somewhere in solar system

В последние дни Нептун ощущает себя странно из-за огромного скопления мыслей в его голове. Да, он миллиардер, и ему постоянно приходится продумывать планы, сделки, организовывать деловые приемы, новые проекты, составлять графики, вкладывать, инвестировать, оказывать помощь нуждающимся, продумывать собственный отдых, в конце концов. Все было относительно стабильно, пока среди уже привычных ему мыслей, не стали крутиться мысли об одном человеке - о реформаторе с Седьмой Орбиты. И да, с недавнего времени им все же удалось завести дружбу и наладить отношения, что не задались с самого начала. Более того, они стали общаться больше, чаще, почти через день, учитывая занятость каждого. Уран почти с утра до ночи проводил в Администрации, занимался разработкой законопроектов и реформ, иногда организовывал митинги, Нептун также не сидел на месте и трудился чаще обычного в попытке избежать навязчивых мыслей и представлений. Однако Нептуна это стало настораживать, так как ранее он ни к кому подобного не испытывал и уж тем более ни к кому так не привязывался. — Миллиардеры подобным не занимаются! - повторял он сам себе и с каждым разом не верил своим словам все больше и больше. Несмотря на решительный настрой, он удивлялся сам себе, когда спокойно отменял тот или иной прием ради встречи с реформатором холодным вечером за чашкой чая, алкоголя или кофе. Вернее, он отменял приемы с миллиардерами из других звездных систем, лишаясь тем самым выгодных сделок, и казалось бы, его репутация должна была упасть, но в кругу бизнесменов и магнатов позиции Нептуна только укрепились как самого неприступного, расчетливого и дерзкого. Теперь все могли только догадываться, как найти к нему подход. Это уже было слишком. Когда Нептун сидел на Планетарных собраниях, то всегда украдкой поглядывал на Урана, который с нахмуренным лицом, пронзительным взглядом следил за Солнцем и не соглашался с его нововведениями и предложениями; когда он начинал выдвигать более приемлемые условия или законопроекты, когда он активно жестикулировал руками с такими красивыми длинными и даже изящными пальцами; когда он менял интонацию своего низкого голоса, когда пряди его голубых волос чуть взлетали над головой в порыве,; когда он раздраженно вздыхал, а потом поворачивался к самому Нептуну с чуть прищуренным взглядом исподлобья и ухмылкой со словами: — Ну вот опять он за свое. — Ты прав, - отвечает ему миллиардер на автомате, и когда реформатор отворачивается обратно, то продолжает на него бессовестно пялиться. Его даже не останавливают подозрительные взгляды Сатурна в их сторону, он просто продолжает, черт возьми, пялиться на Урана. И совсем непонятно, в чем дело. У Нептуна весьма разнообразная и богатая половая жизнь. Число его сексуальных партнеров уже не пересчитать, но ни с кем из них не было ничего, кроме секса. Не было этих пресловутых идиотских бабочек внутри живота, ухаживаний, разговоров по душам. Просто не было. А вот рядом с Ураном у Нептуна ощущение, что они знакомы уже несколько жизней, хочется болтать, разговаривать, слушать его красивую хоть и временами фальшивую речь.

***

Перед приходом Урана в гости Нептун выпроводил всех домработников из западного крыла дома и дал им задание обустроить нижние этажи нового поместья к завтрашнему приему господина Арктура, а сам поспешил к барной стойке готовить самый вкусный чай и какао. Как жена, которая ждёт не дождется прихода своего мужа с работы, ей богу. Реформатор приходит вовремя, кланяясь всем работникам, домоуправителю Протею, сам вешает свою верхнюю одежду на вешалку, снимает обувь, поправляет волосы и, увидев на площадке перед лестницей Нептуна, улыбка реформатора тут же становится шире и лучезарнее. — Привет! - здоровается Уран первый. Он такой душка. — Здравствуй. Как себя чувствуешь? — спросил Нептун у реформатора, что с усталым видом приземлился на кожаный диван и выдохнул накопившееся за день напряжение. Миллиардер с невозмутимым видом у барной стойки разливал им чай, но даже с такого расстояния ощутил дурманящий одеколон этого гребаного реформатора. Твою мать. Даже обонятельный анализатор у Нептуна обострился из-за этого придурка, от которого у него и появились эти пресловутые бабочки. — В нашей системе полный беспорядок! - эмоционально начал реформатор, всплеснув руками, - ты бы слышал, какой законопроект сегодня предложили эти бездари! — Неужели все настолько плохо? — Конечно! Хуже! Сейчас объясню, - Уран принялся рассказывать про какой-то треклятый законопроект, про идиотов-депутатов, про пустующую казну, а Нептун в этот момент готовил перед Ураном кофейный столик. Твою мать, с какого момента это начал делать он, а не его домработники? Видимо с самого его заселения в эту систему. Уран рассказывает, искренне злится, расстраивается, Нептун ставит перед ним чашку, кладет столовые приборы, салфетки, зубочистки, угощения, и поднимает взгляд, сталкиваясь с пронзительными глазами цвета льда, которые искали сейчас поддержки и одобрения. И как же хочется его сейчас утешить и обнять. Миллиардер как всегда одаривает его тёплым и уверенным взглядом, отвечая: — Ты знаешь, что я на твоей стороне. И в случае чего, можешь рассчитывать на меня. Реформатор хмыкает и улыбается, качая головой. — И когда мы стали такими близкими? — Думаю, всегда были, - спокойно отвечает Нептун. — Даже в день нашего заселения? — Даже в день нашего заселения. Просто не поняли этого сразу. В любом случае, я рад, что мы теперь имеем то, что имеем. Прошу, - он сел напротив реформатора и призвал его к вечерней трапезе. И они снова болтали обо всем на свете. Уран рассказывал что-то про колонию строгого режима, а Нептун снова завороженно следил за мужчиной, что увлеченно копался в своей тарелке. Его манеры, его голос, его улыбка, его глаза, его волосы, что чуть спадают на лоб, его длинные изящные пальцы, запястья, лоб, нос, губы, аура… Нептун пропал. — Нептун? И тут миллиардер вздрагивает. — А? — Я спросил, что ты думаешь по этому поводу? — По поводу пожизненного заключения? — Мы ведь говорили про эвтаназию, - отвечает он и хмурится. Твою мать — вот, что он думает. — Черт, у меня пока не было мыслей на этот счёт, извини. — Ничего, - отвечает Уран. — Я выслушал тебя. И я подумаю на этот счет. — Да не нужно так серьезно к этому относиться, мы ведь просто болтаем, - Уран улыбнулся и махнул рукой, а Нептун как будто умер. — В любом случае я постараюсь. Реформатор закатывает глаза и поудобнее устраивается в углу мягкого дивана. — Как хочешь. Нептун чувствует, что он будто ломается рядом с Ураном, как тринадцатилетка. И непонятно, в чем дело, потому что каких-либо проблем в отношениях у него не было, они будто появились только с реформатором. Он просто не понимает, чего хочет от Урана - либо просто переспать, либо что-то платоническое, но вроде как он склоняется и к тому, и к другому. Ему хочется все сразу, и он привык получать желаемое. Но реформатора заполучить не так-то просто, потому как тот самовольный, дерзкий, эксцентричный, неуступчивый, а временами такой мягкий, ранимый, обаятельный и милый. Это будет сложно, но Нептун попробует. — Нептун? Миллиардер резко выпадает из мыслей и переводит взгляд на Урана, что сидел рядом с ним и пил из большого бокала свое любимое белое вино. Оказывается, он все это время о чем-то говорил с Нептуном, а тот снова думал о своей одержимости реформатором. Твою мать. — Черт, прости. — Ты в последнее время стал каким-то рассеянным. Думаю, тебе нужно взять отпуск или просто больше расслабляться по вечерам. — Да, думаю ты прав. Если честно, то Нептун хотел бы расслабляться с Ураном вдвоем по вечерам. Он бы точно нашел им двоим интересное времяпровождение. Боже, Нептун кринжует сам с себя.

