Разбитые

— Пока отец будет разбираться с твоими землями, тебя туда не допустят. — коротко проговорил Рома. — Поэтому мы будем жить в Москве, вернее, в области. Это близко к основному правительству и это центральная часть страны. — Будто у меня есть выбор, где жить. — Алиса прошла за ним в дом, бурча себе под нос обидные слова в адрес Романа. Нарисовался тут, ходит весь такой важный, серьезный, да что он понимает? Как только возможность появится, так она этому красному между ног напинает, чтобы жизнь сладкой не казалась. А то, чего только у неё всё плохо, пусть он тоже помучается. Да и, он вроде сын Савелия Морозова, сын того, кто унизил и издевался над её отцом, его можно и в заложники взять, чтобы этот Савелий понял, как это больно, потерять семью. От вида своего мертвого ребенка он точно будет страдать. Немка довольно улыбнулась сама себе. — О чем ты думаешь с такой довольной улыбкой? — спокойно посмотрел на неё блондин. — О том, какой красивый дом. — ещё раз улыбнулась она, обнажая острые маленькие клычки. Морозов внимательно посмотрел на неё, от чего девушка смутилась. — Врешь. — коротко ответил он. — О том, что мне не нравится Москва. — парировала она. — Снова ложь. — немного напрягало, что у этого парня такое холодное лицо. — Ам…об отеле…? — попытка не пытка. — Алиса, это тоже ложь. — уверил её Морозов, от чего девушка зло взглянула на него, дёрнув губами. — О том, как классно будет перерезать тебе глотку и кинуть твое бездыханное тело под ноги твоему папаше. — резко высказала она. Рома не смутился, даже не испугался, что только больше нервировало. — Какая жестокость с твоей стороны. — заключил он. — Ты можешь попытаться, но я буду сопротивляться. — он развернулся, проходя дальше по коридору. — Нас ждёт уборка. — Чекнутые русские. — потрясённо прошептала Хоффманн, проходя за парнем. — Чего? Какая ещё уборка? — Обычная. — кивнул ей Роман. — Я же дочь фюрера. — усмехнулись она. — Тем более альфа. Уборка это удел подданных Бет, да это в принципе удел этих…прислуги в общем. — Я сын СССР, главы государства, это буквально примерно твое положение в стране, только лучше. — пожал плечами Рома, смотря на то, как она отводит взгляд в сторону. — Это положение только больше подтверждает, что такие как мы не должны жить в пыли и грязи, а должны показывать все свои лучшие качества. — Мыть полы это показатель не силы, а…позор. — шикнула она. — Мыть полы, это просто налить воды в ведро, смочить в нем тряпку и провести ей по полу, а позор, это то, что сделал твой отец. — коротко проговорил русский. — Слушай сюда, сволочь… — зло начала брюнетка, скаля зубы. — Ты выражения то выбирай, иначе я тебе лицо подправлю. — Ты даже пол помыть не можешь. — скептически вскинул брови Рома. — Начни с тряпки. — Да я тебе эту тряпку в рот запихаю и через нос достану! — с ненавистью крикнула она, смотря на то, как Рома без интереса разворачивается. — Смочить не забудь. — коротко ответил он ей, скрываясь в дверном проёме. Немного прогулявшись по дому, отмечая планировку, Рома вернулся обратно. — Ты такой хороший надсмотрщик, я бы уже сбежала отсюда раз пять. — посмеялась девушка, смотря на вернувшегося провожатого. — Чего же не сбежала? — вопросительно обернулся на неё он. — Даю тебе поблажку. — гордо улыбнулась немка, поднимая голову к потолку. — Или же понимаешь, что если сбежишь из дома, то придется бежать через лес и территорию СССР к отцу, который взаперти. — пожал парень плечами. — Я убегу к своему брату в Германию, и мы вместе избавимся от вашего гнёта. Вся Европа нам поможет, и не только, они заберут меня. — зло посмотрела она на блондина. Тот устало выдохнул, покачав головой. — Бестолковая. — коротко