Ганнибал и Джулия

              В аэропорту Джека и его команду уже ждал полицейский бобик, вместе с ещё одной гражданской машиной. В первой поехали криминалисты со всей своей амуницией, а во второй Джек, Джулия и Ганнибал сели для разговоров с детективом, который первый явился на место преступления. — В принципе я записал всё здесь, — протянул свой отчёт немолодой мужчина. Он был седой, но с крепким телосложением. Хоть он и был не высоким, Джулия подумала, что он привлекает какой-то внутренней уверенностью, которой владеют детективы с опытом и достаточно прозрачной историей роботы. — Спасибо большое, — ответила она за Джека, который взял документ. Она даже не посмотрела на него, ведь неотрывно смотрела на детектива, который вёл машину. — Могу я услышать от вас что-то особенно выделяющееся в этом деле?               Хотя в основном Джек разговаривает с людьми, но он заметил, что порой Джулия берёт на себя инициативу. Такое бывает, когда девушка считает, что человек очень хороший, как она говорит. — Ну…если честно, это в целом очень сложное дело, — вздохнул он. — Да, я понимаю, — произнесла девушка. — Меня зовут Джулия. Я была на первом месте преступления, на втором уже нет. Но я помню это странное ощущения не состыковки того, как такое могло произойти. В плане…не ужасность, а живость места преступления. Атмосфера комнаты, которая будто не сходиться с тем, что в ней произошло. — Да. Я согласен. Меня зовут Уэйн.               Джулия хотела показать своё осведомление детективу и при этом не говорить слишком холодно, чтобы не показаться молодой и заинтересованной, страстно интересующейся, как часто описывают новичков в правоохранительных органах. — М, думаю поэтому я не могу конструктивно ответить на твой вопрос, слишком непривычно всё, что и выделяется. Я много обошёл по месту преступления, ведь мальчишка жил на 2 этаже и тот кто залез ему через окно…во всех случаях преступник так проникал? — Да. — Он оставил, конечно, следы от лестницы, но не думаю что экспертиза даст что-то по этому поводу. И всё так чисто… Я надеюсь, вы что-то найдёте и найдёте того, кто это сделал.               Дальше Джулия с ним разговаривала в большей мере о вещах по роботе или жизни, но которые не касались дела. Она будто отдыхала разговором от роботы хотя Ганнибал сказал бы, что она хотела переключиться на что-то другое, как криминалисты в самолёте. Это странно интересовало его с точки зрения того, что Джулия может построить очень хороший и тесный контакт с человеком, отличающимся от себя во многом, но при этом эмоционально ей приятном. Машина спереди притормозила и девушка быстро закончила разговор. — Мы на месте, — произнёс, как-то мягко Уэйн и также остановился около дома.

…

— Я… сегодня выходной… мы должны…— женщина начала плакать. — Мы собирались покататься на скоростных машинах, — закончил за неё муж.               Ганнибал стоял рядом с Джеком в светло-коричневом костюме и так же слушал их, пока криминалисты работали сверху. — Он долго не выходил, это не было привычно для него. Тем более в такой день и когда я позвала его позавтракать… то…нашла в таком виде. Я…у меня отняло дар речи и…               Женщину начало шатать. Ганнибал попросил её пройти с ним в другую комнату. У неё поднялась температура на фоне стресса и её стало морозить. — Мы ничего не трогали, — сказал муж, смотря за женой, идущей в спальню. — Она пришла с пустыми глазами вниз на кухню и махнула рукой, показывая мне на верх. Я так и подумал, что случилось что-то…ужасающее. Я сразу позвонил в 911, ведь он уже был белым и холодным, когда я прикоснулся к его щеке. Я…он был в крови и я не думал, что он…вы понимаете, жив. Но я надеялся. Хотя теперь мне кажется, что я просто не мог и не могу принять факт смерти своего родного сына.               Они много разговаривали с Джеком. Джулия просто слушала. После всех важных вопросов Джек повторил портрет, который сделала Джулия. Но мужчина не смог никого вспомнить. В это время вернулись Ганнибал и женщина, которую уже хорошо успокоил психотерапевт. Джеку пришлось повторить портрет, но и она тоже никого похожего не смогла вспомнить. Тогда Джек начал з далека по согласию Ганнибала спрашивать и её о тех же вещах, чтобы понимать сходиться ли картина у жены с мужем. Тогда Джулия кивнула, мол она поднимется к остальным.

