Разбитые

— Когда я лежал там, на этом снегу и смотрел в небо, я вдруг понял, что дело было не в немцах, ни в людях, которые призирали меня, ни в отце, вообще ни в ком-либо другом, а во мне. — он продолжал смотреть в небо. — Я сделал свой выбор, но оказался не готов к его последствиям. Сбежать от отца из-за обиды было глупым решением, не вернуться вместе с эвакуацией было глупым решением, полагаться на сказочное чувство всеобщей возвышенности или же черной ненависти было решением ещё глупее. — он выдохнул. — Почему-то я думал, что если сбегу, то станет лучше, но никогда бы не стало, а я всего лишь получил то, к чему пришел. Это было мое решение уйти на фронт, это было мое решение убить товарищей и попасть к немцам и это было мое решение, ублажать их, а не постараться сбежать. — Ром ты не должен взваливать все на себя. — неуверенно посмотрела на него Алиса. — Я и не взваливаю. — он пожал плечами. — после войны я узнал судьбу каждого из них. — И что ты с ними сделал? — внимательно взглянула на него девушка. — Ничего. — коротко ответил он. — Это не я их палач и не мне заносить топор над их шеями. — Что…почему? — смутилась девушка. — Разве тебе не обидно. — Обидно. — прикрыл он глаза. — Это больно, каждый день помнить об этом, но…я ничего не сделал. — Но почему? — Потому что я беспокоюсь о себе. — он усмехнулся. — Жизнь догонит их как и догнала меня, и за свою глупость они будут расплачиваться сами, а я хочу жить дальше, вот и все. — она непонимающе посмотрела на него. — Почему же ты ничего не сказал Марии или Савелию? — вспомнив тот разговор на крыльце, спросила немка. — И что бы я им сказал? — пришурился он. — Прости пап, твой сын сбежал в самый неудачный момент, а ещё он не по девочкам? Он бы мне и ответил, что лучше бы я сдох в этом концлагере. — Не думаю, что Савелий бы так ответил. — неуверенно посмотрела она на парня. — Я тоже так не думал до недавнего времени, но видимо, ошибался. — пожал плечами Рома. Тема с отцом до сих пор его волновала, но сейчас не самое подходящее время. — А что ты… — она намекающие покачала головой. — не разглядел там его характер? Душу? Может…мысли там прочитать? — Я не читаю мысли. — скептически оглядел девушку Роман. — Я всего лишь понимаю людей. Вроде как, — он задумался, чтобы понять, как поточнее ей описать. — я могу понять, что люди чувствуют. К примеру, когда я впервые увидел тебя и послушал о чем ты говоришь, я понял, что в тебе говорит не ненависть, а всего лишь обида, растерянность и страх. Оно и понятно, ты как губка впитывала все, что говорил твой отец, хранила обиду на второго отца, а затем осталась вообще без семьи в стране своего врага. Я бы тоже испугался, случись со мной такое. — Ты бы не испугался. — закатила глаза Алиса. — Судя по тебе и тому, что ты рассказал, ты бы сел, все обдумал и все выяснил. И план побега у тебя бы точно удался. — Может быть. — пожал он плечами. — Слушай, Ром, — она опустила голову, чуть замявшись. — и легко тебе так живётся? Ты ведь понимаешь, как другие к тебе относятся и все равно продолжаешь им помогать. — А что сложного должно быть? — не понял Морозов. — Но, разве тебе приятно слышать о себе оскарбления от собственного отца или там, от родственников и друзей? — переступила она с ноги на ногу. — Я их и не слушаю. — приподнял брови Рома. — Это во-первых, а во вторых, я прекрасно знаю кто я и что со мной случилось, я не вру себе о своих поступках и о своих чувствах, поэтому, что бы они не сказали, это не так важно. — Но ты продолжаещь им помогать…! — не выдержала она. — Потому что они важны для меня. — пожал