Любовь вне контракта

Лебедева стояла на балконе, выпуская табачный дым из своего рта. Из пачки пропало около четырех, а может и больше сигарет. Мария никогда себя так не чувствовала, эмоции переполняли, заставляя думать и думать, но мыслей было слишком много от чего голова просто взрывалась. Глаза Марии смотрели на луну, потому что только луна позволяла на себя смотреть, солнце слишком недоступное и именно оно напоминает Кристину, воспоминания о дредастой сразу же сместили все ненужные мысли и шатенка улыбнулась, выкидывая пустую пачку из под сигарет вниз на тротуар. После секса Мария всегда уходила, если он был обычным, если же была сессия, то приходилось оставаться, чтобы убедиться, что партнер в порядке. Мария не могла оставаться рядом с человеком долго, но почему-то сейчас хотелось вернуться обратно в кровать и лежать так до самого утра, представляя то, как они вместе сядут за стол, завтракая и болтая, но Лебедева понимала, что ее кровать сейчас пустует, потому что Кристина покинула квартиру. Становилось все прохладнее, а значит скоро придется доставать более теплые вещи, наверное, нужно будет съездить в магазин или так заказать. Такие глупые мысли сейчас в голове, но Мария ничего не может поделать, потому что страх наполняет грудную клетку и сжимает все что находится внутри. Лебедева пару раз глубоко вдохнула свежего воздуха и вернулась в кровать спустя почти час, водитель уже уехал, а с ним, и Кристина, но так будет лучше для них двоих. Лебедева медленно преодолела расстояние от балкона до кухни, чтобы налить себе виски, а уже потом лечь спать. Руки быстро ухватились за горло бутылки и не наливая в стакан, опрокинули содержимое в горло шатенки. Мария первоначально скривилась от горькости этого напитка, а потом уже блаженно вдохнула, расслабляясь. Шатенка аккуратно попятилась назад, приземляясь на стул, что стоял около барной стойки. Бутылка по прежнему была в руках Марии и содержимое уменьшалось довольно быстро. Дверь спальни медленно открылась и там показалась макушка Кристины, которая аккуратно выглянула, осматривая территорию на наличие знакомых лиц. В руках Желточенко была кожаная куртка, а сама она выглядела довольно потерянной, расстроенной и еще как-то, но было.. не важно? Мария пригляделась ближе, и ее взгляд пал на красные глаза Кристины, которые метались будто специально не смотря на кухню. Стакан Марии со звоном приземлился на стол, а голова опустилась вниз, неужели уже пьяна? Кристина выгнула бровь в вопросе, подходя ближе к Марии, а куртку оставила она на ближайшем свободном стуле. Рука Желточенко приземлилась на плечо шатенки, оглаживая и приподнимая голову свободной рукой, осматривая выражения ее лица, пока сама Марии пыталась скинуть с себя приставучие руки дредастой. —Водитель уже уехал домой, почему ты еще тут? — Мария наконец-то встретилась с проницательным взглядом дредастой, но взгляд был немного другим, таким же потерянным, как, и ее вид. —Просто мне нужно было немного полежать, но я собиралась вызвать такси. — Рука сама сползла с плеча, а сама Кристина отошла на несколько шагов назад, вытаскивая телефон из кожаной куртки, которая выглядела так ужасно на данный момент, что становилось тошно. Стул, на котором сидела Мария, отодвинулся и сама девушка встала со своего места, приближаясь ближе к Кристине, обхватывая ее талию своими руками, придвигая ближе к себе. Мария мягко положила свою голову на плечо Кристины, тяжело дыша ей в шею и что-то бормоча. Желточенко опешила от такого хода, но продолжала кому-то писать в своем смартфоне, пока Лебедева не потянулась рукой назад, выхватывая телефон из рук дредастой. —Ты можешь остаться у меня. — Прошептала Мария на самое ушко Кристине, а потом чуть сжала талию руками, от чего Желточенко немного, но напряглась. — Не расстраивайся, у меня скверный характер. —Я понимаю. Мы не так давно знакомы, если честно, то это вообще ужасно все. Отношения