Зеленые яблоки

Этот вечер Антон запомнит надолго, подобного рода мероприятия были для него, как для фотографа, не в новинку, но бал-маскарад… Он словно окунулся в эпоху, которая манила неизвестностью и загадками. Литература того времени, картины — все это завлекало Антона, он мог часами это все изучать, но через какое-то время напрочь забыть. Возможно, дело в том, что это всплеск энергии, которая твердит узнать новое для своего удовлетворения, но не для дальнейшего использования. Все знания и навыки нужно прокачивать или сохранять их уровень. Жаль, что это не как в игре, нельзя просто сохранить и жить с этим. Уже два часа ночи, в квартире темно, лишь виден блеклый свет в проеме между дверью и полом. На кухне Антон сидит за столом, его взгляд сосредоточен, а руки выполняют свою работу. Работать в темноте, а особенно редактировать фотографии, было намного удобнее. Временных рамок никто не ставил, фотографии могли быть готовы хоть через неделю, но Антону хочется не только отправить их раньше, чтобы выглядеть выше в глазах заказчика, но и ощутить отголоски вечера. На просторах интернета был найден сборник произведений, которые звучали несколько часов назад и звучат сейчас, только уже на кухне Антона. Такое времяпрепровождение пролетало с библейской скоростью, пока он не остановился на одной фотографии. Удалось запечатлеть танец Арсения с той незнакомкой. Их быстрые движения отпечатались на фотографии: платье было смазано, как и руки девушки, тело Попова не видно, только его голова, но лицо было довольно четким, если сравнивать со всем остальным. Его взгляд был холоден, хоть и губы вытянуты в приятной улыбке. Антон непроизвольно засмотрелся на фотографию и задавался вопросами. Знает ли он эту девушку? Если да, то зачем соврал? А если нет, то почему так громко смотрит? Или Антон преувеличивает… Как обычно. Парень закатил глаза от такого умозаключения и назвал себя кретином. Но фотографию он вырезал из основной папки и перенес на флешку. В этот момент его взгляд упал на левый нижний угол ноутбуку — 3:48. Как быстро летит время когда занимаешься любимым делом. Отправить эту фотографию Арсению было спонтанным решением, на поводу которого Антон пошел. В этом нет ничего такого. Номер был записан этим вечером, когда Антон, на прощание, попросил написать ему. — Ты аккуратнее будь, — сказал Шастун, стоя у фонтана, в его руках был полупустой бокал. Маска все так же скрывала его лицо, Арсений же снял ее и ждал когда приедет парковщик. — Не первый год за рулем, — подмигнул Арсений и заметил свет фар арендованной машины, которая подъезжала к ним. — И пьяный водил? — настороженно спросил Антон, наблюдая за передачей ключей. — Не переживай, все будет хорошо, — заверил Попов и сел в машину. — Напиши когда домой приедешь, мало ли, — прикрикнул Антон, чтобы его услышали за закрытым окном. В ответ был получен лишь кивок. Ждать ответ в столь поздний час — занятие бессмысленное, поэтому было принято решение отправиться спать. Одну руку запустил в волосы и взъерошил их, а второй сохранил все отредактированные фото и выключил ноутбук. Когда его голова коснулась подушки, он надеялся, что хотя бы в воскресенье выспится.

***

Но не в этот раз. Антон уже накрыл голову подушкой, в надежде не слышать рингтон телефона, но ничего не спасает. Смирившись, он убирает подушку и отвечает на звонок. Шастун был готов послать звонящего далеко и надолго, потому что в такое время ему часто звонили мошенники или просто молчали в трубку. В этот раз, голос из динамика, за секунду пробудил Антона. — Привет, Антон, — прозвучало на том конце провода. — Привет, пап, — настороженно ответил Антон. Отец редко ему звонил, а если и звонил, то только по делу. — Я в городе до вечера, не хочешь приехать ко мне? — его голос был нежен, но это только вводило в заблуждение. Антон не виделся с отцом уже несколько лет, даже когда он приезжал в город, об этом никому не сообщалось. А сейчас объявился как гром среди ясного неба. — Ну, можно. Адрес тот же? — спросил Антон, осматривая комнату в поисках чего-то интересного. — Нет, я вышлю его по смс, — ответил отец и завершил разговор. — Когда-нибудь я высплюсь, — простонал Антон и упал лицом в подушку. Такое поведение отца было привычным, если к такому вообще можно привыкнуть. Он любил вот так неожиданно появляться с какой-то новостью и снова исчезать, но не дает себя забыть ежемесячными переводами денег. Откуда он их берет и кем сейчас работает — Антон не знает, отец всегда уходил от вопроса, но сегодня ответ будет. По крайней мере Шастун на это надеется. Он уже взрослый мальчик, можно и довериться. Сейчас не тот возраст, когда можно выйти в песочницу и сказать кем работает твой отец, чтобы услышать в ответ: «а мой работает вот тем и зарабатывает много-много». Отец не заставил себя ждать, уже через минуту после разговора отправил адрес. Антон даже не знал, что улица с таким названием существует в городе, но посмотрел по картам и выяснил, что это на окраине города. В прошлый свой визит, о котором он уведомил сына, отец остановился в противоположной части города. Ему не надоело скакать по городу? Встряхнув головой, Антон решил, что спросит об этом при встрече, к которой стоит начать готовиться. Чем раньше он приедет, тем раньше вернется, а значит, что останется вагон времени на домашнее задание. Сборы заняли от силы полчаса — сходить в душ, почистить зубы и одеться. Это та самая рутина, от которой не сбежишь. На выходе, он проверил закрыл ли дверь и отправился к лифту. У шлагбаума его уже ждало такси. Водитель оказался довольно дружелюбным: — Есть какие-то предпочтения насчет музыки? — спросил таксист когда они отъехали от жилого комплекса. — Да нет, — ответил Антон, но тут же добавил: — Включите, пожалуйста, радио. Теперь Шастун смотрит, а точнее слушает, радио по-другому. Он помнит слова Арсения по поводу такого прослушивания. Никогда не знаешь какая песня заиграет следующей и какой настрой она даст на разговор.

