Mama im a rockstar

Он просыпается посреди ночи и в голову резко приходит ужасное осознание. Черт, как вообще можно быть таким дураком? Теперь для него Хенджин — не тот, кого он видит лишь из зрительного зала, не далёкая и недостижимая звезда, а самый настоящий человек, возможно, даже его новый друг, и наверняка он не будет игнорировать сообщения от Сынмина. — Глупый, глупый, глупый! — полушепотом повторяет парень, судорожно роясь в рюкзаке в поисках телефона. В конце концов, он написал Хенджину достаточно поздно, и тот мог не успеть прочитать сообщения. Тогда Сынмин просто удалит их, и напишет новые, о том, как переночевал у своего друга Феликса. Врать он не любил, но, благодаря строгим правилам отца, хорошо умел это делать. Наконец он достает нужный предмет и нажимает на кнопку включения, со страхом ожидая увидеть на дисплее уведомления о сообщениях от гитариста. Но экран просто напросто не загорается — Быть не может, — панически бормочет себе под нос Сынмин, зажимая кнопку включения на несколько секунд. В ответ телефон лишь на мгновение мигает символом, оповещающем о критически низком уровне заряда и погасант окончательно. Зарядки в рюкзаке, разумеется нет. Хенджин наверняка прочитает сообщения, а что хуже всего, Сынмин даже не сможет посмотреть на сообщение с адресом его квартиры. На улице достаточно холодно, но сейчас парень не чувствует этого из-за прилива адреналина в кровь. Он пытается заснуть, пока снова не стал чувствовать холод, и, как ни странно, это сделать удается. Кажется, будто он только закрыл глаза, и уже через секунду чувствует прикосновение чьей-то ладони к своему плечу. Вздрагивает и открывает глаза, готовясь увидеть охранника парка, полицию, отца… Да кого угодно, кроме того, кем оказывается нарушитель хрупкого сна. Несколько секунд он непонимающе смотрит на лицо молодого парня, кажущееся смутно знакомым. Несколько раз быстро моргает, в попытке прогнать сонливость, и постепенно начинает понимать, кто именно склонился перед ним. Разве что причины происходящего все ещё видятся смутно. — Это ты Ким Сынмин? — спустя несколько секунд взаимного изучения друг друга спрашивает никто иной, как друг Хенджина и до недавнего времени бас-гитарист их группы, — Вот заставил же нас всех поволноваться. Сынмин даже ничего не отвечает, а просто с просонья удивлённо смотрит на Минхо, так что тот не выдерживает и поднимает с лавки вещи младшего, — Вставай давай, — он делает пару шагов назад, давая пространство, чтобы встать со скамейки, в это время набирая номер гитариста. — Нашлась твоя драгоценная пропажа, — усмехается Минхо в трубку, а слушая ответ, закатывает глаза в раздражении и цокает языком, но тут же смеётся, — Знаю я эти твои «просто погуляли». Ну все, встретимся у входа. К моменту окончания разговора Сынмин наконец окончательно приходит в себя и встаёт готовый. — Я наверняка выгляжу просто ужасно сейчас… — тихо произносит он на ходу, пытаясь руками привести волосы в порядок. — Мы проснулись в шесть утра от криков «Сынмин спит на улице, он наверняка замёрзнет и заболеет!», «Я должен был догадаться» — Минхо парадирует взволнованные возгласы Хенджина, наполнявшие квартиру все утро. Он, конечно, любит своего друга, но иногда гитарист просто невыносим. Сынмин даже не знает что ответить. Он совсем не хотел наводить такую суматоху, а потому лишь тихо извиняется и оставшуюся часть дороги молчит. Когда они подходят к главному входу, там уже стоят Хенджин и Джисон. — А вот и твое чудо, — язвительно говорит Минхо, когда они с Сынмином подошли к остальным двум парням, — И ничего с ним не случилось. Живой, сухой, ещё и о своем внешнем виде беспокоиться успевает. Хендэин юмора явно не оценил. Он продолжает стоять хмурым и ничего не говорит Сынмину, только протягивает джинсовку, которую взял с собой специально для него. — Спасибо, — замёрзший парень сразу надевает вещь, — и прости. Вы все, ребята, простите. — Все в порядке, — первым старается подбодрить его Джисон и похлопывает по плечу, — Ну же, Джинни, перестань дуться! — Специально это все учудил? — вздыхая, наконец гитарист обращается к причине их раннего подъёма. — Нет, что ты, я… — тот не может придумать оправдание, которое не звучало бы глупо. Но его Хенджин, похоже, и не требует: — В таком случае запомни, что у тебя не получается что-либо от меня скрывать и не занимайся больше такими глупостями. И я все же настаиваю, чтобы ты поехал с нами, раз уж других вариантов у тебя нет. — Поехали, — соглашается Сынмин. Похоже, у него и выбора особого нет.