Станция

Дома царили остатки вчерашней тишины, не заправленная кровать, брошенная книга и чувство истинной любви и заботы. — Чур я первый в душ! — Крикнул Хан уже раскидывая ботинки по прихожей, закидывая куртку на комод и забегая в ванную. Минхо ничего не оставалось кроме как прибрать разбросанные вещи и идти готовить завтрак. Снимая свою куртку, Лино вспомнил про желудь и свой «гениальный» план. Парень хотел немного удивить своего возлюбленного, да и зная как временами бесится Джисон, когда его называют не «Великим господином Ханом», а какой-то белкой, уже представлял возможную реакцию. Зайдя в спальню, Минхо решил немного прибрать вчерашний хаус. Книгу положил на ее законное место - книжную полку, заправил кровать, открыл шторы и приоткрыл окно на проветривание. Комната стала светлее, а в месте с этим казалась и больше. Достав находку, Минхо положил ее ровно на середину кровать, после скрылся на кухне готовя омлет с беконом, кофе, и разрезая вчерашний торт, к которому так никто и не успел притронуться. Выйдя из душа, и направившись в спальню, чтобы одеться, Джисон немного удивился и встал в ступор. По началу ему показалось что на кровати лежит большой таракан. Не увидев никакого движения со стороны насекомого, Хан решил подойти поближе. Вместо мерзкого таракана с восьмью жуткими лапами, на кровати лежал обычный желудь. Тут даже думать не пришлось что это подкол от Минхо. — Ох… ну я еще отыграюсь, Ли Минхо. — Хан взял желудь и положил на тумбу возле своей стороны кровати. Надев футболку и домашние черные спортивки, Джисон отправился на кухню. Там уже во всю готовность, с накрытым столом, где красовались прозрачные кружки с кофе и две большие тарелки с омлетом и сочным беконом, ждал Лино, ковыряя палочками что-то в тарелке. Хан сел напротив Минхо, взял палочки и уже был готов бестактно приняться за столь вкусный завтрак сделанный его Минхо, но вовремя вспомнил про манеры. — Приятного аппетита! — Протараторил Джисон и уже со спокойной душой принялся за еду. — И тебе. — Ласково ответил Лино. Они ели молча, наслаждаясь едой и компанией друг друга. Вчера их вечер прервали, но хуже от этого не стало, просто немножко что-то пошло не по плану Минхо. Вот знаете, когда ты остаешься с объектом своего обожания, с тем человеком, которым ты чуть ли не дышишь и это взаимно, на душе так хорошо. Это не бабочки в животе, это не простая влюбленность, это чувство спокойствия и защиты. Желание провести с этим человеком всю жизнь, радоваться его достижениям и плакать за горе, танцевать поздно ночью на кухне, когда все спят или под первым снегом, который хлопьями приземляется на реснички и одежду. Прогулки и разговоры двадцать четыре на семь, такие простые завтраки и ужины. Это заставляет чувствовать себя живым, а привязанность к любимому человеку – желание защитить и осчастливить его, чтобы можно было наслаждаться яркой улыбкой, которая внутри все переворачивает верх дном. Да что улыбка, иной раз только от его взгляда все замирает! Парни почти доели завтрак, как Минхо решил прервать тишину: — Когда у нас премьера альбома? — Хм…— Хан нахмурился. — Если я правильно помню, то Чан говорил, что уже через дней 10. — Замечательно. — Лино положил свои палочки на тарелку, что бы не замарать стол, и игриво, так по кошачьи, но все так же влюбленно, словно перед ним не Хан, а что-то святое, ну или кошачья мята, расплылся в улыбке. — Не хочешь сходить со мной на свидание перед выпуском? — Минхо подпер рукой голову в ожидании ответа. Хан, будто не думая и все так же энергично, словно не устав ни капли после их поездки и готов отправиться в новое путешествие, моментально выдал ответ: — Конечно! А куда мы пойдем? — Пока еще не придумал. Есть идеи? — Доверюсь полностью на твою