Союзник

      Утро пятьдесят седьмой экспедиции встретило Джину ночным кошмаром, от которого она проснулась в холодном поту, резко приняв сидячее положение. Необходимо было побыстрее собраться.       Вообще сборы были суетливей обычного, потому что многие до сих пор не были уверены в Эрене Йегере, его намерениях и правильности, что он с ними, ещё и выходит за стену, где с лёгкостью может нанести сокрушительный удар по силам Разведкорпуса. Новобранцы набрасывали сёдла на лошадей, затягивали подпруги, проверяли амуницию и иногда перекидывались парой фраз. Шутливых фраз, дабы поднять себе хоть немного настроение, унять внутреннюю тревогу.       Конни хихикал, а Имир прикопалась к Саше, громко хихикнув, но когда сборы завершились, то наступила тишина.       Джина нервничала больше обычного, ей даже хотелось быстрее вернуться обратно, но она переживала, что с Эреном может что-то случиться, а сам паренёк был в молчаливом настроении, глядя на холку лошади, но мысли явно летали в другом месте.       Микаса нахмурилась, чувствуя, что их с Эреном разделили. Вдруг с ним что-то случится? Её не будет рядом, то кто его защитит? Этот злобный Леви? Сумасшедшая Ханджи? Кто, кроме Микасы, способен защитить Эрена? Да никто! Никто!       Армин же сохранял трезвость ума, понимая, что они с друзьями многого не понимают о планах разведки, только просачиваясь в ряды, хотя им и рассказывали про порядок и тд и тп. Просто нужно пережить эту экспедицию, а после — ещё одну и ещё, ещё, ещё…       Вскоре они всё же вышли за стену под крики и улюлюканье толпы зевак. Армин невольно вспомнил детство, как Эрен частенько протискивался сквозь толпу, радостно встречая поредевшие войска с замученными солдатами, а теперь они и сами стали этим солдатами. Скорее всего, их встретят не очень радостно, когда они вернутся, а виной тому — потери. Армин посмотрел по сторонам, но весь его фланг был жив, но это не значило абсолютно ничего. Просто титаны ещё не успели учуять свежую плоть и примчаться сюда, а, вполне вероятно, уже учуяли и бежали со всех ног прямо к ним. Действительно, кто вообще в здравом уме, находясь в адекватном и психическом состоянии, решил вступить в Разведкорпус?       Армин сжал крепче поводья, а первые титаны уже просачивались в ряды, но пока потерь не было. Командиры отрядов ещё справлялись с назойливыми огромными тварями, желающим схватить и кинуть себе в рот хоть кого-то.       Но…       Уже совсем скоро Армин увидел девианта, который начал вносить смуту в строй. Погибшие, погибшие, погибшие…       В итоге Армин остался один, но вскоре к нему присоединился Жан и Райнер. Они не понимали, что это за титан, но Армин выдал предположение:       — Скорее всего, это человек в теле титана.       — Чего? — глаза Райнера искренне удивились. Парень был в ужасе! — Как наш Эрен?       — Скорее всего.       — Развелось этих человеков-титанов, — вздохнул Жан.       Армин задумался, глядя на холку лошади. Им нужно было хоть как-то предупредить товарищей о приближающейся угрозе, которую невозможно было передать чёрным сигналом. Титан, внёсший в их ряды смуту, не девиант, а разумный и очень опасный титан.       — Нам бы предупредить остальных о женской особи! — сказал Армин.       — Только как это сделать? Строй уже частично не функционирует. Чёрти что творится вокруг! — Жан оглянулся, но никого вокруг не было, кроме них и бегущего вперёд титана.       — И чего этому титану с классной задницей понадобилось? Что вынюхивает? — спросил Райнер.       — Эрена! Мне кажется, что ей нужен Эрен!       Армин начал делиться предположениями, где может быть Эрен, предположив о центральном строе — самом безопасном. Жан и Райнер слушали внимательно, решив всё же хоть попытаться задержать женскую особь, но в итоге Райнер чуть не умер, лошади убежали, а женская особь поменяла направление.