произнес он. — Если хотели, сразу бы тебя к себе забрали. — Так это ваш ВеЛиКиЙ Савелий Морозов меня украл. — возмущённо взмахнула она руками. — Сама то в это веришь? — взгляд его холодных глаз внушал неуверенность в своих словах, от чего девушка напряглась. — Страна, что понесла огромные потери в живой силе и до сих пор несёт экономические потери из-за этой войны сможет такое провернуть? Бесспорно, твои территории хорошая награда, но она того не стоила. Для европейцев мы тонущий корабль, который уже не нужно забивать, он сам пойдет ко дну. Так что же такой немке как ты делать на этом корабле? — она промолчала. — Тебя просто выбросили и все. Отец не поможет, брат станет следующим правителем, а ты была лишней. — Замолчи. — сжала она кулаки. — Да не просто выбросили, а в самое опасное для тебя место. Одну. В СССР. Не слишком ли? Даже если надумаешь сбежать, с тобой расправляться в первом же поселении поблизости. Немцев теперь тут на дух не переносят, слишком большой осадок остался. — Алиса опустила голову. — Так что советую тебе держаться меня, иначе может случиться много непоправимого. — Да что ты знаешь?! — она отчаянно закричала, заставляя русского замолчать, чувствуя как голова кружится. — Меня не бросили, ясно тебе! Не бросили! — Ясно. — кивнул он, замечая, как в уголках её глаз начинают скапливаться слезы. Он лишь шикнула, убежав куда-то наверх и Рома решил, что лучше даст ей время побыть одной, а потом извиниться перед ней за излишнюю грубость. --- — Полы моешь? — Рома обернулся на девушку, она выглядела лучше, но глаза были немного красными. Видимо плакала. — Да. — спокойно ответил он. — Я протер пыль везде и немного прибрался, остались только полы. — Вот и мой дальше. — прошипела она. — Не хочешь помочь? — девушка посмотрела на него презрительным взглядом, но затем лишь фыркнула, все же подойдя к парню. — Можешь просто постоять рядом, начинать нужно с малого. — он выдохнул. Немка обратила внимание на то, что он снял пиджак, от чего выглядел менее крупным. Да, он вреде бета ведь, верно? Определенно не альфа, её брат намного крупнее этого русского. — Я не хотел обижать тебя, но и строить облачные надежды тоже не надо. Положение дел не всегда оказывается таким розовым, как ты его себе представляешь. — Давай уже перестанем об этом. — отвернулась Алиса. Как бы ей не хотелось, Рома отчасти был прав. Никому нельзя доверять. У неё есть семья и этого достаточно. Ей нужно было подумать в тишине и понять, что делать дальше после этих слов. Было ясно только одно, здесь ей точно не безопасно и чем быстрее она избавится от этого русского контроля, тем для неё и её семьи будет лучше. А как сбежит, так освободит отца и они с братом смогу все исправить, обязательно смогут. Она рассчитывала только на себя, но…была одна надежда, в которую она очень хотела верить. Если она найдет своего отца и попытается уговорить его помочь…может, он что-нибудь сможет сделать. Папа редко рассказывал о нем, а сама Алиса ничего не помнит. Поэтому, все, что ей известно, это то, что это страна и это омега. Все. Если она найдет его, он обязательно должен помочь, хоть он и бросил их…может, что-то поменялось? Может он сам…изменился? Пока она здесь, нужно найти его, с этого она начнет. Вторым шагом будет избавляться от Ромы и продумать план побега. Брюнетка внимательно взглянула на Морозова, что сосредоточенно домывал пол. Он сам сказал, что она никому не нужна, так значит…он не так важен для отца и его просто отправили подальше от власти. В общем, избавились. Поддержки у него не будет и это будет проще простого. Она ухмыльнулась своим мыслям. Сначала завоюет его доверие, а затем избавиться. Папа будет ей