фантазию. — Джисон улыбнулся немного и прищурил глаза. Всем свои видом он говорил, что как бы перекладывает ответственность в выборе и полностью доверяется Минхо. Лино немного не устроил такой ответ, и он по привычке уже захотел закатить глаза, но опомнился и просто доев еду и убрав за собой посуду, плюхнулся на диван. — Посуда с тебя, Ханни! — Включая телевизор сказал Минхо, довольно глянув на Джисона. — Ну почему опять я? — Грустно протянул Хан, медленно вылезая из-за стола. — Потому что я готовил. — Кинув ответ, Минхо уткнулся в телефон, не обращая полного внимания на то, что он включил по телеку. М: Хей, Хенджин, куда можно сходить на свидание? Х: Это приглашение для меня?))ㅋㅋㅋ М: Давно салфеток не ел? М: Да и где ты тут приглашение увидел? Х: Не парься ты по поводу выбора Х: Хмм, думаю у меня есть идея куда его сводить

***

«Пора вспомнить свою молодость!»- крикнули бы парни, если им было за тридцать. Хотя ладно, если бы они решили вспомнить, когда были здесь, то наверное это было бы детство. А сейчас, как ни как, возраст дает о себе знать, хотя одному только 18, а второму 20 стукнуло. Идея Хенджина была прекрасна. Парк аттракционов, хотя для осени уже и холодно, да и можно развлекаться только под закрытой его частью, но это действительно идеальное место для свиданий. Хенджин и Феликс воркуют дома. Зато можно сказать со сто процентной точностью что вечером будет очередная вкусняшка к фильму от самого великого шеф-повара Ли Феликса, главное потом уломать повара если не отдать сладость, то хотя бы устроить совместные посиделки. Скоро камбэк группы, и выпуск их первого альбома. Развеяться сейчас само то, а потом можно с новыми силами вновь работать. Море народу и нескончаемо-длинные очереди. Шум и гам. Слышны были не только разговоры людей, но и крики с горок и комнаты страха. Разные запахи: выпечки, попкорна, сладкой ваты, и тому подобное. Детское веселье и настрой возникали сразу, как проходишь через турникет и входишь в парк. Парочка купила билеты, и вот, Хан уже побежал к первому аттракциону, схватив за руку Минхо, дабы не потерять в толпе. Ну и конечно же, Джисон пошел сразу на горки. Не то что они были американскими, большими, очень страшными и со множеством мертвых петель, но крутые склоны, спуски и повороты присутствовали. Спустя, на удивление, не долгую очередь, они смогли занять свои места. Не смотря на страх, который уже потряхивал коленки, или это было больше от предвкушения, парни решили сесть на самые первые сиденья, пристегнулись, и морально готовились к быстрому путешествию. Как только Минхо уселся в сидение и пристегнулся, по всему телу, от макушки и до самых носочков, пробежала волна мурашек. Адреналин заставлял колотиться сердце, удары которого раздавались в ушах. Ладошки начинали потеть, и тут уже не ясно, толи вытирать их об свои штаны, толи начинать держаться за страховку, которая уже крепко накрепко закреплена, и не дает передумать и сойти с аттракциона. Пока Лино начинал нервничать, Хан от переизбытка эмоций не мог сидеть на месте, коленки так и тряслись из стороны в сторону. Казалось, Джисона даже эта страховка не выдержит, он сорвется с места и убежит куда-то в порыве энергии. Но стоило увидеть нарастающую легкую панику старшего, которая росла просто из-за ожидания поездки, Хан тут же умерил свой пыл и положил свою руку на руку Минхо, которая лежала на коленке. Этот жест привлек внимание Лино, и парень на свое же удивление, перестал испытывать страх, а только азарт и ожидание веселья. Вагончик начал движение, а после резкое ускоряться. Не ожидав такой скорости, Минхо и Джисон начали кричать. Да так кричать, что из всех людей было слышно только их. Вагон продолжал катиться и поворачивать в разные стороны и на разные