Привет, первая любовь

      Дженни проснулась рано. Всю ночь ей снился какой-то непонятный сон. Во сне она бежала за человеком, чьё лицо было спрятано под чёрной маской. И никак не могла его догнать. Почему его лицо было спрятано и был ли какой-то скрытый смысл в приснившемся сне, для девушки осталось неразгаданной загадкой.       Внезапно на неё обрушился воспоминания минувшего вечера. Она немедленно повернула голову в другой угол комнаты. Там мирно спала Джису. Бедняжка. Ей было искренне жаль её. Судя по вчерашним слезам, у девушки был самый кошмарный день в её жизни. И что было бы, если бы Дженни не успела вовремя? Или насильников было бы больше? Или же полиция опоздала бы? От этих жутких вопросов по телу пробежались неприятные мурашки. Бр-р-р-р. Как земля носила таких преступников — до сих пор неизвестно. Что заставляло людей совершать преступления — непонятно. Но в одном Дженни точно убеждена: карма когда-нибудь обязательно настигнет каждого из них. Некая высшая сила непременно накажет насильников, а если нет, то она сама проследит, чтобы виновники отплатили за свои грехи. Человеку всегда воздаётся по заслугам. Бумеранг судьбы существует. А если нет, то она не постесняется попросить помощь у бывшего. Прокурора Чон Чонгука.       Как можно тише поднявшись с постели, Дженни прикрыла за собой скрипящую раздвижную дверь единственной комнаты и прошла в тесную ванную. Ровно три недели назад эта квартира особо не блистала ни чистотой, ни свежим ремонтом, ни свободными квадратами. От съёмного жилья она большего и не ожидала. Поэтому Дженни перед тем, как переехать, накупила всякой сильной химии, чтобы потом как следует отдраить все поверхности до кристальной чистоты. Как и полагалось, почистить всё до идеального состояния не получилось, но в квартире стало гораздо, гораздо чище. Грязной работы она не боялась, а испорченный маникюр всегда можно было переделать. Почищенная агрессивными и небезопасными средствами для здоровья до бела ванная сильно удивила хозяйку. За что она сделала значительную скидку Дженни. После перестановки и уборки квартиры собрала в одну кучу весь ненужный хлам. Куда делся весь этот хлам, ей так и не удалось узнать, однако комната значительно увеличилась. С ремонтом оказалось не всё так просто. Нужны были деньги. Даже для минимального ремонта надо было достаточно сильно раскошелиться. У Дженни не было лишних несколько сотен тысяч, чтобы вложиться на ремонт, а хозяйку это мало волновало.       Пришлось грустно вздохнуть и ещё более усиленными темпами искать работу.       Вот только пришёл срок арендной платы, а Дженни только вчера удалось устроиться на работу. Соответственно о зарплате не могло и быть речи. С деньгами у неё сейчас было очень-очень туго, и она еле сводила концы с концами. Несмотря на то, что ей приходилось каждый день питаться чёрт знает какой (нездоровой, чаще всего лапшой быстрого приготовления) едой, Дженни Ким была на всю катушку счастлива. Прям до слёз. Она жила настоящим. В любой мелочи находила что-то хорошее. Наслаждаться тем хорошим, что есть в жизни. Любила каждую секундочку, которая ей дарила жизнь. Свободная взрослая жизнь.       