river of souls

      Рэй       Уже шестой час я смотрю телевизор. Я каждую минуту проверяю мобильный в надежде, что уже наступит то время, когда Чимин вернется домой. Я без понятия, во сколько он закончит, но я молча продолжаю ждать. С голодным желудком сижу с самого утра. Я только налила себе кофе и одну кружку выпила. Больше ничего.       Нужно поесть. Хотя бы лапшу.       Я встала с дивана и пошла в кухню. Залезла глазами в холодильник: что-то да есть. Я вытащила из морозилки кусок мяса. Пожарю и будет стейк с пастой. Итальянская кухня — аппетитно звучит. Специй здесь достаточно, чтобы выбрать ту или иную форму приготовления. Я влила в кастрюлю холодную воду из-под крана и поставила на электрическую плиту на средний огонь. Пока мясо размораживается, а вода нагревается я села за стол и разместила на стул свои пятки. Я набрала Чимина, но он сбросил. Без разницы. В смысле «без разницы»? Я только узнала, что он начал работать и резко пропадает на целый день. А еще его пост в «Instagram»… «Подруга, с которой в хороших отношениях». И как это понимать? Какой-то детский сад. Мне через четыре часа на работу, а если я уйду и вернется «блудный сын», начнется истерика. А впрочем, я занята, так что нет проблем. Сам виноват. Бред.       Через несколько минут вода в кастрюле вскипятилась. Уменьшив огонь и посыпав соли на глаз, которую я забыла раньше добавить, высыпала пасту. И я еще придумала другой вариант для размораживания мяса: в микроволновую печь под специальным режимом. И через пять минут мясо стало склизким и мягким.       Я порезала здоровый кусок на несколько и прибила молотком, и уже на разогретую сковородку разложила мясо. Тем самым в ближайшее время паста со стейком в остром соусе была приготовлена. Я наложила себе на тарелку большую порцию и отнесла на стол.       Во время просмотра какого-то шоу по телевизору я съела маленький кусок стейка и пару макаронин. И мне стало плохо. Желудок начинает скручивать; я чувствую в горле прожеванную пищу. Поэтому я бегу в туалет, прикрывая рот ладонью. И стоило мне открыть крышку унитаза, опускаясь на колени, как вся еда возвращается наружу. Из-за первого толчка мне хочется еще больше выдавить из себя всю пищу, съеденную за сегодня. Когда полегчало, я нажала на смыв, прикрепленный к стенке. Как груз сняла. Дрожащими ногами я подошла к раковине и умылась. Еще и зубы почистила, ибо привкус неприятный. Но я не поняла одно: почему, когда я ночью пила, меня не стошнило?       Полтора часа до смены. Я устала его ждать. Я начала собираться на работу. Приеду пораньше, помогу ребятам.       Я переоделась для ночной и небезопасной ночи, как всегда, и вышла в коридор, чтобы обуться. Послышались щелчки в замке двери, и она открывается. Чимин входит в квартиру. И первым, на что я обратила внимание — его волосы. Ему, конечно, идет, но тогда было лучше. — Ты куда? — На работу, — наклонившись вниз, я просунула пятку в кроссовок и взяла следующий. — Так поздно? — А ты не поздно? — я выгнулась, закончив с обувью. — Я приготовила ужин… но навряд ли его стоит есть. Похоже, продукты испорченные, — или это просто из-за рака. — Я тебя отвезу. — Я сама. О, и да, не жди меня. Рано вернусь, — я имела в виду, что утром, после шести.

***

      В ресторан я приехала на полчаса раньше должного времени, потому я помогла ребятам обустроить клуб для гостей.       Мы с Сора не разговаривали с последней нашей встречи. Она мне писала, куда я пропала вчера ночью, не упомянув ее об уходе. Я перед ней извинилась сегодня днем, когда Чимин уехал на работу. Все же нужно поддерживать связь с кем-нибудь. Но и убрать тот образ из головы не могу, что я поцеловала другого парня. Пьяная. Жутко пьяная.

