Ему просто это было нужно.

Старый выпуклый монитор освещал своим светом бледное с двумя полосками на щеках лицо мальчишки. На глазах того наворачивались горькие слёзы, которые он усердно пытался сдержать. В них виделась боль вперемешку с обидой. Ком в горле уже как полминуты мешал нормально дышать, доставляя явный дискомфорт, но Боруто будто не замечал этого, продолжая смотреть в экран компьютера. Ложь.. ЛожьЛожьЛожь! Это всё, о чём думал молодой человек, явно не веря в увиденное. Хотелось бы, что бы всё это оказалось сном. Хотелось просто проснуться и вздохнуть с облегчением. Но нет, это ни черта не сон. Он сейчас не спит, а видео реально. Под кожей начало неприятно зудеть. Захотелось содрать с себя кожу, вплоть до мяса, доходя до костей. Пронзающая боль новой порцией садануло по сердцу, явно намериваясь разбить то на части. Нет. Вдребезги. В мониторе компьютера виднелась вкладка с открытым видео на почте. На видео были запечатлены полураздетая черноволосая девушка сидящая сверху на незнакомым для Боруто парне, который, в свою очередь, с дикой страстью оставлял отметины на шее девушки. Его руки опустились по её лопаткам и дошли до бёдер, грубо сжимая их. Щёлк. Браузер с видео закрылся и теперь на экране был привычный рабочий стол. Взгляд парня был потухшим. Ведь ещё пару недель, а то и даже дней назад, девушка с видео давала Боруто надежду своими намёками на то, что у них может что-то получиться. К чему тогда было это всё? Он явно не понимал. Не хотелось больше ни о чём думать, хотелось просто лечь спать и на утро забыть всё, как страшный сон, и никогда больше не вспоминать. Боруто почувствовал резкий поток недоброжелательной чакры и развернувшись на компьютерном кресле к кровати, голубоглазый парень увидел перед собой того, кого меньше всего хотел увидеть. Бледно-голубые волосы, которые, в свою очередь, спадали на белую робу каринг и доставали аж до его мешковатых и таких же белых, как его вверх, брюк. Мальчишка чуть поднял свой подавленный взгляд и увидел уже хорошо знакомые бледные черты лица. Нет. Пожалуйста. Только не сейчас... Обида снова захлестнула парня с головой, когда тот увидел на лице Момошики издевательскую ухмылку. Его не активированный бьякуган был направлен на дрожащего от сдерживания слёз мальчишку. — Только не сейчас, — голос дрогнул, а горячие слёзы предательски покатились по щекам, оставляя вслед за собой красные дорожки, — прошу... Нет, умоляю, уйди. Зажмурив глаза и сжав до боли кулаки, Боруто прикусил нижнюю губу всхлипнул, а так же опустив голову так, чтоб чёлка закрыла его лицо или по крайне мере глаза. Хотелось либо провалиться сквозь землю, либо умолять Оцуцуки уйти. Второй вариант был более подходящий и поэтому мальчишка мысленно молил Момошики, что бы тот ушёл, надеясь, что их мысли снова пересеклись, как это было прежде. Но тот неподвижно стоял на месте, сверля блондина взглядом. Вот только ухмылка с его лица сошла на нет, вместо неё губы были сжаты в тонкую полоску, а сам сверлящий взгляд был хмурый. Боруто продолжал молить того об уходе, а дрожь в его теле стала ещё сильнее и явно не от страха или же злости на неземное существо. До его слуха донёсся в начале один еле слышимый шаг, а после ещё несколько таких же. А потом... А потом он просто почувствовал, как его резко дёрнули за затылок вперёд и его нос соприкоснулся с чем-то мягким, но в тоже время шершавым. Вот оно. Вот то, что сейчас было мне так нужно. Нужно так, как воздух. Ему было абсолютно плевать, кто его приобнял. Ему просто было это нужно. Резко вздернув руки, Узумаки обнял Момошики, прижавшись к нему так, будто от этого зависла его жизнь. В начале рваные всхлипы, донесшиеся до белокурого инопланетянина, перешли уже в полноценный, полный горечи, обиды и боли плачь. Бледная, но в тоже время аристократическая рука грубо перебирала волосы на затылке мальчишки. А как иначе? Он давно никого не успокаивал. Никогда.. Но всё же приходится в первый раз, верно? Оцуцуки не знал, зачем и почему. Он и не хотел знать ответы на свои вопросы, сейчас. Просто ведь.. Его сосуду это было нужно? Он поклялся себе, что потом точно всё обдумает, а этот раз будет первым и последним. Поклялся, что такого точно никогда больше не повторится. Это лишь минутная слабость и жалость к глупому детю, не более. Точно. Верно. Сколько времени прошло, ни один, ни другой не знали, но для них казалось, будто