Руководство Гермионы Грейнджер по избавлению от волшебника

      Драко был поглощен единственной, заботой о том, что теряет рассудок, в течение большей части дня, когда он решил, что ему нужно с кем-то поговорить. — Я мчусь сломя голову в безумие, — сказал Драко, устраиваясь в кресле и наклоняя голову вверх, чтобы поделиться своими мыслями с потолком. Психиатр, к которому он обращался после войны, предложил ему это во время первой сессии, и с тех пор Драко цеплялся за эту мысль обеими руками. — Меня раздражает ее занудство, — сказал он, представляя себе вихревые узоры на потолке, — ее неспособность просить о помощи не уступает моей, и это сводит с ума, когда ты находишься на другом конце. Мы проводим больше времени, споря друг с другом, чем без споров. Мы ненавидим друг друга. Я не удивлюсь, если она меня убьет.       Драко вздохнул, потерев лицо руками. За глазами зарождалась головная боль. — Но мне нравится раздражать ее, и я нахожу наши перепалки стимулирующими. Я не хочу быть рядом с ней, но я также не хочу быть далеко от нее.       Наконец Драко посмотрел вниз, встретив его взгляд, и увидел в нем критику. — Это сводит с ума, чувствовать столько всего одновременно. А потом, чтобы еще больше усугубить ситуацию, я целую ее.       Воспоминание, уже всплывшее на поверхность от того, что он столько раз его переживал, всплыло в памяти. — Грейнджер, — прорычал он, — я вот-вот потеряю самообладание. — Тогда теряй. — К черту, — сказал он.       Затем он страстно поцеловал ее.       В его груди появилась трещина глубокой тоски. Она застонала, открываясь для него, и его язык глубже обхватил ее язык, пробуя, желая, нуждаясь. Его руки обхватили ее спину, притягивая ее к себе. Он позволил ей оттолкнуть их слившиеся тела назад, пока его спина не ударилась о стену. Он хрипло вздохнул от удара, теперь используя стену для равновесия. Ее руки обхватили его шею; ее ногти впивались в его кожу под воротником рубашки, как будто ей нужно было, чтобы он был еще ближе.       Подталкиваемый какой-то первобытной потребностью получить контроль, он схватил ее за бедро, сжимая тонкий материал ее халата, и начал поглаживать ее кожу мягкими круговыми движениями. Она задыхалась, и он заглушил этот звук еще одним поцелуем. Другой рукой он осторожно потянул ее за волосы, чтобы повернуть ее голову и получить лучший доступ к ее шее. Он начал целовать ее вниз, подстегиваемый ее тихими вздохами. Ее халат соскользнул с плеча, открыв ему доступ к еще большей части ее кожи. Он поцеловал ее плечо, прежде чем снова поцеловать ее губы. Его рука переместилась с ее волос на шею и слегка сжала ее. Он был вознагражден еще одним ее вздохом.       Полностью ошеломленный, Драко слегка отстранился, чтобы вдохнуть, их груди тяжело дышали друг напротив друга. Он слышал, как сам задыхается. Его лоб коснулся ее лба. Одержимый, Малфой слегка наклонил голову, чтобы снова нежно поцеловать ее.       Он тонул, а она была морем.       Затем она толкнула его грудь, создав между ними расстояние. — Видишь, я же тебе говорила, — сказала она, и ее голос дрогнул, — нет химии.       Она продолжала вести его, все еще ошеломленного поцелуем, из своей спальни, где затем громко захлопнула дверь перед его носом.       Драко прочистил горло, возвращаясь в настоящее. — Она не вышла из своей комнаты, и мы пропустили игровой вечер Пэнси. Я знаю, что Пэнси, вероятнее всего, злится, — Драко поморщился при этой мысли, — мы проснулись, и я проводил Грейнджер на работу. О поцелуе не было ни слова. Не знаю, что делать дальше.       Драко посмотрел на него, ища ответы в его глазах. Драко выдержал минуту молчания, прежде чем нарушить его. — Знаешь, обычно в таких случаях целитель предлагает несколько мудрых слов.       