Рейнджеры поневоле

Стив продолжал вызывать по рации подающих сигнал. Ответа не было. Оставалось полагаться на шестое чувство и надеяться, что подводная часть рулевого управления “Полярной звезды” не сломается под напором течения, которое усиливалось с каждой минутой. Согласовав работу штурвала и парусов, парни добились небольшого крена на левый борт и нужного галса, что позволяло немного гасить занос право. Теперь все зависело от прочности рулевого пера*, стабильности ветра и чуткости держащего штурвал Баки, который ловил шаткий баланс между скоростью судна, сопротивлением течению и риском опрокинуться. – Я их вижу! – крикнул наконец Стив, указывая вперед правее курса. На боку уныло лежала небольшая яхта. Мачта и паруса черпали воду, но трюм, похоже, был наполнен воздухом и судно не тонуло. Якорь успели бросить, и он продолжал придерживать опрокинутую яхту, хоть и не вполне надежно – волны подталкивали ее, течение притягивало, и она короткими рывками понемногу продвигалась вправо. Стив проследил глазами вероятное направление и на несколько секунд обомлел. Румбов на двенадцать правее курса примерно в шести кабельтовых* бурлил океан. Мерный ход волн нарушался, они вплетались в огромное пенящееся кольцо, уходили во вращение, теряли форму и преображались в нечто вроде водяного диска диаметром не меньше мили. – Я хотел бы ошибаться, Стив, – мрачно произнес у него за спиной Баки, жестко держащий штурвал, – но подозреваю, что там может быть воронка. – Откуда… так, ладно, потом, – Стив тряхнул головой, словно отбросил лишние вопросы. – Это люди там, да, Бак? Он подбежал к фальшборту и всмотрелся, Баки крикнул ему в спину: – Не спеши, Роджерс, сейчас подойдем ближе! – и добавил сквозь зубы, понизив голос: – Успеешь еще башку подставить. За перевернутую яхту, как за соломинку, держались двое. Стив подскочил к одному из ящиков на палубе, распахнул его и выхватил два спасательных жилета. – Нет, Стив, не прыгай пока! Я один не удержу сейчас судно. – Баки старался перекричать ветер и вовсю жестикулировал. – Постараюсь подойти слева, тогда есть шанс помочь им и не улететь к водовороту. Установи пока резервный якорь, без него не справимся. Он на дне того же ящика. Стив бросил жилеты, схватил запасной якорь, метнулся, закрепил его на место потерянного и приготовился отдать оба якоря. За это время они приблизились к опрокинутой яхте. Штурвал вибрировал в стальной хватке рук Баки. Он вел судно по полукругу, сражаясь с течением. Стив помогал, ловя парусами боковой ветер. За перевернутую яхту какой-то парень держался одной рукой, второй поддерживал над водой девушку. Она была то ли без сил, то ли без сознания, ее голова лежала на плече парня. – Помогите! – прохрипел он, невольно хлебнув воды из-за очередной волны, ударившей ему в лицо, видимо, уже в тысячный раз. Стив не столько расслышал его, сколько прочитал по губам. Он снова кинулся к спасательным жилетам. Резкий крик Баки остановил его: – Куда? Прыгнешь сейчас – затянет нас всех! Стив остолбенел на секунду, а Баки продолжил: – Сначала зафиксируем нашу яхту или всем хана! Ставь спинакер и фиксируй его, а я брошу оба якоря! Стив кивнул и рванул к парусу. Баки пробормотал себе под нос: – Только бы этого хватило. Некоторое время он еще повозился у штурвала, поминая автопилот не злыми, но яркими эпитетами, затем метнулся к якорям. Стив уже закрепил спинакер, усиливший сопротивление судна течению, швырнул в сторону тонущих спасательный круг, схватил жилеты и прыгнул за борт. “Полярную звезду”, удерживаемую двумя якорями, нещадно раскачивало то с дифферентом на нос, то обратно, ветер завывал, волны хлестали, якорные цепи скрежетали и, несмотря на помощь спинакера, еле удерживали судно