Мне тебя обещали!

Любить позабыв все основы основ, Любить - игнорируя все оковы оков, Любить Без оглядки, Без страха, Без слов, Любить и бороться за свою любовь Мерзкое утро. Самокопанием Этери занималась всю ночь, пока настоящая любовь всей её жизни тихо сопела у неё на груди. Ей противно от самой себя. От того, что ей хватает совести обманывать брюнетку, но не хватает смелости ей признаться. Своей же ложью она выкапывала собственную могилу. Но всё зашло слишком далеко. А с чего всё начиналось? Этери встаёт с кровати и, потирая глаза, ползёт на кухню. Медведева давно уже была на съёмках Ледникового, и Этери знала, что именно сегодня она узнает о её лжи. Был запущен необратимый процесс. Заварив кофе, женщина прошла на балкон и, усевшись в кресло, наблюдала за рассветом. Зимой это давалось легче по естественным причинам. 2007 год. Самбо-70, отделение "Хрустальный". — Что-ж ты всё телепаешься, ну Жень! Так, ну-ка живо в коньки и на лёд. — Ба, ну я не хочу. Это вот знаешь, вообще не моё! Мне не нужно это. — Так, — женщина присела на корточки и, поправляя волосы внучке, сравнялась с ней ростом, — это очень хороший тренер, солнышко. Тебе она понравится. Маленькая девочка смотрела на бабушку такими большими глазами, что хотелось всё-таки пойти на её повадки. — Всё, пойдём. Женя огорченно выдохнула и поплелась за бабушкой. Просмотр проходил странно. Этери наблюдала за всеми, но особое внимание уделила Медведевой. Но для бабушки это был больше, чем позор. Женя, будто специально, падала с элементарных уже для неё прыжков. Валялась по-поводу и без повода. Когда тренировка подходила к концу, Валентина Лавреньтевна уже хотела забирать внучку и ехать домой, как вдруг заметила, что Тутберидзе остановила ту у бортика на выход. — Зачем падаешь специально? Девочка подняла глаза на Этери, медленно пробежалась по ней взглядом и будто проглотила язык. — Я жду ответ. — Я... Просто... Просто не хотела ехать сюда и... — Я поняла, — мягкая улыбка осела на её лицо и, слегка коснувшись её плеча, она отвернулась и пошла к столу. Женя ужасно запаниковала. "Всё, она всё поняла. Щас она бабушке расскажет, что я специально падала! Мне жопа" И, накинув кофту, брюнетка уходила вместе с бабушкой, в надежде, что их не окликнут. Но не тут-то было. — Мелкая! Женя переглянулась с бабушкой, и они обе медленно обернулись. Страх пробрал девочку до кончиков пальцев. — Документы неси. Женя навсегда запомнит этот надменный, но такой добрый взгляд. Он выражал что-то вроде "ты ещё живая, только потому что я так захотела". Медведева мысленно поблагодарила её за молчание, но также осознала, что теперь она тренируется в группе Этери... "У неё такое сложное отчество и фамилия... Григорьевна... Георг... Георгиевна". По пути домой пришлось пройти допрос от бабушки, но Женя, будучи очень хитрым ребенком, сослалась на усталость и улеглась спать на бабушкино плечо. Женщина тяжело вздохнула и погладила внучку по голове, прижав к себе крепче. Но по приезде домой допрос начался от мамы, а там уже не отвертишься. — Жень, ну ты должна была сегодня всё прыгнуть и сделать, что сказали. Ну как так? — Мам, ну чего ты начинаешь? Она же взяла меня, а значит я поразила её! — Поразила тем, как ты профессионально валяешься на льду. Отлично. — А что, может никто не умеет валяться так, как я! Все рассмеялись, а Женя лишь странно оглянула двух женщин. — Ешь давай, лучший неваляшка, — даёт дочери невесомого подзатыльника Жанна и садится за стол. 2010 год. Самбо-70, отделение "Хрустальный". Брюнетка закатывается смехом чуть ли не на весь лёд от шутки подруги. Тренировка шла как обычно, просто сегодня девушка была в приподнятом настроении. Но взгляд янтарных глаз тут же приковался к источнику шума. — Медведева! — рычит через весь лёд Тутберидзе, скрестив руки на груди. Брюнетка подняла блестящие глаза на тренера и быстро подъехала. — Какого черта ты ржёшь на весь лёд во время тренировки, объясни? Девочка едва нашла слова для оправданий. Второй год работы с