Кот Грейнджер только моргнул в ответ, с крайне осуждающим выражением лица. — Я, блядь, сошел с ума. Мчусь в обеденный перерыв в квартиру своей фальшивой невесты, чтобы выплеснуть свои эмоциональные проблемы на ее кота, который не предлагает никакой помощи, — оранжевое животное прищурило глаза, — и все потому, что Министерство заставило нас поклясться в секретности, — Драко покачал головой, — а я не могу больше держать это в себе. Я на грани срыва, — он снова украдкой посмотрел на кота, — или срыва еще большего, чем уже произошел.       Живоглот медленно встала на лапы, потянулась и направилась к коленям Драко, три раза обойдя, прежде чем устроиться. — О, э-э… Спасибо, — сказал Драко, стараясь не прикоснуться к нему, — ты все еще ужасный заместитель психиатра, — кот в ответ заурчала, — но, пока что, я полагаю, ты сойдешь.       Сдавленность в груди Драко слегка ослабла. Он не осмеливался пошевелиться до конца обеда.

***

      Драко прибыл в Министерство буквально за несколько секунд до начала работы. Обычно он обедал в своем кабинете, но в квартире Грейнджер час пролетел гораздо быстрее. Он наслаждался этой короткой физической сменой обстановки, которая помогала ему прояснить мысли. Он почувствовал себя спокойно только после того, как Грейнджер пообещала провести обед с Поттером в кафетерии в окружении десятков авроров на случай, если что-то пойдет не так.       Его прощальные слова все же были: — Не дай Мерлин, что-то пойдет не так.       Зная, что ее обеденный перерыв тоже закончился, Драко быстрым шагом направился к офису Грейнджер. Распахнув дверь, Драко сказал: — Оранжевый зверь испачкал мои новые чёрные брюки своей шерстью.       Он остановился, глядя на место, где должна была быть Грейнджер, но ее явно не было. Драко проверил время на своей палочке и снова пробежал в уме ее расписание.       Понедельник — утреннее совещание с главой ее отдела, за которым следует несколько исследовательских сессий подряд. Обед, за которым следует трехчасовая работа над черновиком в ее кабинете, а в конце — общее собрание сотрудников в конце коридора.       Она должна быть в своем кабинете.       Драко огляделся в поисках писем с знакомым угрожающим почерком, но ее кабинет стал еще более беспорядочным. С тех пор, как он был здесь в последний раз, появилось несколько стопок исследовательских текстов и бумаг, которые покрывали последний кусочек видимого ковра, за исключением небольшой импровизированной дорожки к красному деревянному столу, стоящему посреди комнаты, хотя и он в настоящее время был завален бумагами, конвертами и запасными пергаментами. — Черт, — пробормотал он, готовый перевернуть министерство вверх дном, чтобы найти ее. Его грудь снова сдавило. Он едва успел повернуться к двери, как услышал ее голос за спиной. — Будь осторожен, — упрекнула она, пролетая мимо него, пробираясь через беспорядок, — эти стопки организованы по предлагаемым законодательным темам. Если ты их опрокинешь, это отбросит нас назад как минимум на день.       Драко закрыл глаза, позволяя теплому чувству облегчения наполнить его. Облегчение, хотя и было приятным, было мимолетным — его быстро сменил гнев. — Где ты, черт возьми, была? — резко спросил он.       Грейнджер нахмурилась. — Обед затянулся, и Маклагген остановил меня в коридоре, чтобы поговорить… — Не делай этого больше. — Разговаривать с Маклаггеном? Поверь мне, я избегаю этого, когда могу. — Пугай меня. Не пугай меня так.       Грейнджер прищурила глаза. — Может, мне стоит найти другого телохранителя-аврора, раз этот так легко пугается.       Драко стиснул зубы. — Меня не так легко напугать. — То есть ты меня обманул. — Просто в будущем, пожалуйста, не отклоняйся от графика.       