Те самые недостатки

На столе две кружки чая и несколько тарелок с вкусняшками. Венти действительно очень гостеприимен, такое внимание очень смущало и удивляло Алатуса. За ним в последние годы так не... ухаживали(?) Это очень ставило в стопор, заставляя мысли разбегаться в разные стороны. По плану нужно было по быстрому отдать деньги, а потом съесть что-то быстрого приготовления у себя. Однако, сейчас его кормят печеньками и поят чаем, который, кстати, был не из пакетика, а заваренный в чайнике. Сразу приходит вопрос в голову: ему совсем нечего делать? — А... Эм, Венти, — позвал Сяо, в надежде, что он всё скажет нормально, а не сглупит. — М? — отреагировал юноша с набитым ртом. Кажется, Венти действительно очень любит что-нибудь покушать и, желательно, сладкое. — Я зачем пришел-то... — начал брюнет, но орущий телефон нового знакомого резко и бесцеремонно перебивает его речь. — Ой, извини, я сейчас отвечу, хи-хи, — получив кивок от Сяо, Барбатос быстро принимает звонок, даже не выходя из-за стола. — Алло? «Привет, Венти!» — донёсся женский голос из трубки. Звонкий, слегка взвинченный от какой-то то ли радостной новости, то ли от обычного хорошего настроения и... стервозный. Как только Алатус услышал это голос, то сразу почувствовал себя приниженным. Сила женщин, наверное, учитывая прошлое брюнета. — Привет, Мона, — Венти свободно развалился на стуле, как будто он тут один. Кажется, его это не смущало и... Сяо тоже было как-то по барабану. «Короче, Кэйа предложил собраться всем в его доме, у него родаки уехали, вся сегодняшняя ночь и весь завтрашний день наш!» — О, кто идёт? «Я, Кэ Цин, Кэйа, собственно. Пока что всё. Уговори Альбедо, я ему звонила, он непреклонный. Попробуй ты, у тебя талант уговаривать.» — было слышно, что Венти сделал звук на телефоне немного тише, однако острый слух Алатуса всё равно улавливал все нужные слова. — Хмм... Ладно, я иду, но про Альбедо не обещаю. Он у нас с синдромом отличника, скоро начало учебного года, сто пудов готовится. «Хорошо, я поняла тебя. Сегодня часов в шесть мы должны быть у Кэйи!» — По-, — он уже открыл рот, чтобы сказать, что всё понял, но Мона бесцеремонно сбрасывает звонок, и начало речи Венти превращается в слегка раздражительное «Чёрт». Ему никогда не нравилось, когда его так прерывают, это у вечно позитивного Венти вызывает огромную волну недовольства. Юноша убирает дорогой телефон в сторону и откашливается. — Что ты хотел? — А... я пришёл отдать долг. Венти нахмурился. — Хмм, какой? Брови Сяо поползли на лоб. — Духи. — Ааа, — протянул тот. — Я не думал, что это может быть долгом, поэтому и забыл. Можешь ничего не отдавать. «А? Что? Нет, нет и ещё раз нет!» Сяо полез в карман своих потёртых джинс, доставая оттуда пачку денег и кладя их на стол. — Забери. 400 тысяч моры, остальные 180 я отдам позже, как появятся. — максимально серьёзно говорит Алатус. — Я, кажется, говорил, что у меня денег жопой жуй... — начал Венти, но был резко прерван другим. — Возьми. — Зачем мне они? Тебе они точно нужнее. Сяо судорожно втянул в лёгкие воздух. — Забери, иначе мне будет плохо, — брюнет как будто немного сдулся, как будто эти слова выбили из него все силы. Венти уж собирался спросить почему будет плохо, но быстро отпрянул от этой идеи. Так резко и бесцеремонно никто не будет знакомиться. И Венти не будет. — Хорошо, но с условием. «Ёмаё, какое условие? Какой здесь может быть условие?» Сяо ненадолго застывает, обдумывая. Иногда хотелось просто крикнуть на человека, чтобы он забрал то, что принадлежит ему и не кривлялся. Его — значит его. Будь добр, забери. Но сейчас он не собирается так делать. Он максимально мягко попробует отдать деньги, не задевая своими словами что-то внутри другого человека. Получив одобряющий кивон от Алатуса, Барбатос продолжает. — Я возьму только эту часть, остальное я не беру. И тут Сяо сдаётся. Обычно к этому времени хоть немного, но начинают склоняться к варианту, что они забирают всё своё. Этот неприклонный. — Хорошо, — и подотвигает купюры ближе к Венти. Сквозь тишину дома пробивается звук характерный падающему не очень тяжёлому предмету. Пока Сяо слегка вздрагивает от неожиданности, развалившейся на стуле юноша с косичками резко выпрямляет спину и садится очень... проффесионально(?) Эта поза делает Барбатоса очень утонченным и... красивым. Брюнету было тяжело отвести взгляд от Венти, который с опаской посмотрел в сторону звука. Из-за угла выходит чёрный котенок с янтарными глазами. «Ой... Похож» — Алатус сразу заметил сходство между собой и животным. — Банзай! Что ты там уронил? — воскликнул, видимо, хозяин котика, ещё больше поворачиваясь. А котёнок в свою очередь, услышав знакомый голос, слегка неуклюже подбежал, путаясь в своих же лапках. Венти берёт пушистика на руки, поглаживая по голове между ушек. Мяус в свою очередь начинает громко мурлыкать, крутясь на коленках своего хозяина. — Может, я уже пойду? Я и так уже достаточно тут пробыл, — подает голос брюнет, который чувствует, что ему уже куда-то пора. — Если тебе на-а-до, — протянул юноша, а потом понял, что сказал, как какой-то маньяк под прикрытием. — А, конечно иди, я тебя не держу. Сяо встаёт из-за стола и направляется в прихожую, думая, что тихонько уйдёт и никогда больше здесь не появится, спокойно живя себе дальше. Однако, владелец квартиры пошел за ним с явным намерением проводить до двери. — Пока, — Венти стоит, подпирая косяк своим плечом, всё также держа Банзая на руках. Он наклоняет голову вбок, с интересом рассматривая уходящего. Его нос ужё покраснел и юноша потихоньку начинает чувствовать раздражение , из-за которого скоро начнёт чихать. — Пока, — он быстро уходит из дома, буквально захлопывая перед Барбатослм дверь, из-за которой слышится громкое «Апхе!» Сяо по бырому сматывается отсюда. Он никак не мог угомонить своё быстрое сердцебиение. Удары громко и неприятно били по голове, а дыхание сбито.