ней никак не давал плоды, но Женя трудилась усерднее всех. И от опытного взгляда Этери это не ушло. — Просто мне рассказали шутку, у меня сегодня... Тутберидзе резко перебила тихий лепет младшей. — Да мне всё равно, что тебе сказали! На тренировке все молчат и слушают меня. Говорят только тогда, когда я спрашиваю. Брюнетка опустила голову в пол и кивнула. — А теперь вон со льда, для тебя сегодня тренировка окончена. Медведева резко подняла глаза, — как? Нет, нет, нет! Я буду тренироваться, я готова. — Я сказала, — она обернулась к спортсменке и буквально обожгла её взглядом, — пошла вон со льда и подумай, где нужно смеяться с шуток. Для Жени это было серьёзнее, чем просто обида и, еле сдерживая слезы, она выбежала с катка и убежала в раздевалку. Серёжа Дудаков с недовольством замотал головой и посмотрел на Этери. Женщина вопросительно кивнула, на что коллега закатил глаза. — А не слишком ли ты с ней строгая? Этери ухмыльнулась, — она должна знать, что такое дисциплина. — Да, но в собственный день рождения? Блондинка нахмурилась и, подъехав ближе, — что? — У неё сегодня день рождения, Этери. А тебе бы выучить дни рождения своих подопечных. Женщина поджала губы и отъехала в сторону, стараясь оставаться в тренировочном процессе. Но что-то очень неприятно кольнуло внутри и, оставив парней проводить тренировку, она вышла со льда. Зайдя в раздевалку, она услышала, как раздавались детские всхлипы. Этери глянула на Женю, что без остановки плакала, поджав коленки к груди, и её сердце едва сжалось. — Ну и что ты ревёшь сидишь? Брюнетка подняла заплаканные глаза на тренера и обиженно отвернулась в сторону. — Вы на... на... накричали на... на меня, — пыталась обиженно высказать Женя, но всхлипы не дали ей быть серьёзной до конца. Женщина облокотилась на дверь и скрестила руки на груди. — Не нужно нарушать порядок на тренировке, — еле выговорила Этери. Брюнетка перестала на неё реагировать и просто молча мотала сопли на кулаки. Наступила неловкая тишина. Женщина никак не могла переступить через себя, но что-то в этой девочке вызывало чувство вины. — Жень, — блондинка подходит ближе и садится на лавку рядом с ней, — ну всё, переставай. Брюнетка глубоко дышит, — в таких случаях люди извиняются. Женщина слегка приоткрыла рот, но слов не нашлось. Эта девочка была не такой, как все. Она была смелой и наглой, не смотря на свой возраст. Не смотря на то, что перед ней стоит тренер. Не смотря ни на что. Медведева знала, что она не извинится. Но мудрости в этой девчонке хоть отнимай. Она почувствовала, что Этери хотела это сделать. — Поехали, — встаёт с места Этери и идёт к выходу. Брюнетка вытирает мокрые глаза и хмурится. — Куда? — У тебя же день рождения? — Ну, — она неуверенно сделала паузу, будто оно правда не у неё, — да. — Значит поехали, горе. Осенний холод пробрался под одежду, но на душе становилось тепло. Сев в машину, запах парфюма тренера усилился. Брюнетка неуклюже поставила сумку с коньками себе на колени и уселась поудобнее. — Куда мы едем? Этери завела машину и, посмотрев на брюнетка улыбнулась, —увидишь. «Она умеет улыбаться?» — пропустила мысль в голове Женя и начала внимательно наблюдать за руками тренера, которая умело щелкала на кнопки обогрева. — А что я скажу бабушке? Она приедет за мной после тренировки. Этери усмехнулась её детской наивности, — я уже сказала ей, что сама завезу тебя домой. — А кто будет работать с остальными девочками? — А не слишком ли много вопросов? Брюнетка надула губы, — вообще-то, если человек спрашивает, это означает то, что ему всё это интересно. Если я не буду спрашивать, значит мне всё равно. Этери снова улыбнулась и задержала взгляд на подопечной, — откуда в твоей маленькой голове аргумент на каждое моё слово? Женя пожала плечами и отвела взгляд в окно. И, спустя минуту, они двинулись в сторону ближайшего кафе. Через двадцать минут они были на месте. Женя округлила глаза, когда увидела, куда они приехали. — Но бабушка мне сегодня не дала на обед... Женщина