Плод шутки шиппера Бога

      Кейл наконец спокойно отсыпался, не представляя, что может теперь пойти не так. Всё закончилось, и ничего более не потревожит его покой. Все те страшные люди вокруг стали семьёй, на супер вилле всегда спокойно — если не считать иногда балующихся детей, но это не страшно — Его Высочество, как и обещал, сделал его бездельником, а также периодически отсылает деньги. Каким способом тот выкручивается с документами, Хенитьюза не волновало — главное результат.       Порой Альберу Кроссман, когда, по всей видимости, у него выкраивается часть времени, которое не жалко потратить на такого отброса, как его главнокомандующий, посещает его виллу в обличие тёмного эльфа, иногда звонит по магическому устройству видеосвязи, консультируясь по некоторым вопросам, или отправляет Ташу с определённой посылкой — скорее всего, его тётя сама просто желает повидаться с названным племянником.       На сегодняшний день у Кейла была запланировала дневная прогулка после завтрака-обеда, пока его дети, уже проснувшееся, занимаются чем-то своим. Далее, по обрисованному плану, было прочтение какого-нибудь лёгкого романа и вновь сон, если его никто не побеспокоит с чем-нибудь. Не жизнь — мечта наяву.       Но именно сегодня всё пошло слегка не так. С самого утра — во-первых, юноша проснулся почему-то рано — его стала мучать тошнота, будто остаточный эффект от похмелья, ведь в дополнение Кейл жутко утомился лишь от того, что прошёлся с комнаты до столовой — все были так рады видеть его на общем завтраке — и обратно, и вновь захотел спать, хотя уснуть так и не вышло. Хенитьюз выпил довольно мало жидкостей за трапезой, но по какой-то причине слишком часто хотел сходить помочиться, что вызвало неприятные мысли о какой-то болезни. Возможно, простуда. Вот только сила сердца не допускала вообще каких-либо лишних морок насчёт здоровья, что заставило задаться вопросом во внутрь своего сознания.       — Нет, с твоим здоровьем всё в полном порядке!       Однако Плакса ответил, что переживать не о чем, а значит всё со временем само уйдёт.       К закату так ничего и не прошло. Разве что Кейл случайно заметил в зеркале, что сетка вен на груди почему-то потемнела. В купе с начавшимися странностями пару недель назад — излишняя забота окружающих на несколько дней показалась не раздражающей, а приятной, её резко захотелось больше; от любимого вина будто отвернуло, хотелось только чая; лимонад, который приносил Рон, начал вызывать настоящую рвоту, из-за чего дворецкий, после непрекращающихся инцидентов, прекратил приносить свой напиток (от последнего красноволосый юноша был не против) — Кейлу совершенно не понравилось, что в голову не приходило никаких идей по причинам таких изменений.       «Разве что… Нет, это полнейший бред. Если через три-четыре недели моё состояние не улучшится, просто попрошу Эрухабен-нима посмотреть».