он плечами. — Я хочу им помогать, для этого мне не нужно особое отношение или какой-то жетон на помощь, да и они не должны быть какими-то…особенными. — Все так просто? — поразилась Алиса. — Угу. — кивнул он. — Это наверное все, а, ну если интересно, я потом вернулся на фронт, дошел до Берлина с отрядом, а после окончания войны, ещё был в битве с японцами, ну а затем вернулся домой. И после всего этого, напросился к тебе в «проважатые» — Ты сам напросился? — удивилась немка. — Хотелось побольше узнать о семье Эриха. — пожал он плечами. — Извини, я… — внезапно покраснела она, неуверенно опуская глаза. — ты пережил такое, а я вела себя просто ужасно с тобой. Прости пожалуйста… и ещё напугала тебя, когда пыталась узнать, что ты скрываешь. — она отвернулась, краснея. — Я не злюсь. — кивнул ей он. — Я рад, что ты смогла понять для себя, что есть правильно, но ты и правда меня напугала. — добавил парень. — К слову, у меня и в мыслях не было к тебе приставать. — заверила она блондина. — Почему это? — кинул он на неё озадаченный взгляд. — Ты не в моем вкусе. — довольно проговорила девушка, скрещивая руки на груди. — Так что можешь не бояться насчёт этого. — Ладно, я бы в любом случае не отвернулся бы от тебя. — пожал он плечами. — Да, спасибо тебе. — улыбнулась она ему. — А ты правда можешь понять, вру я или нет? — Да, могу. — кивнул он ей. — Ну-ка. — Хоффманн уверенно посмотрела ему в глаза. — Когда я была маленькой, я любила играть в куклы во множестве гостевых комнат, постоянно их разбрасывая. — Врешь. — тут же ответил ей Роман. — Ладно. — она не унывала. — Я любила играть в куклы у отца в кабинете. — Все ещё ложь. — продолжал парень. — И это были не куклы, а документы. — ты же высказала она, смущаясь. — И это все? — вопросительно посмотрел он на неё. — Один из документов я очень сильно порвала, а когда попыталась замести следы, он меня поймал! — протораторила она, отварачиваямь. — Какая плохая девочка. — усмехнулся Морозов. Алиса удивлённо обернулась на него, кажется, после того, как Рома рассказал ей про себя, он стал более открытым, что её радовало. — Надеюсь, документ был не сильно важен. — Не знаю, я читать не умела, что-то было написано, пару подписей, печать, как обычно. — она отмахнулась. — Но, отец меня не ругал, сказал, что давно хотел его выкинуть. — Это хорошо. Видимо не сильно важно было. — пожал он плечами. До аэропорта добрались быстрее, чем он думал, а вот до дома как-то долго летели и ехали. Уже вечером, он собирался спать, как девушка постучала в его комнату. — У меня ещё один вопрос. — лицо её было серьёзным, а руки стрещены, от чего Рома устало выдохнул. Не получится её быстро в кровать отправить с таким настроем. Какое-то дежавю. — Тебе нравятся парни или девушки? — он неуверенно посмотрел на неё. — Не девушки. — коротко ответил. — Значит парни? — уточнила немка. — Ну, не девушки. — неуверенно повторил Роман. Она прищурилась, вопросительно его оглядывая. — Ты признал себе все и научился жить дальше не смотря ни на что, даже любить себя, но как только дело доходит до ориентации, ты не можешь сказать, что ты гей, говоря просто обратную фразу? — подозрительно посмотрела она. — Я не… — он замялся, опустив глаза. — Прости, не могу. — парень покачал головой. — Я смог не все осознать и я это понимаю, я стараюсь работать над этими, но каждый раз когда смотрю на свое тело или вспоминаю то, что случилось в той комнате, до мельчайших деталей, меня выворачивает. — Ром… — с сожалением посмотрела она. — И ты не вступал в отношения? Даже не пытался? — Нет. — пожал плечами. — это