Запретный сладкий плод 2

Ледяное метро в летнее время заставляет Лауру дрожать от холода. Она покрылась мурашками, подмечая, что станция пуста и поблизости нет ни единой души. Услышав тихий всхлип позади себя, она разворачивается и видит заплаканную Машу. Девушка одета не по погоде и смотрит озлобленно исподлобья. — Маша, — Лаура хочет приблизиться, но тело не слушается, врастая в пол. — Как ты могла? — болезненный голос блондинки давит на сердце женщины. — Маша, — повторяет Лукина, протянув руку к девушке. — Не смей, — громче произносит Третьякова, — Не смей приближаться, — она делает несколько шагов назад и брюнетка срывается с места. Она быстро догнала Марию и взяла ту за тоненькую руку. — Исчезни прочь! — громкий крик врезается в уши эхом и Лаура жмурится от резкой головной боли. Открыв глаза, она шумно выдыхает остаток сна. Очередной кошмар выводит женщину из себя и её накрывает волна истерики. Стараясь успокоиться, брюнетка садится в постели и хватает мобильный, сразу набирая телефон Маши. Несколько длинных гудков, после которых короткая фраза: — Лаура, не сейчас, — и следом короткие гудки. Лукина закатывает глаза, разозлившись. Она устала от эмоциональных качель блондинки. На кануне вечером они говорили по телефону и всё шло прекрасно, утром Мария снова отдаляется. Лаура в очередной раз сдерживает себя и отправляет короткое сообщение:

Перезвони сразу, как захочешь.

Она несколько раз перечитала отправленный текст и столько же раз подумала о том, насколько сильно она ломает все свои принципы для этой девушки. Слово «захочешь» встаёт огромным комом в горле Лукиной. Женщина готова ждать желания Маши, но ей сложно выдерживать, так называемые, капризы. Увидев, что сообщение прочитано, брюнетка откладывает мобильный, в очередной раз проглатывая происходящее. Сегодня Лаура решает погрузиться в работу, чтобы не затеряться в собственных мыслях, поэтому с самого утра её телефон был вне поля зрения. Женщина впервые за долгое время сама руководила процессом съёмки новоприбывших моделей. Одежда, макияж, причёски, фотографии, она работала за всех, чем очень удивила сотрудников своего агентства. Ей удалось, впервые за несколько лет, по-настоящему отвлечься от собственных проблем и размышлений, которые съедали её изнутри каждый день. Она всегда любила свою работу, но чаще руководила на расстоянии, потому что не хотелось влезать в процесс, который и без неё проходил прекрасно. Но в этот момент Лукина понимает, какого удовольствия лишала себя все эти годы, пока занималась одними бумагами. — У вас очень холодные руки, — улыбаясь, к Лукиной обратилась молодая девушка по имени Александра, когда женщина поправила низ платья, задевая бедро. Лаура ощутила чувство дежавю, вспомнив о Третьяковой. — Потерпишь, — она натянула улыбку, отгоняя мысли о Маше, — Вот здесь ещё нужно заколоть, — подзывая рукой одну из сотрудниц, чуть громче добавила брюнетка. Она поправляла тёмные волосы новой модели. — А можно вам задать один вопрос? — как-то тихо спросила Саша. — Что-то важное? — закалывая прядь, задаёт ответный вопрос Лаура. — Для меня, — собеседница перешла на шёпот. — Ну спрашивай. — О вас ходят слухи… — Милая, все слухи обо мне – правда, — женщина глянула из-под очков прямо в невинные зелёные глаза, немного наклонившись, — Я ничего никогда не скрываю. Поэтому, опережая все твои вопросы, ответ – правда! Девушка растерялась от прямолинейности старшей и не нашла ответа на такие слова. Лаура активно продолжила работу с этой моделью, пока остальные девушки ждали своей очереди. Александра старалась больше общаться с владелицей агентства, иногда прикасаясь к женщине руками. Лаура сразу заподозрила