Тысячелетнее Цветение Персика

      В жизни у Чжоу Цзышу было лишь две проблемы: глубокое чувство вины и решения, которые требовали задавить свою гордость.       За дверьми императорской библиотеки, куда его принимали без промедлений, он стоял со сведенными к переносице бровями.       — Ваше Величество, – уголки губ чуть дернулись. — Верны ли слухи, что Хозяин Долины Призраков желает встречи? Изволил отправить письмо.       — Ты уже хорошо осведомлен, – отметил Хэлянь И. — Я хотел лично обсудить с тобой это, Цзышу.       — Его Величество интересует моё мнение? — глаза коротко прищурились, и продолжил он также негромко. — Очевидно, он не стал бы действовать без четкого мотива. Этот слуга сожалеет: в руки Тяньчуана до сих пор не попала информация об этом.       Между бровями Его Величества пролегла глубокая складка.       — В этой войне проиграет тот, кто сделал первый ход. Теперь нам следует действовать на опережение, пока призраки полноценно не вступили в игру. С их стороны было глупо давать нам время для создания стратегии.       Чжоу Цзышу не стал отрицать этих слов, однако и не кивнул в знак согласия, лишь добавил:       — Недостаток информации ставит нас в заведомо невыгодное положение перед призраками. Их не сдерживают моральные принципы, поэтому их действия будет тяжело предсказать.       Коротко постукивая пальцами, Хэлянь И чувствовал, что что-то не так; сегодня Чжоу Цзышу выглядел ещё хуже, чем в прошлые дни. Он определенно что-то не договаривал, поддерживая тему будто бы выжидающе. Похоже на него, но не в момент обсуждения дела.       — Цзышу, с прошлого твоего задания прошло около пары недель. Но твоё состояние с виду лишь ухудшается. Не стоит ли тебе провериться у императорского лекаря на наличие внутренних травм?       Уголки губ Чжоу Цзышу чуть приподнялись, и он ответил:       — Я не заслуживаю беспокойства Его Величества. Однако, если это воля Его Величества, я готов выполнить это задание.       Его Величество помучал нижнюю губу большим пальцем, прежде чем всё-таки ответил:       — Дуань Пэнцзюй узнал, что в одном из публичных домов отправляют девушек в Долину Призраков по запросу одного из них.       Чжоу Цзышу встретил очевидное второе дно оглушительным молчанием. Помимо того, его беспокоил вопрос: почему же Дуань Пэнцзюй выполнял это задание скрытно? Как помощник командира, он был обязан отчитаться, если Хэлянь И не приказал ему сделать обратное.       Пусть и собеседник выглядел задумчивым, Его Величество все равно продолжил:       — Единственный мужчина будет сильно выделяться, ты и без меня это понимаешь, Цзышу.       — Речь о «Тысячелетнем Цветении Персика»? — догадался мужчина. — Каждая из девушек там славится умением готовить.       Существовало множество публичных домов, женщины из которых могли бы удовлетворить призраков. Но только один из них был известен приготовлением фирменного блюда, и, конечно же, этим заведением было «Тысячелетнее Цветение Персика».       Это сильно сужало круг возможных мотивов. Месть? Подмешать яд в еду заядлому любителю засахаренных фруктов после карпа в кисло-сладком соусе (то самое фирменное блюдо) не так уж и сложно.       Из размышлений Чжоу Цзышу выпутал вопрос Хэлянь И:       — Это проблема?       — Ни в коем случае, Ваше Величество.       Чжоу Цзышу совершенно не умел готовить.

***

      За пределами дворца Чжоу Цзышу оказался предоставлен самому себе. Сложив за спиной руки, он собирал в голове спутанные предположения. Подделать мужское лицо под женское – проще простого для человека с его навыками. Но что делать с телом? Чжоу Цзышу не уступал в росте другим мужчинам, чем уже выделялся среди миниатюрных и улыбчивых дам.       Архивы Тяньчуана принесли ему радостную весть. «Тысячелетнее Цветение Персика» – уникальное в своей сути заведение, в котором мужчины были приветливы и к красоте, выходящей за рамки стандартов.       Тонкая талия, и под хорошо подобранным ханьфу Чжоу Цзышу сможет выглядеть более хрупким, чем есть на самом деле.       Но стоит ему попасться на одного настойчивого посетителя – и всё пропало. Сладкоречием Чжоу Цзышу, как бы этого ни хотел порой, не отличался. Уродливые гвозди на груди источали сладковатый и неминуемый запах с холодным расчетом подступающей с каждым днем смерти, чем могли сразу раскрыть его. Но не только с этим была связана причина проскользнувшего нетерпения Чжоу Цзышу.       Глава Тяньчуана, глава поместья, Его Светлость Чжоу Цзышу был достаточно умен, чтобы заранее предположить о выданном ему задании. Однако он полагал, что придётся самому придумать способ, как проникнуть в Долину Призраков.       Виной всему стало любопытство и старые привычки. Стоило увидеть крючок, как хотелось найти нить, продолжить следовать за ней и узнать того горе-рыбака, который решил искать добычу в запрещенном месте.       Действительно, ему было необходимо лишь найти больше информации о Хозяине Долины призраков, чтобы использовать её против него и склонить к своим условиям. Но Чжоу Цзышу поглотила мысль узнать о том, кто и зачем послал девушек борделя в такое место, как Долина Призраков.       Долина призраков – без преуменьшения жестокое место. Выживает сильнейший, а слабый вынужден забыть о гордости и чести, если жаждет жизни. Эти жуткие в своей сути условия не предназначены для того, чтобы вырастить высоконравственного и порядочного человека. Только животное, которому если ему оторвут ноги, научится использовать для ходьбы руки, а коль не станет рук – будет использовать зубы и голос, чтобы подчинить тех, кто питает страх перед его упорством. И только такие люди могли оказаться у власти. Чей гардероб состоит из лицемерия и лжи, недоговорок и подавляющей мощи.       Никакие из необходимых условий: превратиться в беззащитную женщину, продающую своё тело, а в свободное время скрываться в тени ночи и становиться одним из призраков – не были тяжелыми для Чжоу Цзышу.       Нужно лишь преобразиться в одну из девушек. Задание было определенно не из тех, где можно было бы договориться с хозяином «Тысячелетнего Цветения Персика». Ведь стоит узнать об этом призракам – и будет утечка информации. Чжоу Цзышу в важном деле доверял лишь себе и своим методам, поэтому не был намерен рисковать и искать иной способ.       Три дня времени. Более чем достаточно, чтобы разузнать всё и быть готовым.