Pain of Visenya

Четыре года в Королевской гавани. Четыре года этой жизни, я пробыла в браке с Эймондом. У нас был старший сын — Эйнар, которому пару недель назад исполнилось четыре и дочь — Дейна, двух лет. Отношения с остальными королевской крови родственниками не улучшились. Осталось все так же как и раньше. К моим детям относились намного лучше, ведь это внуки короля, сыновья принца Эймонда. Дейна и Эйнар были с детьми Хелейны и Эйгона, учились и играли вместе. Я могла проводить время в компании Хелейны, когда наблюдала за детьми. Она была странная, и эти слухи ходили по замку уже давно. Слухи были правдивы, но это лучше компании молчаливых служанок. Отцу было с каждой неделью хуже, он практически не вставал с постели и королевством заправляла королева и ее отец, десница. Сейчас я всем сердцем ждала приезда Рейниры и ее семьи в Красный замок. Выглядывая в окно, я следила как она заходила в замок. Ее никто не встречал, кроме парочки рыцарей и вышедшего во двор одно из членов совета короля. Сейчас идти к ней на встречу не было смысла, Рейнира шла к отцу. Отвернувшись от окна я вернулась к книге, которая лежала на столе у дивана. Дети были с няней, я была в комнате одна. Эймонд приходил в покои лишь на ночь, бывало я ночевала одна. Совсем редко, он приходил днём, в остальное время я его практически не видела. Быстро дочитав оставшуюся книгу, я вернула ее на полку, когда постучали в дверь: — Входите, — повернув голову к двери, разрешила я. — Давно не виделись, сестра. — поздоровались Рейнира, за ней зашёл Деймон и служанка с детьми, когда за ней закрылась дверь, она продолжила. — Как ты здесь? — Рейнира! — воскликнула я, не ожидая скорый приход. — Дядя, — кивнув в его сторону, я улыбнулась. — Я ожидала худшего. — Ответив на ее вопрос, ответила я. — К счастью, меня не ограничили, теперь я могу свободно передвигаться по замку. — посмотрев на детей, я снова повернулась к сестре. — Прости, мои дети сейчас с няней. — Думаю мы успеем ещё с ними познакомиться, — улбынувшись, ответила она, беря на руки одного из детей. — Это Эйгон, — она подошла ближе ко второму мальчику, представляя его. — А это Визерис. — Какие милые, — проговрила я, смотря на маленьких детей. — Думаю они подружаться. — Отцу совсем плохо, — привлекая внимание, проговорила Рейнира, отдавая ребенка няньке и выгоняя ее из покоев. — Да, я его давно не видела, его не выпускают из покоев, думаю он сам не может встать. — проговорила я, наливая себе вина из кувшина на тумбе около стола. — Очень жаль, что так случилось, — ответила она, продавая бокал вина Деймона и беря себе. — Мне здесь никогда не нравилось, — проговорила я, подходя к окну. — Но я теперь тут связана детьми. — повернувшись к ним, продолжила. — Он скоро умрет, и это знают все в замке. В покои вошла Королева, без стука. Поклонившись, я переводила взгляд с одной на другую, так же наблюдая и за дядей. — Принцесса Рейнира. И принц Деймон, — подождав, когда дверь закроется мачеха продолжила. — Я думала вы устали после поездки. — Хотелось навестить сестру, — спрятав открытую руку, где был шрам он кинжала, ответила Рейнира. — Я рада, что вы встретились, — смотря на меня, проговорила королева. — Мы так давно не имели удовольствия видеть вас. — Воистину, королева. — Но приветствовать нас по прибытию вы не стали. — садясь в свободное кресло, заговорил дядя. — У королевы были срочные дела, любовь моя. — перекинув взгляд на своего мужа и стоящую поодаль меня, сказала Рейнира. — Что мы можем знать о правлении? — Я не правлю, как вы знаете. — поправила ее королева, я спрятала ухмылку за бокалом