***

На один из последующих именитых приемов Нептун как и обычно пригласил Урана в свое поместье, и пока остальные гости беседовали друг с другом в главном зале, два газовых гиганта стояли на балконе. Миллиардер задумчиво курил сигарету, слушая очередную историю Урана из жизни. Реформатор был очень легок в общении, использовал необычные речевые обороты, от которых Нептун посмеивался и снова думал о том, как же ему нравится этот гребаный реформатор. —Уран, - обращается он к нему. Реформатор расслабленно и с беззаботным видом поворачивается к нему. — Что? — Не хочешь со мной переспать? Какого черта Нептун вообще это сказал? Как его рот мог сказать эти слова Урану - человеку, в которого он по уши втрескался?! Как будто предложил ему чашку кофе. — Переспать? - переспрашивает реформатор и, судя по выражению лица, в конкретном ахуи. — Ну да, - с таким, знаете ли, вальяжным видом отвечает миллиардер, рассматривая свои ухоженные ногти и делая максимально незаинтересованный вид. Строит из себя невесть кого. Реформатор хмурится в недоумении, сосредоточенно смотрит в свой бокал вина и после продолжительного молчания неловко отвечает: — Ну, вроде не хочу. И после этих слов Нептун будто еще сильнее влюбляется в реформатора, потому что тот отказал ему, а не бросился к нему в постель, как все остальные, желающие получить внимание столь успешного человека. Ну хотя ладно: на самом деле Нептун сейчас огорчился. — А жаль, я бы тебе всякое показал и всякому научил. Твою мать! Почему его рот работает отдельно от мозга и позволяет говорить такие вещи? — Пока вроде не нуждаюсь. Спасибо! - Уран лишь мило улыбается и продолжает пить вино, будто у него только что спросили какую-то несусветную ерунду. Нептун просто ужасен. Особенно в своих попытках подкатить к гребаному реформатору.

