Факультет искусства

***

      Рики чувствует, как его голова раскалывается от боли с самого утра. Глаза все еще тяжело открыть из-за недавнего пробуждения, парень, зажмурившись, поднимается с постели. Вчера, после разговора с Сону, ему нелегко было уснуть, ведь день выдался настолько сложным, что сон просто не шёл. Именно поэтому он проспал всего часов пять, уснув только около шести. Но вставать нужно, хоть сегодня и заслуженный выходной, Нишимура просто не может оставаться в общежитии весь день, для него это вовсе не свойственно. Подняв задницу с тёплой постели, он обнаруживает, что Сону давно нет в комнате. Видимо, он убежал по своим делам или умываться, куда, соответственно, идёт и сам Рики. Но перед этим он выпивает таблетку от головы, потому что уверен, что не выдержит эту боль, если прямо сейчас не заглушит её.       В ванной Сону нет, поэтому Нишимура спокойно заходит, чтобы принять душ. На его плече полотенце голубого цвета и футболка, в которой он спал. Самое время кинуть её в стирку. После прохладного душа парень чувствует себя лучше. Завтракать он не любит, поэтому выпивает воды и надевает спортивки серого цвета и толстовку, чтобы отправиться в танцевальный зал. Даже в свой выходной он не собирается сидеть дома и мучить себя мыслями, да и танцевать он любит в любое время суток, хоть весь день напролёт. Рики закрывает комнату на ключ, кидает его в сумку и направляется к выходу из общаги. Накинув капюшон на макушку, он идёт по знакомой дороге. Чьи-то голоса сбивают с толку, приходится обернуться и с интересом взглянуть на девушек, что смеются так громко и заливисто. Среди них была… Она. В сердце что-то больно колет, когда Ники видит её яркую, сияющую улыбку, которую она дарит своим подругам. Рядом с ней ошивается какой-то парень, он то и дело вечно смотрит на неё и пытается обратить на себя внимание, но она почти не реагирует. Почему-то Нишимура ревнует, пусть он все еще обижен на неё за те самые слова.       Ситуация не выходит из головы и причиняет боль. Рики всегда был сильным и никогда не плакал, но первое расставание ударяет по нему словно ножом, заставляя мучаться. Проходит всего один день?       «Может это вскоре пройдет…» — проносится в мыслях, и Рики опускает голову, скрыв свое лицо от посторонних людей.

***

      На улице только начинает темнеть. Ким Сону грустно втыкает в телефон, развалившись на барной стойке. Бармен уже устаёт наблюдать за одиноким пареньком, даже предлагает ему выпить, но тот ни в какую. В клубе включают знакомые «клише» песни, режущие уши почти каждого в этом помещении. Но они танцуют, они тусуются. Пьяные люди кричат и обжимаются где-то в центре клуба, лишь Сону грустно наблюдает за ними и просматривает фото в телефоне, выдохнув. Какого чёрта он приходит сюда? В свой выходной он обычно культурно развивается, а не так. Но почему-то настроение именно такое: грустное и унылое, Сону думал, что расслабится тут и отдастся реальной жизни, но это все не его. Смотря на алкоголь лишь тошнит. Тошнит и от людей, которые запрокидывают стакан и выпивают горькую жидкость целиком, возвращаясь на танцпол.       На душе тоскливо после прошедшей ночи, когда Рики почти плакал на плече у Сону. Все то время, что Нишимура встречался с Бахи — было самым тревожным для Кима. Младший не рассказывал об их отношениях в подробностях, но Сону чувствовал, как у них все хорошо. Когда он услышал о расставании, он пришёл в шок, ведь был уверен в прочности их отношений. Видимо, Рики сам был уверен, пока не произошло расставание. Сону видел, как младшему больно, не мог оставить его одного, но как же ему стыдно за то, как он пользовался ситуацией. Ведь внутри него не было ни капли отчаяния и переживания. Он думал только о том, что теперь Рики не в отношениях, прокручивая это снова и снова. Ему было искренне жаль его, но в то же время он радовался. Разве он может назвать это адекватным? Стоило бы забыть об этом, но Сону не может. Он хочет лишь отвлечься и забыть, но даже это у него не получается, чёрт возьми.       — Эй, парень, может, потанцуем? Я заметил, что ты целых два часа сидишь тут один, — какой-то невысокий юноша протягивает руку. От него несёт алкоголем за километр, что отталкивает Сону с первых секунд.       — Под что танцевать? Мы не в бальном зале, — Ким кидает на него предвзятый взгляд и отворачивается, упав лбом на барную стойку.       — Пиздец ты грубый. Пошёл ты.       Сону не обращает внимание и выдыхает. Его сил больше нет сидеть тут. Он собирает свои вещи, оставляя пару купюр бармену и скрывается за дверьми клуба, оставив на себе пожирающие взгляды. Все-таки, его фигурой тут любовалась добрая половина клуба.       На улице прохладно. Сону укутывается в свой шарф, рассматривая сияющий огнями город. Около озера еще холоднее, но Сону наплевать, если честно. Он останавливается около лавочки и садится, смотря в самую даль. Где сейчас Рики? Они не настолько близки, чтобы Ким мог вот так взять и позвонить, узнать как дела, или что делает младший. Но так хочется… Сердце ноет от тоски. Сону так понравилось обнимать младшего вчера, чувствовать биение его сердца. Понравилось быть поддержкой, выслушивать и гладить по спине. Стоило на утро оставить ему хотя бы молоко с печеньем в качестве завтрака? Он ступил… Совсем всё не так сделал. Уже поздний вечер, общага скоро закроется, но Сону не спешит. Он смахивает слезы и аккуратно топает к общежитию, сунув руки в карманы.       Вечер обещает быть скучным.

***

      Последние силы уходят на отточенную до идеала хореографию. Рики задыхается, руки дрожат, как и всё тело парня, но он выжимает всё до остатка. Упав на дубовый паркет, Нишимура делает глубокие вдохи, держась за живот. Такое чувство, будто он не танцевал только что, а бежал какой-то марафон или вообще занимался сексом. Хотя, о чем это он, у него такого еще не было, откуда бы ему знать? Почему-то он чувствует, что все именно так. Рики везде всё делает до идеала, чтобы превзойти самого себя. Время еще не сильно позднее, поэтому уходить он не собирается.       Такое чувство, будто время останавливается, потому что Ники не ощущает его. Он пришел сюда еще утром, а за окном уже стемнело, он что, так долго танцевал? Быть не может, он ведь выучил всего один танец полностью, подкорректировал его до идеала и глянул одно видео с ютуба. Дни проходят так быстро. Еще пару часов и Рики точно свалится с ног, уползая к зеркалу. Он пьет воду, опустошив бутылку до конца, и падает чёрной макушкой на паркет. Десять часов, пора собираться, иначе комендант общежития его задушит и расскажет всем, какой он бессовестный. Рики, весь измученный, топает вниз, закрыв зал на ключ. Мороз бьёт по щёкам, касается кончиков пальцев, но Нишимуре наплевать, ему главное дойти до этого чёртового общежития и не наткнуться ни на кого.       Прокручивая ключ в замке, парень понимает, что комната не заперта, значит, Сону в комнате? Где же он был весь день?       Сумка летит к краю кровати, стянув куртку с тела, Ники чувствует лишь одно — надо в душ. Он весь липкий, мокрый, потный, и это доставляет неимоверный дискомфорт. Поэтому, даже не думая, Рики направляется в ванную. Распахнув дверь, он стягивает с себя балахон, откидывает его в сторону стирки, потому что уверен, что эту тряпку теперь нужно стирать.       — Ох чёрт, Нишимура!.. — Сону пищит от страха, как только кабинка душевой открывается. Он даже не заметил присутствия младшего в ванной, что за чёрт! Рики испуганно оглядывает голого хёна, который неловко прикрывается руками. С него медленно стекают капли воды, влажные волосы прилипают ко лбу, Рики тяжело отвести взгляд от него. Почему он пялится так открыто? Все мысли пропадают, словно в тумане. Он перестаёт думать о чем-либо, делая шаг вперед. Хотя он и так был слишком близко, теперь он стоит впритык, ощущая быстрое сердцебиение Сону даже на расстоянии пятнадцати сантиметров. — Ч-что ты делаешь?       