на работе. — Смеясь, произнесла Кристина, поглаживая рукой волосы Марии, но потом та резко отодвинула Кристину от себя, заглядывая в ее глаза, не скрывая того, что удивлена. —Какие еще отношения? Ты ничего не подумай, это все несерьезно. — Мария начала запинаться, когда улыбка сползла с лица Кристины, и она показалась более отстраненной будто прямо сейчас ушла в свой мир. — То есть, я.. я тебя не использовала или еще что-то, просто... — Закрыв лицо руками, Лебедева устало вздохнула, проклиная всех богов за то, что сейчас с ней происходит, потому что такого раньше не было, было довольно просто отказать людям, ранить их и уйти, а сейчас не получается, язык не поворачивается сказать это ей в лицо. —Успокойся, все отлично. — Улыбка снова вернулась на лицо дредастой, но она была ненатуральной будто знала, что эта улыбка поможет Марии собраться с мыслями и сказать то, что она хочет, а не мямлить непонятно что. — Давай пойдем спать, скоро вставать. Лебедева кивнула, закрывая бутылку с виски, а потом повела Кристину в спальню, где они были вместе. По дороге они не проронили ни слова, наверное, потому что путь был не слишком долгим и просто никто не успел подумать о том, что сказать и как лучше произнести и над этим думала больше Мария, но, даже из-за незначительного алкоголя, она перестала четко соображать, легко могла опьянеть даже от одного бокала. Девушки зашли в комнату, пытаясь не смотреть друг на друга, тогда Мария подошла к кровати, начиная немного прибираться, чтобы Кристине было удобнее спать. Старое постельное уже комком валялось на полу, замененное на новую. Лебедева взбила подушку и повернулась к Желточенко, которая неуклюже переставляла ноги, подходя ближе к кровати. —У тебя что-то болит? — Заученный вопрос, который Мария задавала почти всегда, потому что было необходимо, но в этот раз было интересно узнать, важно узнать и так далее, поэтому вопрос был необдуманным, а быстро выброшенным из головы. —Нет, все превосходно. — Выплюнула Кристина, чем удивила Марию, потому что раньше она так не разговаривала и даже пару минут назад, может, устала? По крайней мере Мария склонила все это на усталость. —Можешь ложиться. —А ты где будешь? — в прежней манере спросила Кристина, присаживаясь на кровать. —В гостиной прилягу. —Можешь лечь со мной. —Да, могу. —Ложись. —Конечно. Такого неловкого диалога в жизни Марии еще не было, а также таких неловких движений, она будто летала по комнате, не управляя своими движениями, Мария опустилась на кровать рядом с Кристиной, положив руку на ее колено. Все что сейчас было не было больше, чем обычной ошибкой, потому что они работают вместе, но разве Лебедева не сама виновата, привлекая к себе столько внимания, приглашая на свидания, а потом к себе домой и так далее, разве Кристина в чем-то виновата? Почему тогда она должна чувствовать ответственность за то, что сейчас происходит между ними. В жизни Лебедевой было много отношений, и она помнит почти все серьезные, которые каждый раз ранили ей сердце, оставляя после себя кровоточащие раны, которые не хотели затягиваться сколько бы времени не проходило, они всегда напоминали о совершенных ошибках, поэтому спустя какое-то время она пообещала себе, что больше не позволит любить по-настоящему. Мария догадывалась, что когда-нибудь она разрешит кому-то войти в ее жизнь, но не догадывалась, что это будет так скоро, когда она еще иногда думает о другой девушке. Мария не хочет делать больно Кристине, не тогда, когда ее голова покоится на ее плече, и она мирно посапывает, пытаясь не заснуть, но Мария еще не смогла полностью забыть человека, который на протяжении многих лет был с ней, она по прежнему чувствует себя должником, который не смотря ни на что обязан вернуть долг своей душой, но сейчас мысли Марии были не только об этом, в ее мыслях теперь появилась и Кристина, которая всеми силами пытается вытеснить все остальные мысли.

