river of souls

      Рэй       Не могу до сих пор прийти в себя. Недавно я занялась любовью с человеком, которому хочу отдать всю себя. Я была безнадежно счастлива, встретившись с Чимином в ночь, когда мне было плохо. Он спас меня от одиночества. Я чувствовала себя любимой и нужной. И у меня созрел вопрос: мы встречаемся? Не спрашивать же его напрямую, нет? Раз у нас был секс, мы целовалась, мы касались, он был внутри. С одной стороны мне противно думать и произносить то, что… А с другой — приятно.       В ту ночь мы заснули вместе под одним одеялом, обнимались. Я слышала его одеколон, по которому скучала, и отныне пропахла им. Теперь Чимин всегда рядом, вне зависимости от того, где он взаправду. Я одержима? Нет, мне просто нравится. Ничего другого.       Проснувшись на утро после нашей ночи, Чимин был со мной: он не ушел. Я прижалась к нему всем голым телом, и это было так уютно и тепло. Его горячее тело касалось моего. Я все еще помню прикосновения; как я трогала и гладила его рельефный торс. И еще кто бы мог подумать, что у него есть тату. Надпись «неважно». Что оно значит? Почему именно эта?       Когда Чимин проснулся после меня, он поприветствовал и оставил короткий поцелуй на моем лбу. А после он уехал. Ну да, я же просила, чтоб он не сбежал, пока я сплю.       Находившись одна дома за просмотром дорамы с гулькой на голове и кушая мятное мороженное — мое любимое, — мой телефон зазвенел: Чимин. Я отложила банку, но держала во рту чайную ложку. Высунув ее, я приняла вызов. Голос Чимина звучал как в ту самую ночь: глухой, низкий и сексуальный. Он меня оповестил о том, что в выходные — завтра — уезжает на море с друзьями. Я расстроилась, хотела, чтобы он предложил поехать с ним, но тщетно. В ответ я ответила холодное, с фальшивой лыбой «Хорошо», и мы попрощались. Хотя бы предупредил об отъезде. Я благодарна ему.       Спустя два дня наступило воскресенье, значит, завтра мне на работу. От Чимина никаких вестей. Я ждала, когда он приедет. Ни-че-го. Жаль, что у меня нет его социальных сетей. Точно, а что, если поискать? Вдруг что-то выложил. Я зашла в «Instagram» и вбивала имя Чимина в поисковую строку. Было несколько похожих аккаунтов. И, порывшись глубже, я вроде нашла. Рассмотрев фотографии, я убедилась, что это мой Чимин. Ведь не рано называть его «моим»? Ну он назвал меня его девочкой, ну малышкой. Да это одно и тоже! Практически. В «описании» было что-то написано на неизвестном мне языке, но существует перевод. Я нажала на «показать перевод» и выскочила цитата: «Я напишу книгу, в которой ты ко мне вернешься». Я отняла глаза от экрана. Я была в недоумении. И перечитала повторно: «Я напишу книгу, в которой ты ко мне вернешься». Кто… вернется? Я помотала головой: вдруг это из фильма или книги цитата. Я пролистала вниз и начала смотреть посты. На самой последней фотографии Чимин выглядит таким обворожительным и счастливым, но есть и вторая. Я смахнула справа налево, и он был с девушкой, сидящей за столиком в кафе и попивая молочный коктейль из трубочки, глядя с улыбкой на Чимина. Она была одета в короткий прозрачный лонгслив, под которым находился белый лифчик от купальника без бретелек. У девушки были темно-каштановые волосы, заплетенные в высокий хвост на макушке. Также была почти незаметная татуировка на запястье в виде разбитого сердечка. Я опустила глаза на надпись под постом: «Лучший момент, проведенный вместе с тобой». Что происходит? Он ведь… Нет. Я отгоняю самые ужасные мысли. Листаю вниз в самое начало его постов. Ничего необычного. В основном ландшафт. Видно, что он побывал в разных местах планеты. Где-то в середине был пост тоже с какой-то девушкой. Они выглядели студентами. Да, точно. Они сфотографировались напротив Сеульского университета, обнимаясь и показывая в камеру два пальца, указательный и средний, ярко улыбаясь. И снова цитата: «Тебя. Больше всех я люблю тебя». Да, это не странно. Мы же обсуждали это на днях. У него были отношения, так что все в порядке. Но внутри меня сковывает. Меня разбивает это. Я решила взглянуть на его истории. Ничего такого. Он веселится в кругу друзей. И буквально сутки назад Чимин выложил сторис, сохранив в актуальное, — он пьет и смеется до ушей, и поступает женский голос из-за кадра: «Тебе уже достаточно». Она назвала его «оппой», что означает старший брат в двух смыслах: на самом деле брат или друг или парень. Я вышла из приложения и убрала телефон. Я просто плохо себя чувствую. Нужно прогуляться. Неделю сидеть дома — сущий ад.       Я надела платье длиной чуть выше коленных чашечек и с рукавами, потому что начинает холодать: наступает осень. На ноги я надела белые кеды, недавно купленные, и, схватив сумочку с длинным ремешком, вышла на улицу, где вовсю сияло теплое солнышко.       Я блуждала по улице не торопясь, ибо некуда. Зайду в кафе, покушаю. Мне это нужно. Я продолжаю голодать из-за моей опухоли. Я продолжаю терять вес. Скоро я умру. Раз не от рака, так от истощения, так и от веса. Я ем в любом случае, даже если изредка еда поступает обратно наружу.       Сев в кафе и заказав латте, я включила телефон, и мне позвонили. Это была госпожа Аоки.