углы. Движение замедлилось. Момент, когда можно расслабиться, ведь дальше ничего страшного не будет, ведь так? Двухминутная тихая поездка, и вот горка начинает набирать высоту. Готовьтесь, сейчас будет спуск. От страха и адреналина, сердца парней слились в унисон. Они все поднимались и поднимались, все выше и выше. Страх, но удовольствие. Горка снова выровнялась. Высота была приличной и можно было рассмотреть весь парк. Пока Лино рассматривал пейзажи, послышался нервный смешок Джисона. Минхо посмотрел на Хана, который смотрел вперед, крепко ухватившись за страховку. Лино перевел взгляд вперед и лицезрел резкий спуск, к которому они медленно приближались. И вот… ВЖУХ, они «полетели» вниз. Крик стал еще громче. Момент истины, и вагон несется в разные стороны, и снова вверх-вниз. Уже не страшно, ведь самое страшное позади. Сейчас только удовольствие. Удовольствие от обдуваемого лица ветра. От скорости. От момента. Выйдя с аттракциона, Хан почувствовал новый прилив сил. Он вновь хватает Лино за руку, и они оба спешат на следующий аттракцион. Минхо все еще отходил от горки, ноги были ватными, а на душе толи некое облегчение, толи свобода. Сердце продолжало сильно стучать, но теплая рука любимого человека быстро наполнила Минхо новой смелостью, и он был готов покорять вершины. Следующим аттракционом Хан выбрал «Корабль викингов». Отстояв и эту очередь, которая была в два раза больше, ребята заняли места. Корабль стал раскачиваться. Тут остается только поднять руки и наслаждаться этими большими «качелями». Это было не так страшно после горки, но раскачиваясь с каждым разом, хотелось кричать от счастья, жмуриться от встречного ветра, и улыбаться во все зубы. В отличии от тех горок, здесь Минхо может взяться не за поручни или страховку, а за руку любимого. И пофиг что это могут заметь и осудить другие. Это их свидание и их день, а это значить что Лино может делать все что угодно с Ханом, так же, как и Джисон может делать все что хочет с Минхо. Пройдя еще по паре экстремальным аттракционам, парни приняли решение пойти на автодром. Так сказать, устроили перерыв. Учитывая, что у Минхо уже были права, а у Джисона нет, преимущество было на стороне первого, но несмотря на это, Хан тоже отлично справлялся с рулем. Хотя это детский аттракцион, и с управлением справится даже ребенок. Две-три атаки Лино на беззащитного Джисона, и вот сам Минхо становится жертвой атак со стороны любимого. Несколько столкновений, вот и гонки на «машинах» пошли и заливной яркий смех. Перерыв продолжался, но уже в другой локации. Зона с автоматами и игрушками – какое место может быть еще лучше, чтобы потратить уйму денег! — Черт! Как выбить этого чертова кота? Минхо, может ты все же попробуешь? — Нервно и расстроенно начинал беситься Хан из-за очередного проигрыша. — И на что тебе сдался этот кот? Ты в него уже столько денег вбухал, мог уже другую игрушку выбить или купить, причем за те же деньги! — Бубня, но безотказно Лино отправился на выручку к своему парню. Хан хотел именно эту плюшевую игрушку и пока он доставал ее, вытащил парные ободки, которые просто лежали возле отверстия выдачи. Теперь эта влюбленная парочка была еще больше похоже на голубков. Минхо был на той же волне что и Джисон, но время от времени пытался делать вид «серьезного парня». Достать эту игрушку было вызовом для парней. На удивление, Лино смог ее вытащить со второй попытки. И вот, довольный Хан уже тискает и обнимает свой подарок. — Ты мне скажи, зачем тебе этот кот? Тебе меня не хватает? — Вот как раз из-за того, что вы похожи, я и хотел его. — И чем мы похожи? — С полным непониманием спросил Минхо. Хан выставил руки вперед, игрушка оказалась возле серьезного лица Лино. Немного призадумался, и спустя мгновенье