***

Сегодня Солнце созвал планеты на еженедельное собрание, вещая самые главные новости и нововведения. Глава Администрации как и всегда был в прекрасном расположении духа и постарался одарить свои планеты теплом и позитивом на всю оставшуюся неделю. В целом собрание проходило как обычно, за исключением того, что Уран ни разу не прокомментировал предложенные Солнцем законопроекты, что было очень странно и вызвало замешательство среди планет. Даже сам Солнце занервничал от того, что никто не возмущался и не задавал ему по пятьдесят вопросов к каждой предложенной им позиции. — Нептун, что это сегодня с нашим Ураном? - обратился шепотом к миллиардеру Юпитер. Нептун в ответ усмехнулся, глядя на реформатора, который вел себя необычно. Ему безумно нравилось наблюдать за подобными переменами в поведении Урана. Тот сидел на своем месте, полностью расслабившись, откинув голову на спинку сиденья и глядя в потолок. Нептун повернулся к Юпитеру и в ответ лишь только пожал плечами. По окончании своего выступления Солнце с планетами ринулись к выходу, так как задерживаться в администрации никому особо не хотелось. Единственными из планет, кто отстал от Солнца и остальных, стали Уран, Нептун и, как ни странно, Сатурн, который очень медленно поднялся со своего места, так как отвечал в телефоне на сообщение от своего куратора в университете. Отправив смску, он облегченно вздохнул и подняв голову, увидел интересную сцену. Уран качался на стуле на ряд спереди от Нептуна, не отрывая от него своего пронзительного взгляда. Миллиардер ухмыльнулся в ответ. То, как долго они переглядывались, закусывая губы, загадочно ухмыляясь, как много их взгляды говорили за себя - все это заставило чувствовать себя Сатурна лишним. — Работаешь сегодня? - спросил Нептун, поднимаясь с места. — У меня выходной. — Неужели? Чем занимаешься сегодня после собрания? Уран шумно вздохнул, потягиваясь на своём сиденье и задумчиво глядя в потолок. Нептуну нравилось разглядывать его лицо, его мимику, движения, но если честно, то хотелось бы все это разглядывать вблизи, а еще с возможностью прикоснуться и потрогать. — А тебе есть что предложить? — Да. Предлагаю посидеть в моем поместье «Нереиде». Вчера на приеме господин Бетельгейзе вручил мне бутылку белого вина, твоего любимого. — А если я не хочу? — А отказы не принимаются. Они снова переглядывались друг с другом, от чего в какой-то момент Сатурну резко все стало понятно. И он, бедняга, так бы и стоял тут, пока Уран его не окликнул. — У тебя все хорошо, Сатурн? — А?…, - тот вопросительно заморгал. — У тебя все хорошо? На тебе будто лица нет. — А, это…Все в порядке, просто мне нужно идти на собрание старост. — Переживаешь? — Да, есть такое. — А где это собрание проводится? Думаю, мы сможем тебя подвезти, - сказал уже Нептун. — Нет, не стоит. Это здесь, в Центре системы. Думаю, я пойду. — Хорошо, удачи. — Спасибо, - слишком рассеянно ответил Сатурн и пошел по направлению к дверям Планетарного зала. Ему просто стало понятно, что между этими двумя.

***

По прибытии в поместье Уран и Нептун поднялись в спальню миллиардера, так как там была более комфортная обстановка - много кресел, диван и огромная двуспальная кровать, а также был выход на балкон, где стоял стеклянный столик и два кресла-качалки. Реформатор сел в одно из больших кресел, а Нептун открыл две бутылки и налил в один бокал белое вино - отдал Урану, а себе мартини со льдом, после чего сел в кресло рядом с реформатором. Как и обычно они болтали обо всем на свете, смеялись, улыбались друг другу. Уран выпил только один бокал вина и уже очень сильно опьянел, что, разумеется, не ушло от внимания Нептуна. — Может больше не будешь пить? - обеспокоенно спросил он, глядя на пьяную улыбку на лице своего друга и пытаясь взять у него из рук бокал. Но тот резко отвел его в сторону, а свободной рукой погрозил миллиардеру пальцем. — Нет-нет-нет-нет! Я чувствую себя …, - Уран задумчиво замычал, указывая пальцем вверх как философ, - великолепно, отпадно, восхитительно. — Прямо так? - Нептун прыснул со смеху. — Да. Но хотя… возможно…возможно, я немного перепил сегодня. — Я никогда еще не видел, чтоб ты напивался до такого состояния. Уран что-то пробормотал себе под нос и в какой-то момент резко, словно в каком-то помешательстве, со звоном поставил бокал на столик и стал расстегивать пуговицы на своей рубашке. Глядя на это зрелище, Нептун честно говоря несколько опешил и даже не мог вымолвить ни слова. Когда Уран закончил со всеми пуговицами, то распахнул рубашку, являя свой стройный подтянутый торс молочного цвета, до которого Нептуну резко захотелось дотронуться. Он был худощав в отличие от миллиардера, у которого за годы постоянных тренировок сформировалась целая рельефная гора мышц, но так красив, так изящен, так хорош. — Что ты делаешь? - спросил Нептун осторожно, на одном придыхании. — Мне стало жарко, - ответил он и откинул голову на спинку своего кресла, тем самым позволяя Нептуну жадно разглядывать свои шею, кадык, ключицы. Твою мать. — А ты… ты не хочешь раздеться? - спросил реформатор, пребывая в той же провокационной расслабленной позе. Он спросил это без какого-либо намека или умысла, но у Нептуна уровень адреналина уже зашкаливал, кроме того, выпитый алкоголь будто потенциировал действие гормона, поэтому миллиардер думал, как бы ему сейчас…не сорваться. — Мне пока не жарко, - почти выдавил он из себя. — Не жарко? Даже мое присутствие в этой комнате не повышает температуру твоего тела? Что? Что?! Гребаный реформатор его сейчас провоцирует?! Вот дрянь. Как же хочется его проучить. — Совсем нет. — Ах ты, грубый миллиардер! - вскричал Уран, от чего Нептун безобидно захлопал глазами, строя из себя невинного. Будет он еще поддаваться чарам этого реформатора. — Понятия не имею, о чем ты. Пока Уран рассказывал что-то про испарение влаги с поверхности кожных покровов, Нептун поднялся с кресла и все же расстегнул пуговицы на своей рубашке, являя теперь уже свое тело и заставляя реформатора завороженно ахнуть. — Вот это да…, - сказал он, не отрывая взгляда, - полагаю, дамам, которые с тобой спят, повезло. Если честно, то это не совсем то, что Нептун хотел бы сейчас услышать. Ему не хотелось, чтобы Уран говорил про тех женщин, с которыми миллиардер периодически делил свое ложе для утоления специфических потребностей. Ему хотелось бы, чтобы Уран восхищался и говорил о нем. — Неужели? Тебе нравится? — Конечно! У тебя… у тебя потрясающее накачанное, спортивное и рельефное тело. И кстати, я впервые вижу такие красивые косые мышцы и кубики на животе. Нептун неожиданно для себя смутился. — Годы тренировок. — Оно видно. Миллиардер так и стоял посреди комнаты перед реформатором и смотрел куда-то смущенно в пол, как тринадцатилетка, которой говорили комплименты. По ощущениям он сейчас растает как мороженое. — А вообще… зачем ты разделся? - спросил реформатор, искренне недоумевая. То ли он выпил слишком много алкоголя, то ли он действительно дурак. Вообще Нептун ему сейчас втащит. — Этот вопрос нужно задать тебе, - отвечает он хладнокровно, насколько это было возможно в данной ситуации. — Я же сказал, мне стало жарко, поэтому расстегнул рубашку. А почему это сделал ты… — Если я скажу, что мне тоже стало жарко? Уран нахмурился, всерьез размышляя над его словами. Миллиардер думал о том, какой же нелепый сейчас между ними диалог. — Или ты хочешь устроить вечер соблазнений? - спросил реформатор абсолютно серьезно. Нептун усмехнулся. — И кого предлагаешь соблазнить? — Соблазнить можно кого угодно. Выбери себе цель и действуй. Я знаю, как ты в этом хорош. — Хорошо, только давай перед этим еще немного выпьем. Урану миллиардер налил алкоголя совсем чуть-чуть, потому что тот уже был пьяным в стельку, а себе наполнил стакан мартини со льдом. Выпив, они еще очень долгое время разговаривали, смеялись, подкалывали друг друга, а когда дополнительная порция алкоголя вновь ударила в голову, Уран еле-еле поднялся с кресла, заявил, что он сейчас отключится, и, шатаясь, зашагал в сторону кровати. В какой-то момент реформатор споткнулся о ковер, однако упасть ему не дал подоспевший вовремя миллиардер, который подхватил его за талию. — О, ты такой любезный, - выговорил Уран Нептуну, чье лицо было в каких-то считанных сантиметрах. Он аккуратно и осторожно уложил реформатора на кровать и сам лёг рядом. — Для тебя все, что угодно. — Неужели? — Конечно. — А ты что, не будешь никого соблазнять? — Буду. Цель у меня есть. — Тогда действуй. Они сейчас пьяные в хлам, но именно сейчас максимально открыты друг перед другом и своими желаниями. Нептун гладит реформатора по щеке, очерчивает скулы, рассматривает, как переливаются от бликов света его голубые глаза, как приоткрывается его рот. Миллиардер прикусывает губу и пальцем нажимает на резцы его нижней челюсти, чтобы его рот горячо приоткрыть. До ушей доходит шумное дыхание каждого. Нетерпение. Ожидание. Жар. Жажда. — Я буду аккуратен. Уран закатывает со вздохом глаза и хмурится. — Да сделай ты уже что-нибудь наконец. Нептун смеется и целует первым.