***

Кадзуха под ручку с Скарамуччей пришли в кинотеатр. Хэйдзо стоял у нужного зала уже с билетами. На нем был какой-то свитер с V-образгым вырезом, чёрные штаны и белые немного грязные кроссовки на высокой подошве. — О, ребята, привет! — крикнул парень с красновато-фиолетовыми волосами, подходя к ним. — Я купил билеты на последнем ряду, нормально? — Привет, Хэй, — спокойным голосом отвечает Кадзуха, приветственно кивая головой. — Всё отлично, последний ряд, как по мне, самое лучшее место. Друг светловолосого заметил брюнета, который от скуки осматривал косяк двери в зал. Он протягивает руку чтобы поздороваться, на что Скарамучча, закатив глаза, собирается отвечать. Рука темноволосого почти коснулась чужой, как та ловко обходит кисть вокруг и «дает пять» тыльной стороне ладони. Брюнет на это лишь фыркает, пока Хэйдзо, усмехнулась, продолжил разговор с Кадзухой. — Купим поесть что-нибудь? С едой интересней. — Я за. — Я нет — Почему? — спрашивают оба парня брюнета, получая молчание. Спустя мгновение: — Скар, тебе что-нибудь купить? — Кадзуха подходит к своему бойфренду сбоку, аккуратно и нежно берёт за руку, обняв её. «Бесит, как же бесит. Убью его. Ещё к Кадзухе пристаёт» — Ничего мне не надо. Идите уже, — он вырывает свою руку, забирает билеты у Хэйдзо, буквально вырывая их, и уходит в зал. Кадзуха лишь пожал плечами. — Кажется, он сегодня не в настроении. —Походу. Друзья сходили купили попкорн, бутылку воды на двоих, салфетки чтобы вытирать руки и довольные направляются на сеанс. Там их ждал недовольный Скарамучча, сидевший в телефоне, что-то там кликая. Кадзуха садится справа от него, а слева от блондина — Хэй. Фильм начался. Начало уже внушает небольшой страх, от которого по коже Кадзухи пробежал табун мурашек. Продолжение было более-менее приемлимым, обстановка потихоньку накалялась, но вот один момент... В этот момент фильм был снят от глаз главного героя, который пролезает через дырку под скопившиеся мебелью в подвале. Та этот момент с другого края появляется какое-то нечто, которое быстро летит прямо в лицо герою с истерически-больным, выворачивающим наизнанку душу, криком. Бледное, окровавленное, с пустым чёрным взглядом нечто... От этого скримера Кадзуха, вскрикнув, сразу схватился за Хэйдзо справа рукой, а другой закрыл свой рот, боясь заорать на весь зал. Друг в то время с быстрым сердцебиением от страха тихо смеётся. — Это было круууто! — громко протягивает Хэйдзо, выходя из зала. «Блять, какой же громкий» Шокированный бледный Кадзуха выходит за другом, ничего не говоря. «Он напугал Казу... Псина» — Страшно... — лишь пискнул блондин, у которого в голове застряли кровавые образы людей и бледное лицо неизвестного существа. — Я не думал, что ты так испугаешься. Прости, — друг подошёл к несчастному и обнял. «Он ещё и обнимает его! Ублюдок» — Скарамуччу передёрнуло. Он резко выхватывает своего парня из рук другого слова словами: — Мы уходим. — Скар, но... — Уходим, — и направляется на выход с Кадзузой , находящимся «под подмышкой». Светловолосый помахал другу на прощание, улыбнувшись, и ушёл с темноволосым. «Мне страшно оставлять его одного с Скарамуччей... Он не выглядит достаточно нежным для Кадзухи» — улыбка сразу сползла с лица Хэйдзо, как только парочка ушла вне поле его зрения.