Дверцы кабинки захлопываются, стоит Сону прижаться к ним спиной. Чужие, такие незнакомые ладони прижимаются к щекам, а сердце разбивается на осколки. Сону сжимает коленки, испугавшись прикосновения чужих рук. Сладкие, такие холодные губы касаются его таких тёплых. Их контраст замечается самым лёгким прикосновением, и старший задыхается. Мысли испаряются, остаются лишь чувства, переполняющие Сону сполна. Нишимура будто зверь, сходит с ума, хватая Кима за мокрые ляжки, он прижимает своего соседа по комнате к душевой кабинке, вгрызаясь в его губы так, словно они спасательный круг. Голову вскружило окончательно. Он не ожидал, что ему так понравится целовать, трогать Сону. Его хён плавится, обвивает худыми руками широкие плечи и прикрывает глаза от удовольствия. Сходит с ума одним словом. Что это? Страсть, безумие? Что правит Нишимурой, а в особенности Сону, если он позволяет делать это?       Рики успевает лишь затащить Сону в душ, прежде чем дверцы снова закрываются. Так душно, так жарко, что в глазах все плывёт. Сону прижат к кабинке лицом, пока чужие губы целуют затылок. Его руки так крепко ощущаются на талии, сжимают до боли и чувств, но Сону держится, закрывает собственный рот ладонью, чтобы не застонать в голос от того, как ему это нравится.       У Рики будто крышу срывает. Его ладони блуждают по каждой части тела Сону, его губы оставляют мимолетные поцелуи на шее, на ключицах и оголённой груди. Он не знал, что увидит своего хёна голым именно сегодня, именно сейчас, но он осознает, что это было то, чего он хотел. Пусть голова и кружится от странных мыслей, он не слышит ничего, кроме мягких вздохов Сону. Рики опускает ладони, щупает задницу и поясницу, сводит с ума своего хёна и без стеснения выдыхает ему на ухо что-то невнятное. — Сону-хён… — коленки старшего подрагивают. Он не может стоять так долго, поэтому приходится повернуться лицом, чтобы ухватиться за что-то более крепкое, точнее за шею младшего. Это неправильно, все это непозволительно в их положении, но Сону хватается и не отпускает, целует, как Рики пару минут назад, и тает, ощущая чужой язык на своем. Поцелуй такой страстный и мокрый, полный непонятных чувств и эмоций, что ощущают оба парня. Рики не похож на себя, ведь обычно он не ведет себя так, да что там, они ведь не друзья толком, чтобы знать друг друга так хорошо. Но он лапает бёдра и ляжки Сону так, будто они встречаются уже много лет, и позволяет себе самое непристойное.       В душе слишком тесно и жарко. Как только Рики тянется к своим спортивным штанам, чтобы стянуть их, становится неудобно, поэтому им приходится тут же выйти из кабинки. Сону неловко опускает взгляд в пол, прикрываясь руками, пока Рики ступает на холодную плитку, задвигая дверцы душевой. Тут стеснения уже нет, младший уверенно хватает парня за руку и тащит из ванной комнаты. Их кровати не сильно большие и вместительные, иногда там даже сам Нишимура с трудом втискивается, но укладывает он Сону туда быстро, нависает сверху, словно зверь.       Его взгляд такой возбужденный, он настроен серьезно, и это пугает. Пугает только потому, что это неправильно, но Сону не думает об этом, когда уже тёплые губы Рики вновь касаются его, таких покусанных и мягких. Он сгорает от нетерпения, сжимает коленки и притягивает ноги к себе, раздвигая их пошире для Нишимуры. В комнате ощущается атмосфера секса и это не может не будоражить Сону до такой степени, что мурашки охватывают всё тело. Он дрожит, прижимаясь к оголённой груди ближе, пока парень сверху целует его шею и плечи. Он так нежен, совсем не такой, какими были его первые и последние партнёры. Спрашивается, откуда он все это умеет? Вроде он не пьян вовсе, а если не алкоголь, тогда что им управляет? Желание?       