***

Ранним утром Уран просыпается от тошноты и гула в голове - последствия вчерашней пьянки с миллиардером. И что странно, Уран выпил всего один бокал вина и его конкретно понесло куда-то в черную дыру. Он делает слабое движение головой в сторону, которое отдается головокружением, будто внутри черепной коробки мозг свободно флотирует в серой жидкости. Тогда-то он и решает открыть глаза. Первое, что он видит - это безупречное смуглое тело Нептуна, который спал рядом с ним, завернувшись в одеяло без одежды. Наверное, он вчера устал от раб…стоп. Без одежды?! Уран смотрит на Нептуна, а потом переводит фокус внимания на себя и осознает, что тоже голый. — Бля. И это все, что ему приходит на ум. Он вошкается в одеяле, пытаясь выпутать из него ноги, но каждый раз терпит неудачу и будто путается в нем еще сильнее. — Бля. Говорит он снова, и теперь из-за его копошения просыпается и сам миллиардер, что так сладко спал. — Мы что, переспали? - спрашивает Уран, сидя на кровати с запутанными в одеяле ногами. — Да, - отвечает Нептун и выглядит чрезвычайно довольным, словно сытый кот, - и мне безумно понравилось спать с тобой. Однако он замечает недовольство и волнение в лице реформатора и осторожно задает вопрос: — А тебе, понравилось? Уран мешкался. — Это было странно. — Что именно? Что во время секса ты начал… — Нет. Я в целом про ситуацию. Не думал, что до такого вообще дойдет. — Ну, мы были пьяные, поэтому все случилось само собой. Разве это было плохо? Реформатор промолчал. А вот Нептуну хотелось бы все повторить, и желательно не один раз. — Уран, расслабься, и ложись обратно. Еще очень рано. Но он не ложился. Вместо этого он слез с кровати и принялся собирать с пола свои вещи, у которых после вчерашней ночи был не самый лучший вид. Молча, с каким-то напряжением в лице Уран одевался, будто ничего не произошло и ему просто нужно было идти по своим делам. За всем этим в полном недоумении наблюдал Нептун, которому просто была непонятна такая смена настроения у реформатора. — Уран, все в порядке? - спросил миллиардер уже не на шутку переживая. В ответ реформатор повернулся к нему и натянул самую любезную фальшивую улыбку. Это было совсем не то, что Нептун хотел бы видеть. — Конечно! Скоро увидимся! Я просто вспомнил, что у меня много незаконченных дел в Администрации. С этими словами он ушел.