Flashback

Шатенка, лет девятнадцати, с пакетом в руках поднималась по лестнице на последний этаж. Именно на том этаже живет девушка, с которой она встречается еще со школы. Мария ушла из дома в семнадцать лет и тогда повстречала любовь всей своей жизни, которая, оказывается, всегда была прямо под носом. Ее привели в теплый дом, напоили чаем и ожидали пока приедет отец, потом они стали созваниваться и проводить время вместе, пока не приняли решение сойтись. Стало все намного сложнее, но и было легче временами, потому что они всегда понимали друг друга, как одно целое. И вот уже прошло столько времени, а они все еще вместе, все еще живут, радуясь жизни. Лебедева знала, что это ее первая любовь, что любит несмотря ни на что, а еще знает, что это была любовь с первого взгляда, где нет последнего. Мария достала ключи из сумочки и аккуратно провернула их в замочной скважине, отпирая входную дверь. Руки Лебедевой сразу же опустились, а пакет упал вниз, когда глаза увидели, что дома была не одна пара обуви, как обычно, а две пары, что были разбросаны будто снимались в спешке. Неуверенный шаги приближали Марию к их спальне, где они проводили время вместе, забывая обо всех проблемах, но сейчас хотелось серьезно забыться, потому что было чертовски страшно от того, что может ждать ее за дверью. Шатенка медленно приоткрыла дверь, а глаза сами собой закрылись после увиденной картины: ее девушка лежала в обнимку с каким-то парнем, а его рука покоилась на ее нежной талии, пока обнаженной тело было замотано в теплое одеяло, которое Мария подарила ей в обычный день. Зеленые глаза встретились с зеркальными карими, которые смотрели куда угодно, но только не на кровать. Блондинка быстро вскочила со своего места и понеслась к Лебедевой, но та уходила поспешно, пытаясь как можно быстрее покинуть квартиру, а не оставаться там, выслушивая то, что это случайность, что она любит лишь ее и никого больше. Мария никогда не представляла, что к такому придет, но это был первый раз, когда ее сердце разлетелось, оставляя после себя лишь маленькие кусочки, которые невозможно было собрать воедино. —Стой! — Запыхавшись, произнесла блондинка, пытаясь ухватить руку шатенки, которая с большим усилием остановила себя, поворачиваясь к своей самой искренней любви. — Выслушай меня, милая, прошу. —Я уже всего насмотрелась, могла бы отдаться ему и на диване, если было так необходимо, а не на нашей кровати. — Мария устало потерла переносицу, было больно, но слез почему-то не было, а может она создала для себя защитный барьер, не показывая того, чего она чувствует на самом деле. —Мы поругались, я пошла в клуб, а там этот бармен, я рассказала ему все что чувствую, но под конец была слишком пьяна, он любезно подвез меня до дома, я была не в состоянии ему отказать, прости, прошу. — Захлебывалась слезами зеленоглазая все то время, что рассказывала маленькую историю, пока Мария, прижавшись к стене, внимательно слушала каждую деталь. —На твоем пальце мое кольцо, мы хотели пожениться. — Напомнила Мария, качая головой. — Не могу поверить, что ты это сделала. —Я не хотела, я люблю тебя. —Ты даже представить себе не можешь, как тебе будет больно. — Прошептала шатенка, когда взяла руку блондинки в свою. На губах Лебедевой играл непонятный оскал, который достаточно сильно пугал, а в глазах был неестественный блеск. Мария отступила на шаг, открывая вновь входную дверь и выходя наружу, она была напряжена, когда вышла из своей квартиры, была пустой будто из нее выкачали все то, что она собирала на протяжении всей своей жизни, потому что такого она еще не ощущала, но это будет небольшим уроком, который останется на всю жизнь, а может и после жизни. —Я буду всегда тебя ждать. —Жаль.