***

Утро Арсения началось не самым приятным образом: он спал с открытым ртом, остатки слюны скопились на подушке, образовав небольшое круглое пятно. Мало ему сушняка из-за вчерашнего алкоголя, так сейчас во рту и вовсе пустыня Сахара. Он жадно цеплялся за каждый глоток газированной воды, да так, что несколько капель попали на его футболку. Голова не болела, а это уже радовало. Арсения удивлял его организм после алкоголя: голова не болит, его не тошнит и уж не рвет точно. Неизвестно сколько это будет продолжаться, но пока он это ценит. Пока варится кофе, Арсений пошел умыться и почистить зубы, потому что ощущение, что кот нассал в рот было не из приятных. Но сегодня день явно не на его стороне: кофе «убежал» и испачкал плиту, затем этот самый кофе был пролит на футболку. — Да твою мать! — воскликнул Арсений, снимая футболку. — Хоть не обжегся, — пробурчал он по пути в ванную. Заткнул слив раковины пробкой, набрал холодную воду и кинул туда футболку. На кухне нашел уксус, спрашивая себя когда он успел его купить, налил на глаз в раковину и потер вещь в руках. Он знал как убирать те или иные пятна не только из-за работы, но и из-за мамы. Когда-то Арсений был неуклюжим ребенком и мог прийти домой с зелеными, от травы, штанами и внимательно следил как мама их стирает, что использует. Однажды, он пролил на белую футболку чай, а мамы дома не было. Решил взять все в свои руки, намешал разных порошков, вся раковина была в сгустках мыльных средств, но футболка была чистая. Арсения не ругали, а лишь похвалили. В таком юном возрасте постирать собственную футболку! Да, конечно, ткнули его в грязную раковину, но он без проблем все отмыл. В работе он лишь учился отмывать кровь со своей одежды, потому что без этого навыка большая часть гардероба оказалась бы в мусорке. А такие бытовые ситуации, как эта, случались довольно редко. Арсений не был суеверным, но понял сразу — день будет не из лучших. Стоило этой мысли посетить голову Попова, как ему позвонил никто иной, как Павел Алексеевич. — Доброе утро, у тебя сегодня выходной, но ты нужен мне здесь, — он перешел сразу к делу. — Но… — Завтра будешь отдыхать, сегодня необычный заказ. Жду. — не дав Арсению и слова вставить, начальник отключился. — Что же еще интересного сегодня будет? — спросил себя Арсений, закатывая глаза. Только сейчас он заметил ночное сообщение Антона. К фотографии была прикреплено сообщение «ты здесь отлично получился». Арсению это льстило, но он все же надеялся, что фотография не выйдет за пределы видимости только двух людей — его самого и Антона. Теперь в галерее Попова на одну фотографию больше.

