Ну, здравствуй, Родина.

Знаете, я никогда не верил в чудеса. С тех пор, как обнаружил, что Дедушка Мороз – это переодетый актер, чья карьера сложилась не в лучшую сторону. Что ж, я принял сей факт и сделал выводы. Я не верил ни во что, кроме как научно доказанных фактов. И если бы еще пару дней назад мне сказали, что я буду жить в одной квартире со своей страной и творить невообразимо странные вещи, то я покрутил бы пальцем у виска. Так, остановимся на секунду, чтобы прояснить ситуацию. Я – Александр Маркович Гольдберг. Обыкновенный еврей, работаю дизайнером интерьеров. Да, жидовская морда, хотя и россиянин в пятом поколении. Да, ненавидьте меня полностью, уж в свои двадцать пять я привык. Проще сказать, что я веду частые и активные дебаты на эту тему, типа: – Вы нашего Христа распяли! – Почему это он ваш? Наш Иисус, что хотим – то и делаем! Да, вот он, чистый русский антисемитизм, против которого я вяло борюсь. Но, с тех пор, как в нашей любимой стране стало модно унижать мигрантов, борьба моя стала редкой, скучной и бессмысленной. Знаете, я никогда не любил свою родину, пускай родился и вырос здесь. Я искренне не понимал патриотов и активистов вроде Навального. И вообще не понимал, за что любить эту чертову Россию? Грязная политика, маленькие пенсии, отвратительная медицина, расизм и прочие радости жизни. И, знаете, как оказалось, будучи взрослым, я был слишком глуп, чтобы понять одну простую вещь. Понять и поверить. Вся моя жизнь протекала совершенно обычным образом. Отработал, поссорился с бригадой, навешал отборной китайской лапши на уши заказчику и с чистым сердцем отправился в свое холостяцкое гнездышко. По дороге решил купить чего-нибудь поесть. Долго выбирал между «Галиной Бланкой» и «Дошираком» (выбор, честно сказать, не из простых), пока тихий мягкий голос не посоветовал: – Бери «Доширак», в нем химикалий нажористей. – Эм, благодарю, конечно. – я оглянулся. Нет, у меня не было ни шока, ни потрясения, когда я увидел окликнувшего меня человека. Так, легкое недоумение, знаете ли. И это вызвало вовсе не стремное пальто (ну, подумаешь, разные люди бывают), не рост (подумаешь, под два метра, может баскетболист), не цвет волос (красятся и мужики, хотя зачем ему такой странный пепельный оттенок в толк не возьму), но глаза… Я подумал, что линзы. Ей Богу, ну такой странный цвет! Но взгляд по истине завораживающий. Чувствуется что-то родное и знакомое. Словно уже когда-то встречал. Я киваю ему и, захватив с собой благородно посоветованный «Доширак», спешу на кассу. И вроде бы ничего такого, ну подумаешь, ну много разных людей на свете. Ну, вот например мой брат, Гриша. Гей-трансвестит. Нормально же живет? Я, правда, очень его боюсь, но человек-то счастлив. В детстве было жутко наблюдать, как он в маминых туфлях расхаживает по дому и поет песни из мультфильма «Барби и Лебединое озеро». Жуткие детские воспоминания. Думая обо всем этом, я быстро оплатил свой нехитрый ужин и вышел на улицу. Холодно. Ну иду себе, значит. Вспоминаю о том, что скоро Новый год и надо бы Гришке что-то подарить. Туфли новые, али помаду. И тут я понимаю, что кто-то идет за мной. Ну, прямо чувствую взгляд в спину. Неуютно мне стало, до того, что даже матом ругаться расхотелось. Я прибавил шагу, повернул на свою улицу. Оставались считанные шаги до подъезда, когда на плечо мне легла тяжелая ладонь и уже знакомый мягкий голос произнес: – Родина нуждается в твоей помощи! – Вы сектант? – с трудом сохраняя спокойствие, спросил я. – Я замерз и есть хочу. – Что, простите? – Ты обязан кормить свою страну! – Мне хватает и того, что я кормлю ее своими налогами. – О, поверьте, они совсем невкусные. – Да кто Вы вообще такой? – Россия. – Что-что?! – Ты во мне живешь, дорогуша. И тут я понял, что ничего не понял. Но, как оказалось, это был не конец моих недоуменных потрясений. Лишь очень маленькое, корявое начало.