Пустынная сказка

Родительская библиотека всегда была местом поистине мистическим. Высокие ряды шкафов занимали целую комнату, а цветные корешки книг напоминали тропических птиц на ветках деревьев - этакий сказочный сад, где вместо фруктов растут знания. Казалось бы, протяни руку и вкуси науки плод, но с библиотекой у Хайтама не заладилось с самого начала. Сперва в нее запрещали входить, как и в некоторые другие комнаты - это была территория взрослых, где маленький ребенок мог либо все испортить, либо пораниться сам. Затем невозможность слушать рассказы других вынудила его как можно быстрее научиться читать - но и тут мальчика ожидало разочарование. Он ждал загадочных историй, древних легенд, славных похождений бравых воинов, открытий тайн мира, однако название первой же схваченной с нижней полки книги он не смог даже прочитать: буквы были понятны, но слова, что они составляли - ничуть. Пришлось вернуть книгу обратно и дальше довольствоваться рассказами бабушки. Позже выяснилось, что родители в основном хранили в библиотеке научные труды, и интерес быстро угас. Вскоре начались проблемы - больше у бабушки, чем у него. Детский мозг требовал новых историй, а у Шахбану они стали заканчиваться. Гордость и ответственность за воспитание внука не позволяла ей вручить ему какой-нибудь трактат для детей, что точно сделали бы родители-академики, да и сказки леса уже пришли в негодность. А пустынные истории были явно не для маленьких детей. Из такой ситуации был только один выход - придумывать все самой. Это работало около месяца. Пока за образование внука ещё не взялись родители, можно и хоть тысячу ночей сказки рассказывать. А мальчишка был и рад. На улице с другими детьми особо не поиграешь: он не любил подвижные игры, а остальные не очень любили его - взаимная неприязнь лишила его необходимости покидать дом без надобности, только если бабушка на рынок с собой брала. На рынке ему не всегда нравилось: там было непривычно шумно и сильно пахло специями. Иногда это пугало и раздражало, иногда наоборот - другие люди интересовали, их разговоры, их товары. В общем, теперь дома ему было чем заняться. Проблема была в том, что так было только при наличии бабушки. В тот день стало совсем скучно. Родители ушли на работу, бабушка - в город по каким-то своим делам, Хайтам не интересовался. Он остался совсем один. С тишиной от отсутствия всех остальных проблем не было, мальчик давно к ней привык: что с гремящей посудой мамой, ворчащим во время заполнения каких-то бумаг отцом и болтающей со всеми бабушкой, что без них - все одно. А вот с желанием чем-то заняться пришлось мириться. Стоило принять, что не всегда рядом будут взрослые, готовые развлечь. Сперва он просто ходил по дому в поисках чего-то. В родительскую комнату было запрещено заходить, в сторону библиотеки он даже не смотрел: почитать хотелось, но не заумную нудятину. В своей комнате мальчишка уже давно все перекопошил. Оставалась только кухня и комната бабушки. Есть пока не хотелось (а на кухне ничем кроме еды заняться и нельзя), поэтому он сразу направился к бабушке. Теперь следовало действовать аккуратно: четких запретов на счёт ее комнаты он не получал, поэтому в любом случае нельзя было что-то натворить. Хайтам включил наушники, чтобы, если что, услышать приход родителей и быстро сбежать обратно к себе. В комнате его сразу привлекла полка с книгами. Он глянул на корешок: "Сборник сказок". Наконец то! Хоть что-то интересное! Такие сокровища прямо под носом. Однако это все ещё чужая вещь, с собой на ночь нельзя будет взять. Поэтому, пока есть время, стоило все таки быстро глянуть содержание. Хайтам открыл на случайной странице и начал читать. "В давние времена жил один торговец. Он был не богат, но и не беден, имел дом с красивым садом, стадо коз да с несколько десятков кур. Ремесло свое он знал хорошо, дела всегда шли в гору. Однажды торговец заметил, что куры и петухи у него куда-то пропадают. Оказалось, что по соседству поселился шакал — гроза домашней птицы. Каждую ночь он пробирался во двор, хватал одну-двух кур, душил их, тащил к себе в нору и там съедал. Торговец не знал, кто это делает - шакал был очень ловким вором. Наконец торговец перевел свой курятник в другое место; он запер птиц в хлеву, а во двор выгнал коз и овец. Ночью шакал увидел, что