от срыва в мощное течение. Нос яхты в ритме волн черпал воду и тут же сбрасывал обратно фонтаном соленых брызг. Баки подбежал к фальшборту. Стив уже подплывал, одной рукой придерживая девушку. Баки мигом перелез через поручень на середину трапа, наклонился, перехватил ее и уложил на палубу, нашел пульс. Ее парень отставал, борьба с волнами отняла у него много сил, и он использовал спасательный жилет вместе с кругом как опору. Пока Стив помогал ему взобраться на судно, Баки привел его подругу в чувство. Она откашлялась, начала отталкивать пузырек с нашатырем, заморгала, стала переводить испуганный взгляд с Баки на своего приятеля, затем на взбирающегося на палубу Стива и кричать, хрипя из-за остаточной соленой воды в горле: – Там… там ребе… нок… там… – она попыталась подняться, не вышло, плюхнулась обратно и ткнула пальцем вслед опрокинутой яхте. – Ребенок там! Стив замер на ступеньке трапа, обернулся: – Понял. Я за ним. И снова исчез в волнах, а через пару мгновений вовсю греб следом за чужой беспомощной яхтой к кольцу водоворота. Баки стиснул зубы, прошипел: – Черти бы тебя взяли, Стив. – Схватил стальной трос, обвязал вокруг пояса, закрепил двумя литыми карабинами и крикнул парню, кивнув на девчонку, продолжавшую хрипло орать: – Смотри за ней! И ничего здесь не трогай! Тот испуганно закивал, сгреб вопящую подругу в охапку и прижался спиной к обшивке борта. Баки ступил на поручень, обернулся, велел парню: – Главное, за тросом следи! Когда дерну его дважды, включи вон ту лебедку. Всё понял? И не вздумай дурить. Если что, мы отсюда и без судна сможем выбраться. Тяжело, но сможем. А ты и твоя подруга без нас даже на судне – покойники. Система управления здесь под паролем. Я всё сказал. И прыгнул за удаляющимся Стивом. Сейчас Стив казался ему пенистым комом, который в шлейфе брызг стремительно уносился следом за опрокинутой яхтой к огромной воронке. Баки греб за ним в бешеном темпе, в голове пульсом билось: “только бы длины троса хватило”. Когда Стив вдруг исчез из виду, Баки на секунду показалось, что сердце застыло и сжалось до мелкой колючей ледышки в груди. “Так, стоп! Он просто поднырнул под яхту, ищет вход в трюм”, – подумал Баки и мысленно обозвал себя мнительным мудаком. Вдохнул поглубже и нырнул за ним. В мутной воде еле успел увернуться от мачты лежавшей на боку яхты, которую раскачивало в ритме волн. Быстро огляделся и увидел Стива, выбирающегося из трюма. Одной рукой он держал мальчишку лет шести, а за его спиной отчетливо выделялся перевернутый конус огромной воронки, уходящей в глубину. Было похоже на вихрь в замедленной съемке. Плотный слой темной воды, неторопливо вращаясь, затягивал внутрь всё подряд: крупные камни, ворохи водорослей, песок, раковины моллюсков, морскую живность – акул, осьминогов, каракатиц, целые косяки мелких рыб, обломки кораллов. И продолжал тянуть к себе всё, что поддавалось влиянию подводного потока. Словно внутри образовалась какая-то ненасытная бездна, которой было всё равно, что поглощать. Одной рукой против мощного течения вблизи водоворота не выгрести даже Стиву – это Баки понял сразу. Он рванулся навстречу, буквально подлетел поближе, и когда оставалось совсем немного, почувствовал, как трос дернул за пояс и остановил его. До Стива, который греб изо всех сил, было чуть больше, чем мог достать Баки. Баки замер, но всего на секунду. Затем быстро расстегнул карабины, снял с себя трос и выиграл часть его длины. Ухватился за карабины металлическими пальцами, выпрямил обе руки и потянулся к Стиву. Как только достал, крепко вцепился в его руку и дважды дернул трос за карабины. Реакции не было. “Зараза. Выберусь – башку оторву”, – подумал Баки и повторил попытку. Лебедка ожила. Их