***

Таксист остановился у обычного пятиэтажного дома, который явно нуждался в капитальном ремонте. Что здесь забыл его отец? Код от домофона был неизвестен Антону, поэтому он набрал номер квартиры из сообщения, дверь в подъезд открылась практически сразу, в сопровождении неприятного писка. Одна из дверей на первом этаже была открыта, а рядом стоял зрелый полноватый мужчина с улыбкой на лице. Он подозвал Антона рукой и заключил его в объятия, когда он подошел. — Проходи, — указал рукой отец на коридор. Квартира была неуютной, в ней холодно. Напротив входной двери висело зеркало, а справа была дверь, ведущая в комнату. Пол был деревянный, даже ковры не спасали от скрипа. Антон разулся, куртку повесил на крючок и прошел в комнату. Большая кровать в углу, рядом тумба, в противоположной части стол и большой старый шкаф. Больше в комнате не было ничего. Значит отец снял квартиру посуточно. Почему он не мог остаться у самого Антона? — Пройдем на кухню, — отец открыл дверь на кухню, и пропустил сына вперед. Кухня оказалась очень маленькой. Кухонный гарнитур занимал всю стену, у окна стоял холодильник, а рядом стол и два стула. Из чайника еще шел пар, отец знал, что Антон приедет сразу после звонка. — Будешь чай? — спросил Андрей, доставая две кружки из верхнего шкафчика. — Давай, — ответил Антон и сел на стул, облокотившись на стену. — Хотел о чем-то поговорить? — Да, — спокойно сказал отец и поставил две кружки чая на стол, усевшись на второй стул. Глаза Андрея бегали от кружки к кружке, он не знал как вывалить всю информацию, чтобы не напугать сына. — В свое время я натворил дел, — он решил начать издалека, скрывая некоторые факты из биографии. — По моей вине погибали люди, точнее, по моему приказу. Время такое было: либо ты, либо тебя. Я не вышел вовремя из игры. Девяностые закончились, а образ жизни нет. Я ушел от вас с Майей, чтобы вы были в безопасности. Понимаешь? — Допустим, — неуверенно ответил Антон. У него словно пазл в голове сложился и нашлись ответы на многие вопросы. Почему отец ушел? Откуда у него столько денег? Что вообще происходит? — Я не тратил заработанные деньги, откладывал тебе на будущее. Я очень тебя люблю, сынок, и ты не представляешь, как мне трудно жить вдали от тебя и Майи, — он сделал глубокий вдох, чтобы настроиться на следующую новость: — У меня есть предложение, что ты в опасности. — Я? С чего ты это взял? — сказанная ранее информация еще не успела перевариться. — Вчерашний бал. Я знаю, что ты любишь фотографировать и это я попросил пригласить тебя в качестве фотографа, — на лице Андрея появилась неуверенная улыбка. Он желал для сына самого лучшего, подключил все свои связи, но забыл, что враги не дремлют. — Вот оно что… — теперь Антон понял почему его пригласили. — Но я все равно не вижу в этом проблемы. — Константин Викторович, директор компании, мой давний приятель. Кто-то из его подчиненных узнал про тебя и чей ты сын. Я боюсь, что ты или Майя можете пострадать, но сам защитить вас не могу. Поэтому прошу тебя быть аккуратным и звонить мне, если что-то, не дай Бог, случится. Понял? — Понял, — к такому разговору Антон явно был не готов. Ему теперь ходить и оглядываться? Бояться каждого шороха? Он не хочет жить в страхе, но его никто не спрашивал. Такая судьба Антону не по душе. — Как дела на учебе? — спокойно перевел тему Андрей и, сделав глоток чая, выжидающе посмотрел на сына. Как обычно. Соскакивает с темы и ведет себя так, будто не уведомил сына о возможной опасности, а рассказал про свой рабочий день.

***

— Прошу прощения, — запыхавшись проговорил Арсений. Сегодня явно не его день. Сначала кофе, затем снова кофе, после начальник, так еще и в пробку попал. Вследствие чего и опоздал, а это один из первых пунктов списка «ненавижу». В кабинете, помимо начальника, находилось еще три наемника, среди которых был и Сережа. Арсений удивленно взглянул на них, в ответ получил лишь пожимание плечами, поскольку коллеги и сами не понимают ничего. — Присаживайся, — Павел указал на свободное место на диване и открыл папку. Наемник пожал коллегам руки и присел на свободное место рядом с Матвиенко, в ожидании задания. — Дело необычное, — сказал начальник, встал из-за стола, обошел его и оперся на него бедрами, держа в руках папку с несколькими стикерами. — Заказчик хочет поиграть с жертвой и присутствовать во время убийства. Детали попросил не раскрывать, если захочет — сам вам расскажет. Монолог начальника был прерван стуком в дверь. В кабинет зашел высокий статный мужчина. На ногах красовались черные кроссовки, темно-синие джинсы с потертостями, серая водолазка и черная кожаная куртка. Лысина и легкая седоватая щетина добавляли его виду некую тревогу. Так явно выглядят какие-нибудь бандиты. Несмотря на внешний вид, было ясно, что он человек вовсе не бедный. Расценки были довольно высокие, потому что считали, что при низких ценах будут убивать кого попало. Но кого это волнует? Если человек захочет, то найдет нужную сумму. Этот мужчина явно был при деньгах — дорогие часы виднелись из-под рукава куртки. — Вот и заказчик, — Павел закрыл папку, подошел к мужчине и пожал ему руку. — Я как раз собрал своих лучших парней. — Прекрасно, — его голос пугал больше, чем его вид. Прокуренный и с хрипотцой, но он прокашлялся и заговорил вполне приятным тоном. — Я