вместо кур и петухов на дворе стоят козы и овцы. Его было охватила досада, но потом он решил, что с помощью других шакалов сможет вместо кур таскать коз и овец. Но довериться им было опасно, и шакал начал один следить за домом торговца. Вскоре он узнал, что торговец отправляется в путешествие в далекие страны продавать свой товар да закупать новый. Однажды рано утром шакал вымыл морду и лапы и пришел в дом к торговцу. В знак почтения шакал поцеловал землю, сложил на груди лапы и опустился перед хозяином дома на колени. — Эй, шакал! Что тебе нужно? Зачем ты пришел? — спросил его хозяин. — Я пришел приветствовать тебя. Слышал я, что ты собираешься в странствия. Если ты возьмешь меня к себе слугой, я буду в твое отсутствие сторожить дом. “Я все беспокоился о том, кому бы поручить надзор за стадом, чтобы моих коз и овец не украли и не зарезали,- подумал торговец. — Если я поручу свое стадо человеку, он придумает множество хитростей и, когда тысяча овец принесет ягнят, он возьмет себе не меньше сотни. Хорошо, что появился четвероногий шакал, он присмотрит за моим скотом”. — Эй, шакал, — обратился хозяин к шакалу, — ты можешь остаться здесь и стеречь мое стадо. Шакал очень обрадовался: — Хорошо, — сказал он. Через несколько дней торговец поручил шакалу стадо, а сам стал готовиться в дорогу. Узнав об этом, овцы очень встревожились и стали говорить торговцу: — Эй, хозяин! Шакал из породы волков, он нас съест! Но торговец успокаивал их: — Не всяк из волчьей породы ест овец. Собаки, например, тоже волчьей породы, но ведь они — ваши сторожа. В тот день, когда торговец покинул город, шакал зашел в хлев взглянуть на овец и отправился на розыски других шакалов, с которыми он дружил с детства. Шакал все рассказал им и повел их к овцам. В тот же день они вспороли животы пятерым овцам и втроем съели их. Как только это увидали козы, они сразу же убежали и смешались с козами других стад, а ленивые овцы остались, и шакалы съели их одну за другой. Шли дни, за ними месяцы. Год подошел к концу. По городу разнеслась весть, что караван торговца возвращается. Шакал задумался о том, какой же ответ даст он торговцу. Он так ничего и не успел придумать, когда торговец вернулся домой и пошел проведать своих овец. Шакал начал плакать, стонать и со слезами обратился к нему: — О хозяин! Знаешь ли ты, что случилось с нами после твоего отъезда? В первый же месяц до нас дошел слух, что все, ехавшие с караваном, тяжело заболели, а многие умерли. Я очень испугался и дал обет, если ты вернешься здоровым, зарезать сотню овец и раздать мясо нищим и бедным. На другой день, узнав, что ты жив и здоров, я тут же зарезал сто овец и роздал мясо голодным. На следующий месяц пришло известие, что караван сбился с пути, попал в пески и сто человек умерло от жажды. Я опять пообещал богу, если ты остался жив и здоров, зарезать сто жирных овец и послать мясо в дома бедных вдов. Слава богу, на следующий день до нас дошла весть, что с тобой ничего плохого не случилось. Я зарезал еще сто овец. На третий месяц пришло известие, что на караван напали разбойники и убили восемьдесят человек. На этот раз я пообещал, если ты не окажешься в их числе, зарезать двести овец. Как я обрадовался, когда узнал, что среди убитых тебя не было! Наконец сказали, что в город пришел человек и принес известие о твоей смерти. Я стал проливать слезы, рыдать, надел по тебе траур и в твою память роздал бедным двести овец. Но два дня тому назад пришел другой человек и принес новое известие: он сказал, что ты жив и здоров и завтра или послезавтра приедешь домой. От радости я не мог сдержаться, зарезал всех оставшихся овец и роздал бедным в честь твоего возвращения. Я очень рад, что опять вижу тебя живым и невредимым! Торговец разгневался на шакала за ложь. — Эй, негодяй! — закричал он. — И ты думаешь, что я поверил твоим россказням?! Видно боги послали тебя мне в наказание, но сам ты просто так отсюда не уйдешь. Вот только пока торговец искал верёвку, шакала уже и след простыл."* Хайтам захлопнул книгу с острым чувством несправедливости. Вот вроде торговец не повелся на ложь, а вроде и шакал оказался в выигрыше. Почему зло может быть не наказано? Добро ведь пострадало, почему все не может кончиться хорошо? Странная сказка, неправильная. Мальчик вернул книгу на место.

