Мне тебя обещали!

Вероника поглядывает на часы и осознает, что Женя опаздывает уже на пять минут. Стоило об этом только подумать, как неподалёку от аллеи, на которой было решено встретиться, подъезжает машина. И является брюнетка, лицо которой кажется знакомым раньше, чем в клубе. Женя приближается и, чем ближе она подходила, тем больше Веронику терзали сомнения. — Ну привет, — здоровается Женя и, крепко сжав ремень от сумки в руках, улыбнулась. Но женщина тем же ей не ответила. Она внимательным изумрудным взглядом изучала черты лица и, спустя пару секунд её дыхание спёрло, а воздух застыл где-то в горле. Женя делает вид, что удивляется и не понимает, на что у женщины такая реакция. — Что такое? Я плохо выгляжу, что-то на лице, да? — Твою мать, — вслух выругалась старшая и развернулась к Жене спиной, делая шаг вперёд. Она прикрывает глаза и прикладывает руку к лицу. Трёт переносицу и поворачивается обратно. — Ты ученица Этери, да? Медведева? — в голосе Женя распознала нотки страха и это ей даже понравилось. Младшая усмехнулась, отводя взгляд в сторону. «Не будешь больше изменять» — тут же пролетела мысль. — Ну Медведева, и? Вероника безнадёжно взглянула в карие омуты, закусив губу изнутри. — Я и не собиралась ничего рассказывать Этери. —Серьезно? — удивилась женщина, почти на сотню процентов уверенная, что всё это Женя делает не просто так. —Да, — младшая притихла и, вскинув указательный палец, продолжила, — условия, конечно, у меня есть. Женщина испытала крайне разные эмоции. Чувство собственного достоинство не позволяло даже слушать условия какой-то малолетки. Но что будет, если Медведева ей всё расскажет? Этери не потерпит к себе такого отношения, и Вероника знала это не хуже Жени. — Ты бросаешь её сама. — Ты издеваешься? Я дала тебе право вставить своё слово только потому, что хотела сохранить отношения с ней. И ты думаешь, что я её брошу? Ты наивная. Женя чувствовала себя уверенно. Она ощущала свою доминантную позицию в данной ситуации, поэтому не паниковала. — Ну смотри, — Женя начинает издалека, вдруг Ника передумает, — ты либо не падаешь в её глазах, как последняя сука, а благородно расстаёшься с ней сама. Желваки изредка заиграли на недовольном лице старшей. Что себе позволяет эта девчонка? — Либо я обязательно докажу Этери Георгиевне свою правоту. Как бы ты нн отнекивалась. — А кто ты такая, чтобы тут ставить мне условия? М? — женщина шагает и сокрашает расстояние между ними. — Тут ты задумалась о бедной Этери, да? Что-то когда ты улетала за океан, тебя это не волновало. Неприятный укол с её стороны. Жене стало совестно. — Да ты не знаешь и части того, что она пережила. И рядом была я, а не ты. Вероника говорила это с такой ненавистью в голосе, что Жене даже показалось, что та сейчас его повысит и отчитает её, как школьницу. Но нельзя позволять ей взять всё в свои руки. — Закрой свой рот, это не оправдывает тебя. — выплюнула младшая, подняв свой тяжёлый взгляд в глаза напротив. — Да ладно, серьёзно? А что оправдывает тебя? — Искренность. Меня всегда оправдывает искренность. А тебя? Ты была рядом, молодец. Спасибо большое. Но если ты так её любишь, то зачем ты цепляешь молодых в клубе? М? Женщина молчала, крепко сцепив руки в замок за спиной. Но если Женя изначально была настроена на разговор весьма холоднокровно, то сейчас все смешанные эмоции начали выходить наружу. — Да как ей вообще можно изменить, я не понимаю! Посмотри на неё, когда вернёшься к ней домой. Эти кудри, глаза, руки. Этот характер и манера её общения, которая будто на ниточках играет со всеми твоими чувствами. Она выпалила это всё на одном дыхании и, тяжело дыша, прикрыла глаза, осаживая свой пыл. Вероника хитро улыбнулась и слегка наклонила голову в бок, — да я погляжу, кого-то тянет на постарше? А я то думаю, какое тебе дело до нас. А тут вот оно что. Ты чего, влюбилась? Женя закусила губу и с отвращением взглянула на женщину, — думай, что говоришь. И вообще, это не твоё дело. Старшая улыбнулась и медленно кивнула, — ну конечно. Зачем тебе ещё нужно, чтобы я рассталась