меня не сильно заботит, да и не думаю, что кому-то я понравлюсь с таким телом и характером. Меня ведь даже обмануть нельзя. — Не дело это. — недовольно произнесла она. — О, хочешь я тебя с моим братом как-нибудь познакомлю? — Он такой же как я? — спокойно спросил её Роман. — Не знаю, но вроде он…заглядывался на мальчиков. — задумчиво проговорила она. — Тогда не надо. — отвернулся Рома. — Почему? — удивлённо спросила немка. — Он не в моем вкусе. — она отчётливо увидела, как губы Морозова слегка дрогнули в усмешке. Вот подлец, но она тоже улыбнулась, радуясь такому поведению парня. — А кто в твоём вкусе? — лукаво посмотрела она на русского. — Рано или поздно тебя все же настигнут отношения. — Не сейчас. — покачал он головой. — Когда-нибудь я встречу человека, который будет ко мне добр и которому понравится говорить мне правду, он подарит мне немного десертов и полевые ромашки, свозит меня на пикник и скажет, что ему нравится мое тело и нравлюсь Я. И мы будем жить долго и счастливо. — Как однако мечтательно. — удивилась Хоффманн. — Да я шучу. — спокойно произнес Рома. — Просто сейчас мне не до отношений. И так дел по горло. Пусть у него за спиной такая тайна и много проблем, но почему-то, находятся рядом с ним было спокойно, словно с семьёй. С тех пор они продолжали жить вместе, помогая друг другу и обсуждая множество новостей и проблем. Алиса все также пыталась стать достойной правительницей, хоть с СССР её всё ещё не удалось встретиться лично, но это её уже не сильно волновало. Она уже достаточно набралась опыта и чувствовала себя уверенно, как правитель своих земель, пусть и под влиянием Советского Союза, она справлялась со своей работой сама. Рома просто продолжал помогать отцу в правлении, периодически приезжая домой к братьям и сестре, помогая им и ограждая от влияния отца. Однако, на тему детей или Нояна они так и не говорили, потому что Савелий категорически отказался. --- — Ладно, где там Рома? — недовольно произнесла она, проходя по коридорам, держа папку в руках. Сегодняшнее собрание было на редкость занудным, от чего она была готова прийти домой и развалиться на диванчике в ожидании чая от Морозова, у того золотые руки, так вкусно получалось, что хотелось просто наслаждаться этим чаем. Расслабляющий бы ей сейчас не помешал. Они должны были встретиться, чтобы поехать вместе домой, но блондина она нигде не находила, пока не услышала какие-то подозрительные голоса. Интересно, кто вздумал так возмущённо говорить в Кремле. Она завернула за угол, удивлённо останавливаясь, увидев напряжённого Рому и какого-то парня, что зло ему что-то выговаривал. — Ты что…из этих, а?! — вскрикнул он. Немка застыла, увидев, как Морозов немного вздрогнул. — Я не… — постарался объясниться блондин. — А что тогда?! Почему ты на него так смотрел?! — продолжал кричать мужчина, видимо указывая на своего коллегу, что был не более радостным. — Я видел, каким взглядом ты на него смотрел! — Хэй вы, — вклинилась она в разговор, обращая внимание на себя. — он не из этих, ясно вам? — Тебе то откуда знать, немка? — язвительно проговорил он, когда она подошла ближе к Роме. Девушка поморщилась. — Я живу с ним. — недовольно скрестила она руки на груди. — Уж лучше вас его знаю. — И что, — посмеялся этот. — это что-то доказывает? — Да тебе вообще ничего не доказывает. — закатила немка глаза. Чего пристали спрашивается. — Я видел как он на него смотрел! — вскрикнул работник. — Я не такой. — серьезно проговорил Рома, пытаясь соврать. — Он не спит с парнями. — твердо произнесла Хоффманн, подтверждая его слова. — Ты