Путь обреченных

В дурном настроении Артур Петерс пробыл несколько дней. Все это время домашние передвигались по дому на цыпочках, боясь спровоцировать очередную вспышку гнева. Алфи вообще из комнаты носа не казал, выходя лишь для того, чтобы съездить на тренировку. Но даже так он предпринимал все меры предосторожности, чтобы по дороге к двери не столкнуться с оми. Когда Артур получил хорошие новости из конгресса, его взгляд на мир резко улучшился, и в доме снова закипела повседневная жизнь. У Алфи дела тоже шли неплохо. Он с неизменным успехом сдавал один промежуточный тест за другим. На тренировочных площадках он продолжал улучшать свои результаты, приводя в восторг инструкторов. И все бы ничего, да только по ночам Алфи неожиданно начал видеть сны, коих не было с тех пор, как ему выписали успокоительное. Сперва это были неясные сновидения, которые забывались к утру и оставляли после себя чувство неудовлетворенности, а после трансформировались в нечто иное. Впервые увидев, как его руки жадно шарят по чужой горячей коже, ощупывая изгибы и выпирающие косточки, Алфи ошалел. Руки жили своей собственной жизнью и совершенно не обращали внимания на голос разума, приказывающий им остановиться. А потом чужое тело развернулось в его руках и на Алфи лукаво взглянули невозможные аквамариновые глаза Алекса. Он проснулся с громко колотящимся сердцем и наливающейся тяжестью в нижней части живота и еще долго не мог прийти в себя. Этот сон мучил его несколько дней, и когда Алфи начал думать, что хуже быть не может, на месте Алекса стал частенько появляться Лео. В отличии от скромного Винтера, он не просто принимал ласки, позволяя лапать себя во всех доступных местах, а сам распускал руки так, что несколько раз Алфи просыпался по среди ночи от того, что самым позорным образом кончил себе в трусы. Ночные конфузы Алфи не могли остаться не замеченными. К счастью Артур всегда был слишком занят, чтобы обращать внимание на нелюбимого сына, поэтому горничный, обнаруживший подозрительные пятна на простынях хозяйского отпрыска, обратился к Лукасу. Лукаса новость не на шутку взволновала, и он, не медля ни дня, отвез Алфи в Центр на повторное обследование. Однако врач не обнаружил ничего странного и только еще раз похвалил прекрасное физическое состояние юного альфы, дав Лукасу омежьи блокаторы для успокоения совести. На том и разошлись. А тем временем учебный год подошел к концу, и у Алфи начались итоговые экзамены. Тесты он сдал без особых проблем не преминув блеснуть эрудицией, когда в паре вопросов потребовался развернутый ответ. Факультативные зачеты тоже пришлось сдавать в соответствии с нормативами, присланными из Страутберга. Из-за количества дисциплин и факультативов на сдачу всего ушло больше двух недель, зато когда экзамены остались позади, он вдруг обнаружил, что ему нечем заняться. Повезло, что Леандрос отстрелялся еще раньше, так что когда получалось, Алфи разговаривал с ним по сети. Алфи знал, что этот день настанет, но все равно для него стало полной неожиданностью, когда на пороге дома Петерсов появился сам Филип Бекерс, собственной персоной. Алфи было приказано явиться в гостиную, где привечали гостя. Войдя в комнату, он отметил, что помимо Бекерса и его родителей, здесь был молодой секретарь Артура, которого он уже не раз видел в их доме. - Здравствуй, Альфред, - широко улыбнулся гость, как только заметил фигуру юноши, мнущуюся у входа. – Присаживайся здесь, не стесняйся. Алфи вежливо ответил на приветствие и послушно сел на указанное место подле мэтра Бекерса. Артур ничего не сказал по этому поводу, поэтому он решил, что поступил правильно. Сидеть рядом с мужчиной, который однажды уже сделал ему откровенное предложение, было неуютно, поэтому он старался не смотреть в его сторону, сосредоточившись на чае, принесенном прислугой. Самого же мэтра Бекерса, похоже, совершенно не волновало его состояние – без малейшего стеснения, он в упор рассматривал своего соседа по дивану. - Ты был прав, Артур, - заговорил он через некоторое время. – В сравнении с тем, что я увидел в