потащило прочь от водоворота. Парни выплыли на поверхность, хватая воздух между встречными волнами, хлещущими в лицо. Баки притянул Стива ближе, чтобы тот смог перебросить руку через металлическое плечо и держаться надежнее. Затем Баки подтянулся по тросу, перехватил его увереннее, намотав вокруг вибраниумного запястья, зажал в кулаке карабины и оглянулся. Стив придерживал мальчишку, обнимающего за шею своего спасителя. Мальчик таращил испуганные глаза, часто моргал и отфыркивался от воды. Позади них пенистый край огромного водяного диска отдалялся, неторопливо заглатывая опрокинутую яхту. На борт “Полярной звезды” забрались через несколько минут. Баки сразу кинулся к панели управления, Стив отдал мальчика плачущей девушке и побежал к штурвалу, стараясь по возможности снизить качку. Баки схватил передатчик: – Внимание! Вызываем береговую охрану! На пути из Окленда к Суве на норд-ост от нулевого меридиана наблюдается течение огромной силы и водоворот. Наблюдали затопление одномачтового судна. Прием! – Береговая охрана на связи. Назовите себя и координаты. Прием. – “Полярная звезда”, порт приписки Окленд. На приборах сбой, компас шалит, идем по GPS. Ориентировочно мы на норд-ост примерно на десять румбов от нулевого меридиана на полпути из Окленда в Суву. Прием. – Поняли вас. Пострадавшие есть? Прием. – Мы вытащили троих из воды, – Баки на секунду обернулся, глянул на людей, – все живы. Прием. – Вас поняли, “Полярная звезда”, трое спасенных. Спасибо за ваш сигнал и помощь. Идем в этот сектор, будем искать вас. Прием. – Понял. Конец связи. Баки вернул передатчик на место. Предстояло выбраться из зоны влияния водоворота, и как можно скорее, пока не сорвался еще один якорь. Или оба. Баки подошел к Стиву: – На береговую охрану я бы сейчас не полагался. Пока они сюда доберутся, наши якорные цепи будут в клочья. – Мы можем рассчитывать только на оставшееся горючее и паруса. – Ну, как минимум один помощник у нас есть, – Баки кивнул на спасенного парня. – Не самый лучший, но на безрыбье… шкот затянет, я думаю. Эй, парень, как тебя зовут? Тот встрепенулся, подошел, протянул правую руку: – Майкл. Спасибо вам. – Проблема еще не решена, Майкл. – Стив пожал его руку. – Нам надо назвать себя или ты в курсе? – Я понял, да, капитан Роджерс, сержант Барнс. Нам повезло, что вы оказались… – Вся лирика – потом, – отрезал Баки. – Сейчас будешь помогать с парусами. И не испытывай больше мое терпение, Майкл, как с лебедкой. Я сказал – ты сделал. Точка. – Да, сэр. Я понял. Позже, когда Баки вспоминал обо всем, что случилось в этот день, на вопрос, что было самым трудным по его мнению, говорил: “Бесконечные причитания нервной мамаши. Гигантская воронка и течение, тащившее туда всё подряд, напрягали меньше, чем ее вопли и нытье”. В самом деле, гораздо легче стало не тогда, когда активной работой с парусами и предельными усилиями двигателя на оставшемся горючем они сумели отдалиться от воронки и посмотреть на нее в бинокль с более безопасного расстояния, а когда наконец встретились с судном береговой охраны и пересадили туда спасенных. Некоторое время ушло на обсуждение странного течения. Стива, Баки и Майкла подробно расспросили, всё записали на диктофон, зафиксировали ориентировочные данные сектора, представляющего потенциальную опасность, и усадили к радиосистеме человека, который от имени береговой охраны стал повторять предупреждение для всех судов, находящихся в экваториальной зоне Тихого океана. “Полярной звезде” помогли с горючим и попрощались. К этому моменту нервная мамаша успела задолбать половину экипажа, хотя ее ребенка уже осмотрели медики и он явно был в порядке, разве что немного испуган. – Теперь это их проблема, – Баки