***

Зеленоглазая девушка, а она же бывшая, настоящая и будущая девушка Марии Лебедевой, Ирина Граф. Девушка, которая давно захватила разум и сердце Марии сейчас просто доживает свою жизнь. После ухода Лебедевой, Ирина только и думает о том, как вернуть то, что когда-то было между ними, потому что она действительно любит, хочет вернуть и быть честной, но ее извинения не нужны, и она тоже больше не нужна. Семьи Ирины и Марии начали общаться после их встречи и даже заключили некоторый контракт, что после гибели непосредственного владельца фирмы "Evanesco" полноправными владельцами будут обе девушки, и Мария согласилась, рассчитывая на то, что они будут долгое время любить друг-друга, но этого не произошло, поэтому Лебедева всеми силами заставляла Ирину подписывать то, что ей нужно, а сама Граф не играла никакой роли в ее фирме, просто небольшой формальностью. Тело Граф лежало на кровати, перелистывая фотографии в галерее. Прошло достаточно много времени с их расставания, но боль все не уходила и воспоминания не желали уходить, потому что Мария любила феерично напомнить о себе. Например, как сегодня. Телефон Ирины завибрировал, а на экране появилось имя звонящего - это была Мария. Глаза Ирины сразу же засветились, а улыбка на губах растягивалась и становилась шире. Граф как можно быстрее взяла трубку, но быстро пожалела. На другом конце раздавались несдерживаемые стоны, которые перерастали в крике, а еще этот командующий голос Лебедевой. Да, она очень сильно изменилась и все это произошло сто процентов благодаря кому-то, Ирина не сомневается в этом, но сейчас больше волновал вопрос, зачем она позвонила? —Родная, ты звонила? — Сдерживая подступающие слезы, как можно громче спросила Ирина, пытаясь расслышать четкий ответ, но его не было. —Детка, прости, секунду. — Послышался голос Марии, а потом он стал все ближе. — Ох, должно быть телефон совсем перестал работать, звонит уже сам по себе. —Ничего, понимаю. — Пролепетала Ирина, потому что она была рада слышать голос Лебедевой и не важно в какой обстановке. — Слушай, ты сейчас занята, а мы можем встрет... — Не успела договорить, ибо послышались гудки. Мария сбросила трубку, не желая слышать ее и оставляя в этом ужасном состоянии, понимая, что она до сих пор ждет.

***

На коленях зеленоглазой лежал ноутбук, иногда работа все же была ее хобби, заставляя отвлечься от чего-то дурного. В таком порядке прошло достаточно много времени. Граф с Лебедевой виделись не часто, обычно, чтобы просто снять стресс, а потом расходились каждый своей дорогой, но Ирина так этого не хотела, но так было нужно Марии, а значит Граф могла смириться с этим и будет мириться, пока не придет время. В массивную дверь постучались. Граф давно переехала в собственный дом в попытках создать новую жизнь, но все вечно приходило к одному и тому же. Ирина встала со своего места, направляясь к входную двери и медленно открывая ту. Перед взором зеленоглазой пала шатенка, которая держала в руках бутылку дорогого алкоголя, а по щекам медленно стекали слезы. Граф не спрашивала ничего лишнего, лишь помогла ей пройти, целуя в лоб. Хотелось спрятать ее от всего мира. —Мне изменили, снова. — Прошептала Мария, пытаясь быстрее дойти до дивана и упасть в объятья человека, которого не может простить, но ужасно любит. —Мне так жаль. Граф усадила девушка на диван и положила ее голову на свои колени, где раньше лежал ноут. Ирина медленно поглаживала волосы Лебедевой, позволяя расслабиться и выплакать то, что скопилось внутри. Последнее время на лице Марии стало все меньше эмоций, но Ирина знала, что когда они будут наедине она увидит каждую эмоцию на ее лице. —Тебе нужно поспать, я рядом. — Также тихо проговорила Граф, успокаивая девушку, что лежала на ней, а потом через какое-то время зеленоглазая услышала тихое сопение, Мария уснула, а Граф продолжала поглаживать ее так будто сейчас она исчезнет и больше не вернется, но они точно встретятся и ни раз.

End flashback.