первый раз, сейчас его просто не узнать. Хорошо, что я тебя послушал. - Ему достались хорошие гены, - не без удовольствия подметил Артур. - А с учебой как? Ты вроде говорил он у тебя в числе лучших. - Бери выше - первый в списках. А ты еще учить его не хотел. - Я все равно считаю, что образование ему ни к чему, - отмахнулся Филип. - Ты никогда не уделял должного внимания престижу. А следовало бы. СМИ с куда большим одобрением отнесутся к образованному партнеру-альфе для наследника семьи Бекерс. - Думаешь, мне нужно их одобрение? - Тебе, может, и нет. А вот молодежь очень трепетно относиться к этой ерунде. Ты же не хочешь, чтобы Лео ударил в грязь лицом, взяв в партнеры глупого мужлана. - Скажешь тоже, - добродушно хмыкнул Бекерс. – Если верить всему, что наговорил мне сын в последнюю неделю, твой Альфред недалеко от мужлана ушел, но мы же с тобой взрослые люди и понимаем, что мальчик просто злится. - Мое упущение, - почти по-змеиному прошипел сквозь зубы Артур, метнув в сына гневный взгляд, от которого Алфи как кипятком обдало. – Впрочем, еще не поздно его исправить. - Не серчай, Артур, - попытался смягчить его Бекерс. – Мальчики просто не поняли друг друга. Я верен, что когда Альфред переедет к нам, Лео изменит свое мнение. А если нет, мы найдем способ примерить их. Хотя подобные меры могут и не понадобиться. Собственно это я и хотел с тобой обсудить. Артур заинтересовано вскинул голову. - Альфред, - переключил внимание мэтр Бекерс, - ты подумал над моим предложением? Алфи растеряно мигнул, не сразу сообразив, о каком предложении идет речь. А потом в его сознании начали всплывать события годичной давности: теплый тропический вечер, звезды, одна за другой загорающиеся над головой, упругое плетение шезлонга, обнимающее спину и проникновенный голос, льющийся у самого уха «Альфред, я хочу сделать тебе предложение». Щеки Алфи обдало жаром, едва он вспомнил тот сумасшедший день. Тогда он познакомился с нареченным Лео и получил недвусмысленное предупреждение от него, тем же вечером мэтр Бекерс, найдя расстроенного Алфи у бассейна перед бунгало, предложил стать его любовником. - Н-нет, - как-то испуганно промямлил он. - Я так и думал, - вздохнул Филип, сделав вид, что не заметил состояния юного альфы. – Что ж, время подумать у тебя было, остальное не моя забота. Артур? – повернулся он к мэтру Петерсу. - Да, верно, - вспомнив о чем-то, оживился тот. – Альфред, иди к себе, - строго велел он и, повернувшись к гостью, уже по-дружески добавил: - Идем, Филип. В моем кабинета найдется кое-что покрепче чая. Заговорщически улыбнувшись друг другу, омеги поднялись на ноги и покинули гостиную. Алфи тоже поднялся, собираясь вернуться в комнату. - Обед через два часа, не опаздывай, - напомнил ему вдогонку Лукас, промолчавший всю встречу. - Хорошо, - бросил на ходу Алфи и торопливо зашагал к лестнице. Стремясь поскорее скрыться в своем убежище, он взбежал по лестнице и вдруг нерешительно остановился. Дверь в кабинет оми была закрыта неплотно и не могла полностью заглушить голоса беседующих омег. И говорили они о нем. - Так что ты такого предложил Альфреду, что он аж побледнел весь? – поинтересовался Артур явно уже не в первый раз. - Говорю же секрет. Это только между ним и мной. Не настаивай, все равно не расскажу, - насмешливо отмахнулся Филип. - В любом случае, чтобы это ни было, он явно не в восторге. Что делать будешь, если он не примет твое предложение? - Подожду еще немного, а потом… - Можешь не продолжать. Потом ты возьмешь все в свои руки, и у моего бедного глупого сына не останется другого выбора, кроме как согласиться. Я прав? - Я все же надеюсь, что до этого не дойдет, - вздохнул мэтр Бекерс. - Ты просто не знаешь этого паршивца, - фыркнул на это Артур. – Если он унаследовал хотя бы десятую долю упрямства своего папаши, то такой конец неизбежен. - И все же, - не сдавался Бекерс. - Черт с тобой. Если тебе от этого легче, можешь продолжать надеяться. Только не говори потом, что я тебя не предупреждал. - Вот, ты хотел взглянуть, - сменил тему Артур, заговорив деловым