парень услышал ответ от любимого. — Да у вас одно лицо. Все такое же недовольное. — Хан громко рассмеялся и готовился убегать. «Большая копия кота» сделала еще более недовольную мордашку. «Вот теперь сходство 100%» проговорил про себя Хан, но попытался успокоиться. И не зря Джисон собирался убегать. Игра в «кошки-мышки», ну а в нашем случае «кошки-белки» началась, а площадкой для игры стала зона с автоматами. Бегая туда-сюда от Минхо, Хан забежал в фото кабину. Зря. Это тупик. Лино забежал следом и прижал Джисона к стене. Оба тяжело дышали. Их взгляды бегали от знакомых и любимых глаз на мягкие и жаждущие поцелуй губы. Слова были не нужны, ведь все было понятно без них. Минхо стал приближаться к манящим его губам, как неожиданно Хан поставил руку, отгородив тем самым себя от поцелуя. — Раз мы в фото кабинке, давай сделаем фотографии? — И ради этого ты испортил такую атмосферу? — Отходя от Джисона, немного с ноткой грусти, проговорил Лино. Фотки – это прекрасно, но Минхо было бы куда лучше от поцелуя, нежели от трех фоток. — Давай, садись. Парни сели, заплатили за фотографии, вот и первый щелчок. Они приняли милую позу, как бы парадируя тигрят, ведь ободки были как раз в виде лапок белого тигра. Второй щелчок, и вот фотка, где Джисон надувает свои щечки, а Минхо пристально смотрит на него. Хан заметил этот пристальный взгляд, из-за чего повернулся в сторону Лино. Вот и третий щелчок, который запечатлел спонтанный, мимолетный и немного опьяняющий поцелуй. Небольшого безответного касания хватило чтобы свести с ума и заставить внутри все остановиться. Минхо оторвался от сладких и влажных губ. На его лице была довольная улыбка, словно он сделал какую-то пакость и остался безнаказанным. — Теперь этот поцелуй запечатлен навечно. — Произнес с заигрывающей интонацией Лино. Хан был в растерянности. Он как бы понимал, что произошло, но в то же время нет. В глазах мелькала похоть и огонь, а состояние Минхо можно было описать «Кот поймал свою белку, и теперь хочет ею отведать». Но несмотря на это, Лино соблюдал спокойствие и личное пространство, а вот Джисон уже не мог. Теперь его очередь делать внезапные действия. Хан притянул к себе парня за футболку. Он коснулся губ, которые совсем недавно целовали его. Теперь действует он, а не Минхо, и Джисону это нравится. Ему нравится смущать Лино, видеть, как тот удивляется хаотичным действиям Хан. Градус в кабинке постепенно повышается, а поцелуй становится все более дразнящим, но в тоже время нежным и хрупким. Ощущение, что они вот-вот друг друга потеряют. Губы касались так, словно это было что-то исчезающее, но как раз из-за страха потерять то, что ценно для них, страсть и желание больше чем просто поцелуи росло. Минхо стал жаждать Джисона, словно не пивший долгое время находясь в пустыне увидел воду. Поцелуи с губ ласково стали спускаться ниже. На шее стали оставаться следы, а Хан старался сдерживать свои возбужденные стоны прикусывая губу. — Давай не здесь…— Джисон нежно отодвинул от себя Лино. Шестое чувство говорило остановиться, словно сейчас что-то произойдет. Его пугало быть пойманным, но в то же время и возбуждало. Чувство не подвело. После небольшого отстранения Минхо от Хана, занавеску в фото кабинку открыла молодая девушка, тем самым спалив парней в довольно-таки близкой позе, в растрепанной одежде, опухшими губами, и засосами на шее. Неловкая ситуация. Незнакомка сразу закрыла шторку, а парни, красные от стыда, быстро собрали вещи, забрали фотки, и сдерживая смех направились на выход. Это было превосходное свидание. И его продолжение должно было продолжиться уже дома. Кухня была заполнена немного горьковатым запахом кофе. По радио крутились разные, популярные в ТикТоке, песни. Не громкий звук кофемашины