гордиться. --- — Фух, наконец-то закончил с этими детьми. — довольно проговорил Ноян, устало потягиваясь. Какие они громкие, их слишком много, но лучше пусть Мирослава поспит, чем будет с ними снова сидеть. Направившись в свою комнату, он прошёлся по коридору своим обычным маршрутом, однако, для него стало удивлением, что на этом маршруте есть лишние препятствия. — Ой. — он неудачно врезался в чью-то грудь, удивлённо оборачиваясь и поднимая голову. Перед ним стоял парень. Лицо у него было вытянутое, немного грубое. Волосы темно синие, почти черные прядями свисали на правую сторону лица, едва прикрывая глаза. Губы рассечены с правой стороны. Глаза миндалевидные, темные как пропасть. Брюнету стало как-то не по себе от этого, захотелось побыстрее сбежать. — Извините. — Простите. — почти сразу с ним ответил этот парень. Точно, Ноян вспомнил. Отец говорил перед отъездом, что помимо детей будет и кто-то их возраста, наверное, это он. Вроде спокойный, но все равно как-то неловко. Этот брюнет его так рассматривал, словно взглядом прожигал. Он поднял руки, потянувшись к его голове, поправляя шелковистые волосы, заставляя казаха удивиться, а затем взял маленькие золотые крылышки, массируя их пальцами. Ноян испуганно застыл, чувствуя приятные прикосновения, чувствуя, как тело наполняется жаром, а из горла рвется крик. — ААААААААА!!! — он тут же отскочил, зло и испуганно посмотрев на удивлённого парня, что видимо тоже смутился. Казах зажал крылышки руками, лицо его было красное, а глаза слезились. — Ты что творишь?! — зло влетел Богдан в коридор, одергивая брата и вставая вперёд, зло смотря на парня. Мирослава подхватила казаха, прижимая к себе, холодно осматривая спорящих. — Что он сделал? — тихо шепнула она Нояну, что до сих пор прижимал крылья руками к голове, прячась в объятиях сестры. — Он…он трогал м-меня. — зажато произнес казах, смотря в пол. — Я не… — замялся брюнет, замечая на себе жестокий взгляд Богдана. — Слушай сюда, — прошипел шатен. — руки свои себе в жопу запихай. Ещё раз позволишь себе такое, я тебе их лично отрублю и заставлю сожрать. Больше чтобы я тебя возле него не видел! — Извините. — коротко шепнул парень, кажется ещё щеки покраснели от стыда и он все же развернувшись, ушел. — Тц, будет он мне ещё. — посмотрел ему в спину презрительным взглядом Богдан, а затем тут же обеспокоенно обернулся на брата. — Ты как, в порядке? — Я…да, вроде того. — замялся Ноян, кажется понемногу расслабляясь. — Не сделал больно? — помогли ему встать родственники. Богдан так злился лишь потому, что прекрасно знал, несмотря на то, что Ноян бета, на его теле есть особенное место, а вернее, два. Маленькие золотые крылышки, едва торчащие из-под бурых волос. Такие интересные дополнения чаще существуют у рождённых омегами, но бывают и исключения. Они сразу бросались в глаза, но это было слишком интимным местом, чтобы каждый мог к нему прикасаться так просто, он им то не всегда разрешает их трогать, а тут какой-то незнакомец почти просто взял и так бесцеремонно облапал его. — Нет, все…все хорошо. — неловко промямлил казах, улыбнувшись. — Пойдёмте уже в постели, время позднее и нам всем нужен отдых. — устало выдохнула Мира. На этом и решили, поэтому, посидев немного с братом, пока тот не уснет, они оба побрели до своих спален. — Я скажу завтра об этом отцу, он что-нибудь предпримет. — Если ему не будет плевать. — усмехнулся Богдан. — Ему не плевать. — поразилась Мирослава. — Он заботиться о нас. — Мира, ты смеёшься что-ли? — недовольно посмотрел на неё шатен. — Он все время на работе, все время, а на нас он забил. — Он работает, чтобы нам лучше жилось, сейчас он нас содержит. — зло проговорила девушка. — Прояви