Главное - не сдаваться

  «Чёрт, как же болит голова...»      В висках чувствуется такая боль, словно моя голова была выставлена на продажу на рынке арбузов, и прямо сейчас её со всей силы сжимают с двух сторон. Боль не уходит.      «Надо открыть глаза и осмотреться... Как же больно думать!»      Пытаюсь открыть глаза — ничего не изменилось: вокруг кромешная тьма.      «Открой глаза»      Почему-то не получается.      «Потому что они уже открыты!»      Ну разумеется они открыты, просто вокруг так тёмно, что нет разницы! А еще...      «А еще ты находишься вниз головой...»      Не знаю как именно я это поняла, но это было так: прямо сейчас моя голова находится ниже остального тела.      «...нужно срочно изменить положение!»      Как же. Больно. Думать.   А еще этот постоянный звон в голове: как будто я нахожусь прямо под высоковольтными проводами. Нет, это напоминает звук эха после выстрела в ДЗОТе — как будто лёгкая контузия, когда все звуки уходят на задний план, а ты слышишь лишь звон.      «ДОТ, а не ДЗОТ. ДОТ — долговременная огневая точка. Именно в её бетонных стенах и ощущаешь то состояние, а ДЗОТ — это...»      Как же больно голове!   Пытаюсь встать, но ничего не выходит. Я как будто прижата чем-то, хотя боли в теле или давления на него не чувствую. Странно.      «Телефон. Фонарик! Левый карман!!!»      Потянувшись к карману я резко ударилась локтем обо что-то острое. Боль мгновенно пронзает всю левую руку от самого локтя и до кончика мизинца, словно кто-то одним резким и точным движением вонзил длинную спицу, насквозь пронзив всю руку.   Какое-то время я просто ору: голова буквально разрывается от давления и новой боли. Глаза мокрые от слёз; они затекают мне в рот — так много их. На месте левой руки настоящий пожар.      «Нужно сменить положение...срочно...»      Мысль прозвучала не убедительно: звон в голове достиг своего пика и вот-вот должен прекратиться, но он не прекращается. И не прекратится — это очевидно. Боль в висках мешает думать, физически наказывая за каждую, даже самую крохотную мысль. Однако левая рука, кажется, почти не болит. Делаю вторую попытку достать телефон — на этот раз движение руки медленные и аккуратные: я представляю, что нахожусь посреди домика из кубиков, который я не хочу разрушить одним неосторожным...      «Замри!»      Локоть коснулся чего-то твёрдого, а недавняя боль напомнила о себе. Но на этот раз я не спешила, и потому ничего плохого не случилось...      «Похоже на каменный выступ. Телефон в кармане брюк»      Абсолютная темнота вокруг.      «Почувствуй, где находятся левые ребра и пояс — да, вот тут — медленно подведи руку к этой точке»      Левая ладонь неспешно скользнула по телу, боясь задеть в темноте что-то еще более опасное.      «Еще немного, карман почти рядом. Крепко держи телефон, чтобы не выронить его — ты не знаешь, где находишься!»      А что, если я могу в любой момент упасть?!      «Телефон!!!»      Точно. Телефон. Сейчас важен лишь телефон: будет телефон — будет свет. Будет свет — увижу и окружение, тогда уже и буду волноваться.   Боль в голове как будто утихла — но это лишь иллюзия, самообман: до заветного источника света оставалось всего несколько сантиметров, нужно потерпеть всего несколько секунд.      «Нашла. Цел. Чувствую кнопки... Единица, двойка, тройка... Чуть выше...»      Крепко держа телефон я зажимаю заветную кнопку, одновременно доставая его из кармана. Блокировка снимается, и яркий свет озаряет...   ...Жалкие крохи того места, где я нахожусь. Глаза невольно сжимаются, но вокруг слишком мало света, чтобы доставить им серьёзную боль (после долгого времени проведенного в кромешной темноте) — небольшой дискомфорт, не более. Вокруг сплошные треугольные и квадратные формы. Множество углов, и все на расстоянии десятка-двух сантиметров от меня. Тут же становится ясна причина невозможности пошевелиться.      «Ты под завалом»      К счастью, ни один из множества камнем не лежит прямо на мне. Более того, почти не один из них не касается меня...      «СМЕНИ ПОЛОЖЕНИЕ!»      Виски пронзила новая волна боли — это предупреждение для меня: если я в срочном порядке не подниму голову над телом, то произойдёт что-то плохое.   Начинаю освещать телефоном камни вокруг меня, но он внезапно гаснет. В очередной раз нажимаю кнопку, чтобы включить подсветку.      «Настройки. Измени длительность подсветки»      Если бы мне сегодня утром сказали, что десятиминутная подсветка на телефоне может быть полезной — я бы от души посмеялась.      «Дисплей... Подсветка... Десять секунд — нет. Тридцать... Минута, три... Десять минут! Применить»      Так, посмотрим: справа есть немного места — могу свободно согнуть руку в локте не задев камни. С левой стороны свободного пространства почти нет: и то, что я смогла вынуть телефон — везение. А вот и тот самый выступ, о который я ударилась...      «Твою же.. Как же близко он к тебе!»      Черного цвета камень, сильно напоминавший сужающуюся часть от двухлитровой пластиковой бутылки, находился прямо под боком: его конец был тупым, но по-прежнему достаточно опасным, если напороться на него или удариться — скажем локтем — со всей силы.      «С боков ты зажата, двигаться некуда, но есть немного места для поворота. Главное — не сдаваться, ты обязательно выберешься отсюда!»      Направив экранчик телефона в сторону ног я увидела не только нишу, в которой находилось моё тело, но и потолок: тело лежало под углом примерно тридцать градусов, тогда как ноги были уже под сорок пять, или даже больше — трудно сказать — так или иначе, тело находилось в согнутом положении. Туфли почти касались потолка — попытавшись просто пошевелить ими я натыкалась на сопротивление камня, но пока я находилась в обычном положении он не касался ног. Однако видеть их я не могла из-за нависающего в районе коленок каменной плиты, из которой виднелась арматура, ни начала ни конца которой в поле зрения не было. Эта плита не касалась моих ног, но места хватало лишь чтобы перевернуться на другой бок, да и только.      «Поспеши... Ты уже не чувствуешь боли в голове...»      Организм, словно услышав мои мысли, отреагировал невероятно сильным толчком в каждом из висков, как бы давая понять, что боль никуда не исчезла.      «Вокруг всё завалено: есть немного места для манёвра, но только при условии, что есть куда двигаться. Если позади твоей головы нет свободного пространства, то...»      Я оборвала свою мысль на этом месте. Или это сделал мой организм за меня: голова отозвалась болью сразу в нескольких местах. Ноги заныли словно говоря «передвинь нас, мы залежались тут», правая рука рефлекторно передвинулась в бок, ровно настолько насколько позволяло свободное место, и подвернулась занимая чуть более удобное положения для предстоящего события — сейчас ей придётся удерживать на себе часть веса моего собственного тела, ведь я буду поворачиваться. Мой организм начал действовать на авто-пилоте, постепенно забирая у меня контроль над телом.   Я стала поворачиваться на правый бок: поясница отозвалась неожиданной болью, которой до этого момента не было — сказывается неудобное положение. Игнорируя её — это было очень легко, с учётом того, как разрывалась моя голова изнутри — облокотилась на правую руку. Левое плечо упёрлось в искусственный потолок. Всё тело ниже пояса осталось неподвижным. Перенеся часть веса на правую руку я заглянула себе за спину (за голову): там было свободное пространство достаточное, чтобы вместить тело человека. По крайней мере мне так кажется — свет от экранчика телефона, что остался в левой руке и был закрыт телом, сюда не доставал.   Идея ползти вниз, когда твоя голова уже находится ниже тела и ежесекундно молит о помощи единственным доступным для неё способом — болью и давлением — не очень меня радовала.      «Тут слишком тесно, ты не сможешь развернуться. Придется ползти головой вперёд-и-вниз»      Попыталась подтянуть руку с фонариком, но места не хватало — нужно помогать всем телом. Начинаю подтаскивать — одновременно поворачивая — ноги, но они слушаются с трудом, словно я нахожусь в глубоком сугробе: я чувствую каждую часть своего тело, могу сконцентрироваться на любом его участке, оценить текущее состояние. Могу пошевелить конечностями, но они не двигаются — сугроб не позволяет.      «Но тут нет сугробов»      Тогда что им мешает? Почему они не слушаются?      «Еще раз. Попробуй еще раз, не сдавайся»   Я пробую. На этот раз получается. Не сразу, но получается. Сейчас я уже всем телом лежу на животе, но всё еще на прежнем месте и зажата с пяти сторон из шести. Направив телефон в сторону прохода я на мгновение забываю о всякой боли, как будто её и не было — слишком узкий. Образовавшийся в завале проход слишком узкий, чтобы в нём можно было развернуться.      «Как ты думаешь, насколько тебе хватит воздуха?»      Сердце вдруг забилось сильнее. Я чувствую его стук: каждый удар разгонявшегося сердца бьёт по грудной клетке и я чувствую это. Я СЛЫШУ ЭТО!   Голова кружится. Кажется, я сейчас потеряю равновесие и упаду.      «Ты не можешь упасть будучи зажатой между камнями»      Зажата. Между камнями. Я не могу упасть, когда уже лежу под завалом.      «Лежишь в неудобной позе»      Туловище приподнято. Ноги — еще выше. Я словно сползаю вниз.      «Ты не сползаешь, ты завалена»      Я завалена.      «И тут жарко»      Мне жарко.      «Воздуху не откуда идти»      Мне трудно дышать.      «Тут нечем дышать»      Вдох... Трудно... Этот звон в голове. Больно. Нечем дышать...      «Скоро сядет батарейка. Ты останешься под завалом. В темноте. Без воздуха»      Представляя всё это я закричала. Отозвавшееся в голове эхо мгновенно привело меня в чувство, словно окатив холодной водой: чувство падения и потери равновесия пропало, жар вокруг висков и лба как будто исчез, и даже сердце послушно сбавило темп, начав биться медленнее и слабее, и переставая пробивать грудную клетку.   Я ползу вперёд работая преимущественно руками, но по возможности стараюсь отталкиваться ногами от выступов — что было проблематично, ведь место для рычага у ног почти не было, а толчки одними ступнями в туфельках эффекта не давали.      «Слишком узко. Но если не попытаешься, то...»      Вытянув обе руки вперёд, одновременно подсвечивая длинный и очень неравномерный искусственный проём, я пытаюсь представить себе, что вхожу в воду словно олимпийский пловец-прыгун. Ползти стало еще труднее, ведь теперь руки не могли мне помочь — они были внутри узкой дыры.      «Медленно ползи, словно червяк. Или сдохнешь тут без воздуха»      Я ползу. Рубашка задралась вверх и твёрдый, прохладный камень коснулся живота слегка поцарапав его. Боль в голове мгновенно напомнила о себе, заставляя расставить приоритеты — нечего думать об одежде, сейчас у меня есть куда более серьезные проблемы!   Плечи не пролезают в проём.      «Пытайся. Или сдохнешь под завалом»      Я пытаюсь: представляя себя ассистенткой фокусника, которую засовывают в небольшой ящик, я вжимаюсь в себя всеми силами...   Экран телефона погас.      «Без паники. Это всего-лишь десятиминутная подсветка. Всё в порядке»      Проверяю телефон рукой — он цел и невредим: да, это была всего-лишь подсветка.      «Не включай, ты помнишь картину, а батарейка тебе еще пригодится. Пробуй пролезть»      Я пробую снова: на этот раз как будто получилось продвинуться вперёд.      «Правое плечо разодрано, как коленки у мелких мальчишек. Ничего серьезного, ползи дальше»      Глаза привыкли к темноте и видят очертания узкого проёма в завале — или мне кажется?      «Лучше, всё же, включи телефон. Сейчас тебе не нужны подобные вопросы»      Вновь есть свет, вновь видны стенки меж которых мне предстоит ползти.      «Держись, дальше будет очень узко»      Без помощи рук — они бесполезно вытянуты вперёд, чтобы хоть как-то уменьшить размеры тела и поместиться в столь узком пространстве — и без помощи ног — они бесполезно волочатся позади, не в состоянии оттолкнуться от чего бы то ни было — пытаюсь ползти вперёд. Получается медленно. Телефон гаснет еще пару раз, прежде чем кишка, по которой я ползу, слегка расширяется. Еще несколько метров и я могу подтянуть к себе руки — наконец-то им хватает места.      «Отдохни. Успокойся, соберись с мыслями. А потом двигайся вперёд — тут становится трудно дышать»      Какое-то время я просто лежу глядя на сероватые бетонные плиты. Боль в голове потихоньку уходит. На телефоне 19:26, сигнала, разумеется, нет.      - Помогите, я под завалом!      Ответа нет.      «Пока не услышишь хоть какой-нибудь посторонний шум, лучше не кричать и экономить воздух. Вперёд. Ты не настолько слаба, чтобы помирать тут!»      Я двинулась вперёд на этот раз помогая руками. Шершавый, холодный, а временами — острый камень под животом теперь напоминал о себе гораздо чаще. Давление в висках и звон никуда не пропали, но прежняя боль в голове теперь была не достаточно сильной, чтобы перетягивать на себя внимание.      «Постарайся не терять туфли. В них совершенно неудобно, но остаться с босыми ногами под завалом ты не хочешь»      Не хочу. Несколько раз пнув ногой стенку — и представляя как теперь выглядит моя обувь — я поправила туфлю на ноге, чтобы та сидела чуть крепче.      «Не останавливайся. Дышать становится всё труднее»      Но двигаться больше некуда — кишка завалена.      «Без паники. У тебя нет никаких повреждений, ты находишься под завалом, но ни одна часть тела не прижата и ты можешь свободно двигаться. Ты в лежачем, но удобном положении — это плюс. Нет чувства голода, не хочется в туалет. Сейчас у тебя три проблемы: воздух, свет и, собственно, само место, где ты находишься»      Без света я могу продержаться: будет чертовски неудобно и сложно, но всё равно намного легче, чем без воздуха...      «Если найдешь место с постоянным притоком воздуха — тогда сможешь исследовать всё вокруг, пусть и в кромешной темноте! Главное — не сдаваться»      Попробовала сдвинуть камни впереди — ни один не сдвинулся ни на сантиметр.      «Попробуй вернуться, там слева было пространство — недостаточное, чтобы проползти, но возможно получится разобрать завал»      Возвращаться назад — проблема: места для разворота нет и не будет, следовательно, придется двигаться ногами вперёд. И если сейчас это не очень трудно, то через несколько метров станет слишком узко — не получится даже перевернуться с живота на спину и наоборот.      «Передвигайся на животе: так у тебя будет больше сил вдавиться в потолок, отжимаясь на руках, если представится возможность»      Я принялась ползти назад — туда, где уже была — ногами вперёд, лежа на животе. Через несколько метров каменная кишка стала вновь узкой, и камень снова начал соприкасаться с животом, всё сильнее и сильнее царапая его.   Неприятно.      «Терпи. Когда выберешься отсюда — еще посмеешься над этими царапинами»      Это и правда всего-лишь царапины, но вот с правого плеча уже давно текла кровь, оставляя следы на камнях.      «Попробуй отодвинуть вон тот камень, он выглядит мельче остальных»      Я поднесла телефон поближе к углублению размером с футбольный мяч чтобы получше разглядеть камень: для этого пришлось отползти еще немного назад, вытянутыми руками положить телефон рядом с этим местом, затем, по-прежнему держа руки вытянутыми, проползти вперед и наконец заглянуть туда.      «Хорошая новость — это не цельная плита, а лишь какой-то кусок. Плохая новость — даже если его можно сдвинуть, делать это придется вслепую и вытянутыми руками, без какого-либо рычага. Тут чертовски узко»      Телефон погас в очередной раз.      «Это всего-лишь подсветка. Ничего серьезного»      Несколько минут пришлось ползать туда-сюда вытянувшись во всю длину — передвигаться иначе на этом промежутке было просто нереально. Невольно меня посетила мысль, что у маленькой груди есть свои преимущества — ползать тут с огромной было бы проблематично. Наконец, добравшись до телефона, я нажала на кнопку, но ничего не произошло, а вокруг по-прежнему была темнота.      «Без паники. Просто нажми еще раз»      Я нажала. Ничего не произошло.      «Попробуй включить его»      Я нажала на кнопку сброса вызова, продолжая удерживать её несколько долгих секунд. Экран моргнул в приветственной заставке и тут же погас.      «Еще раз»      Я зажала клавишу еще раз. Шея начала немного побаливать: вытянувшись в струнку, я продолжала смотреть вперед под неудобным углом, чтобы не биться головой об искусственный потолок. Телефон моргнул и вновь погас, на этот раз еще раньше чем в прошлый.      «Без паники. Проход по которому ты ползаешь совсем небольшой, места мало... В смысле, что ты прекрасно помнишь детали, и можешь обойтись без света. Просто попробуй сдвинуть камень»      Дышать стало еще тяжелее, в груди почувствовалась легкая боль.      «Оставь телефон рядом с камнем, чтобы не потерять, и начни расчищать углубление»      Я начала пробовать отодвинуть камень вытянутыми вверх (вперёд) руками — камень не поддавался.      «Давай еще, его наверняка можно сдвинуть»      Я продолжала вкладывать в кисти все свои силы — если камень и сдвинулся, то я не была в этом уверена.      «Хорошо. Проползи вперёд, и попробуй толкнуть его ногой»      Я поползла вперёд. Правое плече заныло от боли, но я продолжала двигаться в кромешной пустоте, не зная когда нужно остановиться.      «Сбрось туфлю, попробуй ощупать стенку ступнёй. Там очень сильное углубление, да еще и телефон лежит — сразу найдешь»      Мысль мне понравилась: сбросив левую туфлю, я принялась двигаться вперёд одновременно ощупывая стенку ногой, которой до этого момента не находилось никакой работы в этом тесном, давящем тоннеле.   Через некоторое время, вытянутые вперёд руки коснулись шершавой поверхности, которая преграждала мне путь.      «Ты достигла конца... Кажется, ты пропустила нужное место...»      Странно: мне казалось, что я почти не сдвинулась с места. Попыталась приподняться и перевернуться — не встретила сопротивления ни стен, ни потолка. Правой рукой попыталась на ощупь найти их — они были рядом, но на некотором расстоянии от меня: я действительно приползла в самый конец — такое просторное место было только тут.      «Ползём обратно»      Я ползу обратно, но на этот раз — зная, что мне предстоит толкать камень ногой — на спине.      «Придется сбросить вторую туфлю, чтобы можно было ощупать стенку с правой стороны (до переворота проём был слева)»      Посчитав эту мысль разумной, я сбросила туфлю, отодвинула её ногой в сторону и поползла назад. Время в кромешной темноте текло очень неспешно.      «Стой!»      В завале справа была небольшая ниша.      «Попробуй найти телефон»      Кончиками пальцев ноги я его нашла — совершенно иная текстура поверхности, легко отличить. Найти камень было теперь нетрудно.      «Места для рычага по-прежнему нет, но силы вложить сможешь больше. Пробуй!»      Я попробовала — не получилось.      «Еще!»      Я попробовала еще раз — не получилось.      «Сильнее!!!»      Я попробовала еще раз — камень сдвинулся: на удивление — слишком легко сдвинулся. Послышался приглушенный шум, как будто кто-то наклонил картонную коробку с грецким орехом. Но этот звук был лишь фоном для основного: сильный, но краткий грохот нарушил тишину. Где-то в нескольких метрах сбоку от меня упало что-то большое и очень тяжелое — это можно было сказать наверняка так как грохот мгновенно стих... А тем, на что упало это что-то тяжелое, были мои ноги: искусственный тоннель-кишка обвалился в одно мгновение, придавив обе мои ноги от самых ступней и до колен — чуть повыше.   Я закричала от боли, но уже через секунду замолчала отключившись.      