***

В следующий раз они увиделись только на одном из приемов Нептуна - тот пригласил этого гребаного реформатора сам, потому что ему было просто жизненно необходимо узнать причины его подобного избегающего поведения. На протяжении всего вечера они почти не пересекались, лишь только изредка перекидывались натянутыми улыбками, хотя Нептун помимо этого еще и испепелял Урана взглядом. Побеседовав с деловыми партнерами и выступив с речью, миллиардер сообщил, что всегда рад новым проектам и идеям, потому что в прошлом году, благодаря нововведениям и предпринимательской деятельности Солнечная система заняла первое место в строчке наиболее активно развивающихся, что не могло не радовать. Поздно вечером гости стали расходиться и на орбите прозвучало оповещение об ухудшении погодных условий и начале шторма. И словно сама судьба распорядилась так, что уйти успели все, кроме гребаного реформатора, который заболтался с Протеем - домоуправителем поместья. Услышав сирену, он обеспокоенно подошёл к окну, за которым бушевал настоящий ураган. — Вот черт, - произнёс он. — Переночуешь у меня, - послышался сзади голос Нептуна, который спускался с лестницы в одной белой рубашке и льняных брюках. — Честно говоря, у меня было запланировано столько дел в поместье, - он неловко улыбнулся. — Ничего, дела подождут. Хотя, конечно, ты можешь выйти из дома, чтобы ураган разорвал тебя на части. — Нет уж, спасибо. Такая перспектива меня не устраивает. — Вот и я том же. Нептун предоставил реформатору красивую спальню в фиолетовых тонах на втором этаже «Нереиды», сменную одежду, которая была Урану на размер больше, банные принадлежности и сообщил, что в случае чего, он может обратиться к нему. До полуночи реформатор изучал свою спальню: рассматривал оранжерею, что была установлена в углу помещения, туалетный столик с невероятно красивой окантовкой, какие-то декоративные фигурки на настенных полках, огромный шкаф с подсветкой, внутри которого лежали чистые полотенца, гели для душа, шампуни, разноцветные футболки, тапочки - скорее всего это была гостевая комната. После водных процедур реформатор валялся в предоставленной комнате на огромной двуспальной кровати, приложив вытянутые ноги к ледяной стене, и на свое собственное удивление в предвкушении чего-то закусил губу, хотя точно знал, что Нептун к нему не придет - тот раздавал поручения своим домработникам по случаю завтрашнего официального приема в поместье. Вернее, Урану не хотелось, чтобы Нептун к нему приходил. После того, как они переспали, он понятия не имел, как себя с ним вести. Мужчина несколько раз перевернулся, и, наконец, лег на бок, отрешённо глядя на спинку кровати. Красивую спинку. С узорами. Но тут со стороны двери послышался осторожный скрип. Нептун. Он все-таки пришел. Реформатору бы сейчас прыгнуть в окно. Уран лежал к двери комнаты спиной. Он ощутил, как миллиардер, устало вздохнув, опустился на другой конец кровати, и с замиранием сердца уставился в окно. Кажется им с Нептуном пришел конец. — И живу каждый день я на взводе, - начал Нептун, прислонившись затылком к стене. Уран в этот момент повернул к нему голову. — Проторяя чужие круги. — И всё время своей же природе... — Что-то делаю я вопреки. — Я с собой в постоянном конфликте... — В состоянии тотальной войны... — Кто-то должен из нас победить, но... — Силы были и будут равны.* Тишина. Нептун смотрит куда-то перед собой, а Уран разглядывает его лицо, чуть светящееся от лунного света. Волнение перебирает и у того и другого. — И что дальше? - спрашивает голубоглазый. — А дальше мы будем вместе наслаждаться тишиной и темнотой, - с ухмылкой проговаривает Нептун. — Хочешь со мной переспать? — Я не буду этого делать без твоего разрешения и желания. — Но ведь вчера сделал. — Мы были пьяными. Ты поэтому ушел? — Нет. — Тогда почему? Уран замолчал и Нептун впервые увидел его настолько неуверенным и уязвимым. Это был не реформатор, который мог давить, настаивать на своём, защищать других. Это был просто Уран. Он сам. Сейчас миллиардер застал его врасплох. Уран просто не знал, нормально ли, когда мужчины спят друг с другом, учитывая что в его окружении все его друзья уже давно были счастливы в отношениях с девушками, а кто-то уже успел жениться. Нормально ли было то, что он стал испытывать что-то теплое к Нептуну, который стал для него близким? — Если тебе трудно, то можешь не говорить, я не настаиваю. — Хорошо, спасибо, - Уран облегченно выдыхает и смотрит, как за просторным окном комнаты бушует сильнейшая буря. Чтобы скрыть свое волнение, он произносит: — С такой ужасной погодой я не смогу заснуть. Как обычно буду ворочаться с одного бока на другой. — А я сплю, как убитый. Но сегодня я лишу себя сна. — Зачем? — Я не знаю, — он замолчал и вздохнул, - Наверное, чтобы поговорить с тобой? — О чем? — Я знаю, ты любишь говорить обо всём. — А если я скажу тебе, что не люблю говорить? — Тогда я буду молчать. — Но если ты будешь молчать, то мне будет неловко. — Почему? — Я не знаю. — Тогда будем говорить. — Мы уже говорим. Нептун приулыбнулся. — Что ж, лично я не знаю, о чём с тобой говорить, - начал Уран, постукивая пальцами по кровати и решая вспомнить свои былые обиды на миллиардера. Нептун повернулся к молодому человеку, вопросительно подняв бровь. — То есть ... Я не знаю, о чём говорят люди вроде тебя. — А кто я для тебя? Уран заметил, с какой интонацией Нептун это произнес, но ответил прямо: — Миллиардер. Послышался тихий смех, но спустя мгновенье в комнате вновь воцарилась неловкая тишина. — Да, для всех я миллиардер, который общается только с себе подобными и не обращает внимания на бедных. А ещё я бессердечный, алчный и высокомерный. — Заметь, я этого не говорил. Но думаю, что все, что ты сейчас перечислил - ошибочно. — Спасибо и на этом. Сказать, что я думаю о тебе? — О нет, я догадываюсь, о чем ты скажешь. Наверняка, я тот, кто постоянно треплет всем нервы и не дает спокойно жить своими замечаниями и упреками. Нептун громко засмеялся, позволяя Урану разглядеть свои ямки на щеках, и сказал: — С этим я, конечно, не спорю. Уран с задетым самолюбием возмущенно вскинул брови. — Спасибо и на этом, - с этими словами он демонстративно отвернулся к окну. — Но чтоб ты знал, это делает мою жизнь яркой и насыщенной. — Да-да, конечно. — Хочешь верь, хочешь нет, у меня с самого детства не было друзей. Все дети ненавидели меня, потому что я мог получить всё, что захочу. А те люди, с которыми я общаюсь на данный момент, всего лишь партнеры по бизнесу. — Хоть в чём-то мы похожи, - тихо заметил Уран. — А за что ненавидели тебя? — Меня не ненавидели, а боялись, потому что я был очень странным. Я всегда думал, что если ты странный, то значит, ты не похож на других и все обязательно захотят быть похожими на тебя. Но все боялись того, что я делаю. Даже сейчас люди не могут спокойно со мной заговорить, потому что боятся. — А почему я не боюсь? Теперь очередь смеяться перешла к Урану. — Наверное, потому что ты такой же странный, как и я. — Да. Молодые люди резко замолчали. Уран смотрел Нептуну в глаза, ощущая, как волнение выворачивает его, и, не выдержав продолжительной тишины, неловко отвел взгляд на стену. В эту минуту часы тикали громко как никогда, Нептун даже постукивал по одеялу пальцами в их такт. Миллиардера эта напряженная тишина выводила из себя. Он хотел устроить в комнате реформатора погром только потому, что не представлял, о чем продолжить разговор. Желание поговорить было очень сильным, но ни одна мысль не приходила им в головы, лишь только невыносимая тишина. Спустя какое-то время они все же заговорили о пустотах в космосе, о Большом взрыве, о Туманности Андромеды и, наконец, между ними снова появился комфорт и ощущение полного взаимопонимания. Поздней ночью Уран сидел на кровати и ощущал, как его глаза болят от сонливости. Это ощущение заставило его улыбнуться и почувствовать себя живым человеком, которым он по сути являлся, но не признавал в большей мере. Он приложил ледяные ладони к уставшим глазам и почувствовал облегчение. Нептун в это время сидел на подоконнике, свесив ногу вниз, и , преодолевая в себе огромное желание спать, смотрел в черноту космоса, ощущая, как освобождается его разум от всей лишней информации. Он потянулся и машинально отыскал в темноте комнаты Урана, мирно спящего на кровати. Нептун бесшумно поднялся с места и присел на край кровати, глядя на то, как реформатор ровно дышал, как вздымалась его грудь, вдыхая ночной воздух. Каким он был красивым, утонченным, холодным. Миллиардер медленно прислонился затылком к стене и провалился в глубокий сон.