могу сам все им объяснить по пути. Тем более девчонку искать не нужно, она уже ждет нас, — на его лице заиграла хитрая улыбка, а в глазах озорной огонек. Похоже это дело забавляло его. — Хорошо, — ответил начальник и положил папку в левую стопку от ноутбука, а затем обратился к подчиненным: — Оружие у вас с собой? — уточнил он и, увидев кивок, указал на заказчика. — Тогда можете следовать за ним. Всю дорогу от офиса мужчины шли молча, впереди был заказчик, а за ним плелись наемники. Солнце было скрыто за серыми облаками, а холодный ветер пробирал до самых костей. Наемники были закалены, поэтому особого холода не ощущали, в отличие от заказчика. Он сунул руки в карманы и сжал плечи. На парковке было несколько машин, которые мужчины знают и лишь одна выделялась: белая Тойота. Арсений не особо разбирался в автомобилях, моделях и прочей лабуде. Он знал только свою машину и этого было достаточно. Белая Тойота была внушительных размеров, когда задняя дверь открылась, то наемники увидели целых три ряда. Они решили сесть по двое, оставив пассажирское место у водителя свободным. Кожаный салон цвета слоновой кости приятно пах то ли лимоном, то ли еще чем-то цитрусовым. Арсений и Сережа сели вместе на третий ряд, другие двое пристроились затем на втором. Когда все сели на свои места, заказчик завел машину и выехал с парковки. — Итак, ребята, — обратился он к ним через зеркало заднего вида. — Можете называть меня Фил. Задание будет таким: трое из вас должны стоять в разных точках леса, образуя треугольник. Ваша задача — не дать девке выйти за пределы вашей зоны. Как только услышите, что она подбегает к вашему участку, то стреляйте в воздух. Она привязана к дереву, поэтому пока трое будут занимать свои позиции, оставшийся развяжет ее и молча вернется к машине. Если она побежит за вами, то стреляйте в ногу. Я буду стоять у машины и пущу квадрокоптер над лесом. Вот, — Фил достал из бардачка коробку и протянул ее назад. — Здесь микронаушники, я буду говорить вам в чьей она зоне: первая, вторая или третья. Сами там разберитесь кто каким будет. Все остальное решим на месте, — закончил он, но взглянул на незакрытый бардачок и увидел пакет. Фил взял его, закрыл бардачок и протянул наемникам. — Вы будете работать в бахилах, поскольку тело нужно оставить в лесу, а ваши следы некому будет убирать. Наемники лишь молча кивнули и, раскрыв коробку, взяли себе по одному микронаушнику. Бахилы они решили надеть только по прибытии на место. Вообще, они чувствовали себя немного неуютно, поскольку подобного рода задания не практиковались, все работали индивидуально. Положиться на коллегу, конечно, могли, но все же предпочитали одиночную охоту. У каждого свой подход: кто-то любит поиграть, кто-то убивает сразу. Здесь нужно все совместить. Сергей и Арсений договорились, что будут ответственны за первый и второй участок, о чем сообщили коллегам. С ними Попов пересекался не часто, но знал их имена — Артем и Максим. У первого, как и у Арсения, была бретта, а вот у второго странная прическа — по бокам немного волос, зато на макушке ураган какой-то. Их милые мордашки вовсе не сочетались с видом деятельности, но они этим пользовались. Зачастую, в качестве жертв, им предлагали девушек, а те велись на слащавую внешность. Между собой они решили, что девушку пойдет развязывать Артем, на его обворожительную улыбку велись очень часто, а он этим и пользовался. Спустя полчаса машина остановилась в лесу, Фил вышел из машины, наемники последовали его примеру. Они надели бахилы и подошли к заказчику. Он достал бумажную карту и расположил ее на капоте автомобиля. На карте был изображен лес и три красных круга, если соединить которые, получится тот самый треугольник. В центре стояла жирная черная точка — девушка. Заказчик объяснил парням как добраться до каждого участка и попросил надеть микронаушники. После проверки, прошедшей удачно, трое отправились на свои позиции, а Артем остался с Филом. Мужчина достал из салона квадрокоптер, но у него не получалось его настроить. Благо наемник разбирался в технике и помог. Лопасти закрутились и устройство поднялось в воздух, а на планшете появилось изображение. Мужчина кивнул наемнику и указал на глубь леса. Повторять не пришлось, Артем отправился к девушке. Он запомнил примерное местоположение и шел туда, через минуту он услышал женские стоны. После пятиминутного блуждания среди деревьев, наемник все же нашел привязанную юную девушку. При виде человека, она начала брыкаться и скулить, словно собачка, которая увидела своего хозяина после разлуки. Она была совершенно босая, из одежды на ней только грязное белое платье, похожее на сорочку и растрепанные волосы. На лице разводы от туши и красные от слез глаза. Артем мило ей улыбнулся и присел рядом, чтобы развязать ее руки, а затем и снять импровизированный тканевый кляп. Пока девушка терла руки и пыталась встать, Артем уже развернулся и шел в сторону заказчика. — Подождите! — закричала девушка, не успев встать. Ноги от длительного пребывания в таком состоянии затекли и не держали ее. — Помогите, меня похитили! — она скорее скулила, чем кричала. Когда ей все же удалось встать, она сделала несколько шагов в сторону наемника и наступила на ветку, что отразилось на ее лице гримасой боли. В этот момент ее не смущало, что в лесу появился