Кажется, уже начало светать. Мария оглядела обстановку и поняла, что они заснули сидя, продолжая находиться в объятьях друг-друга и не отпускали до самого утра. Раздражению не было предела, Мария не хотела снова привязываться, потому что это очень мучительно и больно, да и вовсе не нужно. Лебедева аккуратно встала со своего места и положила голову Кристины на подушку, укрывая тело одеялом. Как только Лебедева вышла из комнаты, то заметила полупустую бутылку, а потом резкую боль в голове будто триггер. Губы искрились в усмешке, а ноги продолжали нести ее к холодильнику, чтобы подкрепиться хотя бы чем-нибудь и только потом поехать на работу, но вот как быть с Кристиной? Будить ее или оставить тут? И то и то решение хорошее, но не практичное. Она сонная, а ехать нужно сейчас, оставлять тоже не вариант, вдруг случится что-то. Лебедева достала из холодильника апельсиновый сок и открутив крышку сделала первый глоток, скривившись от холода, который распространялся по всему горло, оставляя после себя неприятный осадок. Мария присела на стул, продолжая делать большие глотки, понимая, что такими темпами сляжет на койку и надолго, но сейчас хотелось освежиться, забывая все то, что приснилось ночью. Снова Граф. —Заболеешь. Голова Марии повернулась настолько резко, что боль пронзила ее шею от чего губы снова скривились. Кристина выглядела довольно спокойно будто выспалась, хотя, как можно было выспаться в таком то положении? Мария поставила сок на стол и выгнула бровь, улыбаясь. —Я знаю, что ты хочешь примерить костюм медсестры. — Было такое чудесное настроение, что Мария даже смогла представить Кристину в таком виде и чуть не рассмеялась от такой картины, но во время остановила себя, когда Желточенко была довольно близка к ее лицу. —Убить тебя хочу. —Только не это, скучать будешь. —Ужасно — Уста Кристины изогнулись в подобие улыбки, но больше походило на какое-то отвращение, однако это лишь рассмешило Лебедеву, когда она притянула Кристину за подбородок, соприкасаясь своими губами с ее. Время снова остановилось, позволяя им выбрать то, что они хотят, позволяя им обдумать все еще раз и взвесить все, но они привыкли брать от жизни все, да и какая разница, что будет потом? — Я бы попробовала тебя на вкус, жаль, что нам на работу. —Не забывай, что я владелица фирмы, директор, и твой Бог, так что мы можем остаться сегодня дома. На лицах обеих появилась порочная ухмылка, вот только Лебедева могла остановиться, а Кристина была на низком старте и быстрее хотела окунуться в теплую бездну, чтобы снова почувствовать то, что ей подарила Марии, потому что все то, что было между ними сейчас билось у нее в голове, вставая яркими картинами в глазах Кристины, она попыталась дотянуться до губ Лебедевой, но та отстранилась, подразнивая девушку, пока подушечка большого пальца прошлась по нижней губе Желточенко. —Но мне сегодня нужно на работу, и тебе бы тоже не помешало, если тебе плохо, то я подвезу тебя до дома. —Сука. —Что? —Сука ты, Лебедева. Кристина отошла на несколько шагов назад от девушки и накинула на себя свою куртку. Как странно, но Желточенко была уже собрана будто встала намного раньше Марии и была готова выходить, однако мешки под глазами и усталый взгляд выдавал Кристину, не оставляя ни единого шанса на победу. Солнце постепенно вставало все больше, ослепляя глаза яркими лучами, пока Лебедева устремляла свой взгляд на Кристину, продолжая пить свой, наверное, любимый сок. Сейчас они бы могли понять друг друга без слов, однако, даже при таком раскладе продолжали упорно игнорировать друг-друга, когда кто-то хотел начать зрительный поединок. Мария встала со своего места, забирая телефон со стола и подходя к Кристине ближе. В этот момент между ними было маленькое расстояние, которое казалось необходимым, Мария могла увидеть себя в уставших глазах, как и Кристина могла увидеть себя в глазах, где играл азарт, а их хозяин был бодрым и свежим. —Мне сначала нужно будет заскочить к отцу на могилу, а ты езжай сразу в офис, если хочешь. —Хорошо. —Водитель ждет. Кивок головой, и Кристина собирается развернуться и уйти, но рука Марии остановила ее, снова разворачивая к себе, не давая сдвинуться с места. Лебедева смотрела на девушку достаточно долго, пытаясь отыскать хоть один изъян, но его не было, наверное, она была слишком чудесной для этого мира, такой чудесной для нее. Мария медленно прикоснулась своими губами ко лбу Желточенко, оставляя легкий поцелуй и даря тепло. Этот жест многое мог сказать без помощи хозяина, и Мария понимала это, однако ничего не хотела с этим делать. —Хорошего дня. —Я, надеюсь, что ты не сентиментальная. — Улыбнувшись, проговорила Кристина и наконец-то смогла отодвинуться от столь манящей дамы, направляясь на выход, потому что все вещи были заранее собраны и сложены в карманы кожаной куртки, которые были уже полностью забиты. —Даже думать о таком не следует. Это были последние слова, которые услышала Кристина, перед тем как выйти из помещения, оставляя после себя кучу эмоций и достаточно приятных воспоминаний, которые уже во всех красках вставали перед глазами у обеих девушек. Каждая из них мечтала по быстрее оказаться рядом, но никто никогда не скажет напрямую, потому что слишком уж многое они пережили.

