Ангел

— Лиз, сходи в магазин пожалуйста, пока не закрылся. Хлеба купи. — женщина в комнату заглядывает, на дочь глядя, которая на кровати лежит, о чем-то своём думая. — Ладно. — Лиза с мамой не спорит, не хочет трепать ей нервы своими тараканами в голове, сама знает как ей нелегко. С кровати мягкой поднимается и ветровку тёмную накидывает. Деньги с тумбочки в карман кладёт и из дома выходит, тёплый воздух вдыхая. На улице тепло, но все равно ветер был прохладный для Лизы. Она к теплу привыкла. Идёт, осматриваясь. Ей нравится вся эта летняя эстетика, особенно вечерняя, разве может быть что-то лучше? Солнце уже село, однако все равно светло, от вида прохладно внешне становится, но внутренне невероятно тепло. Андрющенко голову поворачивает на чей-то смех громкий, какая-то компания подростков сидит и над чем-то смеётся на детской площадке. Они собой всю площадку заполонили, кто-то на скамейках, кто-то расположился на каруселе, кто-то вообще на траве расположился, бутылки стеклянные рядом с собой складируя. В глаза знакомая копна волос попадает: Кристина на турниках с каким-то парнем висит, сама расслаблена, но видно что устала, а парень явно уже на исходе. — Иди нахуй! — зло шипит парень, с турника падая и руки сжимая, пополам сгибаясь. — Нахуй твоя жопа хороша! — смеётся Крис, с турника спрыгивая, ладонями потирая злорадно. Девушку за плечи приобнимает, к себе прижимая и одну из бутылок у неё из рук берет. Это вроде Гаджиева… Она на пару лет младше и когда она к ним в компанию влиться успела? Так ещё и так быстро… Всё становится ясно, когда Захарова к её губам припадает, за лицо держа. Парни из компании что-то заверещали, а потом рассмеялись. А Лизе так неприятно становится… Вчера она её в туалете клуба зажимала, а сегодня с Гаджиевой мутит. Огонь по телу разливается и непонятно, то ли от стыда, то ли от злости. Удалится побыстрее хочется отсюда и желательно забыть это как страшный сон… *** Андрющенко не понимает, что ей нужно чувствовать, когда Захарова из раза в раз к ней приходит и обыденно целует, будто и не имеет никаких отношений. Да кто Лиза такая, чтобы в чужие отношения лезть? Поэтому каждый раз сдаётся под чужим давлением. Тему эту не затрагивает, ведь Мишель — исключительно проблема Захаровой, но никак не её. Лиза спокойно себя чувствует рядом с Крис, когда она её целует жадно, когда к стене прижимает грубо, когда в волосы руку запускает… Но когда она очередной раз видит её с Мишель, то не по себе становится. Чувствует себя вещью, которой можно попользоваться и оставить. Или заменой, ведь как только наскучит блондинка, то можно сменить на брюнетку. А что? Удобно! На часах 20:49. Кареглазая лежит на своей кровати, пялиться в потолок, а мысли все никак не утихнут. Кучу сомнений, тревог, но из этого всего её вырывает вибрация телефона. Крис: «Сегодня туса у вилки. Погнали. Я заеду через полчаса. " Индиго тяжело вздыхает. В этом вся Захарова. Ничего никогда не спрашивает — просто ставит перед фактом. И пора бы всбеситься, послать, никуда не пойти, но она так не может, привыкла уже что-ли, или просто слабая — сама не понимает. Отпрашивается у мамы с трудом и начинает собираться. С одеждой особо не заморачивается. Надевает прикольную чёрную, пятнистую футболку, чёрные джинсы, такого же цвета кеды и кожанку — вечером на улице холодает. Берет с собой пару сотен на всякий случай выходит во двор, дожидаться блондинку на лавочке у дома. Кристина не опаздывает. Приезжает, как и обещала, ровно через полчаса. Брюнетка садится на переднее сиденье. Ей неловко. Не знает, как себя вести. Глаза старается долго на девушке не задерживать. В машине музыка играет тихо. Голубоглазая