Поэтому, отбросив все ненужные мысли, которые так мешали сосредоточиться на сегодняшнем дне, включила горячую воду, чтобы привести себя в порядок. День обещал быть продуктивным, на него у неё были большие планы. Как минимум понравиться коллективу и показать свои способности, чтобы ни у кого не промелькнула мысль, что её взяли на работу только из-за красоты или по блату. Всё равно как бы она ни старалась, правда когда-нибудь раскроется. И чем позднее, тем лучше. Помыв и высушив волосы, она налепила под глаза патчи, чтобы выглядеть максимально свежо. Дженни была уверена: глаза — зеркало души, а наличие отёка после сна их вовсе не украшало. Выбрав вполне себе скромную одежду, которая особо не бросалась в глаза, приступила к макияжу. На всё про всё у неё ушло дольше, чем она планировала. Каждая минута была дорога, как-никак первый рабочий день, опаздывать особо не хотелось. Поэтому, ещё раз припудрив носик, она улыбнулась своему отражению, понимая, что когда-то загаданная мечта потихоньку сбывается. А наличие счастливой улыбки не оставляло никаких сомнений.       В тесной прихожей Дженни ещё раз посмотрела в зеркало в полный рост и хотела было сказать: «Я самая красивая, самая хорошая, самая умная, у меня всё получится! Вперёд!» как услышала звук скрипящей двери. Джису проснулась.       — Ты красивая, — девушка стояла в проёме. Собранный некий пучок волос, торчали пряди. Выглядела она не лучше, чем вчера: грязные волосы, бледное лицо, сильно опухшие глаза и искусанные губы. Хорошо были заметны синяки и следы вчерашнего происшествия. — На работу собираешься?       — Спасибо. Да, на работу, — Дженни ответила на автомате, одновременно думая, как бы задержать её до вечера, чтобы потом они вместе смогли сходить в участок. Она твёрдо решила наказать тех отморозков. — Ты-то почему так рано встала? Куда-то собираешься?       — Нет, просто подумала: если ты уходишь, значит, и мне пора.       Дженни подошла к Джису и установила зрительный контакт. В стремлении поддержать девушку взяла её за руки и крепко сжала их. А потом, испугавшись причинить боль, ослабила хватку.       — Слушай, Джису, давай отложим разговор до моего возвращения. Я сейчас ужасно тороплюсь и мне ни в коем случае нельзя опаздывать. Я приду с работы, и мы с тобой поговорим, — она сказала это таким тоном и взглядом, что девушка и возразить не посмела. Женская солидарность не давала покоя Дженни со вчерашнего вечера. Она терзала её всю ночь, заставляя снова и снова вспоминать лицо ублюдков. Ярость поднималась из самых недров души и текла по венам словно кровь стоило ей подумать о преступниках.       Джису от удивления приподняла бровь и ошарашенно уставилась на Дженни. Ей всегда казалось, что солидарность — вымирающее явление, и пора уже было её в Красную Книгу заносить. Особенно женская. На несколько секунд в сердце стало темно и тоскливо, словно чьи-то ледяные когти сжимали её душу и разум. Дженни сама не зная наступила на свои первые умело поставленные грабли.       — Хорошо, — сил хватило только на одно слово. Огромный ком застрял, не давая ей глотнуть воздух, на глаза навернулись настоящие, искренние слёзы. Джису впервые оказалась в таком положении. Ей действительно на какой-то момент стало жаль. Не себя. Ким Дженни.       Дженни шла быстро, выпрямленной спиной. Каждый её шаг сопровождал уверенный стук каблуков. Ей казалось, что время бежало. Нет, летело. Чудом не опоздав, она в назначенное время шла рядом с Пак Чимином к своему новому рабочему месту.       Она с интересом смотрела, как в компании с самого утра жизнь кипела, бодрость и бьющая через край энергия — прекрасные качества. Чимин шёл не оборачиваясь, быстро и уверенно. На приветствия отвечал коротким кивком, на широкие улыбки сотрудниц — почти незаметной усмешкой. Всем, кто подходил к нему, он отвечал, словно заевшая кассета, «потом» и ни на секунду не останавливался. Она не могла видеть выражения лица мужчины, но с одного взгляда на его спину было понятно, что он торопился.       — Я знаю кто ты, — оказавшись внутри лифта, мужчина наконец-то заговорил. Он мимолётно задержал взгляд на лице Дженни и, проигнорировав чью-то просьбу подержать дверь лифта, нажал на кнопку десятого этажа. А потом продолжил невозмутимым видом: — Можешь не притворяться.       