прошла вечность. Руки Боруто затекли, находясь в приподнятом положении. — Пошли. — Оцуцуки явно это почувствовал и бросив всего одну фразу, он взял блондина под локоть и заставив вставь с кресла, повёл того в сторону кровати, на что тот без каких-либо колебаний послушался и покорно пошёл за Оцуцуки. Усадив свою тушу на кровать, Момошики следом же посадил Боруто лицом к себе на колени. Он не сопротивлялся, а наоборот, снова прижался всем телом к обладателю бьякугана, обвив его шею руками и уткнувшись лицом в плечо. Мальчишку больше не колотило, как это было пару минут назад, но всё же небольшая дрожь в его теле присутствовала. Оцуцуки гладил спину мальчишки в попытках унять дрожь и у того явно это получалось, ведь вскоре дрожь его сосуда сошла на нет, а под ухом он уже не слышал всхлипов, вместо них было равномерное дыхание. Спустя ещё пару минут, Момошики почувствовал, как Узумаки перебирает пальцами его волосы. — Мягкие, — еле слышно произнёс Боруто. Момошики ничего не ответил, а лишь на пару секунд прикрыл глаза от приятного ощущения. Вскоре прикосновения прекратились, а блондин отстранился от обладателя бьякугана, но лишь для того, чтоб заглянуть тому в глаза. — Зачем ты это делаешь? — мальчик пытался найти в его действиях какой-то подвох, по-скольку пришелец то и дело твердил о том, что Боруто потеряет всё. Что когда этот день настанет, то Момошики захватит его тело и будет жить, как Боруто Узумаки. Но по правде говоря, Оцуцуки и сам не знал ответа. Просто он увидел его подавленный вид и слёзы. Просто в этот момент в его голове что-то щёлкнуло. Прямо, как и тогда, год назад, когда Боруто, в битве против Кодо сказал, что он счастлив, что является сосудом Момошики, а не сосудом какого-то ублюдка с палёной кармой. Щёлкнуло, прямо как и сейчас, глядя в небесные глаза сосуда, а после опустив взгляд чуть ниже, на губы. Плюнув на всё и подавшись вперёд, Момошики впился в обкусанные губы Узумаки, на что второй опешил от такого резкого порыва Момошики, неосознанно размыкая губы и отвечая на поцелуй. Продлилось это не больше пяти секунд, после сын Хокаге резко отпрянул и уставился в глаза Оцуцуки, а потом так же резко и осознанно впился в его губы, отчаянно целуя, будто пытаясь забыть всё, что было, заглушить боль. Просто забыться. Потому что ему это сейчас нужно было. Ответа долго ждать не пришлось и Момошики ловко перехватил главенство, уже слегка приоткрывая губы Узумаки своими и проникая языком в чужой рот. На что у второго приятной волной пробежались мурашки. Опьяняло. У Боруто не было, как такового опыта, он даже не целовался ни разу, так что Момошики брал всю инициативу на себя, залезая рукой под футболку мальчишки и нежно поглаживая спину того, слегка царапая длинными ногтями, на что Боруто снова накрыла новая порция мурашек. Такая реакция дала понять Момошики, что сыну Хокаге нравится. Обладатель бьякугана отлип от губ сосуда и свободной рукой оттянул назад того за волосы, чтоб открылся вид на шею. Проведя по ней носом и попутно вдыхая запах, до его ушей донёсся судорожный вздох, на что Оцуцуки улыбнулся. Боруто почувствовал невесомое прикосновение губ к собственной шее и невольно прикрыл глаза. Внизу его живота завязался приятный узел, а щёки налились обжигающим пунцом. Он неосознанно качнул бёдрами, когда почувствовал, как в его внутреннюю часть бедра что-то уперлось, на что его несильно укусили за шею. Издав тихий всхлип, Узумаки выгнулся в спине. Для него это было всё слишком. Слишком ново. Слишком необычно. Слишком приятно. Его разум был затуманен и было всё равно, что доставленные ему удовольствия были от врага, который пытался его убить и пожрать всю чакру на планете. Сейчас он был полностью опьянен приятными ощущениями и руками врага, которые уже исследовали его живот. На первый взгляд тело Боруто было худощавым, но пресс таки имелся. Всё таки годы тренеровок дали свои плоды и как бы Момошики не хотел признавать, но для него, тело Боруто было выше превосходного и оно явно нравилось пришельцу. Оцуцуки отстранился от шеи Боруто, но лишь для того, чтоб повалить Узумаки на кровать. Расширенные от возбуждения зрачки глаз почти перекрыли голубую оболочку, взъерошенные волосы и опухшие от поцелуя губы возбудили Оцуцуки ещё сильнее, хотя казалось бы, куда ещё? — Привстань слегка, — скомандовав, Момошики потянул вверх за края футболку сына Хокаге и