какой-то парень, что он ее развязал без слов, так еще в бахилах ходит. Сейчас все ее мысли были лишь о спасении. Но стоило спасителю повернуться к ней, так он достал пистолет и, как ему сказали, выстрелил ей в ногу. Все это видел Фил, поскольку квадрокоптер летал над ними. Девушка закричала от боли и поняла, что это не спаситель, а убийца. Жить хочется, поэтому она начала двигаться в противоположную сторону, с простреленной ногой это было трудно, но скачок адреналина притупил боль и она перешла на медленный бег — в сторону второго. Квадрокоптер взлетел повыше и направился в том же направлении. Листвы на деревьях почти не было и открывалась почти полная картина происходящего. Когда девушка была в нескольких десятков метрах от Арсения. — Второй, — прозвучал голос Фила в микронаушнике, и Попов сделал выстрел в воздух. Жертва вздрогнула и побежала налево. «Кошки мышки» наоборот продолжались минут двадцать, было совершено более семи выстрелов в воздух. Парни двигались вдоль своего участка по приказу заказчика, пока девушка медленно теряла рассудок. Вся надежда на выживание начала пропадать после третьего выстрела, она поняла, что окружена и ей некуда бежать, но сдаваться просто не могла. В ее работе необходима решительность и борьба до последнего издыхания. Она все еще не понимала за что с ней так и где она провинилась, но ответ лежал на поверхности. Силы иссякли, боль начала усиливаться. Девушка без сил рухнула на землю и разрыдалась, да так громко, что это прошлось множественным эхом по лесу. Фил отдал приказ всем вернуться к машине, а сам отправился к ней, прихватив с собой Артема. Наемник подошел к девушке и присел рядом. Она лежала в позе эмбриона, держась за простреленную ногу, ее лицо было закрыто волосами, в которых виднелись небольшие листочки. Артем убрал волосы с ее лица и провел пальцем по щеке, коварно улыбаясь. Такой жест заставил девушку вздрогнуть, но сил отодвинуть голову у нее не осталось вовсе. Фил попросил наемника сделать выстрел в голову и прикрыл уши, все же к таким громким звукам он не привык. От выстрела все птицы одновременно взлетели вверх, заставляя ветки содрогнуться. — Странный чувак, — подметил Сергей, прокручивая в руке микронаушник. — Да, есть такое, — согласился Максим. — Да ладно вам, — ответил Арсений и махнул рукой. — Мы получили хлеба, а он зрелищ. Все остались в плюсе. — Пока никакого хлеба мы не получили, — колко сказал Сергей. — Получим, не переживай, — заверил Арсений. В их сторону шли Фил и Артем и о чем-то разговаривали. Когда заказчик подошел к машине, то поблагодарил парней и пожал им руки. Он предложил подвезти их обратно, а наемники были только рады этому. Бахилы были грязные, а пачкать салон не было желания, поэтому каждый по очереди сел на сидение, снял их и занял свое место, на котором сидел по пути сюда. Если по дороге в лес в машине была небольшая напряженность, то сейчас играла ненавязчивая музыка и шел непринужденный разговор, в ходе которого заказчик и рассказал кто эта девушка. Дочь Фила, Виктория, занимается балетом и мечтает сыграть Одетту и Одилию, но она была лишь запасным вариантом. Это разрушало девушку, в буквальном смысле. Виктория почти не ела и все время тренировалась. Бывали случаи, когда она просто падала в обморок от истощения, она не отступала от своего и боролась до последнего. У Фила сердце не выдерживало наблюдать за страданиями девушки, а договориться с хореографом невозможно, чертов святоша. В мире балета все жестко — выхода другого не было. Зато теперь его любимая дочь может немного расслабиться. Фил надеется, что Виктория не станет задавать лишних вопросов. — Спасибо, ребята, за работу, — сказал заказчик, остановившись на парковке. Из бардачка он достал четыре белых конверта и протянул их наемникам. В ответ они лишь кивнули и вышли из машины. Максим и Артем, попрощавшись с коллегами, направились к своим авто. — Может, выпьем сегодня? Как в старые добрые, — предложил Сергей. — Я не… — Арсения прервал телефонный звонок, на который он так не хотел отвечать. Его рабочий день и так закончен, а тут… Эд? — Да? — Ты вчера просил пробить номерок, — настороженно сказал координатор. — Было такое. Что-то случилось? — Зайди ко мне и посмотри сам, — ответил Эд и сбросил трубку. — Выпьем после визита к Эбонитовому, — проговорил Арсений уже по пути к зданию. Сергею ничего не оставалось как следовать за коллегой. Чувство тревоги постепенно охватывало Арсения, ему была ненавистна такого рода недосказанность. В чем проблема сообщить что-то важное по телефону? Почему все используют излюбленную фразу «это не телефонный разговор»? Какой тогда телефонный? На эти вопросы Попов никогда не найдет ответы, потому что люди привыкли видеть реакцию других на ту или иную новость. Арсению моментами не хочется никого видеть, не то что слышать. Но все же он надеется увидеть что-то стоящее, иначе для чего было звать в кабинет. Вошел наемник без стука, за ним прошел и Сергей, они подошли к столу Эбонитового. Тот лишь молча указал на красную точку на карте, находящуюся за чертой города. — Твою мать, — прокомментировал Арсений. Он достал телефон и набрал Антона, гудки шли, но ответа не следовало. После третьей неудачной попытки наемник продолжил: — Не думаю, что он там по своей прихоти. Эд, скинь мне координаты, а ты, Серег, выручай.