***

      Спустя месяц       Я протерла столик сухой тряпкой и отправилась в служебное помещение. Я столкнулась с Сора. — Как ты будешь отмечать свой день рождения? — задает она вопрос, о котором я даже и во сне подозревать не посмела бы. Я никому не сообщала, что у меня в этом месяце день рождения. Я ненавижу этот день. А что в нем хорошего-то? Меня родила мать-насильница, которая чуть не убила и благодаря которой у меня теперь шрам на животе. Я поворачиваюсь на подругу. — Никак. Откуда ты узнала, что у меня завтра день рождения? — Босс сказал на собрании. — На каком еще собрании? — Неважно. У тебя был выходной. С тобой все в порядке?       Да у меня рак. Я встречаюсь с человеком, который изо дня на день сбегает куда-то. Я вернулась как две недели назад домой и захотела снова увидеть Чимина, потому что мне плохо без него, я страдаю. Он почти не отвечает на мои звонки и не навещает меня, разве только тогда, когда мне физически плохо из-за опухоли. — Да, все хорошо. Я просто дома посижу.       Сора закатила глаза и уперлась о шкафчик. — Да какая ж ты милая, Рэй. Тебе семнадцать лет скоро! — И что? — Ладно, — она развернулась к открытому шкафчику. — Если что, позвонишь.       Ненавижу свое день рождения. Оно еще и завтра. К счастью, я не буду в одиночестве вспоминать, что это будет мой день, так как я буду на работе. Это так осчастливит. В какой-то степени.       Я приехала домой и сбросила куртку на вешалку, также поступила и с кроссовками. Я была уставшая. Я будто вспоминаю те дни, когда не писала Чимину после нашего свидания на катере. Вот тогда я в последний раз уставала; соки все выжили. Даже есть не буду. Нельзя. Но и есть нельзя. Боже. Тошнит, потому что не ем и не могу есть, потому что тошнит. Что за бредятина. Что я такого сделала, что со мной так поступают? Это же нечестно по отношению ко мне. Нет? Верно же? Я упала на диван в гостиной и обняла подушку, сложив ноги по-турецки. Я уставилась взором на пятно на противоположной стенке, которого не было до этого часа. Как будто кто-то просверлил дырку, чтоб подглядывать за мной в душе. Я скучаю по Чимину. Мы с ним не виделись уже неделю, а завтра будет восьмой день. Куда он пропал? Да, мы переписывались, но это было позавчера. Может, это правда? «Я напишу книгу, в которой ты ко мне вернешься». «Лучший момент, проведенный вместе с тобой». «Тебя. Больше всех я люблю тебя». Да, я выучила все эти цитаты из социальных сетей Чимина. Я каждый день захожу на его страницу и проверяю обновления. Однако он затих и там. Но меня волнует цитата в описании под аватаром: «Я напишу книгу, в которой ты ко мне вернешься». Ей-богу я все разузнаю! Вот, когда я встречусь с этим парнем, тогда и спрошу. Ведь явно, что он имеет в виду кого-то такого, кто был в его прошлой жизни. Ну в прошлом. Меня аж затошнило. Снова. И опять, круг за кругом, я смываю воду в унитазе. Я ничего не ела сегодня. Да почему… Раздражает.       Я прилегла на диване в той одежде, в которой была на улице и задремала. Но проснулась я от будильника в час ночи. Я без понятия, для чего ставлю будильник, но это уже мой режим. После дневной смены домой, спать, подъем в час ночи, душ и спать до десяти. Примерно так продолжается две недели каждый божий день, кроме воскресенья: мой выходной. Завтра — сегодня — последний рабочий день на неделе. И честное слово, у меня складывается такое ощущение, что скоро я начну опаздывать или вовсе не приходить в ресторан.       После душа я оделась и зашла в кухню, дабы налить воду в стакан. Мне позвонили на мобильник. Это был Чимин. Вау. Я ответила на вызов, и он попросил меня открыть ему дверь. Отключившись, я прошла в узенький коридор и отворила. Мой взгляд моментально рухнул на черные волосы Чимина, падающие на глаза. Я так давно его не видела, что новая прическа становится для меня все любимее и любимее, чем в прошлом. Улыбка освещает все мое лицо вплоть до конца моего коридора. Эта та улыбка, из-за которой большие глаза Чимина прикрываются очаровательными щечками, и по этой улыбке я забыла весь мир, погружаясь лишь в нее.       Мы прошли в гостиную, и как только Чимин встал перед диваном, я спросила у него, хочет ли есть. В два часа ночи… Да я озадачена. Вот и весь ответ, почему я спросила это. Да еще я забочусь. Нет претензий поэтому. Я волнуюсь. Почему-то. Улыбка спала с лица Чимина и он начал смотреть на меня полу сердитыми глазами. В чем я провинилась уже? — Я пришел не чтобы воровать твою еду. Я пришел, — он подступит ко мне и положил здоровые руки на мою талию, — чтобы сказать тебе кое-что. Вернее признаться, — о чем-то серьезном — я так понимаю? Я положила ладони на рукава его бело-зеленой толстовки, вцепляясь пальцами в плотную и теплую ткань. — Ты красивая, — он заправил мокрую прядь моих волос за ухо, следя за своими действиями. — Ты самая уникальная девушка, которую я встретил за все свои двадцать один год. Не считая матери, естественно, — Чимин выдавил лыбу, испепеляя меня неморгающими карими очами. — И поэтому я хочу отпраздновать свой день рождения только с тобой.       Что?       У него день рождения? Оно же у меня. Я что-то не понимаю или как? Мы никогда с ним не обсуждали наши дни рождения, потому что не доходили до таких разговоров детства или семейных в принципе. — Как ты на это смотришь? Во вторник свободна будешь с шести до самого утра? — Я… Эм… — запинаюсь я. — Да? — неуверенно отвечаю я, подавляя вопросом на вопрос. — Когда твой день рождения? Ты упомянула один раз, что скоро, — когда?       Сегодня, блин. Как два часа назад. Я надеялась всей душой и сердцем, что ему будет плевать на мой день. — С… С-сегодня, — и снова запинаюсь я. Чимина заставили врасплох. — Прости, что не сказала. Ты был так занят, да и я ненавижу этот день. — Мы никогда не обсуждали это. Может, пришло время?