с ней. — Короче, — останавливает монолог младшая, — я тебе всё сказала. И у тебя не так много времени. — Только я теперь тоже кое-что знаю, не забывай. — И пожалуйста. Я буду только рада, если ты наконец-то за меня это скажешь. — психует Женя и больше не собирается это слушать. — Я поеду, — она делает шаг вперёд и целует женщину в щёку, — удачи. — Издеваешься? — совершенно не понимает поведения младшей Вероника и с прищуром оглядывает. — Конечно. Стоило Жене развернуться и отойти буквально на пару метров, как телефон зазвонил. “Этери„ — гласило название контакта. — Ого, — Женя тут же снимает трубку, — да, алло? Этери отошла от ворот Жениного дома и села обратно в машину, — привет. — Э... Здравствуйте. — А ты где? Женя нахмурилась, — в смысле? Этери слегка замялась, — ну, в прямом. Дома же тебя нет. Женя даже остановилась, — а зачем вы приехали? Этери вдруг поняла, что не придумала причины. Потом поняла, что реально приехала к Жене без причины. — Ну так, — Этери поджала губы, — приехала, значит надо. Женя улыбнулась растерянному голосу, — кому надо, Этери Георгиевна? — Мне уехать? — сказала, как отрезала Этери. — Нет, не надо уезжать. Я скоро буду. — Другое дело, то-то же. Женя сбросила трубку и быстро зашла в приложение для заказа такси. Ей нетерпелось узнать, зачем приехала Этери. Но также сильно ей бы хотелось, чтобы та сейчас оказалась дома и заметила яркий след от помады на щеке своей любимой. Этери нервно стучала пальцами по рулю и придумывала причину визита. «Может, проведать перед самолётом? Точно. Мол, мне плохо верится, что они с Настей ужастики смотрели. Да, все правильно. Скажу ещё, что мама уехала, кто будет ею заниматься. Так и позабывает всё в самолёт. Хорошо, всё. Так и скажу.» Через минут семь Женя была уже у дома. Заметив машину Этери, она улыбнулась и вышла из такси. Блондинка вышла в эту же секунду. Такой тёплый взгляд карих глаз закрадывался в каждый уголок её юной души. Ей хотелось смотреть на неё вечно, хотелось коснуться рукой её нежной кожи лица. — Жень? — улыбнулась Этери, стоя у ворот и также смотря в кофейные напротив. — А? Да, да. Пойдёмте. Женя встряхнула головой и открыла ворота, пропуская Этери. Женщина обратила внимание на хороший внешний вид девушки. На красную помаду на губах, слегка размазанную, что странно. — А куда ты отъезжала? — спрашивает женщина, зайдя в дом. Брюнетка положила сумку на полку, — до Насти. Нужно было померить у неё одну кофту, ей не подошла по размеру. — Ты ездила к ней, чтобы померить кофту? — Ну да, а что. А вот зачем приехали вы? Этери даже обрадовалась, что Женя спросила. — Ну так мама-то твоя уехала. Кто проследит за твоими сборами в самолёт, что ты точно его не проспишь. Женя распахнула глаза и замерла, — вы останетесь на ночь? Этери удивилась такой реакции Жени. — А что такое? Жень, если ты кого-то ждёшь, то я могу уехать. — Нет, конечно! Нет. Не нужно уезжать, я никого не жду. — А что тогда происходит? Раньше это было нормально, особенно перед вылетом. Женя опустила глаза в пол, слегка пожала плечами, — наверное, я просто отвыкла. Всё нормально. Блондинка глубоко вдохнула и выдохнула, после чего протянула Жене руку. — Иди сюда. Женя вкладывает ладонь в руку, и в этот же момент её затягивают в крепкие объятия. Она утыкается носом в её плечи, крепко сжимает её талию. Этери гладит её по голове и невесомо целует в волосы, — надеюсь, что ты не переживаешь на счёт скорых показательных. Женя повертела головой в плечах, не желая говорить. Она втянула её запах, прижимаясь крепче. Этери улыбнулась, — Жень, ну, — ей вдруг стало щикотно от дыхания прямо в шею, от чего она улыбнулась и слегка отстранилась. Женч открыла глаза и, сделав шаг назад, уставилась на Этери. — Будете ужинать? Женщина также не сводила взгляда с её глаз и лишь кивнула в ответ. — Знаете, мама там оставила много всяких вкусностей, — начала Женя, провожая Этери до кухни. Женщина поплелась за ней, параллельно рассматривая дом и заглядывая в комнаты. — Да? Теперь я хочу есть ещё сильнее, мама у тебя готовит просто отпад. — Мама