полностью снял её, кинул куда-то в сторону. Ему открылся вид на его тело, и облизнув губы, он нагнулся что бы провести носом от вверха шеи до ключи мальчика. Тот сдавленно охнул и хотел было прикрыть глаза от смущения, но ему не дали это сделать. Момошики поймал его руки одной своей и прижал над головой. А после уже оставил яркий засос в районе ключицы. Он спускался поцелуями до самой груди. Другая его рука гладила внутреннюю часть бедра мальчика. Возбуждение било через край и Оцуцуки еле держался, чтоб не сорваться и случайно не навредить обладателю кармы. Боруто застонал, когда почувствовал сначала невесомое прикосновение губ к соску, а после язык. — Уф, пожалуйста... Я больше не могу. — Терпение сына Хокаге тоже было на пределе и он не выдержал. Но поняв, насколько эта просьба пошло звучала и кому она была адресована, он закусил губу и покраснел сильнее обычного. — Хорошо, как скажешь. Отпустив руки Боруто, представитель великого клана снял с себя верхнюю часть одежды, а после начал уже расправляться со штанами мальчишки. Когда Узумаки был полностью раздет, Момошики взглянул ему в глаза, а после надавил двумя пальцами на его губы, намекая, что бы тот их раскрыл. Боруто от перевозбуждения явно не понимал происходящего, но покорно открыл рот и вобрал туда пальцы, облизывая их. — Перевернись на живот и встань на четвереньки, так мне будет легче, — Боруто услышал хриплый голос Момошики и повиновался. Такой возбужденный голос от Оцуцуки никто не слышал. Кроме Боруто. И второй явно это понимал, от чего голова шла кругом. — А теперь будь добр и просто расслабься, если не хочешь, чтоб было больно. Момошики одной рукой придерживал Боруто за бедро, а другой начал плавно и медленно вставлять сначала один палец, начиная им так же медленно двигать. Не особо приятные, но не болезненные ощущения, терпимые для Боруто. но когда тот присоеденил второй, Боруто зажмурился и стиснул зубы. Вот теперь было и правда уже больно, хоть и не сильно. Но Узумаки всё так же пытался быть расслабленным. Когда в очередной раз Оцуцуки двинул пальцами внутрь, из горла мальчика вылетел несдержанный стон, на что Момошики криво улыбнулся и через пару толчков пальцами вытащил их совсем. — Помни, будь расслаблен. — После этих слов, Момошики медленно вошёл в него на половину. Боруто издал тихий писк сквозь сжатые зубы. Оцуцуки успокаивающе поцеловал того в спину и когда увидел слабый кивок начал медленные движения, сглатывая слюну. Ему хотелось сорваться на беленный ритм, вдалбливая в того с нечеловеческой силой, но он боялся сломать мальчика, ведь ему сейчас было важнее сначала доставить ему удовольствие. Хотя пару минут ранее, он думал обратное. Но какая сейчас разница, что он думал? Сначала ничего кроме дискомфорта и боли не доставляло Боруто, но спустя пару медленных толчков, Момошики задел его простату и тот выгнулся издав громкий стон. Это был явно сигнал для представителя великого клана, да и его выдержка лопнула. Он начал быстро ускоряться, пока не перешёл на бешенные и рваные толчки. Иногда он менял ритм, медленно выходя почти полностью, но после грубо входя обратно, от чего у Узумаки закатывались глаза, а стоны превращались в вскрики. Боруто в такие моменты как будто терялся в пространстве, ртом ловя воздух и выдыхая его с громким вскриком. Голова снова пошла кругом, когда он почувствовал, как к его члену прикоснулся Момошики, двигая рукой в такт движениям. Он сжимал и разжимал в руках простыню, не зная куда себя деть от ощущений, которые получал впервые. Когда Оцуцуки почувствовал, что подходит к долгожданной разряде, он перешёл на яростные толчки, уже втряхивая Боруто в кровать, которая скрипела и вот-вот могла сломаться. Спустя пару толчков, Боруто широко раскрыл рот и беззвучно кончил, содрагаясь всем своим телом, а спустя ещё пару, следом за ним излился внутрь мальчика Момошики, блаженно прикрыв глаза и сжав до синяков бедра Боруто. Он навалился на него сверху, так же глубоко дыша, как и сын Хокаге. Только сейчас мльчика накрыл с головой стыд за всё, что сейчас произошло. За то, что тот так просто и без раздумий отдался врагу. Поджав губы, Боруто решил, что завтра. Всё завтра. Завтра он всё обдумает и решит, что делать. Впрочем Момошики думал абсолютно так же, по-скольку сейчас ни у одного и ни у другого не было сил думать о том, что сейчас произошло. Ведь.. Ему просто это было нужно..