вина, отпивая глоток. — Мы с отцом — глас воли и мудрости короля. — И как именно выражается эта мудрость? — потирая глаза, спросил Деймон. — М? Морганием и хрипом? Странно, что он помнит свое имя. Или ты — его. — Состояние короля ухудшилось с вашей встречи. — ответила королева, не сводя взгляд с хмыкнувшего дяди. — Он испытывает сильнейшую боль, по совету мейстеров мы стараемся… — А, мейстеры. — перебила ее Рейнира, делая шаг вперёд. — Конечно, это они держат его на маковом молоке, пока Хайтауэры греют трон. — Если ты видела его без этого, почти слепого от мук… — О. Я не сомневаюсь, это был акт милосердия, но скажи мне, это из-за мучений короля мейстеры прописали убрать геральдику Таргариенов, заменив ее на статуи и звёзды? — вставая с места и подходя к королеве, вставая рядом с женой, спросил Деймон. — Знаки Семерых лишь направляют нас на туманном пути. Напоминают о высших силах. — А назавтра… Что за сила будет решать, получит ли мой сын свое наследство? — Решу я и Десница.- королева смотрела на старшую сестру с ее мужем, по большей части игнорируя меня. — Но отец справедлив и велит забыть обвинения, брошенные тобой сегодня. Улыбнувшись, она вышла из моих покоев, оставив нас. Быстро попрощавшись, они тоже ушли оставляя меня одну. Хотелось проветриться, выйдя из покоев, я направилась к Нимерии. Путь был через тренировачную площадку, где большую часть времени проводил Эймонд, тренируясь. Проходя мимо, меня заинтересовал шум и толпа на тренировачной площадке. Подойдя ближе к балкону, я заинтересованно остановилась. Против Сира Кристона, дрался Эймонд. Что не удивительно, он победил, приставив меч к горлу рыцаря. Толпа зааплодировала, перешептывась. Он опустил меч, поворачиваясь к толпе. Приглядевшись, я заметила племянников — Люцериса и Джекейриса, наблюдающих за Эймондом. Из разговор перебило появление дома Веларион, проходящих в замок. Проводив взглядом удаляющихся гостей, я вернула взгляд на мужа, который уже смотрел на меня. Сжав зубы, мурашки пошли по спине от его взгляда, слабо кивнув, я направилась к своей драконихе.

***

На следующий день все собрались в главном зале. У трона стоял десница. С одной стороны была Рейнира со своей семьёй. Напротив стояла я, рядом с Эймондом и его стороной. Десница говорил речь про наследника Дрифтмарка. Вызвав Сира Веймонда, который хочет владеть Дрифтмарком, вышел вперёд. Десница сел на трон, наблюдая за всеми: — Моя королева. Лорд Десница. — выйдя в центр зала, начал Сир Веймонд. — История наших домов уходит корнями во времена Старой Валирии. Пока дом Таргариенов правил небесами, дом Веларион правил морями. На Валирию пал Рок, и лишь наши дома уцелели. Наши предки пришли на новую землю, зная, что, если не справятся, это будет конец для их рода — и имени. Я всю жизнь защищал трон моего брата в Дрифтмарке. Я ближайшая родня лорда Корлиса по крови. Чистая, нетронутая кровь Веларионов течёт в моих жилах. — Как и в моих сыновьях, отпрысках Лейнора Велариона. — поправила его Рейнира, на которую многие посмотрели. То, что её сыновья бастарды, знали все в замке и за ним. Только Отец отрицал это, защищая её. — Если бы вас волновала кровь дома, сир Веймонд, — продолжила старшая сестра. — Вы бы не старались сместить его наследника. Вы говорите лишь за себя и своё честолюбие. — Вы подадите свое прошение, принцесса. — остановила её королева, стоящая недалеко от меня. — Позвольте сиру Веймонду высказаться. — Что вы знаете о крови Веларионов? — повернувшись к Рейнире, спросил сир Веймонд. — Я бы мог вскрыть вены и показать её, и все же вы её не узнаете. Речь о будущем и выживании