***

Путь до офиса у Кристины не занял много времени, потому что водитель, который уже был, как родной, быстро довез Желточенко до места, не останавливаясь нигде. Это было жирным плюсом, потому что катаясь на автобусе ты можешь опоздать куда угодно из-за многочисленных остановок, а тут все быстро и комфортно без лишних глаз и рук.\ Машина остановилась почти у самого входа и сразу же уехала, когда ноги дредастой только коснулись асфальта. Кристина неразборчиво крикнула ругательства в водителя, но тут уже ничего не услышал из-за закрытой двери и дальнего расстояния. Отряхнув себя, Кристина направилась в офис, приглаживая свое платье на постоянной основе, было непривычно, ибо она редко ходила в общественные места в платьях, обычно это: широкие кофты, футболки, штаны, кроссовки и тд, но сейчас все было иначе. Как только двери открылись, Кристина заметила большую толпу около самого входа, а также много камер и посторонних на вид людей. Странно то, что папарацци пришли в офис, да еще и в такой ранний промежуток времени, а все из-за кого? Кристина медленно протиснулась сквозь толпу и увидела девушку, которая стояла в самом центре и вся сжималась, слушая достаточно откровенные вопросы для своей личности, а также все эти вспышки. Быстро среагировать не получилось, но Желточенко попыталась раздвинуть людей с камерами и быстро взять девушку за руку, уводя за собой. Конечно, их пытались остановить и хватали за руки, но Кристина старалась не обращать внимание, утягивая девушку за собой лифт, который, к счастью, оказался на первом этаже. Пока они стояли в тесной кабинке, Кристина успела подумать, что девушка пришла на встречу с Марией, а Кристина забыла сказать об этой встречи, поэтому как только они вышли из лифта, Желточенко повела девушку в кабинет Лебедевой, открывая его запасным ключом. Кристина быстро усадила девушку на стул, а потом подала стакан с прозрачной жидкостью ей в руки, усаживаясь рядом. Желточенко старалась долго не рассматривать незнакомку, но ее внешность была довольно красивой, поэтому не рассматривать не получалось. Блондинка, прямые волосы, зеленые глаза и пухлые губы, стройная фигура и отлично подобранные вещи, от которых невозможно оторваться, но Желточенко смогла. —Здравствуйте, простите, что забрала оттуда, я подумала, что Вам там было не очень комфортно. — Начала диалог Кристина, пока блондинка старалась выпить сразу всю воду вместе со стаканом. —Очень благодарна Вам. Я совершенно не понимала, как можно было выбраться из того ада. — Пустой стакан приземлился на стол, и блондинка посмотрела на Кристину, смиряя оценивающим взглядом. —Кристина Желточенко. Секретарь Марии Николаевны Лебедевой. —Кристина протянула руку для рукопожатия, однако ответного жеста не последовало, и Кристина нахмурилась, однако старалась не подавать виду. —Ирина Граф. Вторая, полноправная хозяйка этой фирмы. Удивлению Кристины не было предела, она даже не слышала о ней ни разу, но похоже все те люди внизу прекрасно ее знали и были очень удивлены, когда застали ее в этом офисе. Сейчас было достаточно вопросов к Марии, чтобы узнать кто такая эта Граф, и почему она никогда не присутствует на рабочем месте. Желточенко еще раз обвела глазами контур ее фигуры и закончила на губах, что изогнулись в ухмылке. —Я удивлена, что Вы обо мне не слышали. — Честно призналась Ирина и выдохнула, покачивая головой. Конечно, стоило ожидать, что Мария на этот раз наймет того, кто не будет знать ничего, хотя, если честно признаться, то эта девушка была довольно симпатичной. —Простите, я тут недавно. —Конечно, а