал на выход. Прозвучали ещё несколько выстрелов, а когда парни вышли с территории, они затихли. Парни пробежали по улице, а потом укрылись в первом же попавшемся магазине. Артём быстро оглядел ногу—пуля попала в икроножную мышцу, но прошла на вылет. Тёма быстро снял с себя лёгкую кофту и футболку, которой и принялся перевязывать рану. Через полминуты на ткани начинали появляться красные следы. Максим испуганным взглядом посмотрел на такого же испуганного Артёма, а потом сказал: —Надо бежать отсюда. Муравьёв быстро огляделся и помог встать Максу. —Сможешь идти? —тихо спросил Артём. —Да, пошли уже, —буркнул Горцев и, жмуря глаза, поковылял на улицу. Тёма, подставив плечо, шёл рядом. Крепко держал Максима и часто смотрел назад. Руки тряслись, сердце бешено колотилось, в висках гудело. Парни прошли около ста метров, как вдруг раздался выстрел. Уже Муравьёв присел. На асфальт закапала кровь. Максим, что было сил, ринулся с Муравьёвым в подъезд. За спиной слышался чей-то бег и брямчание чего-то металлического. Горцев затащил Артёма под лестницу и, сняв с себя футболку, быстро перевязал рану. Пуля прошла на сквозь. В подъезд кто-то зашёл: одни шаги поднимались вверх по лестнице, другие пошли в соседние квартиры. —Они где-то здесь. Не упустите, —раздался басистый голос совсем рядом. Артём сидел, прикусив край кофты, пока Максим завязывал футболку. Всё затихло, казалось, было слышно, как стучит сердце и течёт кровь в венах. Парни тихо прижались к стене и сидели, ожидая, когда эти люди уйдут. Но они не уходили и продолжали бродить в бетонных стенах. Макс схватил лежащий рядом крупный кусок кирпича и ждал. Нога пульсировала, от боли хотелось выть. Вдруг шаги начали приближаться. Появились берцы, а потом тёмно-зелёные штаны. —А вот вы где! —присев, крикнул военный с открытым лицом, когда увидел парней. Максим налетел на него. Ударил кирпичом по лицу, военный тут же упал на спину. Попытался встать, но на него наскочил Макс, начиная со всех сил дубасить его голову. Руки были все в крови, на лицо попали пара капель. Голова военного повернулась в бок. Горцев проломил висок, но всё также продолжал дубасить без остановки бездыханное тело. Муравьёв сидел сзади, с ужасом наблюдая эту картину. Вдруг Максим схватил окровавленными руками Артёма и ринулся на выход. Сзади раздалось несколько выстрелом, но парни были уже на улице и мчались прочь. Раздался рёв мотора, а потом рядом промчался мотоцикл с двумя солдатами сверху. Они резко остановились. Парни свернули в переулок и, скрылись за углом. Под ногами пролетел кирпич, и когда Максим посмотрел в сторону, увидел, что с другого переулка на них бежит несколько тощих заражённых. Вдруг, спереди выбежали военные, но на них вылетели из старой двери, выходящей в этот переулок, несколько заражённых, и военные тут же ринулись прочь, оставив парней одних. Группа быстро свернула в другой переулок, который спускался чуть вниз и активно зарастал мхом. Пробежали несколько метров, потом свернули на узкую улицу, которая должна была выйти на место встречи с Сашей. Но вдруг, прозвучало несколько выстрелов. На землю упал Максим, а через секунду, чуть дальше от Макса, повалился и Артём. Сквозь нарастающую пелену, Горцев видел, как к ним медленно шли несколько человек.