рассматривает подругу, хмыкает довольно. Через сиденье перегибается, подбородок девушки рукой обхватывает и целует страстно, мокро с языком чужим переплетаясь и посасывая его иногда. Поцелуй пару минут длится. Отстраняются, тяжело дыша. — Привет, — улыбается весело Захарова, к рулю возвращаясь, и трогается с места по направлению дома знакомой, где и намечается вечеринка. *** В доме громко музыка гремит, что не удивительно, и полно людей. Кто-то танцует, кто-то пьёт и ест, а кто-то болтает. Последние были Амина, Гаджива и сама хозяйка квартиры. Именно к ним направилась Крис, ведя за руку Лизу, которая, если честно, вообще не горела желанием как-то взаимодействовать с этой компанией, в основном, из-за того, что там сидит Мишель. Однако, увидев, идущих девушек, та лучезарно улыбнулась, махая рукой. — Здоров, че кого? — бросает в привычной манере и плюхается на диванчик, рядом с Малышенко. Татуированная же присаживается рядом, здороваясь со всеми кивком головы. — Да вот, спорим, кто красивее, Кара Делевинь или Ирина Шейк? — охотно делиться Виолетта — И? — вигибая бровь. — Я говорю, что их вообще сравнивать нельзя, а Амина вообще считают, что обе какие-то странные и стремные, — весело смеётся Гаджива. — Поддерживаю Амину, — хмыкнув, подытоживает Захарова, отбивая кулачок полной девушке. — Эй! — возмущённо восклицает Мишель, слабо ударяя голубоглазую по плечу, на что та хрипло смеётся и закидывает руку на плечи молчаливой Андрюшенко, чуть приобнимая. А у Лизы просто материнская плата слетает, ибо в голове не укладывается то, что сейчас происходит. Вроде, Кристина разговаривает со своей девушкой, смеётся, но приходит на тусовку, сидит рядом с ней и обнимает ее. Полтора часа проходят незаметно. Лиза, ест, танцует, играет в дурацкие игры, пьёт (все, кроме алкоголя) и все это время, Захарова была с ней, что безумно льстило. Девушка даже просила её сильно не пить, и что странно, та её послушалась, выпив лишь пару стаканчиков пива. На данный момент почти все играют в популярную «правда или действие». Эти двое не исключение. Очередь Андрющенко, которая выбирает действие и ей задают станцевать небольшой стриптиз. Все одобряюще хлопают, Крис свистит, подмигивая, а девушка вся красная и ужасно стесняется, но задание, есть задание. Девчонки включают подходящую музыку и вытаскивают брюнетку на танцпол. Она начинает неуверенно двигать бёдрами, мечется глами по всем людям, не зная куда деть взгляд. Руками держит края куртки, которая, благо, осталась на ней, оттягивая момент полного раздевания. Лиза решает закрыть глаза и не прогадала. Делает медлиные вдохи, выдохи, потихоньку расслабляясь и отдаваясь музыке. Подключает руки, плавно, ими двигая. Сбрасывает куртку с плеч, но оставляет на согнутых локтях и делает выпад, которого даже сама от себя не ожидает — аккуратно присаживается и, в такт мелодии, разводит колени в сторону, после же грациозно поднимается, продолжая танцевать. Отбрасывает кожанку в сторону, входит в кураж, не видя пожирающего взгляда Захаровой, да и всех остальных. Рукой нежно проводит по своей шеи и спускается ею же вниз по животу, собираясь подцепить футболку, однако ей не дают этого сделать сильная рука голубоглазой, схватившая её собственную и уводя в сторону комнат. Андрющенко вталкивают в одну из свободных спален и резко, немного грубовато впечатывают в стену, тут же страстно целуя. Девушка отвечает, мыча от удовольствия и небольшого протеста. Кристина ощутимо кусает нижнюю губу, отстраняется и довольно смотрит на тяжело дышашую Индиго. Та, наконец, открывает свои очи, сталкиваясь с океаноми напротив. В них похоть плескается, с нежностью всего мира борясь, все