Я купил дом у моря

"Грустная светит луна, Плещется тихо волна, И над рекою туман. Тяжко задумался лес. Хочется сердцу чудес, Грезится милый обман.

Чутко иду над рекой,— Шатки мостки подо мной. Вижу я мелкое дно, Тень утонула в реке, Город за мной вдалеке, Возле — молчанье одно."

___

      Кэйа давно уже смирился со своей спокойной жизнью, где один день похож на другой. Засыпая он, конечно, мечтал о том, чтобы произошло хоть что-то новое, хотя бы маленького разнообразия. Как-то, прогуливаясь по городу, он услышал, как ребятишки обсуждали свои мечты и один мальчик рассказал, что молится каждое полнолуние на Луну, мол она услышит и выполнит его желание. Почему Кэйа сейчас вспомнил о детских разговорах? Размышляя о лучшей жизни, взгляд его, блуждая по комнате, задержался на окне. На него величаво воззрилась Луна, освещая всё вокруг своим холодным, немым светом.       Поднимаясь с тёплой постели и полностью открыв окно, парень, высунувшись из него, вдохнул полной грудью ночной освежающий воздух. На дворе стояла середина мая, прекрасное время для загадывания желаний. Не зная как правильно молиться Луне, он просто сложил руки в замок около груди, закрыл глаза и стал нашёптывать желание.       Закончив, какое-то время он всё ещё стоял на месте и опёршись на подоконник, разглядывал ночной город. Не то чтобы глубокой ночью происходило что-то заслуживающее внимание, но городская жизнь продолжалась круглосуточно. С этого этажа гостиницы, в которой он проживает уже долгое время, можно разглядеть достаточно. Вот городские стражи делают обход и что-то обсуждают между собой, стараясь во время смеха прикрывть рот ладонью, дабы не нарушить сон жителей; вот Мастер Дилюк возвращается домой, после закрытия таверны, странно только то, что путь он выбрал не как обычно. Наверное сегодня он не ляжет спать, утром ведь снова возвращаться в таверну, а пока он доберётся до дома, то будет уже рассветать; вот Мона, что крадётся в ночи до фонтана в надежде опередить Энтони и первой вытащить монетки из воды. Кэйа часто ловил её за этим занятием, спросил всего один раз, девушка же покраснев и задрав подбородок так высоко, что казалось скоро начнётся драться с его помощью, доказывала, что уронила в воду важные камушки и искала именно их. В следующие разы Мона была более осторожной, но всё равно замечена Кэей, который, увидев её всегда менял своё направление, чтобы не смущать ещё больше; вот несколько бардов в пьяном угаре, которые не в состоянии дойти домой, укладываются на лавочке, правда пробудут они там до тех пор пока до них не дойдут стражи и не прогонят их, а если те будут сопротивляться, то отправят их на сутки за решётку.       В доволь насмотревшись на ночную жизнью, Кэйа закрывает окно и возвращается в постель. Утром он будет снова жалеть о том, что поздно лёг, но это ведь уже привычное занятие, бессонница главный его враг на протяжении года, иногда даже начинает казаться, что она сводит его с ума. Появилась, когда на его голову свалились недовольства горожан на счёт того, что капитан кавалерии главный бездельник города, который лишь проводит время в баре и сутки напролёт развлекаясь. Он старался смириться с этим, ведь не виноват в том, что работы нет. Потом решил доказать жителям, что лентяем не является и попросил действующего магистра подкинуть абсолютно любой работы. Нехотя, после долгих убеждений и чуть не моля, стоя на коленях, Джин сдалась и передала молодому человеку несколько бумаг. Конечно, она оставила самое сложное и тяжёлое для себя, в чём не изменяла себе, но капитан кавалерии без кавалерии был рад хоть голубей выгуливать, лишь бы уменьшить количество неприятных комментариев в свою сторону.       