внимание, пожарная тревога

Джисон и подумать не мог, что в его голове могут зародиться такие мысли, что стоит лишь один раз упомянуть об этом, как с чужого языка эта грязная идея никак слезать не будет. Ну и вляпался же ты, — про себя думает парень, сидя в одной из туалетных кабинок университета. Если бы не мгновенная реакция на любой шум со стороны, то, вероятнее всего, сердце бы не колотилось настолько быстро от предвкушения того, что произойдёт в ближайшем будущем. Разблокированный телефон в руках с открытым приложением мессенджера так же покоя не давало от слова совсем. Две галочки означали одно — сообщение прочитано.

han: Все в силе?

han: Ты скоро? Я в последней кабинке, около окна.

Звук слегка скрипнувшей двери в другом углу помещения заставил Хана почти подпрыгнуть на одном месте. Мысли все из головы выбились одним большим комом, оставляя лишь возможность гадать, здесь ли тот, кого он ждёт? Телефон практически сразу же нырнул в карман брюк, которые он только с утра усиленно отпаривал, чтобы выглядеть хорошо. Все ради одного человека, который совсем не торопился подойти ближе и по всей видимости специально оттягивал до самого конца. Хан с закрытого крышкой унитаза встаёт и смотрит в узкую дверную щель, пытаясь разглядеть там знакомую пару обуви и ведь не ошибается с моментом, когда Минхо подходит вплотную к двери и пару раз стучит в неё. Честное слово, видел бы кто-нибудь, как выглядел Джисон в тот момент, то вероятнее всего ему бы вызвали скорую или отвели в медицинский пункт, который находится на том же этаже. Резкий щелчок практически пронзает уши и может значить только одно, что теперь между ними нет никаких препятствий. Туалетная кабинка, рассчитанная на одного человека никак не была готова умещать в себе двоих, от этого лишь голова кругом идёт. Ли смотрит пару секунд, молча своими бездонными карими глазами исследуя то, как сегодня одет его приятель и через пару секунд ставит этот «дружеский» статус под вопрос, укладывая руку на затылок, проводя чуть ниже по волосам, спускаясь к воротнику белой рубашки. Для Джисона это всё будто сон, происходящее перед ним размылось еще несколько минут назад, когда он оказался здесь, в этом помещении не один. Стоит ли оно того? Дверь за парнем закрывается сразу же после небольшой паузы. Защелка снова меняет свой цвет на красный, обозначая то, что кабинка закрыта. — Будь тише. Голос его тихий, буквально переходящий на шёпот, но почему-то отдающийся в ушах, будто на него только что накричали. Небольшой кивок со стороны Хана лишь сорвал спусковой крючок для дальнейших действий. Их уже не первый поцелуй каждый раз чувствовался первым, настолько, что по телу волна мурашек проходилась, неконтролируемая волна возбуждения и удовольствия, которая сопровождалась приглушенными причмокиваниями и ладонями на щеках, иногда переходящие на затылок и, касающиеся ушей, заостряя на них особенное внимание. Они у Джисона краснели каждый раз, наливаясь приятным ярко-розовым цветом и этим очень любил пользоваться его новый знакомый. Кислорода со временем практически не оставалось, заставляя отлипнуть от чужих, мокрых и разгоряченных губ, которые просили ещё. Голова действительно шла кругом от одного только поцелуя и вида перед собой. «Так удобнее», — снова шёпот, который сквозь слегка заложенные уши еле пробивался. Спиной Хан почувствовал холод, будучи притеснённым к одной из стенок кабинки. И ему хотелось большего. Со временем мысли о прекращении происходящего ушли на второй план, едва пытаясь докричаться до все ещё здравомыслящей стороны парня. Верхняя пуговица белой рубашки расстегнулась сама по себе, открывая для Минхо «непаханое поле» в виде крепкой шеи, которая сразу же оказалась занята губами, буквально обжигающими каждый сантиметр кожи, проходясь по разным местам. В брюках постепенно становилось слишком тесно, а нога знакомого меж бедёр лишь создавало больший дискомфорт. Джисон