чувства ураганом проносятся, персональный рай рисуя, и в этом даже утонуть не страшно. Захарова зрительный контакт прерывая, вновь в губы вгрызается и в стену сильнее вдавливает. Руками по всему телу блуждает, под футболку с топом пробирается и аккуратную грудь в стальные тиски берет, громкий вскрик из подруги выбивая. Коленом в промежность упирается, шанса на побег не оставля. А кареглазая во всем этом теряется, голова затуманенна слишком сильным напором, но в какой-то момент что-то шелкает в нейронах и Андрющенко со всей силы отталкивает блондинку, у которой в глазах теперь растерянность и непонимание. — Что-то не так? — Кристина смотрит с искреннем удивлением, будто и правда не понимает ничего. Ещё попытку делает, ладонь тёплую на затылок брюнетки кладя, нежно поглаживая. И Лиза бы отдалась этим ласкам с радостью, но губы поджимает с обидой в чужие океаны заглядывая и хоть каплю совести найти пытается. Там в зале сейчас девушка её сидит, а она тут… — У тебя Мишель, а ты тут… — тяжело вдыхает, губу закусывая, стараясь истерику сдержать. За Гаджиеву обидно сейчас невероятно… — А я тут. Ты договорила, Лиз? Может продолжим? — смотрит в глаза, явно совесть не мучает, а уверенность щас на высоте у неё, будто горы свернёт и глазом не моргнет. — То есть ты щас серьёзно? Ты с Гаджиевой встречаешься, а сейчас меня зажимаешь! Тебе самой не противно, Захарова? — шипит злостно, глаза щуря тёмные, в которых злость плещется с отвращением. — Лиз… — чувствуется как Кристина злиться начинает, шаг навстречу делая и исподлобья глядя, руку свою вновь в сторону Андрющенко протягивая. — Не трогай меня, ты мне противна. Не понимаю, как вообще любить тебя могла когда-то… Ой не хотелось бы мне на месте Мишель оказаться! — скалится, пытаясь на эмоции Захарову вывести, но та лишь ухмыляется, как-то по-особенному смотреть начиная. Рывком девушку к себе прижимает за талию, крепко пальцы сжимая, что даже немного больно становится и в губы впивается, явно ожидая то, что её сейчас снова оттолкнут, но этого не происходит. Лиза пару раз по плечам чужим стучит, пытаясь оторваться, но поняв, что видимо не выйдет ничего, отдаётся во власть рук Захаровой, которая на затылке пальцы сжимает, волосы оттягивая, заставляя голову вверх поднять. И на шею переходит… На этом этапе Лиза понимает, что на Мишель как-то плевать. Пока Крис рядом, думать хочется только о ней… — Вот вы где. Извините, что прерываю. — кашляет Гаджиева, в комнату заходя спокойно, к Кристине сразу подходя, которая вздыхает от Андрющенко отрываясь и устало на Мишель смотрит. — Кис, дай ключи, я у тебя там кофту оставила, чёт подзамерзла. — Отдашь Амине потом. — вздыхает тяжело, одну руку в карман спортивок засовывая и вытаскивая ключи, в руку Гаджиевой их вкладывая. — Спасибки. — улыбается и в щеку целует, из комнаты выходя и напоследок бросая: — Извините ещё раз. Лизе явно время нужно, чтобы обработать это все. Они не в отношениях то есть? Или что? Сейчас она вообще ничего не понимает… Снова Крис от себя отталкивает, в плечи руками упираясь, не давая продолжить. Та рычит и с раздражением на девушку смотрит. — Ну что ещё? — Что у тебя с Гаджиевой? — прямо спрашивает, в глаза глядя. А к щекам ладони холодные прикладывает, жар пытаясь успокоить. — Блять, ну Лиз. Отношения у нас. Открытые, свободные, немоногамные. Называй как хочешь. — тяжело вздыхает, глаза закатывая, будто у неё это тысячный раз за день спрашивают. — Ну я так не могу. Давай до следующего раза теперь. — рукой машет, из комнаты выходя, дверью будто специально громко хлопает. А Лиза на край кровати садится и голову опускает в руки, а в голове лишь одна фраза крутится «Это пиздец»…