***

Разговор с отцом выдался продуктивным, долгим и выматывающим, но Антон получил ответы на многие вопросы и был рад откровенности и заинтересованности отца. Прошла только половина дня, но за это время Шастун пропустил через себя всю свою жизнь с нового взгляда — со стороны Андрея. При всей открытости, смелости покурить при отце у Антона не было, поэтому он решил побродить по дворам и выкурить сигарету. Напрочь позабыв о предупреждении Андрея, он не видел опасности в данный момент. Дворы сменялись, как и сигареты. Антон прошел почти целый квартал и решил выйти в сторону метро. На удивление, улица пустовала, но он не заострял на этом внимания — все мысли были о прошедшем разговоре и как на душе стало легче, но с этим и труднее. На место старых вопросов пришли новые, которые не успели сформироваться. Антон впервые за несколько десятков метров увидел человека и облегченно вздохнул, но зря. Мужчина в сером спортивном костюме и черной шапке стремительно шел на него, перебирая пальцы, на которых находился кастет. Реакция, обычно, у Шастуна хорошая, но сегодня что-то не у всех дела идут хорошо, поэтому следующее, что он почувствовал — грубый удар в скулу, от которого он потерял равновесие и упал. Удар головы о каменистый асфальт и вовсе отключил его. Мужчина, осмотревшись вокруг, чтобы убедиться в приватности ситуации, подхватил Антона под плечи и потащил к небольшому фургону. Он открыл дверцы кузова и затащил туда парня, рядом лежали разные инструменты, включая наручники и разные тряпки. Шастуну завязали рот тканевым кляпом, и нацепили наручники на запястья за спиной. Он лежал в неестественной позе, по лицу текли струйки крови от удара. Мужчина использовал не всю силу — был риск сломать челюсть, а если промахнуться в висок, то и вовсе убить, но паренек нужен ему живым. Похититель закрыл дверцы и сел в салон. Антон очнулся в сидячем положении на стуле, голова жутко болела, а глаза отвыкли от света и покалывали при попытке открыть их. Он попытался протереть их, но руки были скованы за спиной, а ноги привязаны к ножкам стула. Первое, что испытал Антон — паника. Отец предупреждал его, но Шастун не думал, что все настолько серьезно. Осмотрев помещение, он сделал вывод, что это заброшенное здание и нет смысла кричать — рядом ошиваются лишь бомжи или подростки, а вопль не призовет их на помощь, только отпугнет. Обернув голову, Антон заметил, что там стоит пыльный диван с деревянным журнальным столиком. Слева располагались коробки с неизвестным содержимым, справа пустая серая стена с дверью, а напротив еще один стул, спинкой к нему и… Штатив с камерой? Его пытку будут записывать? От этой мысли холодок прошелся по спине. Дверь распахнулась и в комнату зашел тот самый мужчина. Только сейчас Антон разглядел его лицо: темные глаза контрастировали с синяками под ними, широкий нос прибавлял его виду придурковатости, пухловатое лицо и отталкивающая улыбка, с которой он походил на психа. Хотя какой нормальный человек будет похищать другого и снимать на камеру? — Очнулся, — констатировал мужчина и сел напротив Антона, расставляя ноги по обе стороны стула, расположив руки на спинке. Он провел пальцем по рассеченной скуле парня, от чего тот встряхнул головой и отвернулся в сторону. — Какой дерзкий, — нежно сказал похититель, и развернул лицо Шастуна к себе за подбородок. — Веди себя прилежно и твое личико не пострадает, — на лице заиграла та самая отвратительная улыбка, которую так и хотелось стереть с его физиономии. — Да пошел ты, — Антон плюнул ему в лицо, за что получил смачную пощечину и едва не упал щекой в пол, рука мужчины быстрым движением спасла его от падения. — Я неясно выразился? — ему надоело играть раз правила никто не соблюдает. Мужчина включил камеру, которая снимала только Антона и встал за ним так, чтобы его лицо тоже было в кадре. — Здравствуй, Андрей, — он помахал рукой в объектив. — Давно не виделись. У меня тут паренек какой-то случайно оказался. Не твой случаем? — похититель положил руки на плечи Антона и скорчил смущенное лицо с надутыми губами, словно ребенок выпрашивающий сладости. — Помнится ты мне должок торчишь, а возвращать не торопишься. Пусть твой отпрыск будет мотивацией, — он достал перочинный ножик из заднего кармана, вытащил лезвие и провел по правой щеке Антона, оставляя на ней кровавую полосу. От этого действия Шастун зажмурил от боли глаза, в которых уже скапливались слезы от безысходности ситуации. Капля крови скатилась по щеке и упала на куртку Антона, но сейчас чистота — последнее о чем переживал парень. Похититель подошел к камере и закончил запись, он покрутил камеру в руке, а на лице так и читалось «какой же я молодец». — Никуда не уходи, я скоро вернусь, — бросил мужчина