уважение, после войны ему и так плохо, мы должны поддержать его и помочь ему, а не бросить. Он же нас не бросил в трудную минуту. — она внимательно поглядела на смутившегося брата. Тот все же выдохнул, принимая её мнение. — Ладно, может ты и права. — кивнул он. — Вот и хорошо, Даш, мы семья, мы всегда будем стоять друг за друга. — улыбнулась она ему, потрепав по волосам. — Спокойной ночи, я люблю тебя. — он улыбнулся, услышав эти теплые слова. Стало намного легче. Сестра права, они должны поддерживать друг друга. --- — Ты куда? — скучно спросила у парня Алиса. Тот легко поправил свитер, игнорируя её. — Эээй, куда ты собрался? Бросишь меня в этой глуши одну? — Я пойду в магазин, за сигаретами. — коротко ответил ей Рома. — Не видела, чтобы ты курил. — подозрительно посмотрела она на блондина. — Я редко курю, но всегда держу запас на всякий случай. — пожал он плечами. — Это на какой такой ещё случай? — удивилась девушка. — На всякий, вот например, вдруг кто-нибудь умрет. — сказал это с таким невозмутимым лицом, что брюнетке аж поплохело. — Ты. — съязвила она. — Или ты. — коротко ответил он ей, сверкнув своими серыми холодными глазами. Молчание слишком затянулось. — Я с тобой иду. — внезапно выдала немка, резко начав собираться. — Зачем? — спокойно спросил её Рома. — За таким психопатом как ты глаз да глаз нужен. — проворчал она, подходя ближе и выходя первой за дверь. — Напомню, что это не у меня психованные родственники. — пожал плечами блондин, выходя следом. — Ой, пошел ты. — Алисе даже смешно иногда становилось. Они часто устраивают перепалки в таком роде, что они уже не кажутся столь обидными. Рома ей не ответил, поэтому пришлось идти молча. Уже скоро темнело, поэтому нужно было добраться до ларька раньше, чем солнце совсем сядет. Навряд ли они потеряться ведь дорога практически прямая, вдоль проезжей части, между полей. По ней редко кто проезжал, поэтому волноваться было нечего. Алиса обернулась, поразительно вглядываясь в даль. Золотые колосья слегка трепал приятный ветерок, что обдувал её румяные щеки. Так далеко солнце видно, словно яблочко, оно закатывается за горизонт, а вокруг только облака и целое небо над головой. Грудь наполнилась воздухом, словно дышать стало легче. Как однако же тут было красиво, раньше она ничего такого не видела, никогда. — Ну ты идёшь дальше то? — остановился Роман, оборачиваясь. — А…да. — заторможено произнесла она, едва отрываясь от закатного огня. Тут же подбежав к нему, задумчиво опустив голову. — Никогда раньше такого заката не видела? — спокойно спросил у неё русский. — Нет. — коротко ответила она, не задумываясь. — А тебе какое дело? — Просто спросил. — пожал он плечами. — Красиво, да? — Отстань от меня. — шикнула девушка, отворачиваясь. Дальше шли молча. Вскоре показался придорожный магазинчик. Колокольчик звякнул на двери, когда они вошли. Оказалось, это была небольшая кафешка, со старыми столиками и небольшим ассортиментом. Алиса цыкнула, недовольно оглядывая помещение, мечтая убраться из этой дыры, как её взгляд зацепил внимательные лица людей, что как-то зло её оглядывали, до дрожи в губах. — Беломорканал, одну пачку пожалуйста. — коротко проговорил Рома, спокойно доставая монетки из своего кармана. — Хэй ты, ты ведь немка, да? — он тут же обернулся на грубый мужской голос, пытаясь выискать глазами Алису. — Чего он хочет от меня. — зло проговорила Хоффманн, русский она не понимала, но лицо сделала надменное. — И точно немка. — зло прорычал мужчина. — Я на войне, служил в украинском полку, знаешь сколько наших из-за вас полегло?! А зачем спрашивается?! Чтобы такие как вы сейчас так на меня смотрели! Убирайся, тебе здесь не рады. — Я не