неладное, но не показывала удивления или недовольство. А недовольство было, потому что Лауре уже приходилось сталкиваться с подобным и это никогда не заканчивалось добром. Вниманием со стороны моделей своего агентства женщина была окружена всегда, но ничего лишнего с обеих сторон никогда не позволяла, даже если желание было взаимным. Сейчас желание взаимным быть не может, потому что Лукина дала обещание самой себе, ни за что не нарушать границы с кем-либо, кроме Третьяковой. — Вот здесь блёсточка, — улыбалась Лаура девушке, убирая сверкающую мелочь с щеки. Глаза Александры пылают, женщина это видит и считает забавным. Но никогда ничего не бывает во время: — Кхм, — громко послышалось со стороны. Брюнетка перевела взгляд на вход в студию и увидела на пороге Машу, которая, недовольно сложив руки на груди, рассматривала Лауру. — Закончите здесь без меня, пожалуйста, — Лукина быстрым шагом дошла до Марии, которую все присутствующие уже давно разглядели с ног до головы, — Ты почему здесь? — Ты… Где твой телефон? — Третьякова злилась, как никогда, чем очень пугала старшую. — А, — женщина прощупала карманы, — Блин, скорее всего в кабинете. — Ты издеваешься? Я звоню, как дура… — Тихо, — голос Лауры стал серьёзнее. Она взяла девушку за руку и отвела в глубину коридора, — Нахрена ты кричишь так? — Я уже хотела больницы обзванивать! — блондинка снова повысила голос и Лаура почти затолкнула её в свой кабинет. — Ты задолбала орать! — брюнетка устало закрывает дверь, опираясь на неё спиной. — Меня твои девицы… — Маша поджала губы, хмуря брови, — Бесят. — О, а ты ревнуешь? — Блин. А что ты её лапаешь? Лаура рассмеялась: — Маш, это моя работа. — Так говоришь, будто я не видела, как ты работаешь, — блондинка всё ещё злилась, но в глазах Лукиной она выглядела очень мило, — Ты сидишь за этим столом и клацаешь кнопки компьютера. Такое я вижу впервые. — Успокойся, — не переставая смеяться, сказала вторая, — Я сегодня захотела поработать… Третьякова не даёт договорить женщине и, приблизившись в плотную, втягивает её в глубокий и страстный поцелуй, стараясь, как можно скорее избавиться от назойливых мыслей ревности. Лаура максимально быстро всё осознаёт и отвечает на долгожданный поцелуй, параллельно закрывая дверь на ключ. Она замечает, что Мария, словно сорвавшаяся с цепи, страстно желает большего, расстёгивая пуговицы на рубашке женщины. — Подожди, — произносит Лаура прямо в губы блондинки, но девушка не обращает на это внимания и продолжает раздевать Лауру, прижимая к стене. Когда рубашка упала куда-то на пол, брюнетка отстранила Марию, хватая за плечи: — Да что с тобой? — Почему ты меня останавливаешь? — Потому что знаю, что ты пожалеешь об этом! — Почему тебе можно брать насильно, а мне нельзя? — Третьякова злилась, прожигая возбуждающим взглядом. — Я не хочу, чтобы ты натворила глупостей из-за которых наша работа над ошибками сойдёт на нет, — женщина продолжала держать заведённую блондинку за плечи. — Я сейчас здесь и я хочу тебя! Тебе этого мало? — А завтра ты снова скажешь, что не хочешь меня видеть и слышать? — теперь злилась Лаура, — Я уже не знаю, куда себя деть от твоей неопределённости. Сегодня ты слишком назойливая, завтра ты посылаешь меня от себя подальше. Сколько это будет продолжаться? Маша несколько минут внимательно смотрит в голубые глаза, осознавая услышанное. После она вырывается из рук Лауры, которая тут же притягивает её обратно. — Не надо меня держать, — Мария снова переходит на крик, — Всё! Надоело! — она пытается вырваться, но хватка женщины оказывается сильнее. — Я не позволю тебе уйти сейчас, когда нужно разговаривать! — Почему ты не хочешь меня понять? — Третьякова