Не бойся, но, беги.

Холодный ветер сильно бил по окнам подвала, хотя бы сегодня без дождя, за это спасибо. Все школьницы с «Биерс» мирно решили не идти в школу, ибо сегодня у них планы по важнее. Сережа и Кристина поехали со своими людьми в тот самый гей-клуб, дабы защитить невинных. Лиза пострела на лайки ее статьи про Грибова, которую ранее выложил в СМИ айтишник, славно хакнув их. Как ожидалось, статья стала вирусом, больше двухсот тысяч лайков и столько же комментариев. Лейла уехала к «любимому» папе еще утром, и Мишель с Индиго уже должны выдвигаться в сторону мэрии. Телефон Лизы трещит и теребонит от звонка. Там светилась кудрявая. — Алло, Лиза! — Кричит в трубку девушка. — Что? Что такое? — Кристина… Кристина… — От испуга, Лейла толком предложение сформировать не могла. — Кости Захарова нет в мэрии, я услышала что он идет на разгром гей-клуба! Скажи Кристине чтобы не… Лиза выключила звонок не дождавшись пока подруга поговорит. Быстро найдя контакт Захаровой, она принялась ей звонить. — Вот черт! — Орет, перезванивая снова и снова. — Сука! Кристина, возьми трубку! На кухню заходит Гаджиева, вся готовая, уже в куртке. — Нам пора выходить, мы можем не успеть и упустить их. — Пробубнила блондинка. Нельзя было упускать такого шанса и Андрющенко отправила Захаровой несколько сообщений, собираясь снова начать звонить уже в такси. — Да, да, сейчас. Быстро надев куртку, обе девушки вышли из подвала. Поднимаясь по лестнице наверх, Гаджиева спрашивает. — Что с тобой? Хмурая Лиза снова принялась звонить Кристине, ведь последствия могут привести к капитальному провалу. — Захаров будет на разгроме, если увидет Кристину, то, будет полный пиздец! — Рука с телефона не отрывается. — Боюсь, он ее заживо закопает. — Гудки так и не прекращались, а звонки так и оставались безответными. Через час нервотрепки, девушки наконец добрались до мэрии. Обе закрыли лица банданами, ведь, это же мафии, в из машинах есть видеорегистраторы и камеры снаружи. Еле прошли охрану, доказывая рабочим, что они родственники Куряшового. Отец Лейлы-Председатель Следственного Комитета. На парковке было множество машин, но в глаза попались две одинаковые, стоящие рядом друг с другом. На одной машине был кавказский номер. Точно они. Мишель направилась к русскому автомобилю, а Лиза к кавказскому. Звучит довольно странно. Времени было мало, по словам кудрявой, собрание Грибова и Никифорова скоро должно закончится. Девушки быстро наклеивают по всему периметру машин разные виды жучков. А именно, жучки с камерами, такие же как у Медведевой, геолокационные жучки и типичные радиостетоскопы снизу машин. Клеили так, чтобы не было заметно от слова совсем. Слава Грибову, за то, что машины черного цвета. Мишель и Индиго наконец закончили дело, записали на всякий случай номера машин и снимая с рук перчатки, ушли подальше. Очередной обеспокоенный звонок Лизы издает долгие гудки. Наконец, спустя 20 с лишним пропущенных, слышится тот самый голос по ту сторону трубки. — Шума! Беги от туда! — Раскидывает снег под ногами шагая туда-сюда. Захарова не слышала о чем бубнит Индиго из-за сильного шума в клубе. — Я потом позвоню, обеща… — Вдруг слышится как телефон падает на землю, а на фоне дикие оры и крики. — Блять. — Сквозь зубы рычит брюнетка, набирая Эльдияру. — Подгони тачку, срочно. Приезжает спортивная машина пол часа, а за рулем азиат. — Залезайте. — Кивает парень указывая на машину. — Мэрия, жми на газ. — Андрющенко по свойски садится на переднее сидение, и для безопасности застегивает ремень. Темно синяя Porsche Panamera Turbo увеличивает скорость до 270 километров в час, забивая на все правила вождения РФ. — Алло, быстро забирай Захарову и бегом на западную часть округа! — Снова кричит, пытаясь перебить шум автомобилей. — Едьте скорее, Шумахер ранена. В голове уже нарисовались миллионы картин Кристины. Представления в голове Индиго ее пожирали. Эльдияр, Мишель и Лиза подъехали к нужному месту, заранее открыли заднюю дверь, чтобы те двое не медлили. Стоя в 10ти метрах от клуба, все слышали эти звуки. Оры, выстрелы, музыка сливались в одно. — Жми на газ! — Кричит бегущий Сережа, неся в руках Кристину. Внутри, Индиго