…

—  Вы уже закончили с допросом? — спросила Беверли, фотографируя место преступления с остальными. — Почти, — ответила Джулия. —  Потом будете смотреть снаружи? Вокруг дома много земли, в сравнении с другими местами. Думаю это не случайно и она стала более уверенная. Не боится оставить улики. — И не только это говорит о её уверенности, — Зеллер. — Если уверенностью можно назвать то, что она теперь определяет себя как серийный убийца, — Прайс. — Определяет? — брови Джулии свелись, образовывая между бровную морщину. — Порез на шее такой же кривоватый, как и на остальных местах. Но… — Беверли подводит Джулию к окну, где лежал мальчик, — смотри, следы крови говорят, что здесь была маленькая бойня. Она резала медленно, он успел проснуться, но не успел дать отпор. — Но пытался, возможно он мог с неё взять ДНК. — Мы не нашли ничего явного, пособирали что, могли. В отчёте сказано, что он не водил друзей последнее время, поэтому тут могут быть только следы родителей. И я думаю то что мы взяли на это укажет. Ногти короткие, я взяла под ними образец, который могла, посмотрю что он скажет. Работа в лаборатории покажет больше. — Значит порез она делала специально медленно и такой же, как все остальные. Чтобы показать, что это она. — Наверное, — произнесла неуверенно Беверли. — Будто в форме полумесяц. — Улыбка, — сказала Джулия. — Улыбка? — Я думаю, она так думает. Ей доставляет удовольствие убийство. — А что насчёт положения тела? — раздался голос Ганнибала за спиной у Джулии. — Поправила. — сказала рефлекторно Джулия.               Она не проконтролировала появление Ганнибала в комнате. Но не повернулась к нему, чтобы не выдать свою растерянность. У неё было ощущение, что они больше работают в паре. Да они в команде, но больше, как остальные, работая в одной сфере над делом. — Зачем она это сделала? — спросил мужчина. Этот вопрос был больше Джулии. — Точно не забота. Не чувствую, что она заботиться о детях. Думаю, у неё их нет. — Значит это она сделала для себя. — Показывает своё превосходство? — Скорее всего. — Она делает из этого «идеальное место преступление», — выделила тоном Джулия. — Тебе что-то не нравится в этом?               Джулия обернулась к Ганнибалу на его постоянные вопросы. Он был похож в этом на Джека. Но оказалось, что он смотрит больше на неё, анализирует. Криминалисты ушли, направляясь на улицу и оставляя их одних. Когда дверь закрылась, она опустила голову исподлобья и посмотрела на Ганнибала. — Не анализируйте меня, доктор Лектер, — и резко пошла к выходу. — Особенно неприлично это делать на месте преступления.               Ганнибал немного улыбнулся на это. В его карих глазах можно рассмотреть некий собственный интерес. Эмпатия Джулии больше, чем ему казалось при первой встречи. Она менее антисоциальная, чем хочет быть. Девушка пытается избежать боли, которую ей приходиться проходить через эмпатию. Слишком влияет на её личность, меняя от человека к человеку свои ценности в голове.               Уголки губ доктора упали, и он наклонился над трупом молодого парня. Отдельными чертами он напоминал ему себя, худощавый, тёмные волосы. Он в таком возрасте уже поступил в медицинский. Для девятнадцатилетнего у него недостаточно сформированы черты лица, как и у остальных. Он старше за других. По первоначальному плану она наверное должна была продвигаться по возрастной лестнице, но ей понравилось убивать мальчиков определённого типажа. Теперь Ганнибал сможет сделать психологический портрет, который нужен Джеку.

