Наваждения

      — Ой, — залепетала она, желая поскорее исчезнуть с его черных пронизывающих насквозь глаз долой, — я тут заблудилась немного…       — … надо полагать, по дороге в библиотеку, — закончил за нее Снейп не предвещающим ничего хорошего тоном.       — Точно! — кивнула Гермиона и повернулась, чтобы уйти, потому что терпеть этот обжигающий лютым холодом взгляд уже просто не было сил. — Ну, я пойду.       — Куда? — злобно зашипел Снейп и в мгновение ока оказался возле нее. Схватил за плечо, развернул к себе, сжал больно-больно.       — Ай! — поморщилась Гермиона, но вырываться не стала. Вместе с болью пришло осознание, что, кажется, она все-таки сглупила, не попытавшись сначала найти других учителей в замке.       — Я вас уволю, мисс Грейнджер, — мрачно пообещал Снейп. — Завтра же уволю ко всем чертям!       — Да за что? — вскричала возмущенная такой несправедливостью Гермиона. — За то, что я хотела помочь? Да вы…       — Тихо! — цыкнул на нее Снейп и, настороженно озираясь, стал прислушиваться.       Глухой топот многочисленных копыт и ликующее гиканье многих голосов не оставили никаких сомнений, кого они сейчас увидят. И точно! Из темной непролазной чащи, ломая ветки и поднимая вверх комья мерзлой грязи, с совершенно ошалелым видом вывалился Лютик, на спине которого непонятно каким чудом держался Генри Пембертон.       — Ох, слава Мерлину! — с облегчением выдохнула Гермиона, но, присмотревшись внимательнее, увидела торчавшую из плеча шестикурсника стрелу и испуганно ахнула: — Он ранен! Профессор Снейп, он ранен!       — Да замолчите же вы, — сдавленным от плохо сдерживаемого бешенства голосом прошептал Снейп и крепко прижал девушку к себе, закрыл холодной ладонью рот.       Гермиона недовольно замычала, заерзала в его руках, пытаясь вырваться, ну, или хотя бы привлечь внимание Хагрида, чтобы тот пришел ей на помощь.       Но Хагрид полными счастливых слез глазами смотрел только на своего драгоценного Лютика, который после пробежки по лесной чащобе был слегка потрепан, но при этом цел и невредим. Чего нельзя было сказать о подстреленном стонущем от боли Пембертоне, левая рука которого бессильно свисала вдоль тела.       — Кентавры? — только и поинтересовался Хагрид и, дождавшись утвердительного кивка, деловито добавил: — Уходим!       — Хагрид, сними этого недоумка с дромарога, — распорядился вдруг Снейп. — Пусть лучше Лютик увезет мисс Грейнджер. А Пембертона мы и сами дотащим.       К несказанному удивлению Гермионы, Хагрид кивнул и с готовностью начал стаскивать раненого парня со спины дромарога. Такое неожиданное рыцарство совсем ее не впечатлило, и девушка яростно отбивалась от Снейпа, когда тот тянул ее к нетерпеливо перебирающему ногами животному.       — Да вы что! Пустите меня! — негодующе пыхтела Гермиона прямо в твердую прохладную ладонь Снейпа. — Генри же ранен! Ему нужнее! Я и сама дойду!       — Дура! — выплюнул вдруг Снейп презрительно, и оскорбленная до глубины души Гермиона, которую ни разу в жизни никто так не называл, попыталась его укусить. — Вам нужно убраться отсюда до появления кентавров!       — Но почему… — начала было Гермиона, но замолчала, прислушиваясь к несмолкающему грохоту, доносившемуся из леса.       Уйти им не удалось — с жутким топотом и воинственным улюлюканьем из чащи высыпали кентавры и окружили четверых людей, собаку и дромарога.       Снейп быстрым движением спрятал Гермиону за спину, сжал в кармане мантии палочку, но доставать ее не спешил — так кентавры еще больше взбесятся.       Гермиона настороженно, к огромному облегчению директора, молчала за его спиной и вступить в переговоры не пыталась.       Хагрид подсадил обратно (чего уж там, все равно не успели) на спину Лютика скулящего от боли Генри Пембертона, который был совсем не в восторге от перемещений своей израненной тушки туда-сюда, и обернулся к разъяренным кентаврам.       — Здравствуй, Бейн, — недобро промолвил он. — Что это ты учеников наших обижаешь?       — Я много раз предупреждал тебя, Хагрид, — проигнорировал приветствие лесничего Бейн, злобно раздувая ноздри, — чтобы твои ученики не смели соваться в мой лес.       — Охолони немного, — спокойно посоветовал ему Хагрид. — Лес не только твой.       Это замечание явно не понравилось кентаврам. Они рассерженно зафыркали, громко и негодующе затопали сильными ногами, зарываясь копытами в мерзлую землю.       — Мы долго терпели твои причуды, Хагрид, — взревел Бейн, угрожающе приближаясь к группке людей, застывших на тропинке. — Мы терпели этих уродливых жутких фестралов и твоего братца-великана, но эту тварь, — и он ткнул пальцем в дрожащего Лютика, — мы терпеть не намерены!       — Ты кого это тварью назвал, а?! — завопил обиженный за своего любимца лесничий и поднял арбалет.       