Грейнджер, стараясь не задеть стопки бумаг за своим столом, сняла с крючка пальто и шарф. — С удовольствием, — кивнула она, — начну с завтрашнего дня.       Драко моргнул. — Ты, наверное, шутишь. — Боюсь, что нет, — она надела пальто, взяла сумку из ящика стола и перекинула ее через плечо. Она прошла мимо него через дверь в коридор, обернув шарф вокруг шеи, — не отставай. — Черт возьми, — пробормотал Драко, поспешно следуя за ней. Ему не потребовалось много времени, чтобы догнать ее, хотя она шла быстрее, чем обычно, — полагаю, мы уходим из офиса. — Ваши дедуктивные способности не имеют себе равных, аврор Малфой. — Если я медленно соображаю, то только потому, что все еще не могу понять, почему вы добровольно пригласили меня пойти с вами, а не устроили свою обычную истерику под видом независимости, Мисс Грейнджер. — Ссора с тобой замедлила бы меня, — сказала она, пожимая плечами, — и если ты не заметил, я тороплюсь.       Драко заметил, что она слегка ускорила и без того быстрый шаг, поворачивая за угол к лифтам. — И мы оба знаем, что ты все равно пошел бы за мной. — Думаю, это называется прогрессом. — Преследование, — прокашлялась она. — Заноза в заднице, — прокашлялся он в ответ.       Грейнджер фыркнула. — Не могу поверить, что ты еще не начал засыпать меня двадцатью вопросами о том, куда мы направляемся. — Если ты думаешь, что сделаешь хотя бы один шаг за пределы Министерства, прежде чем скажешь мне, куда именно мы идем, то ты глубоко заблуждаешься. — Я не забыла, что мне нужно разрешение папочки, — сказала Грейнджер, закатив глаза. Драко почувствовал, как в его брюках стали тесно, когда она произнесла последнее слово. — Твой флирты меня не отвлечет. 1 Это не был флирт. Если бы я хотела с тобой флиртовать, я бы сказала, что вчера ночью я ласкала себя, вспоминая, наш поцелуй.       Драко резко остановился, на мгновение потеряв чувство в ногах. Грейнджер, не сбавляя шага, оглянулась через плечо и рассмеялась. — Похоже, тебя все-таки можно отвлечь. — Это было не смешно, — проворчал он, снова поспешно сокращая расстояние между ними, — Грейнджер, вчерашний вечер был… — Пожалуйста, придержите лифт! — крикнула Грейнджер, бросаясь вперед, чтобы успеть за закрывающимися дверями. Рука вытянулась, чтобы удержать их — это был Маклагген, косвенная причина паники Драко. — Спасибо, — фыркнула Грейнджер, врываясь в лифт и потяну за собой Драко. — Гермиона, как приятно снова увидеть тебя так скоро, — сказал Маклагген с напускной любезностью, улыбаясь слишком широко и льстиво. Улыбка легко сошла с его лица, когда он посмотрел на Драко, — Малфой.       Грейнджер наступила Драко на ботинок, и он проглотил оскорбление, которое было у него на языке. Вместо этого он бросил на Маклаггена скучающий взгляд, как будто тот не заслуживал его внимания. — Куда вы направляетесь? — спросил Маклагген, отвернувшись от Драко и повернувшись к Грейнджер. — На восьмой этаж. — А ты, Малфой? — спросил он, с неохотой отрывая взгляд от Грейнджер. — Я иду туда, куда идёт она, — многозначительно ответил Драко.       Брови Маклаггена поднялись до линии волос. — О, вы двое… — Отправляемся на задание, — ответила Грейнджер.       Если бы Драко сжал зубы еще сильнее, он бы наверняка сломал зуб. — Дэвис из Департамента магических несчастных случаев и катастроф уехал в медовый месяц на весь месяц, поэтому они привлекают персонал из других департаментов, чтобы покрыть его отсутствие поочередно. Сегодня, по-видимому, мой счастливый день — Писгуд сказал мне об этом во время обеда. По-видимому, кто-то в Лютном продает на черном рынке проклятые магловские безделушки. Они надеются, что их купят чистокровные маги и внедрят в магловское общество, чтобы нанести вред ничего не подозревающим маглам. Мы сейчас едем туда, чтобы исправить ситуацию, — закончила Грейнджер, пересказывая Маклаггену для Драко. — И почему для этого нужен старший аврор? — спросил Маклагген, подозрительно поглядывая на Драко. — Это могут знать только те, у кого иметься на это допуск, — сказал Драко, впервые с момента входа в лифт установив с ней зрительный контакт, — а тебе нужно знать только одно — как отвалить.       