начала плакать и женщина опустилась на пол, притянув младшую за собой. — Скандалистка моя, — она крепко прижала к себе девушку, которая перестала брыкаться и теперь просто плакала на оголённом плече Лауры, — Не реви! — Почему никто не может меня понять? — Я пытаюсь, правда. Но и ты меня пойми. Я очень стараюсь выдержать твоё переменчивое настроение, которое уже поперёк горла. Я очень люблю тебя и хочу вернуть всё назад, слышишь? Но когда я вижу, как ты подпускаешь меня к себе, а затем снова отдаляешься, у меня опускаются руки. Проходит минутная тишина, которую сбивают только тихие всхлипы девушки. — Прости меня, — шепчет она, стараясь успокоиться, — Я доведу тебя до ещё одного сердечного приступа. — Я переживу! — Нет, Лаура, я не могу так, — она немного отодвигает голову, чтобы взглянуть в глаза старшей, — Посмотри, что происходит. Ничего не получается. Я безнадёжна. — Дурная, — Лукина притягивает Машу обратно в объятья, — Я всё равно буду ждать тебя. Если понадобится – буду ждать всю оставшуюся жизнь. Главное, чтобы ты чувствовала, что я не желаю тебе зла и очень, слышишь? Очень тебя люблю. — Я решила переспать с тобой, чтобы понять окончательно, хочу ли я чего-то в дальнейшем. И нужно ли мне это вообще, — девушка постепенно успокаивалась. — Я боюсь, что ты снова оттолкнёшь меня и всё станет только хуже. — Пожалуйста, прости меня, я такая дура, — Мария прижалась крепче к телу брюнетки. — Перестань. Поехали домой? — К тебе. — Хорошо. Только можно я проверю, как идёт работа без меня, ладно? Мария кивнула, отстраняясь от Лауры, которая, взяв рубашку с пола, поднялась на ноги и надела её. Когда Мария окончательно успокоилась и её макияж был поправлен, женщины покинули кабинет и по пути к выходу из агентства обе зашли в студию, где работа шла полным ходом. — Девочки, я уезжаю. Завтра обещаю быть после обеда. Женя, — она обратилась к молодой девушке, которая отвечала за наряды, — Не забудь про платье Игнатьевой. Кирилл, завтра ещё одна фотосессия, — фотограф кивнул, — Девочки, обязательно выспаться всем! — улыбаясь, она пригрозила пальцем столпившимся моделям, — Я уехала. Всех люблю. Третьякова поймала недовольный взгляд Саши, которая стояла дальше от всех остальных, накручивая длинную тёмную прядь на указательный палец. Маша коротко улыбнулась ей и вышла вместе с Лаурой из большого светлого зала. — Как она на тебя смотрит, — тихо проговорила она Лауре уже на улице. — Кто? — женщина закатила глаза, радуясь резкому порыву ревности от девушки. — Эта девица, с которой ты работала, — блондинка показала кавычки тонкими пальцами, — Когда я пришла. — Мария Владимировна, на чьей машине поедем? — Лукина саркастично сделала вид, что не увидела показанный жест, обращая внимание на стоящий мерседес психолога. — Какая вы ужасная, Лаура Альбертовна, — Маша прошла к своей машине, разблокировав двери брелком. Лукина улыбнулась, садясь в пассажирское кресло. — Не надоела старая машина? — Что? — Мария усмехнулась, выезжая с парковки, — Она все пять лет была здесь. Я ужасно по ней соскучилась. Почему ты спрашиваешь? Лукина улыбнулась, рассматривая лицо девушки, которая сосредоточенно следила за дорогой: — Просто спросила. Может быть есть модели новее, которые бы тебе понравились? — Модели, — Мария усмехнулась, делая акцент на слове, — Не знаю, может и есть. Вообще, если честно, цвет надоел. Хотелось бы что-то в тёмных тонах. Может быть синий, ну или чёрный. Лукина перевела взгляд на дорогу, задорно улыбнувшись. — Что? — непонимающе, Третьякова улыбается в ответ. — Нет, ничего! Оставшийся путь женщины болтали о простых вещах, снова забывая о всех проблемах и барьерах, которые стояли