Pain of Visenya

      Через неделю, мы прибыли на Драконий Камень. Когда мы уезжали, Отец пытался остановить меня, но сухо попрощавшись с ним, мы уехали. С нами были наши драконы, я бы не смогла оставить Нимерию. Каждый всадник, не смогла бы оставить своего дракона. Не прошло дня, когда Рейнира узнала о смерти Сира Харвина. А через пару дней ещё пришла новость о смерти Лейны Веларион, жены Деймона. Как раз таки сейчас, мы и были на ее похоронах на Дрифтмарке. Каменный гроб отпустили в море, когда все попрощались. На берегу устроили прощальный пир, где все приглашенные собрались. Я стояла позади всех, выпивая в сторону вино со стола. Вокруг были гости, многие скорбели, а кто то пришел только для вида. Отец, от которого я сбежала, сейчас сидел недалеко и смотрел в мою сторону. Так же на меня корчилась и Королева, были ещё пара взглядов от Эйгона и Эймонда, что стояли в тени, рядом с Хелейной. Отвернувшись от всех, я смотрела на море, от которого веяло свежим морским воздухом. Хотелось полетать, освободиться от гнетущих мыслей и просто сбежать отсюда. — Принцесса, — ко мне подошла служанка, аккуратно позвав, повернувшись в ее сторону, она продолжила. — Вас подзывает Король. Кивнув, я допила оставшееся вино в бокале и отдав ей пустой сосуд, направилась к Отцу. Дойдя до него, рядом с ним появилась Королева: — Здравствуйте, Государь, Королева, — поклонившись, я в ожидании посмотрела на них. — Сейчас не такое место для разговора, но думаю э, все будет хорошо. — начал он, посмотрев на жену. Она отошла от нас. — Я выбрал для тебя будущего мужа. — Государь, так быстро? — в потрясении, я посмотрела на него. — Свадьба будет не скоро, — ответил он, смотря на приближающуюся Королеву с сыном. — Не будь так удивлена, когда мой сын Эймонд подрастет до шестнадцати лет, у вас будет свадьба. Сейчас только помолвка. Я в шоке посмотрела на младшего сына короля, которого держала за плечи Королева. На его лице читался гнев и неприятие, так же как и на моем: — Вы сможете найти общее, — заговорила Королева, отпуская сына. — Можешь быть свободна, — Отец попытался улыбнуться, но сразу закашлял.       К нему подбежали слуги, помогая. Отклонившись, я взяла ближайший наполненный бокал с вином и выпила не прерываясь на воздух. Поставив пустой обратно, я взяла ещё один и оношла к тому же месту, где до этого стояла в отдалении. Помолвка… С младшим братом… Ничего удивительного в семье Таргариенов… Я думала, что сбежала от этого всего… Но сбежать от этого невозможно. Я больше не смогу прятаться за спиной Рейниры. Я больше не смогу сбегать от всего. Я просто больше не смогу ничего… — Думаешь я рад жениться?! — сзади подошёл Эймонд. — Никто этому не рад, кроме Короля! — отворачиваясь от него, проговорила я, делая глоток вина. — Так что просто делай вид, что ты всем доволен! Как я всю свою жизнь! Допив вино одним глотком, я поставила бокал на камень, где стояла облокотившись. Поджав губу, я направилась прочь.