…

— Нам выделили комнаты в отеле, абсолютно анонимно и на другие имена, — сказал Джек команде, когда они ехали уже вечером с места преступления. — Я сделал всё возможное для этого, — Уэйн был за рулём и вёз всю команду к месту прибытия. — Спасибо большое, — привычно произнесла Джулия.               Оказавшись на месте, у Джека были на руках 2 комнаты на 1 человека и 2 на двоих. Он хотел поселить Беверли с Джулией вместе и Зеллера с Прайсом, а самому с Ганнибалом отдельно. — Нет, я хочу с доктором Лектером. Если он, конечно, не против, — спокойно и с уставшим видом утвердила Джулия. — Я согласен, — так же спокойно произнёс Ганнибал. — Хорошо… — Джека это удивило, но если никто не был против, то они все пошли к лифту.               Выходя на своём, шестом этаже Ганнибал и Джулия шли к самому концу коридора. Когда Джулия вставила ключи в дверь, что-то внутри Ганнибала зашуршало. Перед ним стояла девушка природной красоты, что не часто встречается у Ганибаловых пациенток. Не то чтобы он был против своевольности людей со своей внешностью. Просто Джулия привлекала его как девушка. Он сказал бы при первой встрече, что ей подходит кто-то её возраста, но заметив излишний интерес к людям по старше, Ганнибал надеялся, что не отталкивал девушку. Ведь привлекательность порой, а особенно в случае их знакомства играет роль. — Думаю, то, что мы будет с тобой в одной комнате немного неловко для остальных, — произнёс Ганнибал, когда Джулия быстро разулась и пошла в комнату. Она упала на кровать и подождала, когда войдёт Ганнибал. — Я знаю, — на её лице была улыбка. — Я думал у тебя есть причина, — отразил её Ганнибал. — Нет, у меня и причина есть. — Нет, ты врёшь.               Лицо Джулии показывало наигранную обиду. Мужчина присел с другой стороны на кровать. — Я думал она отдельная. — Я тоже. Теперь это смущает.               Джулия чувствовала неловкость, потому что Ганнибал снял пиджак и очертания его тела стали более чёткими. Это было красиво. — Но если бы я была с Беверли, я бы чувствовала себя хуже, — продолжила Джулия. — Я могу снять отдельный номер для себя, если тебе неловко и ты хочешь побыть одна. — Нет. — Джулия села. Теперь она была на уровне Ганнибала. — Это неправильно.               Мужчину забавляло понимание девушки о неправильном. Комната была простой, но более модернизованной, в серых оттенках и минималистичной. Конечно, Ганнибал предпочитал лучшие номера, но этот был также по своему уютным. Он прошёлся в ванну, включил свет и увидел, что она соответствует всему интерьеру. — Отличный номер. — Согласен. — Ты не похож на того, кто спит в таких номерах. — Перешли на «ты»? — Извините, я не заметила, — Джулия приняла это как грубость. — Нет, я рад, что тебе стало удобно так говорить.               Джулия сидела на кровати, а Ганнибал сел на стул рядом. Девушка выглядела мягче, когда её освещал свет садящегося солнца. Её волосы отдавали немного золотом, а глаза будто были зеленее. Ганнибал же, прикрывая собой свет был похож на… — Это правда, что в начале терапии врач берёт на себя роль взрослого, а потом со временем передаёт её пациенту. — Ты чувствуешь меня как взрослого? — Наверное из-за возраста. — Возможно. Но ты верно подметила. Сами терапевты об этом задумываются и понимают уже с опытом, а не на обучении, — Ганнибал натянуто улыбнулся. —  Я уже начал терапию, хотя ты этого не заметила. — Заметила. Поэтому резко на вас реагирую. — Извини. — Ганнибал опустил глаза. — Я не сделаю ничего, что причинит тебе вред. — Он поднял глаза. — Почему ты не видишь меня в таких номерах? — Вы отличаетесь. Будто каждое движение, — Джулия подняла руку в воздух, легко взмахнула со стороны в сторону, — вы контролируете. Больше чем обычные люди. Я это ощутила эмпатией. — Как? — Ну…я почувствовала повышенную внимательность, сдержанность и возможно… повышенный контроль себя. Не знаю как описать иначе. — Я тебя понял. Ты… — Ганнибал посмотрел на время на своих наручных часах. Время ужина, — эмпат? — Думаю да. Я мизантроп, поэтому не чувствую её настолько, насколько эмпат в книгах. У вас красивые часы. Возможно из-за высокой стоимости, но красоту стоит оценить.               Ганнибалу было приятно. — Возможно твоя эмпатия и привела к нелюдимому образу жизни, — мужчина сложил руки и немного наклонился вперёд, — я надеюсь на хорошую еду в этом отеле или же я надеюсь, что вы поужинаете со мной в одном из местных ресторанов, — он улыбнулся.               Джулия же в этот момент подумала о том, что зря она попросилась в номер к Ганнибалу. И она надеялась, что сможет слиться и съесть какой-то бургер с местным кофе. В голове молния мысли пролетела, оставляя след о том, что всё это время она будет думать о деле с мальчиками. А так же о том, что Ганнибал напоминает ей какого-то зверя.