***

      Спустя несколько недель симптомы Кейла никуда не уходили. Даже наоборот, становились всё страннее. Голодовки, вызванные рвотным рефлексом только от взгляда на пищу, сменялись на неутолимый голод. В такие моменты самая странная еда казалась весьма привлекательной. Но последней каплей стали неожиданные перепады настроения, что были совершенно не свойственны красноволосому юноше.       С помощью Раона бывший главнокомандующий в мгновение ока оказался около Эрухабен-нима. Без лишних разговоров, Кейл, который уже не знал куда себя деть, попросил его осмотреть, пока Плакса твердил, что с его хозяином всё в порядке.       Золотой дракон был удивлён внезапным появление незваного гостя, а после и его странной просьбе. Перед тем, как выполнить её, древнее существо попросило бедного ублюдка объяснить ситуацию.       После рассказа Эрухабен был в смятении. Подобные симптомы не были похожи ни на одну знакомую ему болезнь. Да и раз у красноволосого юноши была древняя сила, то и волнения по поводу подобного развития событий можно было отмести сразу. Тогда что это было? В голове крутилась лишь одна догадка, что была абсолютно не совместима с реальностью. Чтобы наконец понять, что творится с неудачливым ублюдком, дракон провёл пару исследований.       Смотря на результаты, что были проверены ещё пару раз из-за своей неправдоподобности, Эрухабен всё ещё не мог поверить в них. Дракон понимал, что их разговор в итоге может занять уйму времени и в начале подготовил стакан воды. Он повернулся и посмотрел прямо в глаза человека перед собой, после чего, наконец, промолвил:       — Кейл, ты беременный, — золотой дракон перевёл взгляд обратно на результаты. — Я перепроверил это уже пару раз, но результат один и тот же, — в мыслях пронеслось: «Бедный ублюдок».       — Что? — в глазах, кажется, помутилось.       Он, Хонг и Раон Миру так же начали замечать странности за своим человеком, поэтому переживали всё время не меньше него самого. Во время всех исследований они находились рядом, а младшие не понимали смысла некоторых тестов.       Сейчас чёрный дракон парил подле Хенитьюза, задавая себе вопрос: что такое «беременный»? Однако раз его слабый человек так отреагировал, значит, что ничего хорошего. Вдруг это смертельно? Крылья на спине затрепетали, и только Раон намеривался спросить интересующий вопрос вслух, как его попытку прервали.       — Дети. Выйдите отсюда. Мне надо обсудить одно дело с Эрухабен-нимом, — сказал явно сдерживаемым голосом юноша, что было необычно для всегда спокойного и умеющего управлять своими эмоциями Хенитьюза.       — Но, Человек, я хотел задать вопрос… — дракона вновь прервали.       — Я или Эрухабен-ним позже расскажем тебе, что такое беременность, — на этом слове руки Кейла дрогнули, — а пока вернитесь втроём в дом и передайте, что меня долго не будет и что переживать не стоит.       Когда посторонние ушли при помощи телепорта чёрного дракона обратно, красноволосый юноша словно взорвался, возвращаясь к основной теме.       — Беременный? Этого не может быть! Я — чёртов мужчина. Это невозможно по всем законам природы! Да я, как минимум, девственник, что уж там говорить о попадании в меня оплодотворяющих клеток, или как там это могло произойти в мужском организме!..       Золотой дракон сейчас смотрел на не так давно пришедшего и в начале никак не мог понять, кто стоит перед ним. Такое поведение от Кейла было чем-то нереальным. Но когда в глазах рядом начали выступать поблескивающие слёзы, Эрухабен вспомнил, что беременным противопоказано нервничать и быстро приблизился к самому поражающему созданию за его жизнь.       