***

Уран проснулся ранним утром от того, что не почувствовал собственной ноги. Он с ужасом предположил, что Нептун все же решил его уничтожить по частям, начав с ноги, так как еще в самом начале их знакомства они угрожали друг другу убийством, но тут же успокоился, нащупав ее руками. Нога на месте, вот только ... Нептун так и спал всю ночь, прислонившись затылком к стене, а Уран смущенно рассматривал свою ногу, лежащую на крепких бедрах миллиардера. Он переводил взгляд с обездвижинной ноги на Нептуна и обратно, мысленно пытаясь того разбудить. И тот, кажется, услышав во сне его мольбы, пробудился и тут же потянулся с улыбкой на лице, уставившись на Урана, а чуть позже заметил некоторую тяжесть на своих бедрах. — Ночью я, кажется, закинул свою ногу тебе на колени, и она онемела, - начал реформатор, двумя руками обхватывая парализованную ногу и перекладывая ее на кровать. — Да, я заметил. Твою мать, как же Нептун рад. Как же он рад тому, что реформатор закинул на него свою ногу. Если честно, то он хотел бы подставить ему свое тело, пусть даже оно у него онемеет. Пока он, весь воодушевленный сидел, изо всех сил подавляя свою радость, Уран как ни в чем не бывало поднялся с кровати - сонливости не было ни в одном глазу - и потянулся, позволяя Нептуну рассматривать свою фигуру. Глядя в распахнутое настежь окно, он звонко, как привык в своем поместье, произнес: — Доброе утро. — Доброе, - отозвался Нептун, хмурясь от ярких солнечных лучей - Солнце уже давно проснулся и хлопотал в администрации, а значит им двоим нужно было просыпаться и идти на работу. Уран прочистил горло, повернулся к миллиардеру и сказал: — Я должен идти в Администрацию. Нептун тут же поднялся с места и сказал вслед уходящему реформатору: — Постой, я сделаю тебе твой любимый банановый раф и попрошу домработников приготовить тебе завтрак! — Не стоит, - бросил ему Уран и захлопнул за собой дверь прямо перед лицом миллиардера. Вот так вот. Снова холод.