Грейнджер вскрикнула, как раз когда открылись двери лифта. — Надеюсь, больше не увижу тебя, Маклагген», — сказал Драко, схватив ее за запястье, чтобы вытащить в атриум вместе с собой, — мне это определенно не доставило удовольствия.       Двери лифта закрылись, оставив внутри разъяренного и смущенного Маклаггена.       Ухмылка самодовольства исчезла с лица Драко, когда Грейнджер повернулась к нему. Он поморщился, готовый к ее резкому монологу о непрофессионализме, грубости и… — Боже мой, ты видел его лицо? — спросила она, смеясь, — он был так унижен. Я буду думать об этом сегодня ночью, когда буду блаженно засыпать.       Драко нахмурился при мысли, что она вообще думает о Маклаггене, не говоря уже о том, что она думает о нем в постели. — Я думал, что вчера вечером я дал тебе достаточно материала для размышлений, но если тебе нужно больше визуальных образов в постели, я с удовольствием тебе помогу.       Грейнджер покраснела. — Не в этом смысле — я просто имела в виду, что он слизкий, женоненавистнический придурок. И мысль о том, что ты доставляешь ему дискомфорт, доставляет мне удовольствие. — Ну, я всегда рад помочь, — сказал Драко, позволяя инсинуации висеть между ними, как будто она была осязаемой.       Грейнджер покачала головой, придя в себя. — Ладно, нам нужно торопиться.       Они быстро пошли к камину, направляясь к одному из менее загруженных позолоченных каминов. Они были в нескольких метрах от него, когда монета аврора Драко загорелась. — Черт, — пробормотал он, вытаскивая монету из кармана и сжимая ее в руке, — Грейнджер, — сказал он, оттягивая ее в сторону, позволяя прохожим вокруг них увидеть ее, — меня вызывают. Мне нужно проверить, не нужен ли я им — особенно Поттеру — по какой-то срочной причине.       Монеты авроров активировались только в случае крайней необходимости. Обычно они использовались между напарниками, но также могли использоваться персоналом штаб-квартиры авроров в зависимости от серьезности ситуации. Если Поттер был где-то ранен, а Драко не пошел, Грейнджер никогда бы ему этого не простила.       Она кивнула, выглядя вполне разумной. — Иди, я буду в порядке.       Драко рассмеялся. — Ты сошла с ума, если думаешь, что пойдешь одна. Подожди меня здесь. Я дам знать, если не смогу быстро вернуться.       Настала очередь Грейнджер смеяться. — Я не буду просто сидеть и ждать тебя, Малфой. Моя работа не менее важна, чем твоя. — Ты не пойдешь одна. Это не подлежит обсуждению, — у Драко в животе образовалась яма. Монета жгла его ладонь, оставляя ожог.       Грейнджер стиснула зубы. — Не смей унижать меня, объясняя, почему мне нужна помощь в выполнении рутинного задания.       Драко снова открыл рот, чтобы возразить, но Грейнджер подняла руку, остановив его. — Хорошо, — согласилась она, — я подожду здесь несколько минут. Если ты не вернешься, я посмотрю, может ли кто-нибудь из Департамента пойти со мной. Если нет, я буду ждать тебя. Я не пойду одна.       Он кивнул головой, не особо довольный этим планом, но не видя другой выходы. Как будто его разум больше не мог контролировать его тело, его рука мягко обхватила ее лицо. — Не дай всему пойти наперекосяк. — Ты же знаешь, я люблю спокойную жизнь.       Не желая шутить, он настаивал: — Обещай мне. — Обещаю, — тихо сказала она, слегка задыхаясь.       Затем, не дав себе передумать, он бросился бежать к лифтам.