Сону знает, что так нельзя. Знает, что неправильно это. Чувствует, что им просто пользуются, но не может отпихнуть, не может накричать, он сдается и пользуется этим моментом сам, дабы ощутить эту нежность, эти горячие прикосновения к своему телу. Сам не стесняется и трогает пресс, сильную грудь. Он готов признаться, что гордится собой, ведь он первый, кто вот так касается японца, лапает, может поцеловать и стонать прямо над его ухом, получая за это удовольствие в ответ. Внутри разрастается что-то тёплое, когда он понимает, что Рики делает это с ним, а не с кем-то другим. Он дарит тепло и поцелуи ему. Не важно, что конкретно сподвигло его начать вот так просто целовать хёна и желать большего, Сону это не волнует вовсе сейчас. Ведь то, как горячие ладони оглаживают голые бёдра, мокрое тело, просто сносит крышу. Коленки дрожат только от мысли, насколько Нишимура близко, как много позволяет себе и управляет процессом.       Маленькие ладошки сами тянутся к серым спортивкам. Рики слишком прижимается к старшему, поэтому развязать шнурки на штанах тяжело. Руки Сону случайным образом касаются пресса младшего, пока он пытается справиться с чёртовыми штанами, и Нишимура решает помочь ему. Это так безумно неловко, ведь Ким весь голый с самого начала, а Ники до сих пор остается в штанах и даже белье. Откидывая спортивки вместе с бельем в сторону, Рики возвращается к чужой шее. Пальцы старшего сильно сжимают чужие плечи. Его сосед по комнате всегда казался таким большим и огромным, что сейчас, когда он прижимает своего хёна к кровати, он кажется еще больше. Это пугает и возбуждает одновременно.       — Хён, будь громче, — пальцы младшего с такой нежностью сминают чужую задницу, подготавливая к кое-чему большему, чем Сону может представить. Ведь Ники совсем не напоминает человека, который знает хоть что-то о сексе. А, оказывается, знает. Его фаланги пальцев проезжаются по промежности, Сону вздрагивает и прижимает ноги друг к другу, ограничив Ники доступ к своей груди и животу. — Не бойся.       Рики думает о том, как лучше смочить свои пальцы, и насколько уместно будет заставить Сону сосать их? Рядом нигде крема не оказывается, пока Нишимура поднимается, оставаясь на одних коленках. Сону перед ним раскрывается обратно и вопросительно смотрит, как Рики облизывает собственные пальцы. И так все понятно. Ким думает пару секунд и соскакивает с постели, прикрывая задницу ладонями. Открыв собственный ящик, он достает кое-какой тюбик и падает обратно перед Рики, неловко передав ему в руки розовую смазку.       — Ты у нас не из послушных, я так понял, — однако, Рики никогда за время их совместного проживания не видел и не слышал, когда Ким Сону игрался с собой. Или зачем он её прикупил? Не важно, главное, что она явно пригодилась.       Консистенция прохладная, парень снизу тут же покрывается мурашками, когда целых два чужих пальца оказываются рядом со входом. Он проталкивает их аккуратно, придерживая свободной рукой за талию. Он внимателен к Сону и к своему первому разу, целует и ласково шепчет что-то милое, чтобы его хён потерпел еще немного, прежде чем он войдет третьим пальцем. И он принимает их так легко, плавно, лишь иногда хватаясь за плечи от ноющей боли. Но, это только пальцы, и они у Рики пусть и длинные, но не такие уж и толстые. А что насчет…       Сону смотрит вниз, на чужой член и прикрывает рот рукой, стыдливо отводя взгляд. Наверное, он уже точно покраснел, как хорошо, что в комнате самая настоящая темнота, куда попадают лишь лучи фонарей с улицы. Насколько же Ники хорош?       