осознала, что именно с этой девочкой она улыбается чаще. — Тебе не нужны деньги. Брюнетка застопорилась на месте, — нет. Этери остановилась и обернулась к ней, — что "нет"? — Не нужно за меня платить. — Я щас оставлю тебя здесь и уеду, хватит вредничать. — Но так не положено. Этери закатила глаза, — отработаешь на тренировке. Женя покраснела, но всё таки согласилась. Зайдя внутрь, её удивил антураж заведения. Вокруг всё было так красиво, будто она попала в сказку. — Тут, наверное, всё очень дорого. — Этот вопрос оставь мне, будь так любезна, — они сели за стол, — а теперь просто закажи всё, что хочешь. Женя улыбнулась. Её детское счастье по-настоящем взорвалось внутри. Этери не поняла, что она ощутила. Но ей было невероятно приятно сидеть здесь и угощать это золотце молочным коктейлем с картошкой фри и нагеттсами. Очень тёплая семейная атмосфера. Брюнетка вдруг поняла, что эта женщина лишь притворяется строгой и жестокой. Внутри неё живёт добро, которое ещё в силе побороть все её ледяные качества. Этери смеялась, когда Женя обмазала нос мороженым. Эта девочка пробуждала в ней самые тёплые чувства. Это маленький росток зелени в асфальте, который без физических данных выбивается наверх. В ней нет ничего из того, что есть в других спортсменах. Но есть невероятная сила воли и упорство. И именно с этого дня им стало проще общаться друг с другом. Рабочий процесс шёл во все тяжкие. Женя осознала, что это именно тот тренер, с кем она хочет добиться неописуемых высот. И она добьётся. Этери верила в это. Она вселила в неё частичку себя, пускай это и тяжело ей далось. Но теперь они одно целое, как единый механизм. Она знала, что Женя та, на которую можно поставить. Она знала, что Женя будущее фигурного катания. И она не позволит ей сойти с пути. 2015 год. Самбо-70, отделение "Хрустальный" Женя проходила мимо кабинета Этери по окончанию тренировки. В голове было много мыслей, но скорее о предстоящем юниорском чемпионате. Но вдруг она остановилась у кабинета тренера, откуда раздавались крики. Брюнетка сразу различила голоса. Это была Юля. — Я еле стою на коньках и это нормально? — Да это настигнет каждого спортсмена, что тут не нормального!? — Да идите вы к черту! Вместе со своей программой про болезнь вашей... — Юля заикнулась, чуть было не сказав нелепую глупость и, тяжело вздохнув, вылетела из кабинета, громко хлопнув дверью. Столкнувшись с Женей лицом к лицу, Юля на секунду остановилась. Женя смотрела на неё испуганным взглядом, бегая по её лицу глазами. Юля опустила голову и поспешила покинуть ледовый. Женя прикоснулась рукой к ручке кабинета, как вдруг что-то тяжёлое прилетело в неё и она задрожала. Медведева хоть и была ещё ребёнком, но она прекрасно все понимала. Понимала, что происходит. Знала, что означает программа, которую поставили Юле. Её пробрало дрожью от тихих всхлипов, что она услышала за дверью кабинета. Вот, что творится на обратной стороне медали. И, не зная, как правильно поступить, она набралась смелости открыть дверь. Сделав тихий шаг, заметила взгляд тренера, который она тут же спрятала. — Чего тебе, — через нос спрашивает Этери, вытирая слезы. Женя первый раз видела её слезы. Первый раз увидела, как она плачет. — Этери Георгиевна, я... Девушка в панике переминала пальцы. Она не знала, что нужно сказать. Точнее знала, но не понимала, стоит ли. Женщина молчала. Тихие всхлипы раздавались слишком громко. — Можно я буду катать программу Юли? Этери подняла на неё заплаканные глаза и замерла, будто пытаясь просмотреть в ней дырку. — Что? — Ладно, я поняла. Плохая идея, извините. Мне не стоило... Этери продолжила просто смотреть на неё. Внутри что-то разлилось невероятным теплом. Слезы отступили и вдруг стало спокойно. — Ты правда... Ты правда этого хочешь? Этери стояла у подоконника, уперевшись в него бёдрами и руками. — Я... Я... — она закивала, но смотря в пол, — да. Я хочу это. — Зачем? — тихо спрашивает Этери, дыша ртом. Женя нашла в себе силы поднять взгляд на неё и её вдруг