моего дома, не вашего. — он снова развернулся к трону, продолжая. — Моя королева, лорд Десница. Это вопрос крови, не честолюбия. Лично я ставлю выживание моего дома и рода превыше всего. Я скромно предлагаю себя как наследника брата, Лорда Дрифтмарка и Лорда Приливов. — Спасибо, сир Веймонд. — заговорил Десница, продолжая. — Принцесса Рейнира. Вы можете говорить за своего сына, Люцериса Велариона. — Если уж надо удостоить ответом этот фарс, — выйдя на середину зала, Рейнира продолжила. — Я начну с напоминания, что почти двадцать лет назад здесь же… Договорить она не успела, в зал, хромая вошёл Отец. Рыцари вошедшие перед ним, представили его, пропуская вперёд. Он шел хромая, облокачиваясь на трость. Железная маска на его лице перекрывала большую часть. Десница поднялся с трона, опускаясь с него и отходя в сторону. Отец медленно подходил к трону, все так же медленно поднимаясь по лестнице к трону. Он остановился, роняя корону с головы. Деймон, подбежал к своему брату, помогая ему надеть корону обратно и дойти до трона. Когда Деймон вернулся на место, где стоял раньше, король заговорил: — Я должен признать, я удивлен. — через силу, начал он, откладывая трость. — Я не понимаю, почему проводятся слушания, когда наследник определен. Единственная здесь, кто лучше всех понимает желания лорда Корлиса, это принцесса Рейнис. — Да, государь. — заговорила она, когда многие повернулись в ее сторону. Выйдя вперёд, она продолжила. — По воле моего супруга Дрифтмарк перейдет от Сира Лейнора к его законному сыну, Люцерису Велариону. Это решение неизменно и я его поддерживаю. А принцесса Рейнира известила меня о своем желании женить её сыновей Джейса и Люка на внучках лорда Корлиса, Бейле и Рейне. Предложение, которое я с радостью принимаю. — Что ж, вопрос решен. — подвёл итог король. — Снова. Ныне я подтверждаю: принц Люцерис из дома Веларион — наследник Дрифтмарка, Плавникового Трона и следующий Лорд Приливов. — Ты нарушил закон и многовековые традиции, — снова выходя вперёд перед королем, начал Сир Веймонд. — Что бы сделать наследницей дочь. И смеешь указывать мне, кому наследовать имя Веларион. Нет, я этого не позволю. — «Не позволишь?» — переспросил король, чуть поддаваясь вперёд. — Ты забываешься, Веймонд. — Это не настоящий Веларион и точно не мой племянник! — указывая пальцем на Люка, закричал сир Веймонд. — Ты сказал достаточно. — выходя вперёд, проговорила Рейнира. — Люцерис — мой законнорожденный внук. А ты не более чем второй сын Дрифтмарка. — Ты управляй своим домом, как сочтёшь нужным, но не смей решать будущее моего. Мой дом пережил Рок и тысячи других несчастий. И да будут прокляты все боги, но я не хочу видеть, как он падает из-за деяний этой… — Скажи. — слишком громко прошептал Деймон, не сводя взгляд с Сира Веймонда. — Её дети — бастарды! — прокричал он, смотря на семью Рейниры. Я хотела сделать маленький шаг к Рейнире, но почувствовала сильную хватку за локоть. Повернувшись, я увидела Эймонда, держащего меня под руку, сжимая чуть ли не всей своей силой. Терпя боль, я тогда чуть подальше, за спины Эйгона и Хелейны. — А она просто шлюха! — договорил Веймонд, теперь буравя взглядом короля. — Я отрежу тебе язык. — сказал король, встав с трона и достав кинжал, которым ранили Рейниру. Не прошло секунды, как Деймон снес половину головы Сира Веймонда. Его тело упало на пол, заливая кровью тронный зал. Хелейна закрыла уши и резко повернулась в сторону своего мужа. Я молча смотрела как вытекала кровь из тела, сдерживая рвотный позыв. Эймонд отпустил мою руку, хватает за меч, но не доставая его. Эйгон, не дернувшись