спокойно выдохнула, увидев что Шума ранена не так сильно, как представляла она. Вся рука длинноволосой была в крови, лицо морщилось от боли. Кажись пуля в руку. Это лучше чем все представления Лизы в голове. Мужчина усаживал Захарову на зандее и сиденье и сам быстро залез. Только закрывалась дверь, как вдруг слышатся выстрелы намного громче. — Стреляют, едь! Все склонили головы вниз, стекла разбивались в мелкие дребезги, и от каждого выстрела в железные части, автомобиль будто поддрагивал. Из-за разбитых дверных стекол и невъебической скорости, ветер бил по лицам сидящих. Волосы спутались, одежда будто прилипла к телу. Крики Кристины перебивал весь окружающий шум. Кровь лилась без остановки, даже завязанная косуха Сережи не помогала. — Нам нужен врач, но в больницу нельзя. — Обращается азиат за рулем к Андрющенко. — Едь в подвал, ты ветеринар, справишься как нибудь. — Отвечает Лиза, повернувшись к заднему сиденью. — Шума, потерпи немного, скоро все пройдет. — Пытается хоть как то убрать мешающие от ветра волосы. По щекам длинноволосой лились слезы боли, от чего Лизе самой плакать хотелось. — В том то и дело что я ветринар! — Перекрикивает шум других автотранспортов на большом шоссе. Брюнетка наконец повернулась к дороге, и правильное направление ветра наконец перестало мешать ее волосам. — В больнице нас погасят. Сами справимся, у нас выбора нет. Спустя некоторое время азиат наконец подъехал в двор подвала. Спускаться по лестнице вниз было крайне сложно, любое движение делало больной Захаровой. — В зал несите, я за аптечкой. Шуму посадили на дивал, выставляя пострадавшую руку на большой стол. — Я блять, только на практике удалял коту калючку на лапе! — Судорожно кричит Эльдияр. — Забей хуй и сделай то, что сделал с котом. Лейла приедет только через часа два. С горем пополам азиат с желтыми перчатками и двумя щипцами для бровей полез в рану. Одни щипцы перевернул и соединенным концом входил в место кровотечения. Захарова сильно стиснув зубы закричала так, что той пришлось дать тряпку, дабы не переломать себе зубы. — Потерпи, Кристин, потерпи. — Мишель бьет не больно по лицу, чтобы та не потеряла сознание. Эльдияр наконец пощупав пулю другой стороной щипцов, немного отодвинул их, тем самым приоткрывая рану и делая длинноволосой еще больнее. Как сказано ранее, одними щипцами парень приоткрыл рану, немного потянув рукой. Взяв в другую руку вторые щипцы, и уже нижним кончиков вошел в открытую рвань. Полазил немного, чувствую металлическую пулю в форме калибра, но, достать ее было крайне сложно. — Да, давай уже, блять! — Рычит Захарова, снова стиснув ткань в зубах. Наконец. Наконец полилось подцепить пулю и вытащить вместе с щипцами. Весь стол и ковер залился кровью, руки и одежда ребят также были в этой жидкости. — Кристин. Сейчас будет больно. — Судорожно предупреждает, откладывая пару щипцов в угол. Шумахер зажмурив глаза коротко кивнула. Лиза держала шатенку за одно плечо, надеясь что это хоть как то помогает раненной. Эльдияр открывает большую банку перекиси водорода и прямо выливает на руку длинноволосой с большим напором. Крики превратились в рычание зверя. Затем, после перекиси пошел толстый слой бинта. Кровь намного уменьшилась, оставалось ждать только медика-Лейлу. Кудрявая бросила универ на третьем курсе, этого в принципе должно быть достаточно. По мнению Индиго. — Купите обезбол. — Чуть ли не плачет Захарова с замотанной рукой. — Нам не продадут сильные обезболивающие без рецепта, Шум. — Индиго нервно пытается успокоить подругу. Недавно пришедшая в подвал Виолетта вытащила из рюкзака пакетик и выставила его перед глазами Кристины. — Готова? — Ебашь. Татуированная кивнула и принялась высыпать содержимое на под руку попавшую книгу. Пару штрихов картой и дорожка готова. Захарова человек с опытом, оставалось надеяться на то, что ее не возьмет ебучий мефедрон. Все почти утихло, Шума под кайфом почти забыла про руку, но от каждого движения, та шипела как злая кошка. Через пару часов пришел тот самый безопытный медик, обработала нужными средствами рану и наложила несколько швов изнутри и снаружи. Кристина лишь обдолбанно хмурилась, до конца не понимая что происходит.