тоном. – Здесь все его антропометрические данные, заключение врачей и табели. В общем, всё. Молчание затянулось, и Алфи, гонимый любопытством, подобрался ближе к двери, пытаясь заглянуть в узкую щель. К сожалению, сквозь нее он смог увидеть только локоть мэтра Бекерса и самый край предмета, который тот держал в руках. Судя по всему это был портативный комм-планшет. - И сколько тебе пришлось приплатить, чтобы получить на руки такой лестный документ? – Заговорил через некоторое время мэтр Бекерс. - Перестань. Неужели ты думаешь, я стал бы подделывать документы Альфреда? Это не ложь. Все что ты видишь, подтверждено лучшими специалистами. - Он слишком хорош, - с непонятной интонацией произнес Филип. Алфи не смог определить по его голосу рад он увиденному или огорчен. - Тем больше поводов содрать с тебя три шкуры, - тем временем веселился Артур. - Вот этого я боюсь. Ты же меня разоришь, чертов старый лис. - Да ладно тебе прибедняться. Я же не самое ценное отбираю. Это всего лишь деньги, зато в результате у тебя появятся красивые умные внуки, которые смогут унаследовать твою империю. - Или дети, - задумчиво протянул Бекерс, удивив Петерсов по обе стороны двери. – Не смотри на меня так. Лео действительно сильно обижен на твоего сына. Однажды он даже потребовал расторгнуть наш контракт и заявил, что ему сгодится любой альфа, все равно кроме законного мужа никто старость ему не скрасит. В кабинете за дверью воцарилась тишина. Алфи тоже забыл как дышать, находясь в прострации от прозвучавшей новости. - Твой сын – дурак, - наконец констатировал Артур. - Он просто еще юн, - будто извиняясь, ответил Филип. - И что? Пойдешь у него на поводу? - Конечно, нет. Альфред – слишком лакомый кусок, чтобы так просто выпускать его из рук. Где еще я найду такой генетический материал? Ты ведь не просто так остановился на одном ребенке, даже при том, что он – альфа. Бьюсь об заклад, что его отец был так хорош, что в твоих глазах другие альфы ему и в подметки не годились. Ты ведь такой же как я – на дешевку не размениваешься. - Ты что-то говорил о детях, наследующих империю. Боюсь ошибиться, может, пояснишь? - Думаю, ты меня правильно понял. Я хочу подстраховаться. Если Лео все же совершит глупость и откажется от Альфреда, я хочу чтобы контракт автоматически переоформлялся на меня. Я еще достаточно молод, чтобы иметь детей. Если Альфред подарит мне еще одного сына-омегу, я, возможно, сделаю наследником его. Лео в последнее время меня разочаровывает. - Понимаю. Не в силах больше слушать одну шокирующую новость за другой, Алфи отшатнулся от двери и на негнущихся ногах поплелся в свою комнату. Обессилено упав на кровать, он подгреб под себя подушку, словно ища у нее тепла и защиты, и погрузился в бушующий водоворот мыслей, испуганными птицами бьющихся в голове. Ему не хотелось верить, что Лео так легко мог отказаться от него. Почему же все пошло прахом? Они ведь нравились друг другу. Их глупые разногласия можно было решить, просто поговорив по душам. Алфи не стал бы ничего скрывать. Неужели Лео настолько ему не доверял? А мэтр Бекерс? Как он мог всерьез рассматривать Алфи в роли своего партнера? Он ведь взрослый омега, его сын ровесник Алфи. Он достаточно богат и привлекателен, чтобы найти себе альфу на любой вкус, но почему-то зациклился на нем, сопляке едва окончившем вторую ступень лицея. Неужели его генетический материал настолько уникален, что мэтру Бекерсу плевать на его возраст? Это действительно того стоит? От ежесекундно возникающих вопросов у Алфи разболелась голова. Он понимал, что не сможет забыть все услышанное и продолжит терзаться страхами и сомнениями вплоть до выяснения всех деталей. Но когда это произойдет? Завтра? Через неделю, месяц? Или, может, никогда? Он ведь альфа, а в этом мире люди не считали нужным посвящать альф во все нюансы жизни. Значит, нужно выяснить все самому, пришла трезвая мысль, затмив все остальные. К обеду Алфи вышел спокойным и собранным, внутри него зрела решимость на поступок, о котором раньше он и подумать побоялся бы. Самым трудным для Алиф оказалось