***

      Джина нервно сглотнула, почувствовав, как под ногами дрожит земля. Эрика оглянулась, мгновенно выпуская чёрный дым. Ларс и Чени — тоже оглянулись, увидев женскую особь.       — Эй, Джина, титан пробрался так глубоко. Ещё немного и он войдёт в центральный строй. Может, ты начнёшь хотя бы пытаться командовать своим отрядом? — шикнула Эрика.       Джина несколько секунд молчала, подбирая слова. Конечно, она думала, что нужно делать, но не торопилась брать на себя ответственность за жизни ребят из своего отряда.       — Вы независимы от меня и моих приказов. Я даю вам полную свободу действий, но советую не вступать с этим титаном в открытый бой! — сказала Джина, оглядываясь на женскую особь, уже разматывающую и убивающую разведчиков.       Парни несколько раз оглянулись.       — Ты предлагаешь пропускать эту тварь дальше? А если она съест Эрена? — вспылила Эрика.       — Не съест. Я не позволю ей навредить Эрену. Ясно? — в голосе капитана Мур послышались уверенные стальные нотки. Обычно, она не была настолько уверена в своих силах, как сейчас, но Эрику тон не убедил.       — То есть, ты просто смиришься со смертью наших товарищей? Ничего не попытаешься сделать? Никого не попытаешься спасти? — снова оскалилась Эрика.       — Нет. Мы придерживаемся плана, помнишь? Заткнись — и следуй дальше. Женская особь минует нас, так что не ссы от страха и не трогай меня! — повысила голос Джина.       Эрика умолкла. Ларс с Чени — тоже, а женская особь вскоре сменила курс, направляясь в центр строя.

***

      Эрен оглянулся, увидев женскую особь в нескольких метрах от себя. Титанша одним резким и ловким движением впечатала разведчика в дерево своим плечом.       Глаза Эрена расширились, он хотел укусить руку, но отряд Леви смог его уговорить не делать этого. Эрен доверился товарищам.       И первый раз действительно его пронесло. Женскую особь пленили, хоть цена этому была велика. Эрен не знал многих, павших сегодня от рук или ног женской особи, но каждого ему было жаль. Просто жаль. В голове путались мысли, но отряд продолжал скакать вперёд, оставляя взятую в плен титаншу позади. Эрен всхлипнул, надеясь, что с ребятами из сто четвёртого всё хорошо.       Когда они перешли на УПМ, остановившись на дереве, Эрен услышал шум спускового крючка, увидев Джину, бегущую в его сторону.       — Рада, что ты цел, — она оглянулась, всматриваясь в кроны деревьев.       — Джина, ты… то есть Вы… Тут… — Эрен покачал головой, не в силах сформулировать мысль.       — Чего ты сюда припёрлась, капитан Мур? — с долей принебрежения в голосе спросил Оруо.       — Да, Джина, почему ты здесь? С капитаном Леви всё хорошо? А с остальными? — спрашивала Петра, хотя и чувствовала в глубине души, что с Леви всё хорошо.       Но Джина молчала, продолжая вглядываться в ветви деревьев. Она нутром чувствовала, что враг нацелен на Эрена, только…       «Ротшильд сказал, что сила Прародителя была украдена. Возможно…» — она посмотрела на Эрена удивлённым взглядом. «Тогда понятно. Они ни перед чем не остановятся. Впрочем, как и я. И мой отец. Вряд ли моих сил хватит для защиты Эрена. Вернее: их вообще не хватит, но этот пацан вполне может защитить себя сам, если наша теория с Альфредом верна. И Прародитель…»       Джина посмотрела направо. Петра дёрнула её за рукав, продолжая интересоваться, что случилось и почему Мур так странно смотрит на Эрена.       — Всё нормально. Не обращайте на меня внимания. Мы всё ещё не знаем, кто наш враг! — ответила Джина.       — Тогда… нам стоит встретиться с капитаном Леви, — неуверено заявила Петра. Все с ней согласились.       Джина то и дело оглядывалась по сторонам, не выпуская из виду Эрена, а отряд Леви с опаской косился на незваную гостью среди них. Обычно, Джина не вела себя настолько подозрительно и не выглядела столь напряжённой.       Среди деревьев скользнула миниатюрная фигура, похожая на капитана Леви, но радость элитного отряда быстро улетучилась, когда фигура убила Гюнтера и превратилась в женскую особь.       Джина выпустила тросы прямо в руку женской особи, ловко завертелась и оказалась прямо у лица, но пролетая мимо, атаковать не стала, на секунду замешкавшись. Женская особь подняла руку, уже готовая прихлопнуть, но её зрачок следовал за отлетающей назад Джиной и рука медленно опустилась. Со стороны это выглядело, будто они знакомы, но это было не так. Джина сделала резкий толчок вперёд, долетая до Эрена, который был готов кусать, свою руку, но элитный отряд снова отговаривал.       — Послушай, Эрен, только ты хозяин самому себе, поэтому если ты хочешь кусать руку, чтобы превратиться в титана, то кусай руку и превращайся в титана, — сказала Джина.       — Что ты несёшь? А мы на что? Мы должны его защищать, — шикнул Оруо, чувствуя, что его принижают.       — Да, Джина, ты чего это? — возмутилась Петра.       Эрен смотрел то на Джину, то на Петру с Оруо, не зная, что его делать.       — Быстрее решай, если не хочешь превращаться, то я изо всех сил постараюсь защитить тебя, — сказала Джина. — Однако сегодня погибло много опытных разведчиков от рук женской особи. Подумай, чья сила мощнее: наша, человеческая или твоя, титанья?       Эрен оскалился, смотря на женскую особь. Несмотря на то, что элитный отряд кивал отрицательно, Эрен всё же укусил себя за руку, превращаясь в титана, атакуя женскую особь.       Трое из элитного отряда всё же решили помочь Эрену, которого титанша впечатала в дерево. Пока Оруо и Петра подрубали сухожилия титанши на руках, а Эрд подрезал глаза, Эрен продолжал лежать, а Джина наблюдала, не зная, что делать ей в этой ситуации. Она была разочарована силой Эрена, решив, что ошиблась в нём, а их теория с Альфредом не имеет оснований. Когда женская особь была почти повержена, а Эрен пытался подняться, один из глаз титанши регенерировал. Она перекусила напополам подлетевшего к ней Эрда и помчалась вперёд прямо к Петре, поднимая ногу.       «Да, чёрт! Почему всё так вышло? Если бы я к ним не полезла, возможно, они бы не отвлеклись на меня и убили бы её?»       Джина выпустила тросы в женскую особь, уже не собираясь отступать назад.       — Стой! Давай попробуем подраться, хоть я и не такая сильная, как они, — закричала Джина, оказываясь на верхней ветке, почти на уровне головы титанши, которая остановилась, наблюдая за новым противником.       Петра упала, ударившись головой о дерево, в Оруо решил воспользоваться моментом и подскрасться сзади, чтобы срезать слабую часть всех титанов — затылок.       Эрен поднялся, но снова упал.       — Тебе нужен Эрен? Мне он, как не странно, тоже нужен. Я не отдам его тебе просто так, хоть мои слова и звучат смешно, но, — Джина не успела договорить, замерев.       Женская особь отскочила в сторону и убила Оруо, который практически подкрался к ней. Потом титанша круто развернулась и едва не схватила зубами Джину, которая успела маневрировать в последний момент, неудачно приземлившись, ударившись плечом.       Эрен к этому времени уже очухался, видя, как его товарищей раскидали, как котят, начал драться, но заметно проигрывал. Было очевидно, что этот бой ведёт к одному исходу, который будет явно не в пользу надежды человечества.       Джина с трудом дошла до Петры, дотягиваясь до шеи той. Слабый, но пульс прощупывался, а голова девушки была разбита.       Подняв ещё раз голову, Джина увидела, как титан Эрена стоит на коленях без головы, а женская особь вырывает его из затылка, зажимая во рту.       Мимо пронеслась Микаса. Потом — Леви, осматривая остатки от своего отряда, задерживаясь возле Джины, не говоря ей ни слова, следуя за женской особью.       В этот момент Джина почувствовала себя виноватой и никчёмной. Она никак не смогла повлиять на ситуацию, перематывая голову Петры бинтом. Рал простонала, что-то пробормотала, но в себя не приходила. Джина решила, что стоит вернуться к своему отряду, ощущая себя избитой собакой, поджавшей хвост.       Эрен был возвращён. Леви ходил мимо выживших, замечая, что в этот раз погибло слишком много людей, но стоили их жертвы того? Столько загубленных жизней и никакого просвета. Даже Джина потрясённей обычно, хотя, чаще всего, она более спокойнее и отрешённее.       Петра лежала в повозке для раненных, не приходя в себя. Врач развёл руками, придёт ли она вообще в себя. Эрвин решал какие-то вопросы, стоя с двумя разведчиками.       — Запиши их, как без вести пропавшие. Ты прав, близким лучше не видеть их останки, — говорил Эрвин, а потом скомандовал возвращаться и все оседлали лошадей, кто мог сам ехать. Раненые мирно лежали в повозке, Джина сидела на Вацлаве, даже не чувствуя боль в плече, гораздо острее ощущая душевные терзания.