пробило. Во взгляде Этери читалась вся боль, что она ощущала. — Потому что даже если весь мир будет против вас, — она взяла паузу, продолжая смотреть ей в глаза, — я останусь на вашей стороне. Этери не понимала, что сейчас происходит. Эта маленькая девочка оказывается уже совсем не маленькой. Она мудрая, взрослая и благодарная. И сегодня женщина перестала строить броню между ними. Сегодня ей хотелось показать ей, что она тоже человек и у неё тоже есть чувства. Подойдя ближе, Этери смело обхватила плечи Жени, крепко обнимая. Брюнетка уткнулась носом в её плечи и не противилась объятиям. Наоборот, сейчас она ощущала свою важность. Она нужна ей. А ей нужна она. Они нужны друг другу, и никто не представляет насколько сильно. Катая эту программу, Женя отдавала каждую клеточку себя. Этери наблюдает за ней из-за борта, и её сердце разрывается от пережитых эмоций. Сколько в этом крошечном создании любви. Каждый взмах руки, каждый прыжок. Этери сжала зубы, не давая слезам пробить её. Но даже для неё это какой-то невероятный показатель уважения. Это любовь. В ней любовь. Выйдя со льда, утопает в объятиях тренера. Она путается носом в её кудрях и вдыхает её запах. Этери невесомо целует куда-то в висок и тихо шепчет. — Спасибо. У них пара секунд, но сознание твердит, что нужно сказать что-то ещё. И она говорит. — Ты особенная, — втянув воздух и держав слезы, добавляет, — никто для меня такого не делал. Никогда. Этери тяжело выдыхает, когда все эти воспоминания проносятся в голове. Одинокая слеза обжигает красные щёки, а взгляд её устремлен куда-то очень далеко. А дальше тот самый день, когда она ушла. Её поездка в машине, и раковое утро. Страх, что пробрал её до кончиков пальцев. И Канада. Проклятая Канада. 2019 год. Канада, Торонто. Ночной клуб «Cry». Музыка долбит так, что в ушах звенит. От басса трясётся барная стойка. Медведева выпивает третий шот, а ноги уже ватные. Оглянувшись по сторонам, девушка ловит лица людей взглядом. Всё очень размыто, будто палитру цветов залили водой. — Джэнни, — обращается Юдзуру к девушке, на что та плавно разворачивается. — Да? Ломанный и невнятный английский. Сейчас хотелось вообще общаться на русском. — Может быть тебе уже хватит пить? Брюнетка рассмеялась. Сегодня был ровно год, как она ушла от неё. И для Жени это был не просто уход от тренера. Это было столько несказанных слов, столько не отданных поцелуев и объятий. Всё это смешалось в густую массу и плотно засело внутри неё. Она никак не могла отпустить это. — Так давай пить вместе? — спрашивает девушка и заказывает ещё два шота. — Джэнни. — Юдзуру, чёрт. Перестань обламывать меня. Парень строго на неё посмотрел, а Женя рассмеялась. — Это потому что я тогда тебя обломала? Я не оправдала твоих ожиданий, ты думал, что мы трахнемся, да? Брюнет нахмурился, — что ты несёшь. Успокойся. Женя рассмеялась ещё сильнее, но это уже было похоже на что-то истерическое. Она касается его плеча и глубоко дышит, смотря ему в глаза. — Ты же этого от меня хочешь, да? Парень замотал головой. — Джэнни, я пошёл с тобой, чтобы ты случайно не обдолбалась здесь. Тебе сейчас тяжело. Я знаю. Брюнетка втянула воздух и заскулила, — почему вы, блять, решили, что мне плохо, а? Мне очень хорошо! Её взгляд был пьян, а речь невнятна. В голове снова всплыла она. Только она знала, что с ней происходит. Всегда читала по глазам. Ощущала всем телом её состояние. А сейчас рядом с ней столько людей, но никто не может ей помочь. Только она есть у самой себя. Это так поршиво осознавать. Она ушла к другому, но осталась одна. И, достав телефон, начала листать контакты. — Кому ты собралась звонить? — заволновался Ханю, внимательно рассматривая русские буквы в её телефоне. Но имя «Этери» было ему прекрасно различимо на любом языке. — Не нужно, Джэнни. — Да отвали ты, — толкает его брюнетка и, еле поднявшись на ноги, она направляется к выходу. Собственно, поэтому Юдзуру и пошёл с ней. Парень выходит за ней на улицу и ускоряется. — Джэнни, не надо! Брюнетка