***

Было слишком поздно, когда замок Дрифтмарка начал шуметь. Выйдя из выделенных покоев, мимо меня пробежала служанка, что сразу повела меня в главный зал, где все собирались. — Как ты мог допустить подобное! — говорил Отец, кода я подошла ближе к происходящему. — Ты мне ответишь! — Принцы должны были спать, Государь. — Кто нес стражу?! — На юного принца напали его кузены, Государь. Подойдя ещё ближе, я обошла кресло где сидел один из братьев. Там был Эймонд, над которым корпел Мейстер. На месте где должен был быть глаз, был зашитый глаз. Побледнев, я сдержала рвотный позыв, оставаясь стоять на месте. — Вы клялись мне хранить и защищать мою кровь! — Мне очень жаль, Государь. — Гвардии ещё не приходилось защищать принцев от принцев. — Это отговорка! — Его глаз исцелится? — обеспокоенно спросила Королева, присаживаясь ближе к сыну. — Плоть исцелится. — ответил Мейстер, дошивая рану. — Но глаз потерян, Королева. Я зажмурилась от ужаса, пытаясь прогнать представление, что было до зашитой раны. — Где ты был?! — мачеха повернулась к старшему сыну. — Я? — она влепила ему пощечину. — Ай! Да за что? — Это ничто в сравнении с болью твоего брата, пока ты там пьянствовал, глупец! — Что здесь происходит! — в зал вошли Виларион и его жена. — Бейла, Рейна! — беспокойно, проговорила Рейнис, подбегая к внучкам. — Что… Что случилось? Что случилось? — Джейс! Люк! — в комнату вбежала Рейнира, за ней шел Деймон. Она подбежала к сыновьям, стоящим вместе у стола, недалеко от меня. — Покажи. Кто это сделал? — Они на меня напали! — закричал Эймонд, указывая на сыновей Рейниры. — Он напал на Бейлу! — Он ее ударил! — Он меня толкнул! — Они сами на меня бросились! — Успокойтесь! — Он меня ударил! — Он поднял камень, я видел! — Они сами виноваты! Она первая! — Он хотел убить Джейса! — Он украл Вхагар! — Драконы не игрушки! — Довольно! — прокричал Отец, затыкая орущих детей, сваливавших вину друг на друга. Теперь все замолчали, каждый что-то шептал своим родственникам. Пытаясь что-то доказать. Король чуть подходил ближе: — Эймонд! Ты расскажешь мне правду. — подойдя к сыну, он остановился. — Сейчас. — Что ещё неясно? — заговорила Королева, подходя к сыну. — Твой сын искалечен, ее сын в ответе. — Это прискорбная случайность. — защищая сына, ответила Рейнира, встав перед детьми. — Случайность? — возмущённо переспросила мачеха. — Принц Люцерис подстерег Эймонда с ножом, что бы убить его! — Это на моих сыновей напали и вынудили их защищаться. Это их грязно и подло оскорбили! — Как именно? — вклинился в перепалку двух матерей, Отец. — Законнорожденность моих детей была поставлена под сомнение. — Что? — Он назвал нас бастардами! — ответив за мать, проговорил Джекейрис. — Мои сыновья унаследуют Железный тронн, Государь. — подойдя ближе к Отцу, говорила Рейнира. — Это ужасная измена. Принца Эймонда нужно допросить и узнать, где он услышал подобную клевету! Эймонд выглянул из-за кресла, ведь находился спиной к Рейнире, ухмыляясь. — Из-за оскорбления? — спросила Королева, не спуская взгляд с Рейниры. — Мой сын потерял глаз! — Скажи мне, сын. — обращаясь к Эймонду, Отец продолжил. — Где ты услышал эту ложь? — Это было обычное ругательство. Что взять с мальчишек! — защищая сына, говорила мачеха. — Эймонд, я задал вопрос. — Где сир Лейнор, отец мальчиков? — привлекая внимание собравшихся, спросила Королева. — Может, он тоже что-нибудь расскажет. — Да. Где сир Лейнор? — согласившись с женой, спросил Отец. — Не знаю, Государь. Я не могла уснуть и вышла прогуляться. — Развлекает юных оруженосцев, — хмыкнула мачеха. — Эймонд, послушай. — наклонившись к сыну, Отец продолжил. — Твой король требует ответа. Кто сказал тебе эту ложь? Он молча смотрел на свою мать, когда туда же повернулся Отец, он сглотнул и заговорил: — Это Эйгон. — Я? — испуганно спросил Эйгон, бегая глазами по помещению. — А ты, сын? — подходя к старшему сыну, спросил Отец. — Где ты услышал эту клевету? Эйгон! Скажи мне правду! — Мы знаем, отец. — он медленно повернул голову в сторону подошедшего Отца, продолжил. — Да все знают. Да ты глянь на них. — Эти вечные распри пора прекратить! Слышите? Мы же семья! — когда Отец прокричал это, хотелось засмеяться во весь голос. Семья?! Да все ссорятся из-за любой мелочи! Куда не глянь одни конфликты у каждого со всеми в этой комнате! Прикусив щеку до крови, я продолжила слушать, ощущая металлический привкус во рту. — Принесите извинения и будьте благожелательны друг к другу. Этого требует ваш отец, ваш дед и король! Многие молча опустили голову, слушая его крик. Следя за ним, я перевела взгляд на Эймонда. Мой будущий муж — это травмированный одноглазый подросток, желающий мести. — Но этого мало! — остановив короля, заговорила королева. — Эймонд искалечен навсегда, государь. «Благожелательность» — не лекарство! — Я знаю, Алисента, но мне не вернуть его глаз. — Нет, ведь его отняли. — Что я должен сделать?! — Долг нужно уплатить! — мачеха повернулась в сторону Рейниры. — Глаз одного из ее детей взамен. — Что? — спросила Рейнира, закрывая сыновей за спиной. — Дорогая жена… — Он твой сын, Визерис. Твоя кровь. — Не дай своему гневу затмить твой разум. — угрожающе близко подойдя к жене, проговорил Отец. — Если король не добивается правосудия, то добьется королева. — проговорила мачеха, поворачиваясь в сторону рыцарей. — Сир Кристо, принесите мне глаз Люцериса Велариона. Рыцарь слегка переминулся с одной ноги на другую, бегая взглядом с королевы на короля и Рейниру. — Мама! — испуганно воскликнул мальчик. — Алисента! — угрожающе, прошипел Отец. — Он может выбрать какой, хотя мой сын не мог! — Ты этого не сделаешь! — пряча сына за спину, говорила Рейнира. — Ни с места! — Вы присягали мне! — закричала на стоящего рыцаря мачеха. — Как ваш защитник — да. — ответил он, переминаясь с ноги на ногу. — Алисента, этот вопрос закрыт. Ты поняла? — прошипел король, над ухом королевы. Развернувшись, он оглядел каждого в комнате. — И пусть знает каждый язык, который посмеет усомниться в законности детей принцессы Рейниры, что его отнимут! — Спасибо, отец. — тихо поблагодарила его Рейнира, поворачиваясь к сыновьям. Королева молча и быстро выхватила кинжал у короля из-за пазухи, направляясь в сторону Рейниры и ее детей. Все начали паниковать. Она схватила Рейниру, пытаюсь достать кинжалом до ее лица. Старшая сестра сопротивлялась. Они о чем-то говорили, после чего Рейнира оттолкнула мачеху от себя. Рейнира была ранена, кровь шла из руки слишком стремительно, капая на пол. Королева выронила кинжал, смотря на Рейниру. — Не грусти, матушка. — до этого наблюдавший за этим Эймонд, встал подходя ближе. — Это честный обмен. Я обменял глаз на дракона. — Разбирательство окончено. Поставив точку, Отец велел всем расходиться по комнатам. Медленно, но все начали расходиться.