***

      Он прибыл на второй уровень, слегка запыхавшись и полностью обеспокоенный. Спеша к штаб-квартире Авроров, он столкнулся с кем-то, чуть не сбив того с ног. — Эй, — сказал Поттер, толкнув Драко в плечо, — Смотри, куда бежишь. — Что за хрень, Поттер.       Поттер закатил глаза. — Это ты на меня наткнулся.       Драко покачал головой. — Неважно. Моя монета горит. Очевидно, ты здесь и невредим. Так что, чрезвычайная ситуация за пределами штаб-квартиры, или…       Поттер залез в карман и вытащил свою монету. — Моя холодная. Может, это отборные команды?       Драко раздраженно фыркнул. — Тогда почему нас обоих не вызвали?       Поттер пожал плечами и сунул монету в карман. — Давай спросим у Робардса.       Драко направился к офису начальника, возобновив свой бешеный темп. Поттер начал бежать за ним, компенсируя свои более короткие шаги. — Есть причина, по которой мы бежим? — спросил Поттер. — Ты бежишь. Я иду. — Ты быстро идешь. Ты бы бежал, если бы не был таким ненормально высоким. — Что-то не так, — сказал Драко, поворачивая за угол, а Поттер следовал за ним по пятам, — Робардс, — рявкнул он, увидев главу своего отдела, стоящего в дверях его кабинета.       Начальник повернулся к ним, прищурив глаза от тона Драко. — Мальчики. — Моя монета, — сказал Драко, снова вытащив ее из кармана, — в чем срочность? — Нет никакой срочности. Поттер активировал свою? — Нет, — сказал Поттер, доставая свою монету, — и моя холодная.       Робардс цыкнул, сдвинув брови. — Сегодня у меня нет времени на ваши детские шалости. Вы должны ладить друг с другом.       Драко стиснул зубы. — Это не… — Мы не…       Робардс поднял руки, делая успокаивающий жест. — Тогда спишите это на то, что Поттер неправильно сел на свою монету. — Они так не работают, — резко ответил Драко. — Тогда я подам отчет о том, что твоя монета неисправна. Я распоряжусь, чтобы это проверили, — сказал Робарбс резким тоном, который Драко счел покровительственным. — Что ж, это была колоссальная трата времени, — пробормотал он. Надеюсь, Грейнджер все еще ждет его в атриуме, — мне нужно…       Вдруг в комнату влетело серебристое сияние в форме дельфина и остановилось прямо перед Поттером — это был патронус. Он открыл пасть, и женский голос сказал: — Сотрудница министерства Гермиона Грейнджер пострадала при исполнении служебных обязанностей в Лютном. Мисс Грейнджер в настоящее время находится в отделении интенсивной терапии Мунго, где ей оказывают медицинскую помощь. Вы получаете это уведомление как ее контактное лицо в чрезвычайных ситуациях.       Драко бросился бежать.