подмигнул Стиву, улыбнулся в тридцать два и помахал рукой на прощание судну береговой охраны. – Баки, будь снисходительнее. Она обычный человек, перепугалась до смерти. Тем более за ребенка. – Ладно, проехали. Но с тобой будет персональный разговор. Мне вот интересно, Стив, как ты вообще собирался выбираться из опрокинутой яхты против такого течения? Ты же не знал, что я плыву следом. – Я… черт, – Стив смутился, – не подумал об этом. Опять. Прости меня, Бак. Ты же знаешь, надо спасти – я мчусь и спасаю. – Ничего нового, да. Стив Роджерс в своем репертуаре. Режим сумасшедшего альтруиста. – Почувствовав, как Стив обнимает со спины, Баки попытался вывернуться. Не вышло. – Не играй с рисками так часто, Стив. Что толку от твоих прыжков за кем-то сломя голову, если и ты, и тот, кого спасаешь, в итоге не сможете выбраться? – Ты прав. Я должен думать на чуть большее количество шагов вперед. – И как ты выживал до моей раскодировки… – Баки пожал плечами. – Подозреваю, что я в огромном неоплатном долгу перед Романовой. И не только. Стив зажмурился и уткнулся лицом ему в шею: – Бак… – Готов поспорить, тяга к выживанию у Солдата превышала твою в разы. – Клянусь, я сделал выводы. – Хочется верить. Ты моя вечная головная боль, Роджерс. Угораздило же меня в тебя втрескаться.

* * *

Шепот прибоя за окном номера люкс в отеле на берегу – лучшее, с чего может начаться утро. Особенно если просыпаешься с тем, кого любишь. Для полного счастья не хватает разве что чашки кофе. А, нет, вот она. Идеально. Баки сморгнул остатки сна и приподнялся на постели, опершись на локоть. Аромат свежесваренного кофе кружил по комнате, исчезая в проеме распахнутой двери балкона, за окном наперебой шелестели прибрежные волны и листва на ветру, в размеренный шум беспорядочно вклинивались крики чаек. Силуэт Стива на фоне полупрозрачной занавески – лучшее утреннее зрелище. Он подошел, поставил свою чашку на низкий стеклянный столик у кровати и наклонился за поцелуем со вкусом кофе: – Доброе утро. Баки шепнул ему в губы: – Я тебя еще не простил. Хотя эта ночь увеличила твои шансы. Стив заулыбался: – Надеюсь. Их прервал сигнал уведомления. Стив повернул свой телефон к Баки и открыл короткое видео. Тони был краток: – Вы двое, конечно, уникальные долбодятлы. С другой стороны, ваш обоюдный талант влипать в истории иногда приносит интересные дивиденды. Метеорит, пролетевший неделю назад в сотне тысяч миль от Земли куда-то по своим делам, ухитрился уронить один из своих обломков туда, где Капитан Сосулька и его железнорукий друг искали уединения. Вы бы знали о падении обломка в Тихий океан, если бы хоть на минуту остановили свои эротические игры и заглянули в уведомления, но не суть. Словом, водоворот, насчет которого Роджерс звонил позавчера, образовался как раз над местом падения куска метеорита. В центре водяной воронки обнаружены сверхмощные электромагнитные излучения. Там будет с чем поработать. В двух словах: если эта штука оправдает ожидания, то с ее помощью, например, подъем “Титаника” со дна Атлантики обойдется почти нулевыми затратами энергии. И это только предварительные выводы. В общем, везунчики вы, неубиваемые и непотопляемые, черти бы вас взяли”, – Тони заговорщицки подмигнул и остановил запись. – Вот это номер, – выдохнул Стив и уставился на Баки. Тот схватил его за шею и притянул к себе, прижался лбом ко лбу: – Прямо сейчас дай мне слово, что впредь будешь хотя бы пытаться беречь себя. И что бы ни было, ты должен выживать. Ты не сам по себе, Стив. Ты мне должен, понимаешь? Должен себя – живого в первую очередь. С остальным мы справимся. Стив не раздумывал ни секунды: – Даю слово. Если что, врежь мне как следует, чтобы не забывал. – Не сомневайся.