Телефонный разговор

— Здравствуйте, я уже соскучилась по Вам! Как внучка? — Здравствуй, дитя. Я как раз с отличными новостями! Моя девочка провела операцию без сложностей. Она уже сама кушает. Я так счастлива видеть ее невинную улыбку. Спасибо тебе, Рэй. — Да что Вы, Вам спасибо… Я рада была помочь. И, если еще нужна будет помощь, звоните. Я устроилась на замечательную работу, и денег хватает. Так что… Госпожа, может, Вы подумаете над тем, чтобы уволиться от туда? Если Вы пострадаете, я не прощу себя. — Я уже обдумываю то, как буду увольняться. Может быть, на следующей неделе напишу заявление. О, моя девочка проснулась, я пойду. Береги себя!

Конец телефонного разговора

      Лучшие новости за эти выходные.       Я пришла в больницу, чтобы проведать своего доктора. Но я не с пустыми руками. Я купила готовый обед из продуктового и принесла господину На. Он был удивлен, однако, поблагодарил и начал расспрашивать меня о моем здоровье. Я промолчала лишь про свое состояние. — Давай проверим шов?       Я легла на кушетку. Мне вручили полотенце, чтобы я прикрыла свое белье ниже пояса, и задрала юбку платья до груди. Врач направил лампу на порез. — Отлично. Швы можно будет снять через две недели. Приходи, и мы избавим тебя от них, — господин На отвернулся, чтобы я возвратила свое платье в приличный вид; я встала на ноги. Доктор взглянул на меня, повернувшись в кресле. — Рэй, ты похудела. Питаешься? — Конечно, иначе бы снова Вас досаждала, — я улыбнулась. Врач порекомендовал мне определенные продукты для питания в моей ситуации. Сегодня же куплю, как раз собиралась. — И… точно не передумала насчет обследования? — Точно. Если что, позвоню Вам.

***

      На следующий день я поехала на работу. Я соскучилась и по Чонгуку, и по Тэхену. Так соскучилась, что найти себе места не смогла. Я зашла в служебное помещение, чтобы переодеться и замечаю нового сотрудника, то есть сотрудницу. Вот это неожиданно! Я поздоровалась с ней, пока та вешала свою одежду в шкафчик. Девушка оглянулась на меня и показала свои белоснежные зубы. Они такие ровные и маленькие. — Я не знала, что здесь еще работает девушка, кроме меня. — Меня устроили неделю назад. Я видела тебя в кабинете директора. Вы обсуждали с Чонгуком твой временный отпуск. — Кстати, ты не видела его? Он мне нужен. — У него выходной. Здесь за главного Доксу пока что.       Я пожала плечами и начала обслуживать гостей в огромном зале.       Смена длилась без происшествий и с отличным настроением. Почему мне так хорошо? Необыкновенно как-то.       Отработав свои часы, я зашла в служебное помещение за одеждой, где опять встретилась со своей коллегой. Во время переодевания она предложила мне сходить поужинать. Естественно я согласилась, ведь не сидеть мне дома.       Мы с новой знакомой сели в кафе рядом с рестораном, где работаем. Мы заказали самгепсаль и чайник с зеленым чаем. — Кстати, как тебя зовут? — уже прикладывая руку к мясу, спрашиваю я. — Ко Сора, а тебя Кавамура Рэй? — Да.       Сора начала расспрашивать меня, откуда я, почему оказалась в Корее. Я рассказала в подробностях ложью. Я училась в старшей школе и окончила ее на девяносто баллов. Позже я решила переехать в Корею, согласовав с родителями. Они отказывали, но я была настолько убедительна, что пришлось позволить мне. Я приехала в Сеул и начала жить в хостеле. Я искала работу. Искала и искала, и наткнулась на ресторан Чон Чонгука. Меня приняли на испытательный срок, и уже как пошла третья неделя — я работаю официально. Сора восхитилась моими приключениями. — Почему не продолжила учиться? — узнает она, нарезая кусок мяса. — Не мое. Вернее… родители заставляли учиться, но мне не нравилось, — единственное, в чем я не соврала.       Сора за ужином приступила к своему рассказу. Она девушка обычная, без таких приключений, как я. Сора родилась в Сеуле и выросла здесь. Родители слишком бережно относились к своей дочери, что заставили директора самого элитного университета Сеула поступить к нему. Сора сейчас на третьем курсе обучения на факультете гуманитарных наук. В будущем она мечтает преподавать детишкам подгрупп для школы. Это ее мечта, и она привлекательна. Это здорово, когда ты хочешь заниматься вместе с детьми, но и терпение должно быть.       После ужина мы разошлись по домам.       Это был хороший вечер.