Спустя какие-то моменты, Сону сам насаживается на чужие пальцы и требует большего, заставляя Рики ускориться. Он щипает его за ляжку, останавливая руку прямо около члена и касается не специально. Жест выходит такой прямой, что Нишимура поджимает губы, опрокидывая Сону на постель полностью, прижав его ладошки к мягким простыням. Его член касается живота старшего, и он охает, посильнее расставляя ноги для Рики. Он чувствует чужую дрожь от накатывающего желания, поэтому даже не медлит, когда Ким стонет от предвкушения. Младший давит на промежность собственной головкой члена, сжав мягкую ляжку Сону до красных пятен. Перед глазами будто звездочки, а в животе бабочки, как бы типично это не звучало, но парень стонет так громко, будто вот-вот сорвет голос. Размеры Рики оказываются еще внушительнее, чем Сону мог представить после увиденного, поэтому сжимает руками простынь, чуть не кричит от боли и перемешанного удовольствия.       Знал ли Сону, на что идёт, когда ответил на поцелуй Рики в ванной? Сердце колотится, все тело дрожит от чужих сильных рук, что сжимают каждую живую и нетронутую часть тела. Старшему это нравится, нравится до одури и головокружения, до смешанных, странных мыслей. Когда Рики растягивает его своим членом по самое некуда, Сону чувствует, что никто и никогда не трахал его так хорошо. Это было то, что ему нужно, хотя он даже не планировал заниматься сексом так скоро. Сону хорошо только от мысли, что он занимается сексом с тем, кого любит.       Толчки выходят смазанные, резкие, быстрые, вырывают из Сону самые сладкие и протяжные стоны, оставляя желание только плакать от удовольствия. И Сону почти плачет, сорвав собственный голос. Для Нишимуры его стоны как что-то сладкое, манящее, и он наслаждается, стараясь двигаться еще быстрее и приятнее. Звуки становятся особенно круче, когда Сону привыкает к чужим размерам и сам двигается ближе, желая получить больше. Такой хён сводит с ума, оставляет только сбитое дыхание и потерянный рассудок, потому что Рики чувствует себя живым. Собственная разрядка ощущается остро и полученное удовольствие доставляет больше желания. Ники не думал, что именно секс может привести его в чувства хоть немного. Вся обида забывается, стоит получить желанные поцелуи. Не важно от кого, но Ники хотел этого. А Сону было хорошо.       Но Сону было хорошо именно с Рики. Его глаза сияли, когда Рики прикрывал веки и с таким наслаждением трахал его задницу. Внутри него зарождалась надежда, пусть он и не был глупым, понимал, что Рики делает это не от любви. Все равно Сону было хорошо. Так приятно было видеть лишь то, как он открыт, как он старается и доставляет удовольствие взаимно. Его толчки стали еще более резкими и сбивчивыми, Ким понял, что тот вот-вот изольётся прямо в него, поэтому он нашёл его ладошки на своих бёдрах и сжал их в замочек. Его взгляд так потеплел, что он опустил голову на чужой живот, кончив на последнем вдохе прямо в чужое нутро. Сону почувствовал новую дрожь в коленках, сжав их вокруг талии младшего, пока тот без сил упал около изгибов своего хёна.       Сону был ласковым, таким же, как и Рики с ним всю эту ночь. Такое чувство, будто они трахались часа два без перерыва. Ким дышит так загнанно, прижимается к тёплой груди и старательно ищет одеяло ногами, чтобы поскорее накрыться им, ведь холодно стало сразу, как только Рики упал на кровать сам без сил.       Его ладонь мягко обвивает талию, и Сону жмется ближе, обмякает и расслабляется в таких желанных руках. Тепло окутывает с каждой минутой все больше и он засыпает, окунаясь в приятные сны. А Рики не спит: он смотрит на волосы Сону, такие растрепанные, которые освещает фонарик с улицы. Все лучи попадают прямо на него, будто он единственное, что есть светлого в этом мире. Нишимура улыбается еще минуту и думает, что это было хорошо, кажется, даже самому Сону понравилось и это было главное, чем доволен Ники. Он прижимает его ближе, сплетает их ноги в тепле и забывается.

***

«Но нам так мало — просто быть рядом. »