Дракон первым делом усадил новоиспечённую «мать» и всучил ему стакан воды, который стоял неподалёку на столе — и всё же не зря. Убедившись, что красноволосый юноша понял намерения старшего и немного успокоился, Эрухабен начал:       — Кейл, успокойся, ты должен понимать, что твоя паника нам сейчас ничем не поможет. Лучший выход из ситуации всё обдумать и обсудить. У тебя хоть есть предположение как подобное могло случиться?       Юноша помотал головой, смотря в пол.       — Подобное попросту невозможно, но… только если это не Бог, — в этот момент человек напротив дракона резко поднял голову.       Его взгляд перешёл от недоумевающего к злобному. Будто он готов прямо сейчас разорвать «кое-какого» Бога на части. Заметив это, Эрухабен быстро переключился на другую тему. Как ни как, разъярённый Кейл, был бы большой проблемой.       — В любом случае, эмбрион внутри тебя не опасен и является человеком. И, разумеется, у него есть и твои гены, и гены второго родителя. Правда, последние я не могу сейчас установить. Мы можем обратиться к алхимикам по этому вопросу.       Получив в ответ тихое согласие, в помещении повисла тишина. Она помогла Кейлу собрать мысли воедино.       И вот спустя пару минут, низкий голос дракона прервал молчание:       — Кому планируешь рассказать первым?       — Альберу, — бывший главнокомандующий ответил без промедлений.       Он сам не до конца понимал, почему именно он. Почему-то это казалось сейчас самым адекватным решением. Плюс ко всему, уже как две недели, его тело само желало увидеться или хотя бы поговорить с этим венценосным ублюдком.       — Хм, тот тёмный эльф? — дракон недоверчиво хмыкнул.       Красноволосый юноша кинул злобный взгляд в сторону древнего существа. В этот момент последний вздохнул у себя в голове.       — Я бы больше поверил, ежели бы ты выбрал Розалин или, в крайнем случае, Чхве Хана — он же всегда за тобой по пятам ходит. Но ладно, тебе решать. Осталось разобраться с детьми.       Да, на данный момент Раон представлял особую проблему. Если он разболтает кому-нибудь, то это закончиться, как минимум, головной болью Хенитьюза, а как максимум… нет, Кейл даже представлять себе это не хочет.        «…Хм. Надо попросить у Его Высочества золотых табличек как подарок на появления ребёнка. Хоть какая-то выгода у него должна быть. Или неё?..» — впал в размышления Кейл, отпивая воды.       Также надо было разобраться с тестом на отцовство создания внутри него, связаться с Богом Смерти надо было, но точно не в ближайшие сутки. Главным было теперь объясниться перед командой и сдержать что бы то ни было после такого известия. По телу прошлась дрожь, как только Хенитьюз представил себе гиперопеку от всего вокруг и утроенную заботу. Сейчас хотелось кого-то, кто не воспримет его как будущую мамочку какого-то дитя или объектом исследований. В голову пришли только его дети — теперь это слово вызывало ужас — и Наследный Принц. Кейл уже сказал, что не вернётся хотя бы до вечера, так что можно было и навестить этого ублюдка.

***

      После ещё нескольких банальных вопросов, представлению его предположительного рациона теперь, в таком положении, и предложению остаться, чтобы понаблюдать за ним, Кейл попросил телепортировать его к Альберу Кроссману.       Спустя пару мгновений бывший главнокомандующий оказывается в знакомом кабинете: вдоль стен с красными бархатными обоями, украшенными золотыми вензелями, стоят высокие стеллажи книг. По центру комнаты стоит пара кресел и диван, между которых находится аккуратный столик, с находящейся на нём конфетницей, что изобилует различными сладостями. Напротив стоит всё тот же массивный письменный стол из лакированного тёмного дуба, украшенный золотыми деталями. За ним на мягком, обитом шёлком кресле сидел владелец сего помещения.       Наследный принц даже не взглянул на гостя, когда промолвил:       — Молодой мастер Кейл, мой дорогой донсён, я уже отправил Вам деньги, посему Вы не получите ещё в ближайшее время.       