***

На следующее утро, ко мне в покои пришел Эймонд. Шрам на лице слегка пугал, но чем дольше смотрела, больше привыкала. — Значит, глаз на дракона? — закрывая книгу, спросила я. — Мне надо было чем-то успокоить матушку, — проходя в комнату, ответил он, рассматривая мебель в покоях. — Значит, для тебя, это не равноценный обмен? — хмыкнув, я направилась к шкафу, где нашла книгу. — Он изувечил меня, навсегда! Это никогда не будет равноценным обменом! — воскликнул он, оборачиваясь на меня. — Ты приручил чужого дракона, — продолжила я, поставив книгу на место. — Он скорее должен был драконом дочери Лейны Веларион. — Мне в пекло они не сдались, — поговорил он, садясь на диван, следя за мной. — Зачем ты пришёл? — решив поменять тему разговора, спросила я, подходя к окну. — Матушка послала, сказать, что бы ты собирала вещи. — ответил он, по спине пробежал холод. Я не хочу уезжать с ними. Я должна быть рядом с Рейнирой! Я не могу… — Зачем.? — тихо прошептала я, надеясь, что он услышит. — Подумай! — проговрил он, вставая и подходя ближе. — Когда мы вернёмся в замок, будет помолвка. — Мне придется жить в Красном замке… — После помолвки, можешь уезжать куда угодно, до моих шестнадцати лет, ты будешь свободна, — ответил он, смотря на улицу, где копошились слуги и рыцари, собираясь к отправке обратно в замки. — Что.? — переспросила я, посмотрев на него. — Думаешь, я не воспользуюсь шансом и не сбегу? — Надеюсь на это. — ответил он, подходя к двери. — Собирай вещи.