Стараясь справиться с делами на высшем уровне, выполнял больше, чем требовалось изначально. Кэйа таскал в одиночку коробки, пока натруженные пальцы не переставали сгибаться, а лопатки не болели так, что было больно дышать, надеясь на то, что коллеги-грузчики, что приходя на работу и заметив новое тело, сразу расслабились и просиживали смену на складах, в итоге будут отзываться о нём как о сильном помощнике; помогал в библиотеке пока глаза не иссохнут и не начнут болеть, был там и днём и ночью до полного изнеможения, а по возвращению в гостиницу не мог сообразить в какую сторону открывается дверь. Лиза неоднократно ругала парня за переработки и грозилась запретить ему вход сюда, но раз за разом находя его поздно ночью под светом свечей, сдалась и принесся с собой чай и пару блюд, путём бесконечной болтовни вынуждала его сделать перерыв хотя бы на перекус; работал в доставке еды у Сары. Сначала доставщиков было несколько, но через время они всё реже и реже появлялись из-за чего на Кэйю падало больше заказов. Затем он остался вовсе один и доставлять всё стало просто не выносимо, так как нужно уложиться по времени, а иногда нужно успеть от винокурни добежать до Спрингвейла за такое короткое время, что это рушит все законы физики, а после ещё выслушивать гневные упрёки по поводу того, какая медленная доставка. Старался так угодить каждому заказчику, что времени не было ни на отдых, ни на перекус, а изнеможение потом выливалось в рвоту, только пустой желудок не мог отдавать ничего кроме желудочного сока из-за которого появились язвы около рта.       За те полгода он износился так, что тремор стал одолевать круглосуточно, исхудал до такой степени, что казалось, будто его всасывает внутрь самого себя, язвы пусть и пытались зажить, но из-за нервов он постоянно расчёсывал их, да и вообще всё его тело было покрыто большим количеством расчёсанных ран. Волосы поредели и грозились вот-вот полностью выпасть, кожа приобрела нездоровый жёлто-зелёный оттенок. На него было просто страшно смотреть, создавалось впечатление, будто он серьёзно болен и ещё немного и покинет мир живых. Стараясь добиться признания в глазах жителей города он хватался за любое дело, часто даже бесплатно, лишь для того, чтобы его похвалили и стали за спиной отзываться лестными словами. Он ждал простого "спасибо, ты отлично поработал", поэтому долго смотрел на людей, которым помогал, те лишь разводили руками и отворачивались, полностью обесценивая не просто его труд, но и существование в целом.       Однажды у него выдался свободный час, потратить он его решил на еду. Забежал в таверну "Доля ангелов" и заказал себе кушанья, да так много, что почувствовал сытость, только взглянув на блюда. Трясущимися руками он совал в рот всё, что попадалось ему на глаза, забывая прожёвывать. Дилюк, что стоял за стойкой и разбирался с чеками всех клиентов, присутствующих в заведении в данный момент, часто поглядывал на него. - Не глотай сразу, жуй нормально. - отложив бумажки, он налил стакан воды и поставил рядом с братом. - Ведешь себя как пещерный человек. - На долю секунды Кэйа встретился с ним взглядом, а после продолжил запихивать в себя мясо и овощи, раз за разом кашляя из-за того, что большие куски застревали в горле. Дилюк не отходил ни на секунду, хотя и был занят, ибо наплыв клентов увеличивался с каждой минутой, что мест уже начинало не хватать. Хвала небесам, что сегодня в баре Дилюк не один, поэтому он мог подзабить на остальных и оставаясь вблизи названного брата пытаться хоть как-то повлиять на то, чтобы тот не умер из-за того, что подавился куском морковки. Но все старания молодого господина были бесполезны, Кэйа замер, когда до его ушей донеслись слова посетителей, которые упомянули его имя в разговоре. - А смысл? Кэйа Альберих как был лентяем, так и остался! - говорил мужчина за столом, повернутый спинок к стойке. Они сидели