Красноволосый юноша фыркнул в ответ на речи будущего монарха. Кейл бесцеремонно свалился на роскошный диван.       — Вовсе я здесь не для этого — просто решил навестить своего хёна. Почему Вы сразу говорите о таких корыстных намерениях? — юноша взял печенье со столика напротив.       — Поешь и уходи, нечего тебе здесь без причины сидеть.       — Как жестоко, Ваше Высочество.       В комнате воцарилась тишина, перебиваемая лишь шелестом бумаг, чирканьем пера о бумагу и хрустом печенья. Этим двоим не нужны были слова. Им хватало даже молчаливого присутствия друг друга, чтобы их день стал лучше. Альберу особенно хорошо это чувствовал, так как, вопреки всеобщему мнению, этот красноволосый ублюдок вызывал в нём нечто большее, чем обычные братская любовь. Никто, кроме самого принца не знал об этом, ну… так он сам считает.       Спустя непродолжительное время, Альберу, наконец, отложил свои документы, и у названных братьев завязался светский разговор. Внезапно Кейл выдаёт то, что любой адекватный человек посчитал бы шуткой.       — Кстати, я беременный.       От такого Альберу поперхнулся воздухом.       — Кейл, ты не умеешь шутить.       — Вообще-то, это не шутка. Я правда беременный, вроде, уже как второй месяц идёт.       — Что?.. Но ты же мужчина… — Альберу явно не понимал или не хотел понимать, что сейчас происходит.       — Да. Но одного ублюдка это не остановило, — с раздражением в голосе сказал бывший главнокомандующий и цокнул языком.       — Тебя…? — уже не в чём не уверенный спросил принц, но внутри испугался, что кто-то мог причинить вред его донсёну, а он даже не в курсе. Мимолётно всё тело захлестнула ярость от этого безумного факта, но так же быстро ушла, после ярого отрицания:       — НЕТ! Божественного ублюдка! Как ты мог вообще о таком подумать?       — Ладно, прости, — пробормотал Кроссман.       Альберу вышел из-за своего стола. Присев на кресло около дивана, Наследный принц не стал скрывать своего любопытства:       — Кто-нибудь ещё об этом знает? И как ты вообще об этом узнал?       — А как об этом можно было узнать? У меня начался токсикоз, предпочтения в еде изменились, начались перепады в настроении и поведении, а также далее по мелочам.       От последнего конкретного факта из уст юноши, Альберу внутри сильно насторожился. Он и думать не хотел, сколько может принести проблем эмоциональный Кейл. Хоть Кроссман до сих пор не особо верил в эту ситуацию, реальность отрицать было нельзя, хоть она и была до абсурда сказочной.       Но Кейл продолжал:       — А кроме тебя об этом знают только Эрухабен-ним и дети.       — Раз об этом знают твои дети, то, скорее всего, об этом уже знает и вся твоя семья, — Альберу усмехнулся, видя, как лицо Кейл искажается в ужасе.       — Да почему вечно я?! — Кейл опустил голову и закрыл лицо руками.       Кронпринц, быстро вспомнив, что его названному брату нельзя волноваться, перевёл тему на другую: более неприятную для себя.       — Кто второй родитель ребёнка?       — Эрухабен-ним сказал, что не может это установить без дополнительных данных. Я планирую собрать кровь у всех из нашей семьи, для проверки.       — А ты, то есть, не знаешь?.. — ожидания Альберу разрушились, чем был явно недоволен Хенитьюз.       — Издеваешься? Я грёбаный девственник, откуда я могу знать?!       Взбесился Кейл от такого вопроса. Правда, не хватало ему ещё думать чью половину забирает сознание внутри. Вдруг там какой-нибудь дракон-полукровка или ещё чего похуже? Внезапно всплыло, нет, нахлынуло осознание, что же будет дальше. Сейчас ведь только начало, а уже кажется, что проходишь испытание от какого-то чокнутого. Без награды.       Владельца худощавого телосложения прошибла дрожь, не унимающаяся никак. Кейл не хочет показаться слабаком, что падёт в истерику от такого плёвого момента, как всего лишь представления будущего — оно всегда непредсказуемо, но его также всегда можно изменить. Сила воли всё-таки вышла победителем, и Хенитьюз облегчённо улыбнулся.       «Какого чёрта этот ублюдок так улыбается?» — пронеслось в голове Кроссмана, который имел всего несколько предположений причин этого выражения чувств. Ни одна из них не означали что-нибудь хорошее в итоге. Однако допытываться смысла нет — всё равно не узнает ровным счётом ничего.       — Какого это? — Наследный принц поинтересовался из чистого любопытства. — Что ты ощущаешь?       — Наверное. Хм. Да, я чувствую тепло. Конечно, я поражён и не до конца понимаю, что вообще творится. Скорее всего, я не захочу знать, кто «отец» данного ребёнка, да многие из семьи будут если не против, то начнут свои безумные расследования или догадки, потом, когда этот ребёнок начнёт расти и приобретать ещё чьи-то черты, — сначала Хенитьюз вздохнул про себя, но этого показалось ничтожно мало, и он тяжело выдохнул воздух из грудной клетки, будто отбрасывая ненужные размышления. — Однако если отбросить это, то, пока меня не тревожат разные побочные проблемы, осознавая, что там, — Кейл кивнул в сторону своего живота, — развивается что-то родное и своё, я определённо могу сказать, что, в какой-то мере, — сейчас, скорее, меньшей — счастлив. Пожалуй, это лишь обман моего мозга, но он будет продолжаться ещё долго, так что такой ответ вполне подойдёт сейчас. Это не моя ответственность, но кто-то, — красноволосый юноша знал кто, — возложил её на меня, и я воспитаю этого ребёнка как смогу, чтобы он или она не познали того, что однажды выпало на мою жизнь.       Кроссман прекрасно понимал это чувство. После смерти матери он чувствовал себя одиноко в большом, но таком чужом дворце. Только благодаря тётям и дядям по материнской линии тогда, будучи ещё ребёнком, Альберу смог подняться на самый верх в этом жестоком мире лжи и тщеславия.       Тёмный эльф нежно улыбнулся.       — Ты всегда можешь обратиться ко мне, донсён.       От этих слов Кейл вспомнил об одной из изначальных целей его визита.       — Раз так, то у меня есть просьба, — обладатель огненно-красных волос улыбнулся той самой улыбкой, на которую маленький чёрный дракон сказал бы, что его человек собирается опять кого-то ограбить. В этот момент принц пожалел о своих словах. — Попрошу вас подарить на рождение этого ребёнка парочку золотых табличек — хочу самостоятельно выбрать лучшее для своего дитя. Вы же не поскупитесь для такого важного дела? Ах, и попрошу Вас увеличить сумму высылаемых Вами каждый месяц жалований.       Улыбка будущего монарха покривилась.       — Я подумаю об этом, — неуверенно ответил блондин, устало отводя взгляд.       — Благодарю, Ваше Высочество!       Милый разговор был прерван стуком в дверь. После разрешения Кроссмана, в комнату зашёл дворецкий. Его взгляд зацепился за Кейла Хенитьюза, который самозабвенно развалился на диване Кронпринца, ничуть не смущаясь никого вокруг.       Как он здесь оказался? — такие вопросы давно перестали волновать прислугу, особенно когда у их главнокомандующего, будто с каждым месяцем, появлялось по новой удивительно или редкой, или той и другой, силе.       — Ваше Высочество, Молодой мастер-ним, приветствую, — дворецкий поклонился. Вначале он обратился к гостю, дружелюбно улыбаясь. — Вам принести чаю с печеньем, как обычно?       В ответ Хенитьюз покачал головой в знаке отрицания. Дворецкий же после отказа перешёл к основному делу, уже с серьёзным тоном:       — Ваше высочество, министр сельского хозяйства просит вас об аудиенции и просит передать, что дело не требует отлагательств.       Альберу вздохнул. Ему не хотелось прерывать общение со своим названным братом, но роль Кронпринца не давала этому осуществиться.       — Передай, что я сейчас приду. На этом можешь идти.       