Услышанное заставило девушку вздрогнуть и сделать шаг назад. А потом почувствовать, как дёрнулись мышцы на её лице, как нахмурились брови и как сощурились от неприязни глаза. Неужели её так быстро раскрыли? Или же отец позаботился? Дженни услышанное не понравилось совсем. Поэтому ладони на автомате сжались в кулак.       — Меня личная жизнь сотрудников не интересует. Но если это хоть как-то скажется на репутации компании… — услышала она позади себя вибрацию телефона и тяжёлый вздох мужчины. — Придётся нам с тобой попрощаться, — продолжил, отклонив звонок. — Надеюсь, ты сумеешь разделить личную жизнь от работы.       Неужели связи отца будут преследовать всю жизнь, словно её тень? Дженни вздохнула почти так же тяжело, как он секундами ранее, и ещё больше нахмурила брови. Не самое лучше начало рабочего дня и знакомство. Но промолчать было невозможно.       — Искренне не понимаю, о чём вы говорите, — не стала соглашаться из одного только упрямства. — И не нарушайте личные границы. Не имеет значения, насколько вы старше, родственник или друг — официальное обращение ведёт более добросовестному исполнению обязанностей и подчёркивает: работа есть работа. Не позволяйте себе халтурить и придерживайтесь общепринятой формы обращения.       Лифт остановился на нужном этаже. Дженни подняла голову и внимательно посмотрела на Пак Чимина, думая, что теперь он её добавит в список нелюбимых сотрудников. Немного потерянный вид мужчины заставил её улыбнуться уголками губ. Она только что нарушила правила, которые сама устанавливала, пока добиралась в компанию. В первый день главное — не нажить врагов в коллективе. Однако улыбка всё равно отказывалась пропадать с её губ. Замдиректора не смог сдержать улыбку в ответ. А потом вовсе расхохотался.       — Как я вижу, ты время зря не теряешь, Дженни Ким.       Дженни резко обернулась и ударилась о чью-то грудь, и чуть бы не свалилась. Осталась на ногах лишь за счёт того, что её вовремя схватили за талию — совсем не так, как полагается поступать с незнакомцами, — и прижали к себе, что было ещё более недопустимо. Но Дженни успела лишь ухватиться за чужие плечи, будучи застигнутой врасплох. Приятный знакомый мужской парфюм ударил, казалось бы, прямо в сердце. Она почувствовала, как застучала в ушах кровь, и растерялась на несколько мгновений, вдруг ощутив себя совершенно не готовой к подобной встрече.       — Вот, собственно, твой начальник и директор компании — Ким Тэхён, — Чимин решил не терять время зря и быстренько ушёл, чтобы подготовиться к собранию. Поэтому, кивнув мужчине в знак приветствия и проигнорировав недовольный взгляд друга, прошёл мимо них. — Всё остальное обсудишь с начальницей отдела кадров, и, если понадобиться моя помощь, не стесняйся.       Пока девушка приходила в себя, он, подмигнув Тэхёну, скрылся за углом. Дженни решила позже поговорить с Чимином и спросить, какое слово было непонятно, когда она попросила его обращаться на вы. И, если честно, сейчас её больше всего волновал кое-кто поважнее.       Семь лет. С их последней встречи прошло семь лет.       Ничего не изменилось. У него были такие же сильные руки и крепкие плечи, тёмные аккуратно уложенные волосы. Те самые глаза, большие и очень выразительные; прямой нос с едва заметной родинкой на самом его кончике и горячее, такое же, как раньше, обжигающее дыхание. Красивый настолько, что сердце замерло, а потом вовсе сбилось со своего привычного ритма.       Прямо напротив продолжал её удерживать Ким Тэхён, которого она когда-то оставила в далёком прошлом мокнуть под дождём.