у двери, а затем засмеялся со своей же шутки и закрыл дверь, оставляя Антона наедине со своими мыслями и побеге. Подобных фильмов он смотрел не много, поэтому придется импровизировать. Попытка встать оказалась безуспешной, он напрочь забыл о связанных ногах, а прыгать в таком положении было опасно — можно упасть лицом в пол и разбить его к херам. Время тянулось, мгновения казались часами, ноги гудели, чесались лопатка и кончик носа, волосы так и лезли в глаза. Он не знал сколько прошло с того момента, как мужчина покинул комнату, его уже клонило в сон, но тут он услышал какой-то переполох за дверью. Страх вернулся с новой силой, руки начали дрожать. Дверь открылась резко, в проходе стоял невысокий парень с черной щетиной и странным хвостиком на голове. Он не стал задавать лишних вопросов, молча отвязал Антона и, достав из волос шпильку, освободил запястье от оков наручников. Шастун продолжал сидеть в немом страхе и непонимании происходящего. — Чего сидишь? Пойдем, — мужчина взял Антона за руку, как ребенка, и потянул за собой на выход. В ушах звенело от паники, его вели по каким-то коридорам и ему даже показалось, что звучит голос Арсения, но разобрать слова он не смог. Сергей вывел его на улицу и посадил на переднее сидение в машину Попова, которую Антон сразу узнал и почувствовал облегчение. Это было спасение, а не еще более ужасающее похищение. Матвиенко приказал оставаться в машине, а сам вернулся в здание за коллегой. Он шел на звук ударов и отборного мата. — Если ты, сука, еще раз посягнешь на чужое, то последнее, что ты увидишь — дуло пистолета, направленное в твою уебскую физиономию, — реплика была прерывистой, удар следовал через каждые несколько слов. Он был готов убить этого мудака. — Воу, воу, успокойся, — Сергей схватил Арсения за плечи и потянул назад. — Там паренек в машине уже, ты нужнее будешь там, чем здесь. Слова коллеги вернули рассудок и Попов, вытерев костяшки о собственные штаны, отправился на выход из здания. Появляться с кровью на руках перед Антоном, который пережил такое — не самый лучший вариант. Сергей бросил последний взгляд на похитителя, лицо которого было сейчас кровавым месивом, хмыкнул и последовал за Арсением. Пока Антон сидел в машине перед глазами мелькали разные эпизоды жизни. Только в этот момент пришло осознание, что его могли просто убить. Он не успел попрощаться с матерью, не успел окончить университет, не успел обрести счастье. Ему всегда казалось, что такое бывает только в кино или с другими. Сколько показывают ежедневно репортажей про похищенных, убитых, избитых и это никогда не вписывалось в картину мира Антона. Мать учила видеть во всем только хорошее и помогала надевать розовые очки, но так и не сказала когда их нужно снимать, не сказала, что на какие-то события или людей стоит смотреть с другой стороны, не через призму своего яркого мира. Очки вросли в кожу, проникая в мозг и блокировали чувство страха и самосохранения. Он спокойно заходил в лифт с любыми людьми, мог гулять в неблагополучном районе поздней ночью. Опасности не существовало, он закрылся в своем радужном мире и видел только яркое солнце, летающих бабочек и слышал щебечущих птиц. Антон смотрел только в эту сторону, не обращая внимания на хаос за спиной и сейчас он обернулся. Стекла очков треснули, раскрывая всю картину мира, где есть место не только солнцу, но и серым тучам, предвестникам трагедии. Арсений поблагодарил Сергея за помощь и пообещал, что они обязательно еще посидят вместе, как в старые добрые, но сейчас он нужен Антону. Никакой обиды и осуждения не последовало, Матвиенко все прекрасно понимал, пожелав удачи и сев в свой автомобиль, он уехал. Попов подошел к машине со стороны Антона, открыл дверь и наклонился к парню. Он уже собирался что-то сказать, как Шастун потянулся и обнял его. Тело содрогалось, а плечо покрывалось каплями слез, стекающих по щекам Антона. Осознание происходящего накрывало с каждым мгновением все сильнее, он не сдерживался. Такое поведение пугало Арсения, он не задумывался о чувствах жертв в подобных случаях, но сейчас была необходима поддержка. Вспомнив всевозможные успокаивающие слова, он понял, что они тут не помогут. Простое объятие и поглаживание по спине будут иметь больший вес, чем слова. Тем более, сейчас Антону они не нужны, ему нужна поддержка в виде человека рядом, который только одним своим присутствием будет заставлять чувствовать себя в безопасности. И таким человеком для Антона был Арсений, с ним было уютно и безопасно. Антон был уверен, что с Арсением он не пропадет, а сейчас он в этом буквально убедился. — Я не хочу домой, — прошептал Антон, все еще в объятиях Арсения. — Поедем ко мне, — ответил Арсений и немного отодвинулся от