***

—Отпусти тварь! Максим проснулся из-за криков Артёма. Парень еле открыл глаза, понял, что находиться без противогаза, а потом попытался встать. На его спине разместилась тяжёлая нога, и он упал обратно. —Не трогай его! —кричал Артём. Горцев, сквозь рассеивающуюся пелену, увидел, как пара военных в противогазах с большими линзами держали вырывающегося Муравьёва. Его рюкзак был отставлен в сторону. —Что тут у нас, —раздался голос сверху Максима. Кто-то начинал рыться в нём. —Тут даже поживиться нечем. Пусто! —Отпусти собака! —продолжал орать Артём. —Если не замолчишь, перережу тебе глотку. После этой фразы Максим попытался вскочить, но нога на спине не дала этого сделать. —А ты, что хочешь поорать? —Отпусти его, —прошипел Горцев, всё также предпринимая попытки встать. —А если не отпущу? —Я тебе глотку перегрызу! Слышишь?! —Давай-давай. Ногу убрали, и Макс вскочил и замахнулся с кулаками на военного. Тут же удар в брюхо, потом в нос, в челюсть. Сильный удар в колено, и парень упал на землю. Начали прилетать пинки в живот, в лицо, по конечностям. Плитка пачкалась в крови, которая хлестала из носа и изо рта. —Оставьте его! —со всех заорал Артём, и попытался вырваться из сильной хватки солдат. Ещё несколько ударов, а после они прекратились. Военный, стоящий рядом с Максом, развернулся к Муравьёву и заулыбался. Максим лежал полуживой. Еле дышал. Чуть приоткрыл рот, чтоб кровь могла стечь на землю. Он попробовал встать, но прилетело ещё несколько ударов. В руке что-то хрустнуло, а после очередного удара в грудь, перехватило дыхание. Парень пытался хватать ртом воздух, но он коварно не проходил в лёгкие. Через несколько секунд, дыхание вернулось. Острая боль пронзала грудь и все внутренности. Каждый удар сердца отзывался пульсацией в висках и, словно током, проносился по телу. —Хватит! —орал Артём. Военный ещё раз пнул Горцева и развернулся к Муравьёву, достав из чехла нож. —Товарищ офицер, разрешите обратиться, —подал голос один из рядовых, которые держали Тёму. —Что? —Может хватит с них? Взять нечего и тем более они ещё дети… —Рядовой Сибальчук, рот закрой! Солдат, выпрямившись, замолчал. —Где ваша база? —Нахуй пошёл! —крикнул Артём. Военный сел на корточки рядом с Максимом и смотрел на то, как тот пытался встать, но потом падал и снова пытался встать. Вся кожа парня была испачкана в крови, он был красный и синий от многочисленных гематом, которые были в добавок располосованы царапинами. —А если так? —военный, толкнув парня на бок, подставил нож к горлу. Артём затих. Максим опухшими красными глазами смотрел на это, и что-то пытался сказать. Тёма попытался вырваться, но военный слегка надавил на нож. —Где. Ваша. База, —повторил офицер. Артём стоял в панике и не знал, что делать. —Режь…—тихо сказал Максим и от бессилья закрыл глаза. —Режь, говорит, —офицер усмехнулся и сделал небольшой надрез. Из тонкой раны потекла кровь, которая сползала на асфальт. Муравьёв стоял колом. Часто дышал, смотрел на это широко открытыми глазами. Сердце пыталось пробиться сквозь грудную клетку. В нескольких десятках метрах раздался шорох, а потом кто-то побежал прочь. —Валер, проверь. Один солдат отпустил Артёма, направляясь к источнику звука, а второй перехватил парня и продолжал держать его. Офицер ещё чуть прорезал. Алая кровь медленно стекала по лезвию вниз, собиралась большой каплей и падала. Максим уже просто лежал, без попыток сопротивляться. Смотрел то асфальт, то на Артёма, который был напуган. —Ну? —В деревне… —Артём! —прошипел Горцев, уставившись мокрыми глазами на Артёмаю —В какой деревне? —За городом. В километрах десяти отсюда. Живём небольшой семьёй в доме, —тараторил Муравьёв. —Та-ак, —военный сделал прорез чуть глубже, и кровь ещё сильнее начинала течь. —Что за деревня? —Лесково! —Знаем такую. Знаем. Нож убрали от горла, вытерли об парня его же кровь. Офицер встал, взял стоящий рюкзак и, пнув по ногам Артёма, от чего тот повалился на землю, ушёл с другим военный к разведчику, который уже маячил на горизонте. —Максим! Максим! —Тёма подполз и тряс за холодное плечо парня. Он почти не дышал и был весь бледный. Макс еле открыл глаза. Посмотрел в мокрые, потухшие голубые глаза напротив. Попытался двинуться, но не было сил и всё ужасно болело. Он отпустил взгляд вниз и уставился в никуда. —Беги…предупреди наших…—протянул Горцев и закрыл глаза. —Макс! Макс! —активно начинал трясти парня Муравьёв, но тот никак не реагировал. Максим чувствовал, как мир уходит в пустоту. Не было сил открыть глаза, сердце бешено стучало в попытках жить, лёгкие ужасно жгло при малейшем движении груди. Последнее, что парень услышал, это были слова Артёма: «Я тебя здесь подыхать не оставлю»… и мир провалился в пропасть. В пустоту. В ничто.

