Таинственная квартирка, или мистика перед Рождеством

Стоя у большого окна, Анна смотрела в мутно-серое небо. Крупные хлопья снега кружились и кувыркались над Петербургом. Рождество было нынче теплым. Сидя в кресле в халате с чашкой кофия, ее муж рассуждал вслух: - Все, в общем, довольно просто. Рассмотрим modus operandi г-на Лихолетова, которым он пользовался много лет. Первое: найти даму – богатую или бедную, неважно. Очаровать добрым взглядом ласковых глаз. Внушить, что перед ней невинный агнец, попавший в беду. Далее, присосаться к финансам этой дамы любым способом – будь то женитьба, или шантаж, или что угодно… А набедокурив, скрыться, или, еще лучше, скрыться так, чтобы не искали – помните, он как-то ухитрился сообщить о своей мнимой гибели в реальном крушении поезда? - Но зачем ему на этот этот раз устраивать целый спектакль? - Ну, во-первых, у него денег не было, чтобы бежать аж до Сибири. А бежать ему надо было никак не ближе, потому что он посмел оскорбить Карачуна тем, что шантажировал его жену, и тем самым – его самого. Карачуну вовсе не был нужен свидетель, способный обвинить его жену в двоемужестве, да и притом его ребенок при этом получался незаконнорожденным… - А во-вторых? - А во-вторых, Лихолетов был, на мой взгляд, изрядно глуп. Хитер, да. Но именно хитрые люди редко бывают умны. Умный человек прежде попытается понять, кто его противник, стоит ли вообще с ним связываться, а уж если решает связаться – хотя бы примерно представляет, насколько он опасен, и как с ним себя вести. Хитрец же действует по одной схеме всегда. Обманув нескольких простаков или наивных детей, он начинает думать, что способен облапошить вообще всех – и в конце концов нарвется на такого противника, который его придушит, как цыпленка. Что и случилось… Штольман сделал паузу. - Порой события складываются так, что неизбежность происходящего самоочевидна. Смотрите. В доме вдовца появляется женщина красоты и прелести необыкновенной. И вдовец - властный тип, привыкший брать от жизни все самое лучшее - решил, что эта женщина будет принадлежать ему; и деваться бедной Фелиции было некуда. Это не тот человек, который раз наметив себе цель и сказав: «Мое!», остановится на полпути. По всей вероятности, связь началась почти сразу, а когда она сообщила о беременности, он предложил брак. Что ей оставалось? - Ничего, кроме как согласиться, - вздохнула Анна, - хотя, возможно, страх наказания за двоемужество ее беспокоил… - Но вдовец заверил ее, что рядом с ним ей бояться нечего. А с другой стороны, куда ей идти, во-первых, беременной, во-вторых, без гроша в кармане, и в третьих – она уже попробовала себя в качестве прислуги, и отовсюду ее гнали. Быть красивой, если ты бедна – это порой, чистое проклятье. Ну вот… Венчание состоялось. Ребеночек родился. И тут появляется Лихолетов, и принимается ее шантажировать, радостно надеясь на огромный куш и, более того - на то, что ему удастся доить бывшую супругу годами. Ему в голову не приходит, что ее муж в курсе всего… - Он привык иметь дело с, - Анна пощелкала пальцами, - тихими мирными обывателями… - Да. Законопослушными трусишками, боящимися общественного мнения, сквозняков и городничего. Ему в голову не пришло, что он нарвался на человека совсем иной породы, которому все законы нипочем, а общественное мнение – тьфу. Что он мог жениться вполне сознательно на женщине с непонятным прошлым, потому, что захотел ее и сказал: «Это мое». Что любого, кто встанет на его пути, он просто раздавит… - Судя по слову «дотянулся», это покушение было не первым. - И я того же мнения. После первого покушения Лихолетов понял, что свалял дурака и надо бежать, вот только бежать – нет денег. Пристроился при Лидии, но и тут не мог не напакостить. А дальше… Дальше, это просто смешно, но всю игру Лихолетову сломала Лидия с ее примитивной хитростью. Когда дворник передал Лихолетову ее слова, что какой-то мужчина его, Лихолетова, ищет, ищет именно здесь, в ее доме – он устроил эту чепуху с жутким дневником и кладбищенскими сказками. Он-то думал: люди Карачуна придут в этот дом, найдут дневник, начнут расспрашивать, и придут к выводу, что его нечистая сила утащила… А на самом деле, люди Карачуна, без всяких мистических глупостей, дежурили при всех гостиницах у всех вокзалов, и на самих вокзалах тоже. Как только Лихолетов покинул свое убежище и поселился в гостинице… он попал в их поле зрения, вот и все. - Что-то мне Лихолетова ничуть не жалко. В сущности, мы имеем счастливый конец: бедная сиротка Фелиция обрела любящего мужа и спокойную жизнь, а Лихолетов больше не будет портить жизнь беззащитным женщинам. И наш злодей может не совсем уж и злодей? - Наш злодей все равно злодей. Но добраться до него у нас не получится никак. Поэтому давайте положимся на волю Божью: как он рассудит, так и хорошо… - В Рождество, возможно, он злодея простит. Он ведь защищал жену и ребенка от шантажиста, а ведь Лихолетов - он же все это, по сути, и устроил, когда бросил жену без копейки и смылся… - Возможно, и простит. Не нам судить, - согласился Штольман. Он подошел к жене и обнял ее. Снег за окном валил крупными хлопьями, и если смотреть снизу вверх на снегопад, человеку начинается казаться, что не снег падает вниз, а он сам летит вверх.