***

      Он ворвался в вестибюль больницы Святого Мунго, как будто сам нуждался в медицинской помощи. Хотя, судя по тому, как его сердце колотилось в груди, возможно, ему действительно грозил сердечный приступ. Он чувствовал, что Поттер стоит где-то позади него, хотя вестибюль, который одновременно служил приемной, был забит людьми. Драко направился прямо к сотруднику, сидящему за стойкой регистрации. — Гермиона Грейнджер, — потребовал Драко, отбросив всякие любезности, — она в отделении интенсивной терапии. Мне нужно ее увидеть. Сейчас же. — В отделении интенсивной терапии нет часов посещения, — сказала сотрудница жуя жвачку. Ее глаза не отрывались от документов, которые она заполняла.       Он показал свой значок, ударив им по стойке, чтобы привлечь ее внимание. — Мне нужно туда. Сейчас же. — В отделении интенсивной терапии нет… — Мне плевать на ваши часы посещения! — взорвался он, привлекая внимание всех в приемной, — либо вы меня пропустите, либо я сам пропущу себя. В любом случае я… — В каких отношениях вы с пациенткой? — Она моя… — Драко замолчал, не зная, что сказать, чтобы получить разрешение на доступ к ней. — Малфой, — сказал Поттер, положив руку на плечо Драко, чтобы успокоить его. Поттер наклонил голову, чтобы посмотреть на имя на ее бейдже, — Рита, прошу прощения за вспышку моего коллеги. Он просто волнуется. Мне только что сообщили из больницы, так как я указан в качестве контактного лица в случае чрезвычайной ситуации для Гермионы. Можно поговорить с кем-нибудь, чтобы узнать последние новости?       Женщина неохотно подняла глаза, оценивая его. — Я оставлю записку в ее карте, чтобы врачи поговорили с вами. -Записку в ее гребаной карте, — пробормотал Драко, его глаза были такими же дикими, как и его тон, — вы, наверное, издеваетесь. Она может быть мертва или умирать, или… — Девушка, мы были бы очень признательны… — Я взорву эту чертову дверь, — объявил Драко, вызвав панические вздохи в холле. — Сэр, если вы не успокоитесь, я вызову охрану. — Мы выше вашей охраны! Мы из чертового Департамента Авроров! — Малфой, успокойся. — Не говори мне, черт возьми, успокоиться! — Сэр… — Малфой! — Все, приготовьтесь. Я взорву эту чертову стену на куски через три, два…       Прежде чем Драко успел произнести заклинание, красный конверт ударил его по лицу. Все еще крепко сжимая палочку, он схватил конверт другой рукой. Он не знал, как долго «Кричалка» лежала там, пытаясь привлечь его внимание. Он попытался засунуть ее в карман, когда та взорвалась.       Голос Пэнси Паркинсон громко раздался, заставив замолчать всю приемную больницы Святого Мунго. — ДРАКО МАЛФОЙ! КАК ТЫ ПОСМЕЛ ПОСЛАТЬ МНЕ СОВУ, ЧТОБЫ СООБЩИТЬ, ЧТО ТЫ ЖЕНИШЬСЯ НА ГЕРМИОНЕ ГРЕЙНДЖЕР! А ПОТОМ ОТКАЗЫВАЕШЬСЯ ПРИХОДИТЬ НА ОБЯЗАТЕЛЬНУЮ ЧРЕЗВЫЧАЙНУЮ ИГРОВУЮ ВЕЧЕРИНКУ! ТЫ, ЧЕРТ ВОЗЬМИ, ЖЕНИШЬСЯ. ЭТО НЕ ТО, О ЧЕМ ПИШУТ СВОИМ ДРУЗЬЯМ В ПИСЬМЕ. ТЕБЕ И ГРЕЙНДЖЕР ЛУЧШЕ ПРИДТИ ЗАВТРА ВЕЧЕРОМ, ИЛИ ЭТО БУДЕТ ПЕРВОЙ ИЗ МНОГИХ КРИЧАЛОК!       Конверт загорелся. Единственный звук, доносившийся из вестибюля, был шум пепла, сыпавшегося на пол.       Затем Драко прочистил горло и сказал: — Так где, черт возьми, моя невеста?       Он знал без сомнения, что к утру они будут на первой странице Пророка.