***

      Вечер. Джина тяжело вздохнула, подходя к Леви, который шуршал бумагами, недавно вернувшись из лазарета.       — Я хотела извиниться, — робко сказала она, опуская голову.       — За что? — спросил Леви, не отрываясь от бумаг.       — Если бы я не полезла к твоему отряду в попытке защитить Эрена, погеройствовать, возможно, они были бы живы, — Джина потрогала свой локоть, ожидая чего угодно: пинка, обвинений или криков в свой адрес, она была готова ко всему.       — Не вини себя. Петра рассказала, как твой крик ввёл эту тварь в ступор. Женская особь была очень сильна. Твоей вины ни в чьих смертях нет.       Джина громко выдохнула, чувствуя не вину, а злость. Неужели Леви её не услышал? Что это за порывы благородства?       Она недовольно покачала головой, хотя, подумав несколько секунд, всё же решила, что Леви прав. Женская особь была слишком сильна, и только она виновата во всех этих смертях.       Эрвин развернул очередную миссию по поимке женской особи, а благодаря Армину они узнали, что, скорее всего, некая Энни Леонхарт является женской особью. Джине это имя ничего не говорило, однако, покоя не давала одна деталь, когда титанша не атаковала её в первый раз, будто узнала. Но откуда?       Джине всю ночь не давала покоя эта мысль, которая ни к чему не привела, кроме головной боли.       Вскоре Энни Леонхарт была побеждена, но превратила себя в кристалл, который, по мнению Джины, неплохо бы смотрелся в виде подвески на шее, будь меньше раз в сто. С другой стороны, на острове начиналось нечто опасное, в котором Джина принимала непосредственное участие, не в состоянии отказаться.       Вдруг Эрвин подошёл к ней, хватая за локоть и таща в глубь кабинета, оглядываясь, чтобы их не услышали.       — Когда женская особь пыталась перелезть через стену, она повредила её. Отлетел приличный кусок, за которым оказался живой титан. Значит, ты не врала, когда рассказывала, что стены состоят из титанов. Что ещё ты знаешь? — Эрвин ещё никогда не выглядел настолько серьёзным и решительным.       Он сильно сжимал её руку, намереваясь получить ответы, но она всё же была обучена не выдавать себя, рассказав ровно столько, чтобы не выдать себя.       — Мне больно! — повысила голос Джина, дёрнув руку. Эрвин отпустил её, но продолжал выжидающе смотреть.       Она прошла мимо книжных полок, подходя к окну с бордовыми пыльными шторами. Этот кабинет использовался для совещаний, поэтому никаких важных документов здесь не хранилось. Книги же стояли больше для антуража, а большая их часть была покрыта приличным слоем пыли. Зато пол был недавно вымыт, но воздух был очень тяжёлым и слишком влажным. Бедный паркет был чрезмерно залит водой, смешанной с хлоркой.       — Что ещё ты знаешь, Джина! Что ты знаешь о силе Эрена? Что твои родственники знали о ней? — настаивал на ответы Эрвин.       — Ничего, — она вздохнула, суя руки в карманы. — Я не думала, что про титанов в стене — правда, а оно вон как оказалось, — Джина нервно хихикнула.       — И всё же… Что ты знаешь о силе Эрена?       — Что её можно… Передать, — вдруг высказалась Джина, приоткрывая рот. Ей что-то почудилось, будто некое озарение пришло к ней, но нет, мысль, спутанная в комке, так и не распуталась.       — Передать? Как?       — Понятия не имею. Просто мельком слышала о таком, но не уверена, что это правда. Вот. Больше мне сказать нечего, — она опустила голову.       Эрвин не стал больше задавать вопросов, поэтому можно было покинуть кабинет, пропахнувший хлоркой.       