мужской компанией, изрядно выпившие. - До меня дошёл слух, что он подъедает еду, которую разносит! - А я слышал, что украл деньги в гильдии искателей приключений! - вторит второй мужик. - Это всё ерунда. - хлопает по столу третий. - Я собственными глазами видел, как он со шпионами Фатуи руки пожимал! Я вам всегда говорил, что предатель он, гнать его надо! - Поддерживаю тебя, брат! - хлопает по плечу третьего четвёртый мужчина. - Эта морда прохвостная продаст всю нашу страну этим Фатуи. Его родину уничтожили и нашу хотят! - Я слышал, его отец был фашистом. И сын его фашист. - заявляет пятый. - А оно так и есть! Государство принимает таких тварей у себя, а потом удивляются почему это у нас всё так плохо и одни шпионы, да предатели вокруг. И почему это фашисты занимают высокие должности и живут себе спокойно на мои деньги, а я должен здоровье гробить в шахтах каждый день, добывать руду и получать за это гроши? - поддерживает его четвертый. - А сейчас ещё и Варка ушёл, оставив вместо себя бабу! - снова подал голос первый. - Оглянитесь, мужики, сейчас куда не глянь бабы должности занимают. Что за страна у нас такая? Фашисты и бабы. - Если мы страна свободы, то какого чёрта я должен жить за деньги, которых даже на месяц не хватает? У меня жена и пять детей! И они всё время сосут мой кошелёк. Я родился и вырос в этой стране, я должен быть свободным, а не какая-то гниль фашиская. - Так вот оно что. - с облегчением выдыхает Кэйя. - Кэйя? - всё время трапезы брата Дилюк не повел ни единым лицевым мускулом, но сейчас его волнение явно возросло. - Я тут жопу рву, разрываюсь на мелкие куски, чтобы угодить всем, а меня ненавидят только из-за того факта, что я в принципе родился. - громко и со смехом произносит парень, запуская более чистую руку в волосы, начиная чесать сначала кожу головы, переходя на шею, оставляя на ней красные линии от ногтей. На знакомый голос сразу же обернулись мужики, начиная прокашливаться, явно не ожидая, что их сплетни дойдут до ушей того, кого они обсуждали мгновение назад. - Кэйя, успокойся. - Дилюк, мигом вышедший изо барной стойки, пытался остановить брата, что держал путь в сторону шахтёров, продолжая чесать плечи, шею и грудь. - А что, Мастер Дилюк, разве они не правы? У меня нет страны, у меня нет семьи, пытался стать частью твоей семьи - стал ненужным, пытался добиться признания горожан - добился большей ненависти. - руки снова стали расчёсывать кожу головы. - Да если бы у меня было куда уйти, то давно бы уже ушёл. Но у меня нигде и ничего нет, но в отличии от вас, - он снова взглянул на пьяную компанию. - я пытался чего-то добиться, а не мириться со своей никчёмной жизнью и пропивать последние деньги по среди дня, жалуясь на "несправедливую" жизнь! - мужчины старались не смотреть в сторону юноши, каждый пялился в одну точку и делал вид, что усердно занят распитием своего пенного напитка. Кэйа покачал головой, а затем достал из кармана мешочек с деньгами, передавая его хозяину заведения. - Мне пора идти.       Следующие пол года парень провёл в полной апатии, закрывшись в номере отеля, не подпуская к себе никого. Вспоминая минувший год сейчас, он задумывается какое же из полугодий было худшим. Сейчас действует закон о распространении ложной информации путём сплетен про кого-либо, хотя это и не отменяет полное их отсутствие, но в публичных местах, если услышат, что вы сплетничаете про другого человека, то можете получить очень неприятный штраф. Как и при каких обстоятельствах появился этот закон Кэйя не знает и узнавать желания нет, но с его принятием стало легче жить, пусть и по сей день проходя по улицам можно услышать как жители перемывают косточки "предателю".       Ворочаясь в кровати, вспоминая прошлое, в итоге он засыпает под утро, пусть и беспокойным сном.