ты не знаешь, где Мария Николаевна? — Вежливо поинтересовалась Граф и уселась за стол Марии, складывая ногу на ногу, наблюдая за тем, что будет делать эта секретарша, однако, она не предложила кофе или еще-то, а просто залипла в телефоне кому-то отвечая. —Уже тут, но я не говорила, что Вы приехали, наверное, нужно это сделать. —Это необязательно, наша встреча личная, так что она о ней знает. —Понятно. — Кристина задумчиво отвела взгляд, переваривая информацию, которую заполучила в свои руки. Есть еще один владелец компании, а также у них личные встречи, и эта блондинка неплохо выглядит, потому Кристина посмела выдвинуть свои догадки раньше того, как получит еще что-то. Конечно, хотелось бы сказать что-то еще, но дверь кабинета открылась и появилась Мария, которая держала в руках сумочку Желточенко и свой телефон, однако смотрела на них она спиной, закрывая дверь. —Кристина, ты забыла у меня сумку свою, мне пришлось тащиться с ней. — Недовольное бурчание Лебедевой заставило Кристину улыбнуться, однако это было ненадолго, потому что шатенка развернулась к ним лицом, замечая знакомою фигуру перед собой. Глаза Марии медленно закатились, и она также медленно подошла к столу. — Ирина Львовна, что привело Вас сюда? —Я уже не могу навестить свою любимую? Взгляд Кристины переместился на Марию, а рот приоткрылся от слов Граф будто это было что-то такое, чего Желточенко совершенно не ожидала услышать. Получается, с ней изменяют? Готова поклясться, что Кристина сейчас переворачивает столы у себя в голове, набивая морду каждому, кто пытается встать у нее на пути. —Мне еще раз повторить вопрос? — Голос Марии был достаточно холодным, что конечно не осталось без внимания Кристины, заставляя наконец-то закрыть свой рот. — Отвечай. —Какая же скука тут. — Протянула Граф, усаживаясь ровнее, поднимая свои глаза наверх, однако, бегала она взглядом по двум телам сразу. — Отец в больницу попал. Мы все знали, что ему плохо, но он отказывался госпитализироваться, исход, скорее всего, будет не самым хорошим. —Сожалею. Мария медленно подошла к блондинке, протягивая той руку. Наверное, они были близки, так заметила Кристина. Вечное встречающиеся взгляды, в которых можно было увидеть много воспоминаний, а также море боли и разочарований, а также надежд и веры, но все равно нельзя было так напрямую сказать, что они близки. Лебедева обнимала Граф, но старалась не прикасаться к ней, пока Граф прижимала Лебедеву ближе к себе, что вызывало отвращение у Желточенко. Так продлилось достаточно долго. Кристина сидела и смотрела на то, как Мария обнимает эту девушку и даже не пытается прекратить, еще и сама предложила эти объятья. Ладно, возможно, этой блондинке нужна поддержка, и она ждет ее от Марии, но почему-то все равно было печально от того, что придется смотреть на это, что вот эта девушка может забрать то, что уже принадлежит Кристине. —Заполни бумаги, которые на столе лежат и можешь быть свободна. — Слова были точно сказанные для Кристины, но не имени, ни фамилии, ничего, просто задание, что достаточно тронуло Желточенко. —Как скажешь. —Не поняла? — Лебедева наконец то отступила от зеленоглазой и выгнула бровь, выжидающе смотря на Кристину, пока та думала, что сказала не так. —Как скажете, Мария Николаевна. — Выплюнула Кристина и забрав бумаги пошла прочь из кабинета, стараясь не оглядываться назад, однако все же остановилась перед самой дверью, надеясь на то, что сейчас ее окликнут и скажут, что вообще происходит тут, но этого не случилось, поэтому пришлось все же открыть дверь и выйти из кабинета.