Но вскоре пришла тревожная весть: стена Роза может быть пробита. Для большинства людей эта весть была синонимом смерти. Ещё остались беженцы с районов Марии, которые детально помнили тот ужас и страх, который испытали пять лет назад.       Эрен пока отдыхал после битвы с женской особью, а Ханджи то допрашивала проповедника Ника из Культа Стен, то ожидала отчёты по беженцами. Ни у кого не осталось сомнений, что у Энни Леонхарт были союзники внутри Стен. И никто не сомневался, что и за колоссальным и за бронированным титанами скрываются люди. Только кто?       Жан, Армин и Микаса почти полдня провели в допросах, но подозрения в сговоре с Энни Леонхарт с них вроде как были сняты. Жан переживал очень сильно, не зная, кто ещё из его товарищей может быть врагом. Конни? Он довольно резко отшучивался о титанах и падении Марии в первые годы учёбы. Бертольд? Этот тихий парень искренне сочувствовал Эрену, когда тот рассказывал об ужасах вторжения в Шиганшину и смерти матери. Райнер? Он же им как старший брат! Разве может старший брат обидеть младших? Имир? Она, конечно, грубая и резкая, но в душе всё же добрый человек. Криста? Нет! Она такая хоро-о-ошенькая…       Жан вздохнул, отвергая любую мысль, что среди его сокурсников может быть враг. Он гнал и отвергал от себя эти мысли, но, к сожалению, вечером Ханджи пришёл отчёт о кадетах. И…       — Кто? — переспросил Эрен.       Жан лишь вздохнул, чувствуя, что доверие к людям даёт серьёзную трещину.       — Бертольд Гувер и Райнер Браун из той же деревни, что и Энни Леонхарт, — повторила Ханджи.       — Нет… Райнер, Бертольд… Почему? — Эрен скривился.       Армин посмотрел на кусок стены, который Ханджи сравнивала с куском кристалла, отколовшимся от кокона Энни.       У Жана не было слов, ведь с врагом сейчас Конни, Имир и Криста. Кто знает, что они с ними сделают?       Обстановка накалилась, когда проповедник Ник решил выдать немного информации и тут снова всем стало не по себе от очередных секретов.       — Кристу Ленц зовут Хистория Райсс, она внебрачная дочь лорда Райсса! — окончательно ошарашила всех Ханджи.       Джина выдохнула, трогая лоб. Информация добывалась сама, но толку от неё было маловато. Единственная проблема для Мур оставалась всего одна, а решалась она исключительно силами Разведкорпуса и никак иначе. Нужно выкрасть Эрена, вернуться на Ауторику, а потом уже и другими проблемами заниматься, только Джина не была уверена в своей миссии. Эрен частенько болтал о свободе людей, рвался во внешний мир и говорил, что все люди свободны от рождения. Джине это всё напоминало о культе независимости на Родине, а посему она начала думать и о независимости решений самого Эрена. Разве не об этом говорили на Ауторике? У каждого должен быть выбор и свобода. Так почему Джина должна воровать Эрена, лишая его этой свободы и выбора ради миссии и своей страны, которая неизвестно в каких целях будет использовать силу титана, но явно не в мирных.       «Лорд Райсс? А ведь когда я только прилетела сюда, то дядя намекал на лорда, которого ограбили местные бандиты, но он не заявил на них. Неужели, это о нём шла речь. Значит, Прародителем владели Райссы? Ничего не понимаю!» — Джина уже мало, что понимала.       — Эй, капитан Мур, ты с нами или вернёшься к командующему? — спросила Ханджи.       — С вами. Только оседлаю Вацлава, — кивнула Джина, чувствуя, что информации для двух суток уж слишком много.