наблюдал за происходящим с маленькой улыбкой, и слабо покачивался. Королева отвернулась к дочери, беря за плечо. Десница стоявший рядом со своей дочерью не шелохнулся, смотря на труп. — А язык оставим, — сказал Деймон, смотря на труп. — Разоружить его! — прокричал Десница. — Нет нужды, — дядя сразу убрал меч, вытерев о подолы камзола. Эймонд опустил руку с меча, который так и не достал. Вернув руку уже мне на плечо, я почувствовала как его сдавливают. Не подав вида лёгкого дискомфорта, я повернулась в сторону Отца, которому стало плохо. Короля отвели в его покои. Все собравшиеся разошлись по делам, обсуждая сегодняшний день. Вернувшись в свои покои, я налила вино, садясь на диван. Не прошло пары минут, как сюда влетел Эймонд, моментально добравшись до меня, он тряхнул меня за плечи. Вино вылилось мне на платье, подняв голову, я посмотрела на него: — Что это было? — прошипел он, сжимая плечи, в месте где были уже синяки. — О чем ты, — проговорила я, зажмурившись. — Ты хотела подойти к Рейнире! — одной рукой, он подобрался к моей шее, но пока только придерживал, сжимая плечо. — Нет, я… — Не ври. — он сдавил шею, не давая проникнуть части воздуха. — Я не… — пытаюсь сделать глоток воздуха, я схватила его руку, сдавливающую горло. — Я просто… Переживала… — Лучше переживай за свою жизнь, а не честь бастардов и их матери! — прошипел он, сильнее сдавливая горло. Пытаясь сделать хоть один спасательный глоток воздуха он отпустил меня, отходя в сторону. Воздух обжег лёгкие, я закашляла, пытаясь отдышаться. — Тебе скоро надо сделать выбор, — не оборачиваясь, он направился на выход из покоев. — Либо смерть, либо сторона своей новой семьи.

***

На ужине, который собрал Отец уже все собрались. Служанки разносили еду, когда стража внесла короля на кресле, поставив его между королевой и Рейнирой. Я сидела рядом с Эймондом по левую руку. По правую руку мужа сидела Хелейна, рядом с ней Эйгон, дольше сидел Джекейрис с одной из дочек Деймона, дальше был Люцерис и его избранница. Напротив меня сидел Десница рядом с дочерью. — Как приятно видеть вас сегодня, — заговорил Отец, когда стража отошла по местам. — Вместе. — Сперва молитва? — спросила Королева, оброщаясь к королю. — Да… — Пусть Матерь улыбнется этому собранию, — начала королева, складывая руки у лица и прикрывая глаза. Повторив тоже действие, я закрыла глаза. — Пусть Кузнец скуки связи, что так долго были разорваны. И пусть Веймонд Веларион обретёт покой. Открыв глаза, я опустила руки к замененному платью, после того как на старое было пролито вино. — Я тут вижу, у нас есть повод для праздника. — начал король, привлекая внимание собравшихся за столом. — Мои внуки, Джейс и Люк, женятся на своих кузинах, Бейле и Рейне, что укрепит связь между нашими домами. — он потянулся за бокалом, приподнимая его. — Тост за юных принцев и их нареченных. — Воистину! — улыбаясь, воскликнул Деймон беря бокал. Все выпили по глотку из своих бокалов, в честь тоста. — Давайте поднимим тост, — продолжил Отец, не выпуская бокал из руки. — За принца Люцериса, будущего Лорда Приливов. — Воистину! — Будешь великим! Эйгон что-то шептыл Джейсу, склонившись ближе. Отвернувшись от них, я выпила ещё вина, пытаясь не слушать разговоры. Привлёк меня, встающий на ноги отец, который начал обращаться ко всем присутствующим за столом: — Мое сердце и радуется, и наполняется скорбью при взгляде на лица за этим столом. Лица самых дорогих мне людей, так отдалившихся друг от друга, в последние годы. — Отец снял маску, скрывающую изуродованное болезнью лицо, откладывая ее на стол. За место правого глаза была пустота, а его правая щека, чуть ли не на сквозь прогнила. Я покосилась на Эйгона, понимая, что он смотрит на пустой глаз короля. Отец продолжил, делая долготе паузы, тяжело дыша.