***

Лебедева устало потерла виски и плюхнулась на ближайший стул. Раздражения даже не было, была усталость. Все же эта девушка в первый раз осталась совершенно одна, Граф старается особо не мозолить глаза, но здесь Мария не могла винить ее и все же, она немного, но злилась. Лебедева взяла телефон в руки, покручивая его, а глаза смотрели в сторону. Прошло несколько минут. Была кромешная тишина, а они старались не нарушать то, что выстроилось само собой с годами. Ирина то и дело смотрела на задумчивый вид Марии, а потом резко отводила, когда Лебедева вот-вот и застала бы зеленые глаза, но пока еще ни разу не вышло. Шатенка наконец-то опустила телефон на стол и посмотрела на Граф, нарушая тишину. —Зачем ты это делаешь? — Тишину без особой аккуратности разрезали и совершенно не жалели о содеянном. Мария старалась смотреть точно в Ирину, хотелось прожечь в ней дырку своими глазами, жаль, что этого не могло случиться. —Делаю, что? — Граф пододвинул ближайший стул к Марии и грациозно села рядом с ней, положив голову на ее плечо. —Каждый раз, когда видишь конкурента пытаешься его ликвидировать самыми скучными способами. — Мария смотрела на голову блондинки, но видела Кристину ,потому что перед глазами был момент, когда точно так же лежала Кристина и засыпала на ее плече. —О, разве это конкурент? Так, недельное увлечение. —Ошибаешься. —Разве? — Голова блондинки приподнялась с плеча Марии, приближаясь ближе. Граф повернулась так, что их губы слегка соприкасались, а глаза смотрели друг на друга, улавливая свой силуэт. —Да. Это "да" растворилось в воздухе, когда губы Граф припали к губам Марии, поглощая всю злость и ненависть, которая скопилась за все то время, что они не виделись. Зубы Марии беспощадно терзали губы Ирины, оттягивая их и прокусывая, а потом быстро слизывая капли крови, которые успели выступить за это время. Лебедева никогда не была нежной в постели, а к Граф особенно, но всех все устраивало. Устраивало то, что после каждого поцелуя губы саднят, а шея покрыта синяками, устраивало то, что на теле никогда не оставалось живого места, устраивало то, что слезы во время секса уже были привычны - это все Граф выбрала сама и не собиралась отказываться. Рука Марии медленно сжала шею блондинки, заставляя закрыть глаза и приоткрыть рот, пропуская в него свой язык, который без промедлений изучал уже изученные места. В глазах зеленоглазой скапливалась влага от нехватки кислорода, и она спокойно могла бы попросить остановиться, но никогда бы этого не сделала, ибо совершила бы ужасную ошибку. Лебедева продолжала сдавливать шею девушки, не переставая мучить губы, однако, кислорода уже не хватало, и ей, поэтому Мария медленно отстранилась, позволяя себе пробежаться, последний раз, языком по губам Ирины. —Мне кажется, что она расстроится. — Насмешливо, произнесла Граф, потирая саднящую шею. —Если твой рот будет закрыт, то не узнает. Лебедева встала со своего места и достала пачку сигарет, отходя к окну. Происходящие было неправильным, может, Мария понимала сей факт, но настолько привыкла к этой жизни, что жить по-другому просто не получалось, поэтому каждый раз она возвращалась к Граф, забывая обо всех, ведь только она знает все шрамы, видела ее настоящую и может выслушать, как никто другой, но почему хотелось заменить Граф, чтобы она наконец-то ушла в отставку и переписать все уже ранее написанное, но написать все вместе с Кристиной. Табачный дым снова окутал легкие, пока Лебедева поглядывала на Ирину, которая улыбалась во все тридцать два и вела с кем-то переписку. Мария бы не удивилась, если бы она переписывался с кем-то, кто ужасно хочет ее, однако она никогда не будет чей-то, будет лишь Марии, она по праву принадлежит ей. Лебедева выпустила дым изо рта и прикрыла глаза, представляя перед собой родной дом, отца и еще любимую мать.