***

      Помолвка состоялась через два дня после прибытия в Королевскую Гавань. Был большой пир, помолвка была двойная. С нами были помолвлены Эйгон и Хелейна. Много поздравлений сыпавшихся отовсюду. К счастью тут была и Рейнира, с которой я покинула Гавань на следующий день. Королю лишь сказала, что надо забрать оставшуюся на Драконьем Камне Немерию, что было правдой. Я ее не видела слишком давно.       Именно так я провела на Драконьем Камне два года. Живя вместе с семьёй Рейниры, что теперь была замужем с Деймоном. К счастью, наши с ним взаимоотношения были нейтральные, что делало меня свободной, все это время. Дольше тянуть было нельзя, либо побег, либо свадьба. Я слишком слаба морально, что бы бежать. Рейнира не могла ничем помочь, и не должна была этого делать. Поэтому сейчас, я уже находилась в Красном замке, в котором вовсю готовились к свадьбе. Шум, гости, алкоголь, танцы и венчание. А также турнир, как же без него. За время пребывания до свадьбы, я увидела Эймонда лишь раз. За два года разлуки он вырос, на глазу была черная кожаная повязка, прикрывающая его потерянный глаз, волосы стали длиннее, а лицо вытянулось. Было страшно, идти на собственную свадьбу. Все хотят, что бы это было весело и по любви. Так получается лишь в редких случаях, и этот не мой. Первая брачная ночь. Страшно. Меня служанки оставили меня в комнате одну, дожидаться Эймонда. Теперь уже мужа, за которым я должна следовать. На мне была лишь ночнушка, что оставили служанки забрав свадебное платье. В комнате горела одна свеча, стоявшая рядом с кроватью. Ее отблеск света затемнял некоторые угла помещения, не давая осмотреться. Дверь резко открылась, в темном помещении не было понятно, кто это. Закрыв дверь, ко мне приближался Эймонд, что стало видно, когда он подошёл к столу напротив кровати. Он взял в руки флакон с маслом, что принесли служанки, когда ввели меня в комнату. Подойдя к кровати, он оставил флакон рядом со свечой и повернулся ко мне. На нем все так же был свадебный камзол. Передо мной теперь был не мальчишка, с который потерял глаз два года назад. Это был взрослый парень, что стоял напротив меня, смотря сверху вниз. В свете тусклой свечи, его потерянный глаз перестал освещаться, оставаясь в тени. Сняв камзол, он кинул его на стул, стоящий недалеко от стола, оставаясь в рубахе и штанах. Мы не перекинулись и парой слов, кроме клятв на свадьбе, с того момента, когда я вернулась в замок. Мое общение лишь сводилось к кругу служанок и Королеве, что контролировала процесс свадьбы. Он медленно приблизился ближе, вставая впритык к кровати, касаясь своими ногами моих, что свисали с кровати, доставая до пола лишь вытянув ноги. Положив руку мне на плечо, он сильно толкнул меня на кровать, оставляя лежать. Ночнушка задралась, оголяя меня до живота. Попытавшись вернуть положение вещи на место, он схватил мои руки. Сильно держа их одной рукой Эймонд закинул их мне за голову, свободной рукой изучая мое тело, все больше оголяя его. Рука Эймонда медленно скользила от живота к груди, от нее в ключицам и шее, где он остановился слегка сжимая ее. Дышать стало тяжелее, я испуганно смотрела в его лицо, что сейчас смотрело на голое тело не покрывающее ночнушкой. Его взгляд метнулся к губам, через которые я пыталась дышать. Он быстро припал к приоткрытому рту, прикусив губу, его язык скользнул внутрь, едва не задохнувшись, я попыталась оттолкнуть его. Отпрянув от меня, я почувствовала кровь на губе, попадающую в рот с металлическим привкусом и вкусом выпитого вина. Отпустив руки он развернулся к тумбе, где было масло. Вылив его на свободную руку, что до этого сжимала мою шею, он повернулся ко мне раздвигая ноги. Пытаясь сомкнуть свои ноги, он лишь усмехнулся, и теперь сжал одну из ног, не давая мне закрыться. Закрепив мои ноги сев на них, он припустил штаны. Отвернувшись в сторону окна, где слышались крики и музыка, я почувствовала, как член Эймонда приблизился ко мне. Вздрогнув я попыталась отдалиться он него, но схватив меня за талию, он притянул ближе, не давая мне шанса выбраться: — Это, — прошептал он, приблизившись к моему уху, что обдало горячее дыхание. — Лишь долг, что необходимо выполнить. Я почувствовала укус в шею, который похоже должен был отвлечь меня от боли внизу. Это не помогло, он вошёл лишь на малую часть, пытаясь войти дальше, доставляя мне ещё большую боль. Он часто дышал мне в шею, входя глубже. От не утихающей боли выступили слезы, скатывающиеся на простынь. Войдя до конца, он выпрямился, поднимая мои ноги в удобную для него позу, начиная двигаться все быстрее. Ощущение страха, боли и омерзения липли по всему телу, залезая в голову, вместе с ощущением его рук, перемещающихся по телу, и его члена двигающиеся во мне. Движения Эймонда стали обрывистыми и быстрыми, вбивающими меня в матрас. В миг он замер, склоняясь надо мной, тяжело дыша в шею. Я почувствовала как он вышел, оставляя неприятное ощущение. Спустя пару секунд, он встал с меня, отпуская сжатое до этого тело. Отодвинувшись на другую часть кровати, я накинула одеяло, пытаюсь не смотреть на место где я лежала до этого. Там были капли крови, доказывающие, исполнение долга.