понимаю. — смутилась Алиса, она ясно видела, что на неё кричат, но слов разобрать не могла из-за чего начинала злиться. — Как у вас это на немецком говорить? А, точно Verschwinde, Monster! (Проваливай, чудовище!) Девушка гневно подняла свои алые глаза и не успел Рома среагировать, как она тут же ударила мужчину. Блондин кинулся к парочке, разнимая и закрывая Алису собой, выставив руку вперёд перед пострадавшим. — Прошу прощение за её поведение, она не хотела вам навредить, она просто испугалась. — немка зло дернула парня за руку от чего тот шикнул на неё. Ну супер, теперь ещё и Рома на этом русском заговорил, теперь вообще ничего не понятно. — Она меня ударила! — прокричал мужчина. — Ей здесь не место! Она немка! — Я понимаю, мы сейчас же уйдем, хорошо? — коротко проговорил русский. — Уж побыстрее бы. — проскрипел мужик, кажется успокаиваясь. Морозов тут же схватил девушку за руку, потащила к прилавку, забирая свои сигареты, а потом рывком вытащил из кафе, не замечая её сопротивления. — Ты что совсем уже?! — зло вскрикнула она, потирая запястье. — Ты зачем его ударила? — внимательно посмотрел на неё Роман. — Он кричал на меня! Назвал монстром! — прошипела девушка. — Ненормальные русские! Агрессоры одни! И вообще, почему ты его не наказал за такое поведение?! — Послушай меня. — снова дёрнул её за руку русский, строго заглядывая в злые алые глаза. — Он солдат, который воевал на этой войне, что устроил твой отец… — Нет, — шикнула немка. — это твой отец виноват во всем, не будь он таким ничтожеством, моему отцу бы не пришлось делать благородное дело и спасать мир от русской заразы! — Алиса. — она затихла, увидев холодный взгляд серых глаз. Рома немного помолчал, а затем выдохнув, начал. — Этот человек солдат, который вернулся с войны, и всех его друзей убили пришедшие немцы, понимаешь? У тебя есть друзья? — Ну, есть. — настороженно произнесла она, надеясь, что это прозвучало уверенно. — Представь если бы я в один день пришел и убил бы их всех. — продолжал Морозов. — Мои друзья нормальные, а вы угроза всему миру, от вас нужно избавиться. — махнула рукой Хоффманн. — Вы ни на что не способны! — Рома промолчал, внимательно разглядывая её. Он выдохнул, достав сигарету из только что купленной пачки, подмяв концы и зажигая от спичек, закурил, выпуская едкий дым в воздух. — И чем мы хуже вас? — коротко спросил он, смотря в розоватое небо. — Как мы угрожали вам? — Вы бесполезные, жалкие люди, у вас же ничего нет! Мы, развитые страны с технологиями и лучшей жизнью! Вы как бельмо на карте! — посмеялась она. — Понятно. — скинул пепел Рома. — Интересно будет послушать, как такие дураки как мы, выиграли у такой прославленной и умной нации. — Мы ещё не проиграли! — вскрикнула брюнетка. — Вот увидишь, я освобожу отца и найду брата! И тогда мы всех вас перебьем! — Если я не убью твоего отца и брата первым. — спокойно проговорил блондин, затягиваясь. — Это будет помощь миру, они всего лишь сумасшедшие фанатики, убийцы. — Нет это… — смутилась девушка. — Я так считаю, они не достойны жить, я убью их. — продолжал Рома. — Ты не имеешь права так считать! — продолжала кричать Алиса. — Имею. — тут же ответил ей Морозов. — Завтра же закажу личный самолёт и полечу в Германию. Отца твоего буду пытать током, затем задушу, а брату перережу глотку. Сколько крови будет. — Ты не посмеешь… — испуганно произнесла она. — Нет, пожалуйста, не делай этого… — Но это ради спасения мира, Алиса, понимаешь? Они просто не достойны жить. — серьезно продолжал русский. — Рома, пожалуйста… — слезы покатились по лицу. — Больно, да? — внезапно холодно спросил её русский. — Подумай над этим. Вытри слезы и пошли, нам ещё до дома добираться.