Кентавры заволновались еще сильнее, Гермиона крупно задрожала, а Снейп решил, что пора ему вмешаться.       — Хагрид, — предупреждающе протянул он и отрицательно покачал головой, вроде как, не надо. — Спокойно, господа, мы уже уходим.       — А, и ты тут! — повернулся к нему Бейн. — Директор, убивший другого директора.       — Да, это я, — слегка усмехнулся Снейп. — Чего только не сделаешь ради долгожданного повышения.       Гермиона за его спиной недовольно забухтела, не оценив чувства юмора директора.       Предводитель кентавров долго смотрел на них своими холодными злыми глазами, потом все же нехотя кивнул.       — Уходите, — разрешил он наконец, и Снейп немедленно подал Хагриду знак, чтобы тот уходил и не ждал их с Грейнджер.       Хагрид не заставил себя долго ждать, тут же развернулся и увел за собой испуганного дромарожика с сидящим на его спине заплаканным учеником.       — Всего хорошего, — вежливо попрощался Снейп и, подталкивая Гермиону перед собой, поспешно зашагал прочь.       Кентавры вдруг снова встревожились, беспокойно загарцевали, окружив Бейна и что-то яростно ему выговаривая.       — А теперь, мисс Грейнджер, уходим очень быстро, — недовольно сдвинув брови, сказал Снейп и буквально потащил за собой несопротивляющуюся Гермиону.       — Подожди, директор, убивший другого директора! — донесся до них зычный голос Бейна. — Оставь нам женщину!       Снейп замер, Гермиона возмущенно охнула — ну что за нравы, на дворе двадцать первый век вообще-то! — а кентавры снова окружили их, теперь уже двоих. Хагрида, который мог бы прийти им на помощь, не было даже слышно.       — У нас мало женщин, — будничным тоном объяснил Бейн, неторопливо приближаясь к ним, — и много одиноких мужчин. Мы ее не обидим. Она сама выберет самого достойного из нас и будет жить с ним в мире, согласии и уважении. Я клянусь тебе в этом! Мы заботимся о наших женщинах.       Гермиона приоткрыла рот, в панике округлила глаза. Нет, она, конечно, слышала, что раньше кентавры похищали для себя человеческих женщин, да и учитывая глупость последних (вспомнить хотя бы тех же Лаванду с Парвати), наверняка некоторые из них приходили к ним по доброй воле, но Гермиона никогда и не подозревала, что сама может оказаться в их числе.       Да и вообще, как это возможно с… м-м-м… физиологической точки зрения? Гермиона смерила потрясенным взглядом возвышающуюся над ней огромную фигуру полулошади-получеловека и от ужаса застонала.       — Вот именно поэтому, мисс Грейнджер, — желчно зашипел Снейп ей прямо в ухо, — ваши ночные прогулки по Запретному лесу крайне нежелательны.       — Я…я…ясно, — простучала зубами Гермиона. — Я — дура.       — Наконец-то в чем-то наши мнения совпали, — хмыкнул Снейп.       — Я н…н…не хочу оставаться с н…н…ними, — с отчаянным блеском в глазах залепетала Гермиона, цепляясь за его мантию.       — Я так и подумал, — невозмутимо кивнул Снейп и повернулся к кентаврам. — Благодарим за предложение, господа, но женщина вынуждена отказаться.       Кентавров такой ответ явно не обрадовал. Они гневно и оскорбленно зароптали, надвигаясь на людей и постепенно сужая круг.       — Почему? — спросил раздосадованный Бейн. — Разве не мощные ноги у Актеона? Разве не сильные руки у Зенона? Неужели ей не нравится шелковистый хвост Кирка?       Названные предводителем кентавры важно выступали вперед и горделиво демонстрировали вышеупомянутые части тел.       — Достойный хвостик, — одобрил Снейп. — И руки-ноги тоже хороши, но женщина все-таки говорит вам нет.       — Она даже слова не сказала, — нахмурился Бейн. — Почему ты решаешь за нее?       Снейп иронически улыбнулся.       — Потому что это моя женщина, — просто ответил он и в качестве доказательства так крепко прижал к себе Гермиону, что у той аж косточки захрустели.       Она не сопротивлялась, более того, сама обвила его талию руками и несмело качнула головой, подтверждая его слова.       Кентавры раздраженно забили хвостами по своим мускулистым ногам.       — Ты лжешь, директор, убивший другого директора, — прищурился Бейн и с силой втянул воздух своим широким, чуть приплюснутым носом. — Это не твоя женщина. Она не пахнет тобой. Она даже не женщина еще. От нее за милю несет невинностью.       — Мы просто решили подождать до свадьбы, — как ни в чем не бывало пожал плечами Снейп. — Люди иногда так делают. Приглашения на церемонию пришлем вам с совой. — Он еще крепче прижал к себе Гермиону и посмотрел почему-то наверх, в темное звездное небо. — Марс сегодня яркий, не находите?       И внезапно он стремительным черным вихрем взмыл вверх, пробиваясь сквозь голые ветки деревьев и унося с собой потрясенную Гермиону.       Вслед им понеслись редкие стрелы особо несдержанных кентавров, но ни одна из них не достигла цели.