это откуда знаешь?! — скрежетал он зумаии. — Потому что я с ним сплю. — в голове у Алисы это была гениальная идея. — Да. — коротко кивнул Морозов, но потом опомнился. — Стоп, что…? — не успел он договорить, как немка с силой притянула его за ворот, целуя в губы, да так сильно, что он невольно вздрогнул, чувствуя её власть. В коридоре воцарилась тишина, пока она его целовала. — Он мой. — серьезно произнесла она, оторвавшись от бледных губ и поворачиваясь на смущенных сотрудников. — Вам ясно? — Да…ясно. — неуверенно закивал один из них, тут же быстро схватив второго за руку и утащив подальше. — Ром, ты в порядке? — обернулась она на парня. — Они не причинили тебе вреда? — Не то, чтобы… — неуверенно начал он, пытаясь осознать, что сейчас произошло. — Зачем ты…? — Ну а как ещё им было показать? — возмутилась она, а потом усмехнулась. — А я ведь классное прикрытие для тебя, а? — Нет. — Коро ко ответил он. — Ну Ром… — луково произнесла немка, пока парень отворачивался. — Ну уж нет. — решил ретироваться блондин. — Ну Рома.! — довольно прошагал она за ним. --- — Ого, сколько писем. — отпила Хоффманн из кружки, присаживаясь на стол, смотря на то, как парень спокойно их раскладывал. С тех пор, как он признался ей, он спокойно ходил по дому в футболках, не стесняясь за свои шрамы, что изрядно радовало девушку, ведь Рому, по её мнению, он ничуть не уродовали. — Нам с роду столько не приходило. — Кажется, я знаю в чем дело. — устало выдохнул он. — В чем же? — неуверенно спросила Алиса, внимательно смотря на то, как блондин открывает одно из писем и читает. — От Москвы. — коротко кивнул он. — Блядь… — Что там? — заинтересованно спросила Хоффманн. — Теперь все думают, что мы с тобой встречаемся. — на этих словах, она выплюнула весь чай, что отпила. — Чего? — недовольно проговорила она. — Ты же не хочешь сказать… — вопросительно посмотрела брюнетка на русского. Парень ей кивнул. — Серьезно?! Из-за одного поцелуя?! — У нас с такими вещами шутки плохи. — устало выдохнул он. — Надеюсь не придется случайно жениться под гнетом общества. — на этих словах Алиса застыла, где-то тихо в душе ахуевая, на секунду представляя себя в белом пышном платье с Ромой под ручку. Её пробрало холодным потом. — Тут письмо от отца. И настала тишина. И спустились тучи в их кухню. — Что ж, — аккуратно вскрыл его Рома, пока Алиса молилась, лишь бы это была не свадьба. — это приглашение на встречу. — О чем он хочет поговорить? — неуверенно спросила она. — Тема не указана. — задумчиво проговорил Роман. Его напрягало это, но он почти уверен, что это из-за инцидента с сотрудниками. Однако, все же предстоит узнать тему лично. — Надеюсь там ничего серьезного. — неловко обернулась на задумчивого парня, Алиса. — Я тоже. — кивнул ей Морозов. — О, это от Петра Александровича. — перевела она тему. — Какой красивый конверт. — Потому, что это свадебное приглашение. — спокойно кивнул он. Общался с Петром, поэтому знал, что тот собирается сделать Марии предложение, а раз пришло приглашение, то он наконец-то это сделал. Рома был искренне рад за друга. — На двоих. — скептически поглядел он, отмечая, что видимо Петр тоже поверил в его отношения с Алисой и учтиво прислал такое приглашение. — Пойдешь со мной на свадьбу? — спросил он у удивлённой девушки. — Ты не думаешь, что это будет ещё подозрительнее выглядеть? — усмехнулась она. — Наверняка. — пожал он плечами. — Мне не особо важно, что думают остальные. Судя по моей репутации, с меня не убудет. Мы с тобой не встречаемся и все, этого хватит. Так пойдешь? — Да, конечно! — улыбнулась она.