приглушался музыкой. Звук машины стих, а значить первая порция была готова. Лино забрал готовую чашку кофе, и поставить новую для возлюбленного. Трек, игравший до этого, закончился, на смену ему заиграла песня «Stolen Dance», и на звук знакомой мелодии пришел и Джисон. — О, это же та популярная песня в ТикТоке! — Разве? — Минхо, запустив новую партию кофе, сразу же обернулся на голос Хана. Минхо слышал эту песню, и знал тренд, но притворился, дабы немного подразнить любимого. — Да! Это же та песня с трендом на кухне. Я видел, как парочки танцевали под нее. — Хан подошел ближе к Минхо. — Знаешь, а я тоже хочу повторить его. — Джисон часто был энергичен. Несмотря на то, что они только недавно вернулись домой после достаточно активного свидания, и на то, что их близость немного прервали, из-за чего Минхо был огорчен, эта позитивная белка все еще светилась от энергии. Тем более, запах американо взбодрял не хуже внутреннего применения. Лино не стал ничего отвечать, а только под звуки музыки стал делать какие-то танцевальные движения, начиная с простой раскачки, и до протягивания руки Хану, чтобы тот присоединился. Ночь. Кухня. Сладко-горький запах кофе. Атмосферная музыка. Двое влюбленных танцующих под нее. Движения вальса вперемешку с непонятными движениями под мелодию такие теплые. Улыбка и нежный взгляд не уходили с лиц. Смех время от времени грел квартиру. Песня подходила к концу. Минхо притянул к себе Хана. — Можно? — Это был один из глупых вопросов Лино, ну или не очень уместных. Буквально несколько часов назад он без спроса прикасался к Джисону в людном месте без разрешения, а тут дом, где только они вдвоем. Хан немного усмехнулся, направил на Минхо свой любящий взгляд, и осторожно прикоснулся рукой к щеке Лино. — Конечно можно, дорогой. Расстояние между ними максимально уменьшилось. Они ощущали биение сердец друг друга. Дыхание касалось кожи и немного обжигало. А места, куда прикасались руки и вовсе горели огнем. Пусть для них поцелуи были уже более привычным делом, но дальше они не заходили. По крайней мере раньше. Словно опьяненные друг другом, они постепенно стирали границу между друг другом. Дыхание сбито, а воздуха явно не хватало на двоих. — Пошли в спальню? — Предложил Хан. В этот же вечер. Феликс и Хенджин. Пока Минхо развлекал свою белку, Хван помогал Феликсу с готовкой. Ну как помогал… По словам повара, который прогонял того несколько раз, Джинни только мешал. То стакан разобьет, то муку рассыпет, из-за чего потом вся кухня и находящиеся в ней были покрыты белой пылью. Только спустя некоторое время Хенджин нашел себе занятие. А точнее, Сынмин позвал играть в AmongUs. По началу Феликс заволновался резкой тишине, ведь все прекрасно знают, что если ребенка не слышно, значить он чем-то занят, и не всегда такое занятие бывает безопасным. Но не долго царила тишина. И вот на кухне появляется довольный Хенджин. — ХЕЙ ФИЛЛЛИКС! — Прыгая как неугомонное дитя врывается Джинни. Енбок рассмеялся от того, как назвал его Хван, хотя он часто его так называл, но сейчас немного задорнее. — Хей! Хей! — Прыгая по всей кухне повторял Хенджин. Феликс же просто наблюдал за этой картиной продолжая замешивать тесто. — I gOt thE impOstEr!