Дворецкий поклонился и вышел из комнаты, закрывая за собой дверь.       В этот момент лицо Кейла стало выражать недоумение, граничащее со страхом. Причину этим чувствам Кейл не находит. Он знал лишь то, что ему нужно удержать Альберу, оставить возле себя, чтобы… быть в безопасности.       — Вы правда сейчас уйдёте?..       — Разумеется, — Кроссман уже подходил к двери, из-за чего не мог видеть лица своего названного брата.       — Ваше Высочество, Вы не закончили дела со мной, чтобы уходить, — Хенитьюз не знал, что говорил, и даже не представлял, как продолжить ту чушь, которую только что сказал.       Наследный принц опустил поднимающуюся руку к двери и обернулся, подняв брови. Что-что, а мешать ему выполнять свои обязанности, этот ублюдок никогда не смел. Особенно, когда дело настолько срочное, что «не требует отлагательств» — хоть Кроссман в этом сильно сомневался.       — О чём ты, Кейл? Мне казалось, мы обсудили достаточно, чтобы я мог спокойно уйти решать дела империи.       — Выпейте со мной чая. Я хочу насладиться этим прекрасным напитком в компании Его Высочества. Уважьте же слугу Вашего, бывшего главнокомандующего сей империи, которой находится в положении, — в голове же красноволосый юноша не был так спокоен, как говорил вслух: «Айгу, что я несу? Это даже не причина, чтобы отложить важные дела, не то что встречу с уже ждущим человеком, который прибежал со срочным делом. Да, хотя, скорее всего, это не такой уж неотложный вопрос. Но бестолковости моих слов это не уменьшает».       — Серьёзно? — Кронпринц сложил руки на груди. Сейчас ему нужно было спешить в переговорную, а не любезничать с графским ублюдком около выхода из кабинета. Да и причина была глупа. — Кейл, не время: меня ждут. Уж не тебе мне об этом говорить.       Лик красноволосого юноши из притворного благоговения сменился на скучающий и слегка, лишь немного, напуганный и озадаченный.       — Вы бросите здесь своего брата в полном одиночестве? Разве можно заставлять дорогого гостя дожидаться Вас?       — Не знаю, зачем ты хочешь задержать меня, но ты в моём кабинете не официально — только заходивший дворецкий знает о присутствие неожиданного гостя. Вероятно, я ещё долго буду обсуждать дела с министром, так что можешь отправится обратно домой — тебе как раз сейчас нужна семья, которая тебя поддержит и знакомая обстановка — я так думаю — или могу приказать прислуге всё же принести тебе чая.       — Я выбираю уйти, — Хенитьюз фыркнул, после чего показательно сложил руки в закрытый жест и элегантно положил одну ногу на другую.       — Если что, свитки телепортации в столе во втором ящике снизу, — кивнул Альберу, вновь разворачиваясь к резной двери с разными орнаментами, а перед самым выходом насмешливо бросил. — Потом отправь письмо с описанием, как твоя семья приняла известие.       Кроссман ушёл, оставив Кейла в полном одиночестве. В момент, когда дверь хлопнула, красноволосого юношу захлестнуло чувство тоски. Она была настолько невыносимой, что хотелось разрыдаться на месте, закричать во весь голос и просто оказаться рядом с тем венценосным ублюдком. Казалось, что если Хенитьюз сейчас не увидит эти знакомые черты лица и глубокие глаза, в которых можно просто утонуть, — умрёт от разрывающего его чувства тоски. Сейчас Хенитьюз был больше всего похож на так ему ненавистных сопливых дам, что делало ситуацию ещё хуже.       Мужчина не мог успокоиться ещё некоторое время, он смог прийти в себя только тогда, когда его ногти стали впиваться в бледную кожу ладоней, оставляя кровавые полумесяцы. Боль вернула в чувства. Не имея желания находить причину своего состояния, бывший главнокомандующий подошёл к рабочему столу Его Высочества и достал оттуда свиток. Разорвав его, печать загорелась, а сам юноша начал становится прозрачным, до тех пор, пока в комнате никого не осталось.

