В светлое будущее

При первой же встрече с Люттом я поделилась с ним своей проблемой касательно Олеси. Мы встречались обычно в каком-нибудь парке или кафе. Но в кафе было дороговато, да к тому же я в таких помещениях чувствовала какую-то напряжённость. В тот раз мы сидели на детской площадке и грызли притащенные мною орешки. - Почему бы тебе не рассказать ей всю правду? – пожал Лютт плечами. - Как?! – воскликнула я. – Ты хочешь, чтобы я ей сказала, что я новая Ванга и видела, что мы с ней расстанемся? Я даже не могу слово подобрать, обозначающее то, что должно между нами произойти. Расстаться звучит так, будто мы с ней пара. - Н-да, - согласился мой друг и закинул в рот целую горсть фундука. – Может , тебе как-то воздействовать на неё? Ну как ты там умеешь… - Хм…, - я задумалась. На самом деле я точно не знала, что у меня за сверхспособность. Я научилась концентрироваться и создавать в воздухе эмоциональный фон. На знаю, как это работает. Получалось, что я влияю на настроение людей, меня окружающих. Но для этого требовалось, чтобы я сама чувствовала хотя бы что-то приблизительное. Однако, я чувствовала, что это далеко не предел. Я могла бы целенаправленно развивать свои способности, но, честно говоря, трусила. И без того уже выбиваюсь из понятия «обычный подросток». В словах Лютта был здравый смысл. По крайней мере, другого варианта я пока не видела. - Хорошая идея, но что именно я могу сделать? - Понятия не имею, - беспечно хмыкнул Лютт. – Это зависит от того, что вообще ты можешь сделать. Может, ты можешь ей память переписать. Я поморщилась: - Даже если бы могла – это преступление против личности. Так нельзя. Парень замолчал, позволяя мне самой высказать предложение. - Агрх! – рассерженно рыкнула я, оттягивая нижние веки. Я уже всю голову сломала этим вопросом! Потом захныкала и ткнулась лбом Лютту в плечо. Тот всё так же невозмутимо поглощал орехи. - Ты же не думала, что я решу проблему за тебя? – вдруг спросил он. - …да. Ну блин! Рядом с ним я становилась маленькой девочкой, а вопрос Олеси меня уже измучил. Так мы молча просидели ещё минут пять. - Если я буду делать вид, что ничего не знаю, мне потом будет очень больно, - размышляя, произнесла я. – Я буду плакать. Лютт погладил меня по голове, словно утешая. - И напишу к ней письмо, - продолжила я. – Или не напишу: наверное, во второй раз ощущения будут совсем другими. - Что для тебя самое главное? – спросил меня он. - Самое главное? Не навредить ей. - А в контексте твоей жизни? Я задумалась и отлепилась от его плеча. - Движение, - наконец неуверенно выдала я. – В плане, жи́ть жизнь, а не переживать. Хотя я так не умею… - А что тебе подсказывает интуиция? Теперь я замолчала надолго. Вообще-то, интуиция – это не что-то абстрактное, с небес. Интуиция – это подсознание. В тринадцать я этого не знала да и вообще редко прислушивалась к себе. Жизнь показала, что зря. Вот сейчас я и пыталась прислушаться к себе. Наверное, мне было бы интересно встретиться со взрослой Олесей, обменяться новостями, узнать, чем она стала. Да, чтобы сравнить себя с ней. Хорошо, наверное, что у меня не было такой возможности. А вот касательно тринадцатилетней Олеси… Нет, думаю, мне будет уже с ней скучно. То есть, можно попробовать, но я её точно испорчу… Или нет? Чёрт! Если мне будет скучно с Олесей (или всё-таки не будет?), то как Лютт со мной общается? Он же меня старше на шесть лет. Я, конечно, уже задавала ему такой вопрос, но ответ я успела забыть. - Лютт, - тихо спросила я, подтягивая колени к груди, - почему ты вообще со мной общаешься? Обрадовало, что с его стороны я почувствовала не раздражение, а, скорее, снисходительность. - Ну мне интересно знать, о чём думают девчонки, - пошутил он. - Я не девчонки, - буркнула я. – Я ведьма. - Это ведь не отменяет того, что ты любишь косметику, например, - справедливо заметил мой друг. Аргумент был достаточно весомым, так что спорить я не стала. - И всё-таки? - Ох, Мия, успокойся. Ты ж знаешь, что ты хорошенькая, вот тебя все и любят. Он обнял меня, я пробурчала что-то протестующее и неразборчивое в его куртку и замерла. Эх, тяжело иметь низкую самооценку! Вот я то уверена, что я самое ужасное существо в этом мире и хочу не существовать, то убеждаю себя в том, что я самая классная, умная, красивая и прочие эпитеты, и переживаю приступ нарциссизма. Ещё у низкой самооценки был тот минус, что люди, чувствуя моё отношение к себе, начинали так же относиться ко мне. Не все, правда, но таков закон психологии. С другой стороны, я приняла за истину, что во мне есть что-то, что тянет людей ко мне. «Красивые глазки». Ага, те самые, за которые меня буллили в школе.