~ — И Джинни вприпрыжку снова скрылся в другой комнате оставив повала закатываться смехом. Брауни стоял уже в духовке и дожидался готовности. Теперь, прибрав кухню после всех бедствий, Феликс мог получить свою порцию отдыха. По телевизору шла какая-то старая дорама, на диване сидел Хван читая недавно купленную книгу. Ликс пристроился рядом, положив голову на плечо. — Интересно? — Поинтересовался парень. — Вполне себе. — Откладывая в сторону проговорил Хенджин. — Я кое-что нарисовал. — Он потянулся в сторону стола и стащил оттуда свой скетчбук. Обнял Енбока и открыл нужную страницу. На ней был нарисован Феликс, стоящий в фартуке и держа в руках миску с тестом. Джинни отдал в руки Енбока свое творение и наблюдал как тот рассматривает изображение. — Ну как тебе? — Казалось, после шума от этого дитя прошло минут двадцать, а он уже успел столько всего сделать. Хотя, по мне, по мнению Феликса, тот лучше бы помог с уборкой. — Это как всегда прекрасно. Так вот почему ты тиха себя вел. — Погружаясь в рисунок, все эти тонкие и легкие линии, сказал Енбок. — Хаха, есть такое. — Сейчас, когда они так близко друг к другу, оба могут расслабиться. — Это как всегда очень красиво, Джинни. — Он нежно провел рукой по всему рисунку, словно это что-то не земное и потерянное. Хван поцеловал Феликса в макушку, тем самым обратив на себя внимание. Енбок повернулся, и слегка поцеловал того в губы. После же он вернулся к прежнему занятию. — Ты вчера опять поздно лег? — Возмущенно произнес Хенджин, посматривая на любимого, который продолжал разглядывать работу. — Нет, с чего ты решил? — В голосе промелькнула некая нотка лукавости. — Так, иди спать. Брауни я сам доделаю. Феликс не мог не послушаться. Он понимал, что Хван заботиться о нем, да и врачи говорили не ложиться поздно спать. Вчера Енбок прождал Хенджина допоздна. Он просто лежал в кровати и ждал, когда тот вернется с подработки. И только когда вернулся парень, Феликс сразу уснул. Синяки под глазами выдавали позднее засыпание. Хотя выпечку оставлять на Хвана было опасно, что немного волновало Енбока. Послушно и лениво встав с удобного места, юноша направился в спальню, провожая Хенджина недовольно-грустным взглядом. Эта сцена заставила Хвана сдерживать смешки. — Давай-давай, ложись спать. Я скоро подойду. — Через минут пятнадцать прозвенел таймер. Осталось теперь только достать выпечку, и нарезать ее на квадратики чтобы завтра досталось всем. Хенджин нарезал все на кусочки и воткнул в каждый шпажку, после сложил брауни в контейнер. Он подошел к самой высокой полке в этом доме, до которой сам едва доставал, и стащил оттуда небольшую коробочку. В ней, на мягкой бархатной белой подстилке лежало по два парных кольца мраморного цвета, одно почти черное, а второе молочно-белое. Довольно эстетичные и не заметные. Хван пошел в спальню, где уже лежал Феликс. — Цыпленок, ты спишь? — Шепотом спросил Хенджин, чтобы не разбудить спящего Феликса, или удостовериться, что тот еще не спит и, как всегда, ждет любимого. — Неа, тебя жду. — Феликс открыл глаза и сел возле своей подушки. Хван сел рядом. — Протяни свои ручки, и закрой глаза. — Енбок послушно выполнил указания своего парня. Хенджин положил в них подарок и поцеловал Феликса в лоб. В этот момент парень ощущал небольшой вес в своих и руках, и нежное прикосновение губ к себе. — Можешь открывать. Феликс открыл глаза. В темноте он мог увидеть только непонятную коробку. Увидев небольшое замешательство в поведении Енбока, Хенджин сразу понял в чем дело. В темноте было сложно разглядеть подарок, а если включить свет, то он больно ударит по глазам, которые привыкли к темноте. Сделав такой вывод, который не особо помог из-за ночных соображений, Хван включил фонарик от своего телефона, свет которого тоже ударил по глазам, но менее сильно, чем основной. Феликс, под небольшим освещением телефона, открыл коробочку и увидел два кольца мраморно-прозрачного оттенка. — Они такие красивые… — Феликс вынул с мягкой подстилки украшения. — Какое из них твое? — Мои уже на мне, а это твои. — С улыбкой сказал Хенджин. — Да? А я хотел сам тебе одеть кольцо… О, Джинни, а может ты их снимешь, и я одену тебе? — Лишь чутка усмехнувшись, Хенджин снял свои украшения и протянул их возлюбленному. — С удовольствием, цыпленок.