между ними. Лаура ощущала прилив счастья и бесконечной любви, а Мария старалась ни о чём не думать, чтобы просто провести время с Лукиной. Всё, чего она хочет, это чтобы наконец сердце стало жить с разумом воедино. В квартире Лауры пахло горячим кофе, когда женщины вошли внутрь. В кухне гремела посуда и Маша вопросительно глянула на старшую. — Это Дима, — тихо проговорила брюнетка, разуваясь и сразу исчезая по направлению звуков. Машу снова начало грызть изнутри что-то похожее на ревность и одновременно дежавю. В голову влезли сразу два человека из прошлого, которые стали кричать о том, что Лауре доверять нельзя. — Да блять, — шёпотом произнесла блондинка, стараясь отвлечься от назойливых мыслей. Она скинула с себя туфли и прошла в кухню следом за женщиной. — Здравствуйте, — поздоровался мужчина, — Извини, Лаура, что не предупредил. Я уже ухожу. — Нет, — Мария улыбнулась, — Можете остаться и выпить с нами кофе. Не зря же готовили. Лаура осматривает лицо любимой, пытаясь понять её эмоции, которые совершенно не понятны. — Я не надолго. Нужно работать, — произнёс мужчина и достал из шкафа чашки. — Можно тебя? — шепчет Лаура, взяв девушку за руку и выводя её в гостиную, — С тобой всё в порядке? — Да, — Маша смотрит в голубые глаза, — Нет! — она выдыхает от бессилия. — Блин. Прости. Он привык приходить без предупреждения, — женщина положила руку на щёку девушке, заглядывая в глаза, — Всё хорошо, слышишь? Тебе ведь придётся привыкать ко всему заново. — Да. Прости меня, пожалуйста. — Я всё понимаю. Попьём кофе и просто поболтаем, ладно? — Да, — Маша немного поднимает уголки губ, кладя ладонь на руку женщины. Они возвращаются за стол, когда Дмитрий уже разлил кофе по чашкам. — Как у тебя дела? — бодро спрашивает женщина, обращаясь к другу, который сел за стол. — Да всё неплохо. Взялся за одно дело на досуге, уже пожалел об этом, — он усмехнулся, — Как ваши дела? — Да… — Хорошо, — Мария перебивает Лауру, чтобы не выдавать Диме подробности. Она никогда не сможет стать настолько открытой миру в плане личной жизни, как Лукина. Тем более после всего, для неё это стало слишком личным. — Я рад за вас. Пока Лаура говорила о работе, мужчина выпил кофе, замечая довольно напряжённую обстановку. Ему очень хотелось бы подружиться с Машей, чтобы общение не было таким натянутым, но желает ли этого сама девушка, никто не знает, поэтому Дима принимает решение оставить женщин наедине. — Спасибо за кофе, — он вышел из-за стола, — Ключи я бросил на полку в коридоре, — его голос был бодрым, но Лауре показалось, что друга напрягает всё происходящее. — Я провожу, — она идёт следом за юристом, — Дим. — Да, — он обернулся у двери. — Всё нормально? — Блин, ты что? Я вижу горящие глаза обеих, ты ещё спрашиваешь? — он усмехнулся, — Я рад, что ты наконец светишься. Конечно всё отлично! Женщина улыбнулась: — Теперь предупреждай, когда захочешь появиться, — взяв ключи с полки, она вернула их Дмитрию, — Главное предупреждай, — повторила она. — Я понял тебя, — он взял связку из рук женщины и покинул квартиру. Лаура вернулась к блондинке, которая перебралась в гостиную. Устроившись на диване, Маша переключала каналы телевизора. Лаура встала в проходе, опираясь о дверной косяк, и просто наблюдала за любимой, в очередной раз ощущая страх того, что всё это может закончится в любой момент. Проходит ещё минута, прежде чем Третьякова наконец заметила смотрящую на неё женщину. — Ты чего там стоишь? — Маша грустно улыбается, — Иди ко мне. Женщина ощущает оживление бабочек в животе от услышанной фразы и доходит до Маши, присаживаясь рядом: — Можно тебя обнять? — Нужно, — девушка сама укладывает голову на плечо