***

Иногда Нептун просто не понимает поведения этого гребаного реформатора. Эти странные перепады от супер-милого и отзывчивого парня до супер-холодного и закрытого просто выводили миллиардера из себя, от чего он сидел на встрече с господином Арктуром, сжав кулаки и глядя на того исподлобья. Тот предлагал ему очередную сделку, но, сталкиваясь с пронзительным взглядом Нептуна, замалкивал и, нервничая, осторожно спрашивал: — Господин Нептун, все в порядке? Полагаю вы не планируете покупать завод по… Миллиардер тут же встрепенулся и напялил на лицо маску вежливого и улыбчивого миллиардера, каким его привыкли видеть все окружающие. — Все в порядке, господин Арктур, прошу меня великодушно простить. Я выслушал ваше предложение и прекрасно понимаю последствия своего решения, поэтому мой ответ на сделку - положительный. После этого Арктур довольно улыбнулся и облегченно выдохнул. Он был в нетерпении от готовящегося совместно с самим Нептуном проекта, поэтому был чрезвычайно рад. — Я в вас не сомневался, Нептун. После этого события, миллиардер, полный злости и негодования решился на крайне рискованный и подлый поступок. В Администрации проходили выборы в Совет Солнечной системы, где конечно же принимали участие депутаты из правящей партии Урана. Однако их главным конкурентом стала партия социалистов во главе с неким Цефеем, который зарекомендовал себя как самого надежного и подающего надежды. Ежегодно Нептун голосовал за Урана, искренне восхищаясь им и его идеями, но сейчас, ведомый своими эмоциями и негодованиям он решил отдать свой голос не реформатору, а Цефею. — Господин Нептун, вы проголосовали за партию социалистов? Но ведь господин Уран …, - начал было Протей, но Нептун его перебил. — Вы удивлены? Я считаю, что системе нужны новые идеи и реформы. Старые оказались недостаточно эффективными, вы так не считаете? — Но ведь с момента заселения господина Урана и начала его реформаторской деятельности все настолько преобразилось в лучшую сторону, чего еще никогда не было за всю историю Солнечной системы. — А станет еще лучше, без него.

***

В следующий раз они встретились на очередном приеме у Нептуна после того, как тот поддержал на очередных выборах главного конкурента реформатора - Цефея и его партию, что поразило Урана до глубины души и вызвало небывалую раннее злость, от чего он весь вечер добивался с Нептуном разговора наедине. А тот как назло ему, беседовал то с одними важными гостями, то с другими, то давал поручения домработникам, Протею, а на реформатора не обращал никакого внимания. — Вот недоумок. Поймав момент, когда Нептун решил снять пиджак и отнести его в свой кабинет, а заодно и выпить там свой любимый коньяк, Уран поспешил за ним и, уже войдя в помещение, закрыл за собой дверь, что, наконец, привлекло внимание миллиардера. Тот налил в бокал желанный напиток и с привычным ему надменным видом заявил: — Вообще-то в этот кабинет могу войти только я и мои домработники. Уран его сейчас прикончит. — Ох, правда? Я и не знал! - наигранно и со злостью парировал он, - также как не знал того, что гребаный Цефей победил на прошедших выборах благодаря голосу одного очень влиятельного миллиардера по имени Нептун! — Ты пришел забивать мне голову этой ерундой? - спросил Нептун с издевкой. — Ерундой?! Да ведь теперь у него 250 мандатов, а у моей партии всего лишь 100! - повысил голос Уран на эмоциях. — Ну, это уже твои проблемы, друг. Я отдал за него голос только потому, что посчитал его политику и программу развития системы более приемлемой и имеющей больший потенциал. Будешь меня попрекать за мой выбор и мнение? Не думал я, что лидер оппозиционной партии настолько деспотичен, поэтому, думаю, мой выбор вполне оправдан. — Но ведь ты говорил и обещал, что будешь поддерживать меня и мою партию. — Послушай, я принимаю решения исходя из личной выгоды, а не для выгоды для кого-то или ради кого-то. — Но для чего тогда давать эти обещания, если не сдерживать их? — Я тебе уже объяснил свою позицию. — Да, я понял, - Уран медленно приближался к миллиардеру, что допивал свой алкоголь, - понял, что ты гребаный лицемер, а не мой друг. Все же мои чувства при первой нашей встрече оказались правдивыми и ты, такой безупречный и идеальный не годишься в друзья. Наживаешься за счет бедных, устраиваешь эти приемы, заключаешь сделки, строишь из себя невесть что. — Не провоцируй меня сейчас, - пригрозил Нептун шепотом, злобно прищурившись. — Не провоцировать на что? На принятие правды? — А ты тоже не можешь смириться с правдой, раз так бесишься от того, что свой голос я отдал не тебе, а Цефею? Что я посчитал его более компетентным, более умелым и талантливым, нежели ты? - процедил Нептун, что стало последней каплей для реформатора, который взбесился и в ярости кинулся на этого миллиардера, чтобы разукрасить ему лицо. На первом этаже играла громкая музыка, поэтому грохота на втором от бьющегося стекла, от ударов двух тел никто не слышал. Они пытались друг друга повалить в яростных порывах, будто желая выместить всю накопившуюся за все время злость, сорвать ее друг на друге. Несмотря на выпитый алкоголь, они уже протрезвели и просто рычали друг на друга, толкались, цеплялись друг за друга. В какой-то момент миллиардер в порыве драки случайно выставил вперед ногу, об которую споткнулся Уран и, не удержавшись, потерял равновесие и упал назад, больно ударяясь затылком о книжный шкаф. Гримаса боли, которая исказила лицо реформатора, мгновенно привела в чувства Нептуна, который тут же ринулся к мужчине, хватая того за затылок и прижимая к себе. — Уран, ты в порядке?! Это ужасно, извини меня! - он прикладывал свои горячие ладони к его затылку и хотел было подняться, чтобы взять в морозильнике лед, но тут же получил в подбородок затылком от Урана, который начал брыкаться. — Почему, почему, почему?! - начал он в порыве, - почему ты отдал голос ему, а не мне?! Почему за все эти годы ты впервые отдал голос кому-то, но не мне?! - переспросил реформатор, пытаясь вырваться из хватки Нептуна, который взволнованно вслушивался в его слова, - я так ждал именно твоего голоса, планеты, с которым я мог поделиться сокровенным и поделился, - Уран вздрогнул, а Нептун лишь прижал его к себе крепче. — Уран, я вложу деньги в любые твои реформы или предложения. — Мне не нужны твои грязные деньги. Мне нужен ответ на вопрос. Нептун судорожно выдохнул. — Я не знаю, мне просто захотелось тебе дать знать о себе, обратить на себя внимание. Пожалуйста, извини, я не думал, что это так сильно тебя обидит. — Отвали. Они не помнят точно, как оказались в кабинете миллиардера у панорамного окна с шикарным видом на Восьмую орбиту и занимались подле него сексом. Нептун просто совершил глупую ошибку, пытаясь привлечь к себе внимание реформатора настолько жестоким способом, а Уран просто был слишком наивным и верил в крепкую нерушимую дружбу. В итоге, что они сейчас имели? Они имели друг друга. — Ненавижу! - цедит Уран, лежа на спине, и несильно сдавливает шею Нептуна, который запрокидывает голову назад и тяжело дышит, будучи сверху. Его горячие руки блуждают по телу реформатора и расстегивают пуговицы на его рубашке, обнажая бледный, но изящный торс. — Ты можешь делать это сильнее, если хочешь. Так стимуляция будет еще сильнее, - проговорил миллиардер, судорожно дыша. Уран и забыл, что у этого Нептуна была целая куча сексуальных партнеров и он на опыте, но ему похер. Ему хочется снять напряжение и получить удовольствие, выпустить пар, желательно на этого миллиардера, который отдал голос не ему, а Цефею. Поэтому Уран резко трогается с места и кидается на Нептуна, оказываясь сверху, и снова сдавливает ему сонные артерии. — Ненавижу тебя за это! - проговаривает он со всей злостью и резко берет Нептуна за затылок и больно целует его. Но тот не остается в долгу и прижимает реформатора к себе еще ближе за затылок и также резко переворачивает их и снова оказывается сверху, теперь больно сжимая руки Урана, но после нежно целует его красивые тонкие запястья, от чего тот стонет от такого контраста и выгибается от наслаждения. Нептун с интересом целует его запястья, рассматривая как тот теперь лежал максимально расслабленно и с размытым взглядом. — Твоя эрогенная зона? - спрашивает Нептун, чуть покусывая кожу на тыльной стороне его ладони, от чего тот снова выгибается и его лицо искажает гримаса такого наслаждения, от чего миллиардер ломается и чувствует, что уже не выдерживает. — Заткнись, - отвечает реформатор, а Нептун улыбается. — Так почему ты уходил от меня? - спрашивает он, оставляя на теле Урана поцелуи. — Я испугался. — Чего? — Что мы делаем что-то неправильное. — То, что мы мужчины? — Да. — Разве пол влияет на то, что мы безумно нравимся друг другу? Уран отвернулся и судорожно вздохнул. Нептун продолжил: — Ответ: нет. И никогда не влиял. Если ты правда ничего ко мне не испытываешь и ощущаешь дискомфорт, то дверь открыта и ты можешь в любой момент уйти. Но если останешься, то тогда я восприму это как то, что ты полностью принимаешь свои чувства и готов быть со мной. — Но другие могут… — А мнение других меня не интересует. Мнение других не важно. Нептун стал для Урана неотъемлемой частью жизни с самого момента заселения в Солнечную систему, когда они еще воевали друг с другом, унижали и оскорбляли. Он стал тем, кому он открылся, доверился, наверное, впервые за всю свою жизнь, а тот принял его на все сто процентов, не смеялся над ним, не считал странным. Стал тем, с кем Урану было по-настоящему хорошо, спокойно, безопасно. Стал тем, в кого он влюбился. Именно поэтому он остается. Им было все равно на стуки в дверь от домработников, на телефонные звонки, на всякие другие раздражители. Они просто упивались и наслаждались друг другом, сливаясь в чем-то едином. Им не нужен был никто и ничего. В конце они просто лежали и долго целовались, не желая отрываться друг от друга. Теперь так спокойно и так любимо.

