Лучшие друзья или как влюбиться в коллегу

Пауль шел на репетицию к "First Arsch" в плохом настроении. Он вышел раньше, чем должен был, чтобы попытаться встретиться с Рихардом по пути на репетицию. Солнце светило как и в прошлые дни, но не доставляла никакой радости. Даже наоборот, раздражало. Ландерс бездумно ходил по тропинке, поглядывая на дорогу, по которой мог пойти Рихард, но его всё не было. В конце концов, Пауль потерял какую-либо надежду на "незапланированную" встречу и пошёл дальше на репетицию с ещё более плохим настроением. День был испорчен окончательно. - Здарова, - как-то задумчиво поприветствовал Тилль Пауля, когда тот пришёл на репетицию, - Только тебя и ждем, - Линдеманн как-то неоднозначно хмыкнул, оглядывая гитариста, - Заходи, - в его голосе читалось наигранное безразличие. Пауль зашёл в просторную комнату. - Два часа я... - Рихард замер и замолчал, увидев Пауля в комнате. До этого Круспе что-то оживлённо обсуждал с Йоргом. Оба покосились на Пауля, выражая некую призренность. Паулю захотелось спрятаться. - Раз всё в сборе, давайте начинать, - хрипло сказал Тилль, тоже покосившись на Ландерса. Пауль тут же почувствовал себя ещё более неуютно. Никаких расспросов "как ты дошел?", "что нового?" не было. Это сильно напрягало, заставляя тревожиться. Рихард прошёл за гитарой мимо Пауля, даже не поздоровавшись. Он слегка толкнул его плечом. Ландерса как будто не существовало для них. Репетиция шла медленно, но на удивление продуктивно. Ландерс серьёзно волновался, не понимая, что не так, поэтому часто ошибался в рифах и ритме, за что ловил недовольный взгляд Рихарда. Пауля продолжали игнорировать, лишь басист несколько раз сказал гитаристу что-то. Пауль чувствовал себя максимально дискомфортно и потеряно. В какой-то момент он случайно наступил Рихарду на ногу. Тот сразу же перестал играть, а вслед за ним и Йорг с Тиллем. - Ты вообще слепой? - грубо фыркнул Круспе, сверля Пауля взглядом полным надменности, - - Ты если играть не умеешь, хотя бы по ногам не прыгай, - твёрдо выдал Рихард, продолжая высокомерно осматривать второго гитариста. Его поведение сильно ранило Пауля, он как будто потерял дар речи. Гитарист часто заморгал, отвернувшись от Рихарда и пытаясь сдерживать эмоции, а Круспе специально продолжил давить на самое больное. - Ну разревись ещё, - насмешливо бросил он, прежде чем Пауль швырнул свою гитару на пол, уходя из комнаты. Послышался слабый треск дерева, который сменился дребезжанием струн в усилителе. Всё трое проводили Пауля взглядом, пока он сбегал. "Что он, подождать не мог, чертов Круспе!" - думал Пауль, смаргивая влагу, скопившиюся у глаз. Внутри что-то перевернулось и рухнуло. Он зашёл в ванную, не желая видеть никого из группы. Пауль закрылся на щеколду и грохнулся на пол, обняв колени и уткнувшись в них лицом лицом. - И зачем? - слишком повседневно спросил Тилль у Рихарда, расставив руки в боки, когда Пауль исчез из поля зрения. Ответа не последовало, тогда он осуждающе помотал головой, вставая из-за барабанов, - На сегодня достаточно, - устало проговорил Линдеманн, - А ты, - Тилль указал пальцем на Рихарда, глядя из-под лобья, - Извинишься перед ним, и чтобы на следующей встрече не было метаний молний из глаз, - он приподнял брови, - Мне безразлично, что там у вас между собой, я требую адекватного поведения на репетиции. Рихарду хотелось тоже выбежать из комнаты прямо сейчас, но он смог лишь слабо кивнуть. - Иди бегом, - Линдеманн подгонял Рихарда. Тот в свою очередь не очень-то торопился. Тогда Тилль устало посмотрел на Круспе, давая ему понять, что ему лучше сейчас пойти и обсудить всё с Паулем. Рихард кивнул и пошёл в сторону ванной, где сидел второй гитарист. Ландерс тяжело дышал, но затих как только услышал стук в дверь. - Пауль, открой, - потребовал Цвен, но дверь не открылась. Рихард вздохнул, - Пауль, открой, пожалуйста, я поговорить хочу. - До этого нужно было разговаривать, - обиженно буркнули по ту сторону двери. Рихард вздохнул, отходя от двери, тут же попадая под внимательный взгляд Тилля, - Пауль! Будь ты человеком, открой, - громко сказал Круспе. - Я не хочу разговаривать сейчас, - упирался Пауль, начиная злиться. В дверь начал долбить уже Тилль: - Парень, открой дверь по-хорошему, иначе я приложусь и выбью её сам, - сообщил Линдеманн. Щеколда шумно щелкнула, и дверь открылась. - Что не понятно в словах "я не хочу разговаривать"? - кричал Пауль, отчего у него проявились вены на лбу. - То, что ты чертов упёртый баран! - ругнулся Рихард, быстро отходя от ванной, шагая к входной двери, - Ты достал уже со своими обидками. Иди к чертям! - крикнул Круспе, прежде чем со всей силы хлопнуть дверью. - Выходи, - почти прошептал Тилль почему-то спокойным голосом, - Пошли. Пауль послушался и несмело вышел из ванной. Линдеманн повёл его на кухню, приглашая сесть. - Приятель, - начал он, - Расскажи, что у вас стряслось. - Да мы вчера собирались встретиться, - Пауль потер виски, - А я проспал. Видимо, он сильно обиделся, - Ландерс вздохнул, смотря в окно. Он видел отдаляющуюся фигуру Круспе, который шёл почему-то очень быстро. Тилль хмыкнул, доставая какое-то печенье. - Любишь его? - отстранённо спросил Линдеманн, смотря на Пауля. Ландерс резко сменился в лице, переведя взгляд на Тилля. - Кого? - неожиданно громко спросил Ландерс, нахмурившись. Он быстро оглядывал лицо Тилля, чтобы убедиться, что он имел ввиду. Тот вновь неоднозначно хмыкнул, ставя печенье на стол. Пауль продолжал непонятливо смотреть Тиллю в глаза. - Печенье, - объяснил он спустя небольшой паузы, ткнув пальце коробку со сладостью. Он внимательно смотрел в глаза Пауля, которые за секунду испытали весь спектр эмоций. Ландерс шлепнул себя по лбу и одобрительно кивнул. Тилль сощурился, садясь за стол, - Чувствую не только печенье ты любишь, приятель.