- Мое лицо уже не так красиво. Если и было когда-то. Но сегодня вы должны увидеть меня как есть. Увидеть не только короля, но и вашего отца. Твоего брата. Твоего мужа и вашего деда. Которому уже недолго ходить среди вас. Давайте не держать злобу в наших сердцах. Корона не сможет быть сильной, если Дом Дракона будет разобщен. Оставьте свои обиды! Если не ради короны, то ради этого старика, что любит вас всех так сильно. Отец снова сел в кресло, откидывать назад, кашляя в кулак. Королева помогла ему снова надеть маску на лицо, пряча изувечия. — Я хочу поднять свой кубок за Её Величество. — встав со своего места, заговорила Рейнира. — Я люблю своего отца. Но должна признать, что никто не был более предан ему, чем его жена. Она относилась к нему с неизменной верностью, любовью и уважением. И я выражаю ей благодарность и прошу прощения. Рейнира села обратно за стол, не выпуская кубок из руки: — Ваша доброта меня тронула, принцесса. — не вставая с места, начала мачеха. — Мы обе матери, любим наших детей. У нас больше общего, чем мы признаем. — королева встала с места, поднимая кубок. — Я поднимаю кубок за вас и за ваш дом. Из вас выйдет славная королева. Мачеха села на место, опустив кубок на стол. Рейнира опустила голову, скрывая слабую улыбку. Взяв кубок, я допила вино из бокала с остальными, за тост. Эйгон встал из-за стола, беря кувшин с вином стоящий рядом с будущей женой Джейса, что то шепча ей. Джейс вскочил из-за стола, стукнув ладонями по дереву. Эйгон сел на место, поставив полный бокал рядом с собой. Теперь Эймонд встал из-за стола, смотря на Джейса. Муж, потянулся к кувшину с вином, доливая себе вино и заполняя мой кубок. Джекейрис взял бокал, начиная говорить: — За принца Эйгона и принца Эймонда. — поднимая бокал, он продолжил. — Мы с ними не виделись много лет, но о детстве у меня осталась добрая память. И надеюсь, мы сможем стать друзьями и союзниками. За вас и ваших родных, дядюшки! Улыбнувшись, он выпил вино, садясь на место, он «дружески» ударил Эйгоня сидящего рядом. — И за тебя. — поговорил Эйгон, поджимая губы. Ничего не сказав, Эймонд сел на место, наклоняясь ко мне: — Не увлекайся вином, — прошептал он, отдаляясь. Посмотрев на него, я на зло выпила пол бокала, ставя его на место. — Славно, мой мальчик… — Я подниму тост за Бейлу и Рейну. — вскакивая с места, заговорила Хелейна, держа в руках бокал. — Скоро они выйдут замуж. Это не так плохо: мужу ты безразлична, кроме тех случаев когда он пьян. Десница засмеялся, смотря на внучку. Улыбнувшись она вернулась на место, отпив вино. Отец попросил начать играть музыку. Джейс сразу встал из-за стола приглашая на танец Хелейну, которая не отказалась. Эйгон посмотрел ей в догонку, но развернувшись обратно взялся за бокал. Слуги начали разносить оставшуюся еду. Сидящие напротив, начали есть. В этой комнате, мне совершенно не хотелось есть, лишь бы поскорее вернуться в покои и уснуть. Каждый общался и смеялся в своей компании. Рейнира общалась со своим мужем. Люцерис разговаривал в обществе двух девушек. Королева разговаривала с десницей. Джейс был увлечён танцем с Хелейной. Эйгон был в обществе своего кубка, как и я. Эймонд лишь за всеми наблюдал, пытаясь не смотреть в мою сторону. Королева подозвала стражу. Отцу стало плохо, его унесли в его покои. Как только короля вынесли из комнаты, слуги принесли зажаренного поросёнка и поставили перед Эймондом и мной. Послышался