парня, посмотрел ему в глаза и нежно улыбнулся, буквально говоря этим, что теперь все будет хорошо. Он вытер слезы с лица Антона, которые вот-вот упали бы на его штаны. Салон в машине Арсения был черным, поэтому вся грязь с одежды Антона отпечаталась на сидении и коврике, но сейчас это было последней проблемой, о которой даже думать в такой момент было не к месту. Арсений пристегнул Антона, обошел машину и сел за руль. Он не знал какая музыка подходит в такой момент, поэтому настроился на радиоканал, который транслировал только классику. Шастун догадывался почему Попов не может ездить в тишине и сейчас был этому крайне рад. Антон и не догадывался насколько далеко он был от города, потому что они едут уже больше сорока минут и только виднеется знак с названием города, а глаза слипаются. Взгляд метнулся к бортовому компьютеру, который показывал время — без десяти минут пять. Вот и выспался, вот и отдохнул перед учебной неделей. Мысли уже не слушаются, хаотично перекликаются отголосками в голове, а веки тяжелеют и с этим сложно бороться в таком истощенном состоянии. За день он съел несколько печенюшек у отца, а организм нагружен так, что желудок был готов переварить сам себя от такого количества потраченной энергии. Под «пляску смерти» Антон все же уснул. Арсений начал переживать, когда Шастун перестал шевелиться, но тут же успокоился, увидев как поднимается и опускается грудь. Попов до последнего отрицал такой исход событий, он и представить не мог, что Антон окажется в такой ситуации, но был рад своему умению думать наперед. Если бы он вчера не попросил координатора пробить номер, то кто знает что случилось бы с Шастуном. Думать о таком и не хочется, поэтому он сконцентрировался на «Весне» Вивальди. Когда Арсений заехал на парковку перед домом, солнце уже скрылось за горизонтом и его роль забрали уличные фонари. Он аккуратно дотронулся до Антона, чтобы разбудить его. Для него все было как в тумане, смутно помнит как вышел из машины, как доехал на лифте и как оказался за столом на кухне с тарелкой яблочных долек и кружкой ромашкового чая перед собой. Антон и не заметил, что все это время Арсений обеспокоенно смотрел на него. — Я бы приготовил что-нибудь, но это займет много времени, а тебе нужно поесть и отдохнуть, — сказал Арсений и положил руку на плечо Антона. — Все в порядке, — ответил он и, съев одну дольку спросил: — У тебя, случайно, нет меда? Арсений улыбнулся и достал небольшую баночку меда, не забыв прихватить ложку. Антон завороженно наблюдал как тонкая струя покрывала яблочные дольки и задал вопрос, который казался самым очевидным: — Как ты узнал где я? Если я тебе расскажу мои тайны, ты взглянешь на меня по-новому. — Я не мог дозвониться, мой друг, с которым я приехал, разбирается во всей этой технике. Отследил твой телефон и испытал тревогу, — противно от собственных слов, пропитанных грязной ложью, но другого выхода нет. — Не знал, что так можно, — отстраненно ответил Антон и поверил. Трещины на стеклах начали исчезать, словно заживающая царапина в ускоренной съемке. Его тошнило от послевкусия этого дня и в тарелке осталось несколько нетронутых долек. Антон отправился в ванную, чтобы смыть с лица и рук воспоминания, мозг промыть невозможно. Когда он вышел из комнаты, рядом с дверью стоял Арсений, а в руках были штаны и футболка. Такими темпами он лишится половины гардероба, ну и пусть. Свет в квартире уже был везде выключен. Антон поблагодарил его и, взяв вещи, ушел в спальню переодеться. Свои вещи он положил на банкетку и сел на кровать. Сил не было ни на что. Антон лег в кровать и укрылся одеялом, но что-то не давало ему покоя. Привстав, он осмотрел комнату в поисках чего-то нужного, но это нужное было в гостиной. — Арс! — позвал его Антон. Энергии не хватило даже на полное имя, но и такое сокращение казалось допустимым. — Да? — он открыл дверь и уставился на парня. — Можно я лягу спать? — Конечно, тебе нужно отдохнуть, — на лице появилась нежная улыбка. Что-то он очень часто улыбается с этим пареньком. — Я постараюсь не шуметь, — добавил он и начал закрывать дверь. — Постой! — Антон протянул руку в сторону Арсения, но тут же опустил ее. — Я боюсь остаться один… Не мог бы ты… Просьба осталась незаконченной, потому что Попов на середине понял, что от него хотят. Он зашел в комнату и лег рядом с Антоном. — Так лучше? — спросил Арсений, лежа на спине и смотря на Антона, который повернулся к нему лицом и поджал колени к груди. — Да, спасибо, — тихо ответил Шастун. Сам Арсений не чувствовал усталости, но было так спокойно и он закрыл глаза, утопая в собственных мыслях. Сквозь темные тучи разума прорвались первые, за долгое время, лучи солнца — рука Антона покоилась на груди Арсения.