разблокирует контакт и набирает, но телефон исчезает из рук. Ханю быстро сбрасывает вызов, поднимая телефон как можно выше, чтобы Женя не забрала его обратно. Он тут же блокирует контакт обратно. — Эй! Ты что творишь, отдай сюда телефон. — Тебе это не нужно. Парень тянет её за руку и крепко прижимает к себе. Девушка упирается лицом в его грудь, не сопротивляясь. Только она его не обнимает. Нет сил. И нет желания. — Именно это мне сейчас нужно, понимаешь? Парень смотрит куда-то сквозь, прижимая девушку к себе всё сильнее. Когда он видел её в таком состоянии, ему самому становилось не по себе. И сейчас его сердце заболело за неё. — Мне нужна она. Рядом. Я ничего без неё не могу, — рыдает брюнетка и параллельно пытается что-то рассказать. — Ты должна жить своей жизнью дальше, ты без неё личность. Ты отдельный человек. Брюнетка часть всхлипывает, прикрыв глаза. — Юдзуру, — улыбается сквозь слезы брюнетка, но продолжает плакать. Тёмная улица, чёрное небо и никого, кроме них. — Я не могу кататься с Брайаном. Он хороший тренер, но он меня не понимает. Она... Она чувствовала меня каждой клеточкой своего тела, а я... А я без неё ничтожество. И я без неё не могу, — она слегка отстранилась, посмотрев ему в глаза, — я без неё даже не хочу, — прошептала Женя и снова разрыдалась. Разрыдалась, и обняла парня так крепко, будто пыталась в нём пропасть. Будто он может ей помочь. И он не оттолкнул. Он был рядом, когда ей это было нужно. А в последнее время, когда Женя начала понимать, что у неё ничего не выходит, ей это было нужно постоянно. — Давай, успокаивайся, — тихо утешал её юноша, вытирая слезы с её щёк. Брюнетка смотрела в его глаза и думала о том, что с ней не так. Вот. Человек, который на многое ради неё готов. Человек, который её тоже понимает. Человек, который не закатывает истерик по-поводу и без. Она касается его щёки и поддаётся вперёд, затягивая в поцелуй. Парень в шоке, но не теряет нить повествования. Он ухватывает её за талию, прижимая к себе ближе. Этот поцелуй был такой отчаянный. Девушка пыталась выпотрошить себя здесь и сейчас. Их языки так бесчувственно переплетались, что это очень быстро потеряло весь смысл. И, когда воздуха в лёгких стало не хватать, они отстраняются друг от друга. Брюнетка бегает по его глазам взглядом и ищет хоть что-то, что зацепит её. С горечью выдохнув, она грустно улыбается. — Не то, — на русском произносит Женя, заставив брюнета нахмурится. — Что? Она замотала головой, не переставая улыбаться. — Я говорю, спасибо. Спасибо, что ты рядом. Но я хочу домой. Опьянение осталось лишь слабостью в ногах и заплетающимся языком. — Ты уверена, что поедешь одна? Девушка хитро улыбнулась, — а ты хочешь поехать со мной? Ханю пожал плечами и посмотрел в сторону. Девушка задумалась о том, чтобы все таки попробовать отпустить себя. Отдаться тому, кто заслуживает. А не тому, кому хочется. Но мысли развеяло уведомление, что пришло на её телефон, но в кармане Юдзу. — Кто там? Брюнет берет его в руки и видит «Этери», но не может прочитать, что написано. Он молчит, поднимает взгляд на Женю. — Что там? Взгляд Медведевой так и выражает надежду. Парень молча сглатывает и отдаёт ей телефон, не смея больше её останавливать. Девушка разблокирует телефон и заходит в WhatsApp. «Позвонить и заблокировать. Другого я от тебя не ожидала». Сердце брюнетки замерает, а пальцы не знали, что отвечать. Мысли пустые. «У тебя хватило смелости перезвонить?» Сразу прочитано. Печатает... «У кого не хватило смелости, так это у тебя. Не я же убегала». Страдая от разлуки, они обе оставались невероятно гордыми в то время. Обливались слезами по разные стороны экрана, но никогда не давали слабины. Не могли. А стоило бы засунуть свою гордость себе в задницу. Этери мотает головой. Именно сейчас она понимает, что не может просто взять и проебать её. Не может. Она натворила столько всего, что не разгребешь. Но ошибок прошлого она не повторит. Она не опустит руки. Она будет бороться до конца. До победного.