***

Кхм, на следующий день получилось так, что Нептун вложил весьма крупную сумму космитов в новую программу реформирования системы, которую разработал Уран. Сумма была настолько крупная, что на эту тему популярный телеканал «Вселенная» снял отдельный репортаж, а газеты выпускали статьи с кричащими заголовками о возвращении прежнего союза и сотрудничества двух газовых гигантов. — А ведь мы всего-то переспали, - обратился сидящий и читающий газету Уран к Нептуну, который скривил лицо и ответил: — Вообще-то мы занимались любовью! — Понятия не имею, о чем ты. — В том-то и дело, ты не понимаешь, о чем говоришь! — Хочешь сказать, что ты спишь только с теми, кто тебе нравится? — Разумеется! — Что ж, полагаю, мне повезло? — Как ты можешь быть таким бесчувственным? - Нептун состряпал обиженную мину и надул губы как ребенок. — Поразительно, - ответил Уран, умиляясь миллиардеру. Только ему одному предоставлялась возможность видеть его милую сторону. Но Нептун молча сел к реформатору спиной, не желая продолжать с ним дальше диалог. Протей принёс для Нептуна - американо, а для Урана банановый раф, молча поклонился и ушел на кухню. — Ну Непту-у-у-ун, - начал Уран, касаясь спины миллиардера большим пальцем ноги. Тот не отзывался. — Непту-у-у-ун! Снова нет ответа. — Пожалуйста извини меня за то, что задел твои чувства! - он отложил газету и приложил свои ладони к плечам миллиардера, нежно поглаживая их. Нептун обернулся с надменным видом и произнёс: — Иногда я безумно сильно хочу тебе втащить. — Я тебя тоже люблю! Ну что, втащишь мне? Вместо ответа миллиардер с недовольным видом отвернулся и горячей рукой сжал лодыжку Урана, слегка массируя ее. В ответ реформатор обнял его со спины и прижался к нему всем телом. — Ладно, я не могу долго дуться, - с этими словами Нептун обернулся и обнял Урана в ответ, заставляя того утонуть в чувстве любви и заботы. Вот теперь все как надо.