Лауры, перекидывая её руку к себе за спину, — Прости меня, пожалуйста. — Перестань, — старшая оставляет короткий поцелуй на макушке блондинистой головы, одновременно заправляя волосы за ухо. — Может мы всё-таки попробуем сблизиться? — приподнимая голову, Третьякова заглядывает в глаза. — Если ты пообещаешь не сбегать после этого, — улыбаясь, шепчет Лукина и Маша тянется за поцелуем. Старшая сразу накрывает губы любимой своими и чувствует руки блондинки на бедре. Женщина ужасно соскучилась по всем прикосновениям Марии, поэтому моментально возбуждается, укладывая девушку на диване и нависая над ней. — Всё, как раньше: если я буду просить остановиться, ты не останавливаешься! — Третьякова тяжело дышала, разрывая поцелуй. — Как скажешь… Девушка возвращается к поцелую, расстёгивая пуговицы рубашки старшей. Всё происходит достаточно быстро, поэтому, когда Маша избавила последнюю петельку от пуговицы, Лаура сама скинула вещь на пол и, стянув брюки с девушки, приподняла её, чтобы избавить от верха. Женщина слегка надавливает на затылок психолога, чтобы углубить поцелуй, отчего вторая стонет немым звуком, одновременно скидывая бюстгальтер со старшей. «Она тоже скучала!» — проносится в голове Лукиной, когда она чувствует, с каким трепетом, но в то же время страстью, девушка прикасается к телу Лауры. Их обеих захватила настоящая любовь с нотками удушающей страсти и всё, что вокруг уже кажется таким ничтожным по сравнению с тем, что происходит в настоящий момент. — Как же я соскучилась по тебе, — шепчет Лаура, касаясь губами горячей кожи в области шеи, отчего Мария снова издаёт тихий стон, поглаживая оголённую спину и иногда слегка сжимая кожу женщины. Прелюдия длится довольно долго, поэтому Лаура чувствует мокрую ткань нижнего белья, когда прикасается к обжигающему месту Маши. Девушка моментально приподнимает таз на встречу, призывая к большему и старшая не хочет её мучить. Быстро стянув с неё бельё, брюнетка касается языком нужного места и Машу моментально охватывает приятная дрожь. Она сдвигает ноги, несильно зажимая голову женщины, и издаёт возбуждающие стоны. Лаура сходит с ума от желания делать любимой ещё приятнее и проводит языком до низу, входя им в нужное место и одновременно вжимаясь пальцами в кожу на бёдрах. — Лаура, — хрипло зовёт блондинка, — Иди ко мне, — она тянет женщину к себе, втягивая в поцелуй. Женщина вводит пальцы в её тело, в очередной раз заставляя девушку дрожать и та снова разрывает поцелуй: — Голова кружится, — она ещё раз целует Лауру, — Я потеряю сознание. — Так должно быть, — утверждает женщина, тяжело дыша и сдерживая желание ускорить толчки. Она целует шею девушки, оставляя мокрые и слегка багровые следы. — Боже, мм… — Не сдерживайся, — проговаривает Лукина и Маша в ту же секунду выполняет сказанное и, выгибаясь на встречу финальным движениям пальцев, громко стонет. Лаура целовала девушку, пока тело той не расслабилось окончательно. В это время Третьякова пробралась под бельё старшей, касаясь тёплыми пальцами мокрого места. — Мм, чувствую я, в отличие от тебя, точно потеряю сегодня сознание, — сбивчиво шепчет Лукина, вглядываясь в повторно загоревшиеся глаза девушки. — Я хочу ещё, — надавливая пальцем на нужное место, шепчет блондинка и Лукина втягивает вторую в поцелуй, возвращая руку к её заветному месту. По завершению ярких впечатлений женщины ещё долгое время целовали друг друга, боясь отпустить даже на секунду. Третьякова не сбежала, чего очень боялись обе женщины. Она осталась, осознавая, как скучает сердце, а разум всё равно пытается отговорить её от всего, что связано с доверием в сторону Лауры. Мария борется с ним и отступать она не намерена.