***

— Мой царь… — фигура в ритуальных одеждах замерла у входа в гробницу. — Тш, где твое уважение? Твоя богиня спит, — раздался шепот из глубины комнаты. Жрец испуганно вздрогнул, глядя на каменное возвышение в центре и замершего скалой рядом с ним правителя, но виду не подал. Ему нужно было выполнить свою миссию, а недовольство бога ему не поможет. — Мой царь, — начал он вновь, но уже тише, — вы так давно не появлялись в своем царстве… — Я не могу пропустить момент ее пробуждения, — бог аккуратно провел пальцами по камню. — А ты решился потревожить ее покой? Жрец действовал аккуратно, будто шел рядом с логовом скорпионов - один неверный шаг, и в ногу вонзятся десятки ядовитых жал. В тоне его правителя не было явной угрозы, только безумие - оно же плясало в янтарных глазах в свете факелов. Больше всего советник боялся смотреть на него и на то, что лежало в открытом саркофаге. Пряча глаза, он продолжил: — Деревья и цветы вянут, вода больше не поступает в город. Людям нужна ваша помощь. Присутствие богини в ее Оазисе позволило бы потянуть время и заняться строительством более протяженных акведуков… — Нет, — прервал его Дешрет. — Она останется здесь. Не то чтобы жрец не ожидал такого исхода, у него был запасной план. — Без ее силы ваши люди погибнут. Царь молчал. Факелы на стенах мирно потрескивали в тишине. — Есть другой вариант, мой царь, — осторожно начал жрец. — Вернуть богиню…из сна. Алый король содрогнулся, впервые оторвавшись от саркофага. — Я должен… разбудить ее? Советник удивился нежности и жалости в его голосе: непривычно было видеть своего правителя в печали. Необычно слабым. — Да. Это спасет ваш народ, — тут же добавил он. — Благодарю, Хнум. Ты, как всегда, дал поистине мудрый совет, я прислушаюсь к нему. Однако сейчас оставь меня, — бог вернулся на свое место. Советник бросил последний взгляд на царя, а потом посмотрел на саркофаг. Тело едва держало человеческий облик, обнажая божественное обличие, но ещё сохраняло крупицы силы. Даже после смерти она оставалась полезной, только сейчас ее стало легче использовать. Жрец покинул гробницу.

***

— Мой царь! — советники влетели в гробницу, в последние месяцы ставшую пристанищем их правителя. — Бедствия постигли наш город! Реки окрасились кровью, неизвестная болезнь уничтожает посевы и людей, а буря стирает постройки! Поистине Небесное наказание, нам нужна ваша помощь! Но они замерли на пороге. В гробнице никого не было, только опустевший саркофаг. В тот же миг небеса сотряс гром небывалой силы, что даже каменные стены зарокотали. Земля пошатнулась от божественного гнева. А уже через пару минут песок засыпал следы руин, ещё недавно бывших домами, и тела их жителей.