***

      Дети вернулись домой по велению своего человека; они были обеспокоены состоянием Кейла, что было сложно не заметить. Заместитель дворецкого Ганс не мог найти себе места, видя опечаленные мордочки этих малышей. Но они ничего не отвечали, когда рыжеволосый спрашивал, что их гложет. От безысходности он попросил Чхве Хана помочь ему с этим непростым делом. Наедине с ним дети Кейла метались в своей неуверенности, пока Раон всё-таки не произнёс:       — Что такое «беременный»?       Этот вопрос застал мастера меча врасплох. Но всё же он захотел поинтересоваться.       «Может, этот ребёнок что-то не так понял», — Раон-ним, от куда вы услышали это слово?       — Дедушка Голди сказал, что человек беременный! Но нам никто не сказал, что это! — взволнованно возмущался маленький дракон.       — Кейл-ним… б-беременный…? — ответ поставил Чхве Хана в тупик.       — Чхве Хан, можешь рассказать, что это такое? Он молчит, как воды в рот набравши, — просил Хонг.       Хан опустился на стул. В голове роилось множество мыслей и вопросов. Каждый буквально перекрывал другой, не давая сфокусироваться на чём-то одном.       — Стадия вынашивания ребёнка у людей и некоторых других существ называется беременностью — не у всех, правда, такое есть: Раон-ним, например, развивался в яйце, как и другие драконы. Знаете, это когда мужчина и женщина любят друг друга, а после у них появляется ребёнок. В обществе принято вступать в брак, когда у пары появляется ребёнок, иначе после он или она будет считаться внебрачным.       — Ого, получается у Человека появилась жена! — сделал свой вывод Раон.       — У нас скоро появится ещё один братик или сестрёнка, — восторженно сказал Хонг.       В это время, Он запрыгнула к Чхве Хану на колени, не желая самой объяснять эту тему своим братьям.       — В том-то и дело… Мужчины не могут иметь детей. Женский пол оплодотворяется мужским, затем с неким шансом женщина беременеет и вынашивает девять месяцев — у людей — плод будущего ребёнка у себя в животе, — мечник растерянно старался подробнее объяснить детям, почему же происходящее сейчас удивительно и странно. — Да и я точно знаю, что Кейл-ним ни с кем не заводил отношений… он только жаловался однажды, какая это головная боль, при моём вопросе… Неужели Кейл-ним что-то от меня скрыл, или он не доверяет мне… — сошёл уже на бормотание себе под нос.       — Мы тоже ни о чём таком не знали, — подбодрила мечника Он. — Нам остаётся только подождать, пока Кейл вернётся и сам нам всё расскажет.       — Пока Кейл-ним не вернулся, нужно обязательно обсудить это с остальными. Зная Кейл-нима, он просто скинет на всех эту новость, поэтому нам надо подготовить их к этому заранее.       Он, а затем Хонг с Раоном кивнули.       Через несколько минут в гостиной собрались люди и нелюди. Практически все из семьи Хенитьюза озадаченно смотрели на созвавших их детей и мастера меча. В помещении царил немой вопрос: «Для чего они здесь?».       И вот, наконец, Чхве Хан начал говорить:       — Причина, по которой мы вас собрали, заключается в Кейл-ниме.       — Чхве Хан, нам всем здесь понятно, что дело в нём, можешь перейти сразу к сути.       Семья согласились с предложением рыжеволосой магессы.       — Хорошо, — неуверенно продолжил кореец, — В нашей семье скоро будет пополнение.       Послышались глубокие, как будто жалеющие вздохи. Все сразу отмели вариант нового союзника, ведь причин теперь на такое у Хенитьюза не было, а значит оставалось не так много вариантов. После пары перешёптываний, основной мыслью которых было: «Неужели Кейл завёл отношения?», черноволосый прервал заблуждения.       — Как бы странно это не звучало, но беременный именно Кейл-ним.       — Да! Нам так дедушка Голди сказал! — заверещал дракон, а котята, сидящие на руках мечника, кивнули в подтверждение.       Гостиная наполнилась молчанием. Новость удивила всех; всех кроме Кейдж. Она выглядела так, будто пазлы в её голове собрались.       — Этот ублюдок!       Люди и нелюди обратили свой взор на бывшую жрицу.       — Этот чёртов Бог Смерти в последнее время был слишком болтлив. Вечно твердил о каком-то «гениальном» плане и ещё что-то о Кейле. Теперь-то всё ясно!       Удивлённое молчание с каждым словом становилось всё холоднее и кровожаднее.       Посередине комнаты возникло тусклое свечение. Спустя пару мгновений на его месте уже стоял красноволосый юноша. Он начал хмуриться из-за горького привкуса во рту.