***

Артём в сумерках тащил Максима на себе. Хоть он и был весь измазан в крови, в грязи, но продолжал из последних сил нести на себе парня. Он зашёл в деревню. Никого не было. Лишь тишина, скрип калитки, свист ветра и шелест травы. Муравьёв подходил к родному дому. Только когда он подошёл совсем близко, заметил, что машины нет, света свечей тоже нет. Стояла гробовая тишина. —Эй! Помогите! —крикнул Тёма, заползая в дом. Но ответа не последовало. Парень зашёл в главное помещение, где ещё пахло приготовленной едой, жильцами, парафином. Артём затащил Максима в гостиную, а сам вернулся в сени, где стоял генератор. Быстро достал налобный фонарик и, освещая агрегат, попытался завести. Парень предпринял несколько попыток, но все они были неудачны. Тёма пнул генератор, потом пошёл к Максиму. Артём подошёл к дивану, скинул с него всё лишнее и положил на него Максима. Муравьёв быстро содрал всю грязную одежду с Макса и ринулся за аптечкой. Но её не было ни на кухне, ни в комнате родителей Ксюши, ни в комнате парней. Парень забежал в пустую комнату подруги, надеясь хоть там найти аптечку, но увидел на столе только записку. «Артём, Максим… Я не верю в то, что вы погибли. Мой отец прибежал из города, орал про то, что надо быстро собираться, а вас убили военные. Он кричал, что у нас мало времени и заставил всех собрать вещи и погрузить всё в машину. Мы уехали. Куда—я не знаю. Папа не сказал куда мы едем, а мама с бабушкой тоже не знают. Я пишу вам эту записку с надеждой, что вы живы. Держитесь друг за друга» Парень запихал записку в карман штанов и ринулся обратно вниз. Потом снова наверх, достал бутылку вина, которую он сам когда-то зачем-то спрятал, но сейчас был рад этому. Парень побежал вниз, поставил бутылку на стол, потом схватив ведро ретировался на улицу к колодцу. Набрал воды, вернулся, быстро сбегал на кухню, захватил кружку, ложку, соль и чистое полотенце. В кружке намешал солёной воды, а полотенце кинул в ведро с водой. Максим лежал неподвижно и почти не дышал. Артём аккуратно вытер грязь, тщательно вымыл раны. Вдруг, Горцев закашлял, Артём помог парню повернуться на бок. Макс прокашлялся и снова затих. Когда Муравьёв случайно двинул руку Максима, тот заскулил. На руке виднелась большая гематома. Через минут десять, Муравьёв закончил с отмыванием грязи. Сбегав на кухню ещё за одним полотенцем, Тёма принялся смачивать край полотенца в солёной воде и промывать раны.

***

Артём сидел на полу с фонариком в зубах. Обрабатывал свою рану на ноге. Промыл водой, потом водой с солью. Перевязал куском шторы. Закончив, он дополз до стола. Взял бутылку, открыл её, продавив ножницами крышку, и сделал глоток. Сел на пол рядом с диваном. Слушал тишину, нарушаемую едва слышимым дыханием Максима. Пьянеющий мозг пытался переварить обстановку, медленно зарождались мысли о том, как их жизнь стремительно сменила курс. А главное, что теперь делать и куда идти?.. Артём сделал ещё несколько глотков вина и уставился на потолок, на котором медленно росли оранжевые лучи восхода. Они сантиметр за сантиметром ползли дальше по потолку, а потом по стене. Начинался новый день. Новый день, в котором только Максим и Артём. А во круг—безумный мир с безумными людьми; и такими же безумными тварям