тихий смешек с другой сторону стола, Эймонд повернулся в его сторону, как и я. Там улыбался Люцерис, смотря на поросёнка, стоявшего перед Эймондом. — Последний тост! — резко встав из-за стола, Эймонд взял кубок. От неожиданности я слегка вздрогнула, следя за его движениями. — За здоровье моих племянников: Джейса, Люка и Джоффри. Черноволосый, статных… Как отец. — я бегала глазами по всем собравшимся за столом, ища, что бы кто нибудь, за заткнул его. Мои молитвы били услышаны королевой, попытавшейся его остановить. Но это не подействовало, он продолжил. — Так давайте поднимем кубики за сыновей, своего отца. — Эйгон моментально поднял кубок, поддерживая брата. — Скажи это ещё раз. — проговорил Джейс, привлекая внимание Эймонда. — А что? Это же комплимент! — опуская бокал, он подошёл чуть ближе к старшему племяннику. — Стесняешься своего отца? Джекейрис ударил Эймонда в лицо. Люцерис вскочил с места, собираясь помочь брату, но перед ним встал Эйгон, преграждая путь. Схватив Люка он ударил его о стол, прижав к нему. Вернув внимание к Эймонду, я увидела как тот толкнул Джейса, уже отлетевшегг на пол. Резко поднявшись его остановила стража, не давая вырваться. Допив оставшееся вино в кубке, я увидела как Эймонда отвела в угол королева, но это не подействовало, ведь он продолжил: — Мои племянники не особо гордятся своей! — прокричал он, проходя чуть ближе к вырывающимся из хватки стражей. Из отпустила стража, когда к центру комнаты подошла Рейнира и Деймон. Рейнира отправила их по комнатам, а дядя смотрел на Эймонда. Проиграв, Эймонд подошёл ко мне, беря под руку и уводя из зала. — Я тебе сказал, пить меньше, — прошипел он, когда я споткнулась уже третий раз. — Я и не пила много! — воскликнула я, пытаюсь освободиться от его рук, ещё раз спотыкаясь о свои ноги, он был прав, перед глазами плывет. — Это ты бежишь! Я не успеваю за тобой! — Мне без разницы, — проговрил он, не сбавляя темп. Дойдя до покоев, он кинул меня на кровать. Сняв платье, я осталась в белье, которое было под платьем. В глазах слегка двоилось, все-таки вино вдарило в голову, мешая нормально сооброжать. Зажмурившись, я почувствовала прикосновения Эймонда. Надавив сильнее на страдальные плечи, он откинул меня на постель. Медленно ведя руками по телу, я услышала его шепот над ухом: — Было смешно, когда рядом со мной поставили зажаренного поросёнка? — Нет… — тихо ответила я, не привыкшая к лёгким и медленным касания его рук, к моему телу. — А бастрадам было весело, — уже на другое ухо, прошептал он, подвигая меня ближе. — Помнишь ту свинью? — я слегка мотнула головой, носом утыкаясь в его волосы. — Когда мы были ещё детьми, бастарды привели свинью с крыльями… — я промычал, соглашаясь. Глаза не хотелось открывать, оставляя их закрытыми, я получала некое удовольствие, от его ласк, чего раньше не было. — Тогда, ты сказала, что это «отвратительно»… — я дерганно кинула, выгнувшись и часто задышав, когда он пальцами провел по промежности, задевая клитор. Послышался тихий, заглушенный смех, недалеко от меня. Я почувствовала как пара пальцев вошли в меня, доставляя лёгкий дискомфорт, начиная двигаться. — Открой глаза, — прошептал он, убирая руку, перекладывая их на ляжки, пододвигая ближе в себе. Приоткрыв глаза, я увидела замытое лицо Эймонда надо мной. Увидев, что я повиновалась, он резко вошёл в меня на половину. Услышав мой вскрик боли, я увидела размытую ухмылку на его лице. Войдя вторым рывком до конца, он остановился, медленно дыша. Зажмурив глаза, я приткрыла рот, дышать через нос, было невозможно из-за старого чувства боли и вернувшегося отвращения.