***

      Утро началось часов в шесть из-за громкого стука в дверь. Первая мысль была о том, что это служанка пришла убираться, правда она раньше девяти не могла прийти, да и его номер самый дальний. Разлепив кое-как глаза и криво-косо натянув повязку, пополз к двери. Открывая замок в двери, мозгами стараясь перебирать кто ещё может заявиться в такую рань, возник образ Розарии, которую возможно снова выгнали из спален из-за сильного опьянения и не зная куда идти, она пришла к нему. Но открыв дверь, на пороге стоит и не уборщица и не Розария. Увидев Дилюка, первые секунд десять Кэйа пытался понять действительно ли это его названный брат или просто сон, а в реальности в дверь всё ещё стучат. - Я тебя разбудил? - не выражая абсолютно каких-либо эмоций, интересуется Дилюк. - Да нет, я же обычно в шесть утра мозаику собираю. - сдерживая зевоту, отвечает Кэйа, наваливаясь на дверь. - У меня к тебе разговор есть. - Мастер Дилюк, я, конечно, всё понимаю, но сейчас со мной серьёзных разговоров не составишь, я так хочу спать, что готов спать на твоих ботинках. - еле улыбается парень. Второй же проигнорировав брата, проходит внутрь комнаты, слегка проталкивая и хозяина, прикрывая за обоими дверь. - Я быстро всё расскажу, а ты сам решай примешь моё предложение или нет. - Минут десять хватит? - вернувшись в теплую кровать, которая сейчас кажется удобнее, чем обычно. - И почему ты сейчас не дома? Я видел из окна как ты ночью бродил по улицам. - Десяти минут вполне достаточно. - не отходя от закрытой двери, Рагнвиндр внимательно наблюдал за каждым движением брата. - Я давно купил участок между Ли Юэ и Мондштадтом, рядом с морем. На этой неделе закончилось строительство хижины. - Это хорошо, ты пришёл похвастаться? - Дослушай. Я хотел бы, чтобы ты пожил там со мной. - Что? - сонливость сняло будто рукой по затылку. - В смысле жить с тобой в дали от цивилизации? Мастер Дилюк, я знаю, что у нас весьма напряжённые отношения, но я бы не хотел умирать от твоих рук в таких условиях. Я не ребёнок, которого можно заманить в логово, поманив конфеткой, где, кстати, та самая конфета? Что будет, если я соглашусь? - Приму это за оскорбление. Всё легко и просто, ремонт только закончился, но дел осталось всё ещё много, а я не могу позволить кому-то чужому находиться рядом, ты - подходящий вариант. Я могу тебе платить за работу. - Зачем тебе вообще хижина на границе? Ты что-то натворил и теперь собираешься скрываться? Хочешь потом на меня всё повесить? - Если бы я хотел что-то на кого-то повесить, то выбрал кого-нибудь более доверчивого. Какое-то время они просто смотрели друг на друга, молча, никто никого не торопил. Кэйе вспомнилось то, что ночью он молился на Луну, а с утра Мастер Дилюк заявляет, что у него есть хижина. Забавное совпадение или воистину Луна постаралась, но проживание с этим человеком может быть опасно для жизни. - Знаешь, Мастер Дилюк, сейчас я тебе ответа не дам, но если у меня есть время, чтобы подумать, то я бы воспользовался им. - Я предполагал, что ты попросишь дать тебе время, либо сразу откажешься. Время у тебя до начала июня. - Рагнвиндр кивнул головой, после направившись в сторону двери. - Забыл сказать, это летняя хижина, так что мы пробудем там всё лето, если, конечно, согласишься. - Что мне грозит в случае отказа? - Как минимум ты лишишь себя отпуска на берегу моря. - А как максимум? - Сам ведь жалуешься действующему магистру, что тебе заняться нечем, так что я предлагаю тебе разнообразие в жизни. - Ответь на ещё один вопрос. Идея взять меня с собой тебе взбрела сегодня ночью? - Глупый вопрос, даже отвечать на него не буду. - после окончания своей фразы, молодой человек покинул номер гостиницы.