чувствовал себя странно, ему хотелось продолжать и не останавливаться, но страх быть пойманными вперемешку с накапливающимся возбуждением комкался чуть ниже живота, заставляя хвататься за чужие плечи как последний шанс на выживание в этом мире. Ли знал и нагло пользовался моментом, знал, что у парня ноги начнут подкашиваться после небольших покусываний. Знал, что нельзя оставлять следов после их встреч и все равно продолжал, будто насмехаясь над бездействием со стороны Хана. Они оба были уже на пределе, их сдерживал лишь тот факт, что они не в уединенном месте, а в грёбанной туалетной кабинке главного здания университета. — Ну чё ты там застрял то? — Погоди, братан. — сердце практически провалилось в пятки. Произошло именно то, чего боялся Джисон больше всего на этом свете, что во время учебных занятий здесь окажутся другие учащиеся. По всей видимости, это одни из бездарей, которые не совсем заинтересованны в обучении, коих здесь достаточно. Родители у них богатые, смогут отмазать от любой проблемы, а здешним преподавателям проблем хватать необходимости не было, страна маленькая, потом работу им найти будет невозможно. Парень уже практически продумал всю дальнейшую ветку событий и даже то, как будет удирать отсюда, если у него получится. Глаза из стороны в сторону метаются, пока не натыкаются на чужие, карие и все такие же бездонные, заставляющие задержать дыхание. Минхо будто бы не боялся происходящего, конечно, это ведь ёбаная повседневная рутина. С кем ведь не бывало? — Ща, я отолью и пойдем. Ли рукой ведёт ниже, кончиками пальцев под ремень залезая, желая продолжить начатое. Возбуждение действительно никуда не делось, лишь мучительно томилось в ожидании продолжения, в желании вырваться наружу сквозь рот в виде сладкого стона. Собственная рука оказалась на губах, не давая возможности даже издать малейший вздох, — Минхо почти что усмехается, глядя на это своим диким взглядом. Лязг ремня оглушает, пока вне кабинки другие студенты громко заливаются в смехе от очередной шутки про мочу и говно. Он готов потерять сознание прямо здесь и сейчас, но продолжает цепляться за стоящего впритык парня, который совсем не думает давать заднюю. — Ещё тише. Волосы дыбом встают от мокрого шёпота прямо на ухо, пока руки продолжают вытягивать ремень к чертям собачьим. Джисон глаза жмурит, будто бы прямо сейчас к ним вломятся, но понимает, что их действительно не слышно, по крайней мере пока что. Возбужденный и пульсирующий орган, который так долго находился в тесках вскоре оказывается в чужой руке, обхватывающей ствол полностью. На сухую дрочить было не самым лучшим занятием, но, кажется даже от этого он уже готов был излиться прямо на свою белую рубашку, продолжись это чуть дольше. Ли сам пытался сдерживать себя по максимуму, уткнувшись лбом в ту же стенку, в которую вжимал Хана, обжигая своим дыханием чужую шею. — Принёс? — Ага. Вне кабинки так же было весело. Компания парней, расположившаяся около окна и растащившая у одного из членов самокрутки, все-таки, решила устроить здесь полноценную комнату отдыха, подкуривая никотиновые палочки от одной из зажигалок. Все бы ничего, если бы не дым, который достиг пожарной сигнализации висящей прямо на потолке и её реакцию. Все помещение буквально заполнилось не только клубками дыма, но и противным пищащим звуком. Через пару секунд всех оповестил женский голос «Внимание, пожарная тревога. Срочно покиньте помещение», — повторяющий эту фразу снова и снова. Вишенкой на торте была вода, начавшая брызгать из специальных отверстий в корпусе пожарной сигнализации. Джисон спохватился моментально, отрываясь от чужих плечей и пытаясь за несколько секунд вернуться в привычный облик, если не учитывать воду, которая плескала сверху. В тот день эвакуировали практически всех, оказалось, что тревога была ложной.

minho: Завтра там же.

Две галочки означали лишь одно — сообщение прочитано.