***

        «Можешь закрыть глаза — разницы не будет»      Я закрыла глаза — ничего не изменилось. Я открыла их, вновь закрыла. Вновь открыла — ничего не менялось.      «С глазами всё в порядке, просто вокруг тёмно»      С каждым вдохом в груди чувствовалась дикая, непонятная боль, как будто какой-то невидимый механизм с силой давил на грудную клетку каждый раз, когда организм делает вдох. Боль была очень сильной, и очень неприятной. Но сразу после неё мне хотелось сделать еще один вдох, да еще и всеми легкими, вдохнуть столько воздуха, сколько есть.      «А его почти и нет»      Правый глаз зачесался. Не глаз — нижнее веко: на нём чувствовалось что-то постороннее. Что-то очень тяжелое, липкое... Захотелось это что-то взять и убрать.      «Это от слёз»      Да, действительно: такое ощущение бывает после слёз. После большого количества слёз. Но почему я плакала?      «От боли»      Меня охватил страх и паника: я ранена?   В голове послышался не то звон, не то писк: наверно, с таким звуком звучит телевизор, когда не может найти канал. А еще этот звон напоминает звук трансформатора, который висел возле моего подъезда старой квартиры. Похож на звук высоковольтных проводов, и еще...      «На звук после выстрела в бетонном ДОТе...»      Да. На всё это разом. Ой, кажется, у меня разодрано правое плечо?      «В кровь. Но это не самое страшное...»      Глаза стали мокрыми от новых слёз, которые вот-вот появятся.      «Не думай об этом...»      Не думать о чём?      «Пожалуйста, не думай об этом...»      О чём не думать? Почему? Что со мной?!      «Пожалуйста, не думай об этом... Умоляю, не думай...»      В памяти что-то всплывало. Что-то неприятно и мрачное. Что-то очень плохое.   Я попыталась резко выпрямиться, но с силой ударилась головой о нечто твердое. Темнота, окружавшая меня до этого момента, на мгновение залилась жёлто-синевато-фиолетовым светом в красивом, но непонятном узоре. В голове послышался звук, с которым молоток разбивает стеклянную посуду, стоящую на металлическом столе — и на который придется удар сразу после того, как посуда разлетится вдребезги. С губ сорвался короткий крик, из глаз брызнули слёзы, которые только и ждали такой возможности. И тогда я предприняла попытку выпрямиться в полный рост и встать на ноги...      «Прости. Я всеми силами пыталась не дать тебе вспомнить...»      Но я вспомнила.      «Пожалуйста...»      Я почувствовала последствия того, что произошло.      «Пообещай мне...»      И осознала, в каком оказалась положении.      «Что не сдашься-..»      И я сдалась: окруженная камнем, бетоном и арматурой с шести сторон, в кромешной темноте, без возможности встать или пошевелиться, и с трудом дыша — я сдалась, потеряв сознание в последний раз.                     .