у меня просто отпад. Этери по-доброму усмехнулась и села за кухонный стол. — Ну давай, корми. Давно им не было так комфортно в компании друг друга. Очень давно. Женя буквально сияла, накладывая лазанью на тарелку. — А ты есть не будешь? — Я себя не очень чувствую, не хочу чувствовать ещё хуже. — отмахнулась Женя и тут же напряглась. Этери повернулась на стуле лицом к Жене. — Да? А со своим тренером ты не хочешь поделиться причиной твоего плохого самочувствия? Брюнетка поджала губы, поставив тарелку в микроволновку. — Эм... Нет. — Женя, — настаивала женщина, — что ты делала ночью со Скопцовой? — Да ничего мы не делали, Этери Георгиевна! — растерялась младшая и никак не решалась поднять взгляд. — В глаза мне смотри. Женя выдохнула и все таки посмотрела в глаза напротив. — Ты лжешь мне? — Блять, да в клубе мы были. В клу-бе! И пили там же, всё? Блондинка закатила глаза и встала с места, — с каких это пор перед выездом мы пьянствуем в клубе, Медведева? Брюнетка развела руками, — поэтому я вам и не сказала сразу. Вот! Чтобы избежать вот этого! Она развернулась и в быстром темпе направилась к лестнице. — Приятного ужина! Тутберидзе раскрыла рот, но и слова вымолвить так и не смогла. Микроволновка запищала в знак готовности, а Этери села обратно на стул и прикрыла глаза и лицо рукой, оперевшись локтем о стол. Женя закрылась изнутри на замок в своей комнате и нервно забродила по комнате. «Почему я не могу ей лгать? Могла дальше топить, что была дома. Какие доказательства!? Боже, дура» В комнату тут же раздался стук. — Открывай, Жень. — был спокоен голос за дверью. — Я не хочу ругаться, лучше вам пойти поесть и поехать домой. — Мы не будем ругаться, открой дверь. — тихо и спокойно говорит Этери, прислонившись лбом к двери. Женя задумалась, стоит ли. Они могут только всё усугубить, если начнут выяснять что-то. — Ладно. Этери отходит от двери, и она тут же открывается. Она сталкивается с таким виноватым взглядом больших карих глаз, что весь пыл в эту же секунду осаживается. — Не обманывай меня, — начинает Этери и проходит в комнату, — зачем ты пила? Женя опускает голову, — мне нужно отвлечься. Женщина нахмурилась, — у тебя что-то произошло? Может, поделишься? Брюнетка безнадёжно смотрит в глаза напротив, — может когда нибудь и поделюсь. Женщина с каждой минутой все сильнее была введена в ступор. — Это случилось давно? — Это не случилось, а буквально зародилось во мне. И это зародили вы, Этери Георгиевна, — аккуратно начинает Женя, буквально вся дрожа от страха. — Я ничего не понимаю, Жень. Объясни нормально. Нет. Она не то, чтобы не понимает. Она не хочет этого понимать. — Вы всегда были для меня на первом месте. Человек, выбор в сторону которого я сделаю всегда. Абсолютно всегда. Даже мама была для меня не так важна. — Что ты такое говоришь, твоя мама чудо и тебе очень с ней повезло. — Я знаю, но, — она блуждает взглядом по комнате и натыкается на глаза напротив, — но вы были выше всех. Вы возвели меня к моей мечте. Этери развернулась к двери, хотела идти вниз ужинать, — Жень, думаю, что ты не готова этим поделиться и вообще это не повод... — онв разворачивается обратно, но брюнетка оказалась неожиданно близко. Буквально в сантиметрах были их лица друг от друга, — чтобы пить, — шепотом договаривает Этери и зачем то опускает взгляд на её губы. — Тогда в кафе, два года назад, помните? Этери не хотела собирать этот пазл, но он собирался сам и этот процесс было не обратить. — Помню что? — тихим и робким, как никогда раннее голосом включает дуру Этери. — А неважно, что вы помните. Завершает бесполезный разговор девушка и, ухватив старшую за шею, поднимается на носочки и припадает к губам напротив, прикрывая глаза. Этери застыла, как статуя. Не двигаясь и вовсе. И это бездействие Женя восприняла как отказ и остранилась, открывая глаза и устремляя взгляд точно в карие напротив. — И что это было? — тихо спрашивает Этери, всё ещё не отрывая взгляда с пухлых губ. — Это то, что я хотела вам сказать два года назад в кафе на Нахимовской. — также тихо отвечает Женя.