ожидание. До этого дня он и понятия не имел, что его домашние такие полуночники. Проводив гостя, Артур и Лукас заперлись в кабинете. К сожалению, подслушать, о чем они говорили, не представлялось возможным – при закрытой двери звукоизоляция кабинета была почти идеальной. Лишь когда время перевалило за полночь, чета Петерс покинула кабинет и разошлась по спальням. К тому времени Алфи, привыкший рано ложиться и вставать ни свет ни заря, уже начал клевать носом. Подождав еще полчаса и убедившись, что все, включая прислугу, отошли ко сну, Алфи вышел из комнаты и бесшумно двинулся к кабинету оми. Как и ожидалось, он оказался заперт, правда для Алфи это не было препятствием. Несколько часов назад, когда он твердо решил проникнуть в святая святых Артура Петерса, он улучшил момент и пробрался в комнату горничного, откуда и стащил служебный ключ, использующийся для уборки кабинета хозяина дома. Хватиться ключа должны были только завтра днем, но к тому времени Алфи собирался его вернуть, так что проблем с этой стороны он не боялся. Отозвавшись на сигнал ключа, включилось освещение, и Алфи поспешил закрыть жалюзи на окнах, понадеявшись, что в это время прислуга уже не бродит по саду. Дабы удостовериться в этом, он даже подождал пару минут, но в кабинет так никто и не ворвался, чтобы поймать его с поличным. Тихо порадовавшись своему везению, Алфи занялся осмотром комнаты. Он понятия не имел, где Артур держит его документы, поэтому заглянул во все мало-мальски подходящие углы и подергал все попавшиеся на пути ящики, но потерпел фиаско. Артур предусмотрел, что кто-то нежелательный может попасть в его кабинет и запер все, что только можно было запереть. Комм тоже оказался предсказуемо запоролен. Алфи уже начал отчаиваться, когда ему на глаза попался комм-планшет, который он видел в руках мэтра Бекерса. «А что если…» - подумал он и, схватив планшет, активировал его. Первое что увидел Алфи на экране – это слова «Медицинское заключение». Далее следовала таблица, в первой графе которой значилось его имя. Углубившись в изучение, он начал листать документ, понимая в лучшем случае четверть написанного. В целом ничего интересного он для себя не открыл, поэтому собрался уже перейти к другим файлам, когда ему на глаза попалась графа «Злокачественный ген», напротив который стояло лаконичное «Да». Не веря своим глазам, Алфи перелистал документ в начало, чтобы убедиться, что это про него. «Альфред Петерс. Возрст – 13 лет» беспощадно высветилось на экране. Неужели это про него? Алфи вернулся к встревожившей его записи и перечитал ее, в безумной надежде, что он ошибся. «Злокачественный ген», - продолжала утверждать надпись, ставя страшный диагноз. «Что? Но почему? Ведь в карте написано, что в целом я здоров. Почему же у меня «это»? - заторможено соображал Алфи. – Разве может быть злокачественный ген у здорового человека? Что это вообще такое?» - Альфред? – вернул его к действительности удивленный голос Артура. От потрясения Алфи совершенно забыл об осторожности, да и к чему она теперь? - Что это? – спросил он, вскинув на оми требовательный и одновременно испуганный взгляд. Артур нахмурился недовольный наглым поведением сына, а потом заметил, что тот держит в руках. - Отдай, - незамедлительно велел он. - Нет. Сперва объясни, что все это значит, - отчаянно храбрясь, воскликнул Алфи. Пораженный неповиновением отпрыска, Артур встал как вкопанный, не находя слов. - Да что с тобой?! – наконец вскричал он, немного отойдя от шока. – Как ты разговариваешь с оми?! Сейчас же отдай мне комм и иди к себе! Я разберусь с тобой завтра. - Не отдам, пока не объяснишь, что такое злокачественный ген. Почему он у меня? Его ведь не назвали бы злокачественным, если бы он не был смертельным. Так почему здесь написано, что он у меня есть? – заупрямился Алфи и вдруг заметил, как попятился Артур, недоверчиво и испугано глядя прямо на него, будто он внезапно превратился в ядовитую змею. - Откуда ты знаешь про злокачественный ген? – хрипло спросил он, белея прямо на глазах, и Алфи понял, что затронул что-то запретное.