***

      Вопреки гулявшим о нем слухам и сплетням Снейп терпеть не мог использовать заклинание полета и делал это только в случае крайней необходимости. Да, выглядело его перемещение в пространстве весьма эффектно — черно-серые стремительные клубы дыма, в которых с трудом можно было угадать силуэт человека, но сил это представление отнимало немерено и потом требовало длительного восстановления.       Поэтому сейчас Снейп несся по воздуху, сцепив от усилий зубы и из последних сил стараясь не растерять концентрацию. Тихо повизгивающая от страха Грейнджер (глупая девчонка почему-то боялась высоты) совсем ему в этом не помогала.       После нескольких томительных минут наконец показалась крыша домика Хагрида, и Снейп начал снижаться. Видимо, он слишком устал, и потому приземлиться как обычно, плавно и аккуратно, у него не получилось. Да и к тому же испуганная Грейнджер вцепилась в него мертвой хваткой, так что на землю он упал с довольно ощутимой высоты. Приземлившаяся сверху Гермиона выбила последний оставшийся воздух из его легких.       — Черт, Грейнджер, — захрипел Снейп, судорожно пытаясь вздохнуть, — слезьте с меня!       Девчонка скатилась с него прямиком в какую-то мерзкую на вид черно-оранжевую жижу (тыкву здесь Хагрид разделывал, что ли?), но тут же резво вскочила на колени и принялась деятельно ощупывать его ребра.       — Профессор… профессор Снейп, вы не ранены? — всхлипывала она, пытаясь пробраться нахальными руками под его мантию. — Они попали в вас, да? Где болит?       — Везде. Везде болит, — просипел Снейп, отталкивая ее руки. — Из-за вас у меня все болит! Зачем вы вообще потащились за нами? Вас кто просил? — накинулся он на нее, безуспешно пытаясь подняться на ноги. — Почему вы всегда лезете не в свое дело?       — Но я же помочь хотела! — ахнула Гермиона.       — Помогли! Спасибо! — Снейпу все же удалось подняться, и он рывком поставил Гермиону на ноги. — Теперь у нас снова проблемы с кентаврами! Из-за вас, между прочим.       — Да я же не знала! — оправдывалась Гермиона, пытаясь устоять в скользкой тыквенной жиже и хватаясь за директора. — Раньше кентавры меня не трогали.       — Раньше вам было пятнадцать лет! — зло зашипел Снейп прямо ей в лицо. — Вы действительно не знали, что эти ублюдки готовы трахать все, что движется, потому что женщин в их племени и правда мало?       Гермиона побледнела, отрицательно замотала головой.       — А вы не догадывались, почему Дамблдор, едва услышав, что кентавры утащили Амбридж в лес, тут же помчался ей на помощь? — не унимался Снейп, наступая на перепуганную девушку, почти прижимая ее к стене дома. — Думаете, он боялся, что они защекочут ее до смерти своими пушистыми хвостиками?       — Я… я вообще не думала об этом, — лепетала Гермиона, широко открыв глаза от ужаса.       — Вы, блядь, не думали! Вы представляете, что бы они сделали с вами? — Снейп сделал последний шаг и практически вжал хрупкое тело девушки в каменную стену. Глаза его яростно сверкали в темноте ноябрьской ночи. — Представляете, какого размера их члены? Да они бы просто разорвали вашу…       — Замолчите! — выкрикнула Гермиона прямо в его искаженное злобой лицо. — Прекратите! Зачем вы все это мне говорите? — и она вдруг закрыла глаза грязными ладонями, тихо и обиженно всхлипнула.       Снейп коротко выдохнул. Ну да, действительно, откуда ей, нетронутой еще никем, невинной, это знать? Потряс головой, приходя в себя. Но не отошел от нее ни на шаг.       — Дура, — горько повторил он обидное слово. — Нужно было выгнать вас еще в августе. От вас одни проблемы. От вас и от вашей проклятой девственности.       Гермиона отняла от лица руки, дерзко вскинула голову.       — Ну так давно бы решили эту проблему, — неожиданно зло выкрикнула она. — Что вы тянете книзла за яйца? Вы же давным-давно поняли, что я тоже этого хочу! Почему вы прячетесь от меня после того поцелуя на лестнице?       Снейп даже немного растерялся под ее напором.       — Мне нужно было подумать, — пробормотал он, пытаясь объяснить свою нерешительность.       — Да вы думали две недели! — Гермиона не сильно, но ощутимо толкнула его в грудь. — За это время целый учебник по психологии можно было надумать! А мне, по-вашему, легко все это время было, а? Сначала вы целуете меня, потом отталкиваете, берете время на подумать и молчите со значительным видом. По-вашему, это нормально? Да я…       Прервать этот бессмысленный возмущенный монолог Снейп решил самым радикальным способом — просто закрыл ей рот поцелуем.       Гермиона еще пыталась высказывать что-то прямо в его губы, но быстро сдалась, вцепилась руками в черные волосы, притягивая лицо еще ближе и углубляя поцелуй.       А Снейп не стал осторожничать как в тот, их первый раз, на лестнице, да и клокотавшее в нем бешенство, вдруг резко переродившееся в жгучее неуправляемое желание, не дало бы ему этого сделать.       Не прекращая настойчивым языком исследовать ее рот, он зарылся пальцами в непокорные кудряшки, собрал локоны в кулаки, причинив боль, по всей видимости приятную, потому что Гермиона сладко застонала прямо в его губы. Потом ладонями скользнул вниз, ощутил нежную шелковистость прохладной кожи шеи и спустился еще ниже, к упругим холмикам груди. Накрыл их горячими даже на таком холоде руками, погладил через ткань мантии твердые возбужденные вершинки сосков.       Гермиона широко распахнула глаза, прижалась еще ближе к его уверенным ладоням, и Снейп совсем потерял голову.       Осознание, что она с готовностью отвечает ему, что хочет его не меньше, чем он ее, дурманило разум, заставляло делать немыслимые вещи. Например, совершенно недвусмысленно задирать юбку своей молодой коллеги, прислонив ее спиной к мокрой холодной стене домика лесничего.       Внезапно сквозь плотный, вязкий как кисель туман желания, застилающий все более-менее рациональные мысли, пробился образ Гермионы, трогательно протягивающей к нему руку, из тонкой голубоватой венки которой ему предполагалась набрать ее девственную кровь.       Черт!       Все не так! Опять он все делает неправильно! Это не должен быть быстрый перепих в позе стоя за домиком Хагрида в окружении тыквенных ошметков!       — Мисс Грейнджер… Гермиона, — попытался он воззвать к голосу ее — да и своего, чего уж там — разума, но она снова ударила его, приказывая замолчать, и теперь уже сама проскользнула юрким язычком в его изголодавшийся рот.       И Снейп сдался, снова погружаясь в водоворот обжигающих прикосновений, ощущений податливого женского тела в его руках и тихих сладких стонов.       У Гермионы и правда были неплохие шансы по-быстрому лишиться девственности у каменной стены хижины, но, к счастью, это безумие прервало донесшееся из леса недовольное бухтение Хагрида, который громко и с удовольствием распекал нерадивого искателя приключений на свою неугомонную задницу Генри Пембертона.       — …много раз говорил, что дромарог — это вам не лошадь ездовая! Где это видано, чтобы дромароги на себе людей катали? — ворчал Хагрид, ведя за собой понурого Лютика.       Застигнутые врасплох, словно обуреваемые гормонами подростки, Снейп и Гермиона прервали поцелуй, но не отодвинулись друг от друга ни на дюйм.       — Хагрид вернулся, — зачем-то озвучила Гермиона очевидный факт и настороженно взглянула на директора. Ох, не дай Мерлин, ему опять вздумается изображать из себя джентльмена хренова!       Только не сейчас! Не после всех этих поцелуев, от которых в животе словно тяжелый раскаленный узел завязался, а трусики насквозь промокли.       — Вернулся, — эхом отозвался Снейп и посмотрел на нее не менее настороженно. Что ему теперь делать? Будь на ее месте другая, более опытная женщина, они бы уже поднимались в номер какой-нибудь магловской гостиницы, на ходу сбрасывая с себя одежду. Но что ему делать сейчас с раскрасневшейся возбужденной девственной (черт!) Грейнджер, он решительно не представлял.       — Пойдемте ко мне, — шепнула Гермиона, по-гриффиндорски лихо разрулив неловкую ситуацию. Потом вдруг вспомнила про свою любопытную соседку в портрете и поспешно добавила: — А лучше к вам.       Снейп смерил ее взволнованное лицо долгим внимательным взглядом и наконец решился.       — Ко мне, — кивнул он и, взяв ее теплую маленькую ладошку в свою, повел за собой.