цветочные стены, глазастые полы и чердачные звезды.
5 января 2023 г., 23:29
Обращаюсь на «ты» к каждому встречному, потому что не люблю формальности. Твой возраст не имеет значения, ведь настоящая сказка и волшебство доступны каждому, кто искренне желает слушать истории у камина. Добро пожаловать в мои владения!
Если ты думаешь, что это очередная история о старом, полуразваленном доме, то ты прав. Прав, но не на все сто! Выключи мозг и включи сердце — здесь нет логики, только чувства и черные дыры в потолке. В этом доме не верят в божества. Вместо неизвестности винят во всех бедах космос и распивают чаи звездными вечерами.
То, что прежде было живым, обретает новую форму и забывает все, вплоть до имени. Остается лишь два занятия: летать по цветным коридорам пылинкой или играть в догонялки с чердачными мышатами. Чудесно! Но не спеши становиться сгустком света, побудь в сознании для осознания важного. Да и персиковый чай за всю жизнь надо попробовать хотя бы раз!
Дом стоит на окраине забытой деревушки, которую защищают от глаз недругов хвойные ветви — счастливое проклятье от прошлого владельца хижины. Наверное, из-за этого волшебства деревня и считается забытой. А может люди на другой стороне леса просто бояться пройти по заросшей колючей травой тропинке. Неизвестность пугает каждого путника, а известность доносится через почтовых голубей, которые давно уже пролетают мимо.
Деревенские жители иногда заглядывают в дом, чтобы насладиться ароматным кофе и почитать книги. Книги вообще повсюду! На полках, на полу, на столах, среди посуды, за цветочными горшками, на диване, на тумбочке около кресла-качалки. И книги разные: про космос, про динозавров, про мышей, про речных рыб, сказки разных стран, о рисунках пещерных людей, ужасные истории из средневековья и странные романы, которые обычно не дочитывают до конца. Больше книг только кружек и историй.
Мамы посылают своих детей в хижину за малиновым печеньем, вишнёвыми булочками и травяным чаем, которые делает сама хозяйка. Иногда бывает так, что на всех не хватает даже крошек! В таком случае на кухне начинается суматоха: все живое и неживое стучит посудой, месит тесто и упаковывает выпечку в крафт-пакеты с биркой в форме полумесяца.
И никто не проходит мимо рыжей кошки Джинджер, вечно отдыхающей на большом подоконнике среди цветов и мягких подушек. На её спине красуются розовые крылья бабочки — их смастерила хозяйка из обрезков фатинового платья и проволоки. Кошка не часто даёт погладить себя, поэтому каждый, кто смог дотронутся, не получив кровавый след от когтей, считается избранным. А если тебе выпадет честь и рыжий комочек уснёт на твоих коленях, довольно мурлыча что-то себе под нос, то тебя будет уважать даже дымный ворон с флюгера.
Но вглубь дома жители деревушки никогда не проходят — придумали всяких легенд и боятся собственных выдумок. Да, конечно, в доме обитают старый призрак и разные духи, но они не показываются человеческим глазам. Сидят в темных углах и запоминают все, чтобы рассказывать истории младшим перед сном. А если вдруг случайно проскальзывают мимо, то притворяются обычной тенью, дабы не напугать человеческих детей и тех, кто старше.
На стенах в коридоре каждый день распускаются цветы — девушка в енотовой маске разрисовывает дряхлые обои. Она борется с серостью, которая за ночь съедает все краски. И если бы не её стремление к свету, возможно, все потерялись бы в густом тумане. При рождении ей было дано имя Мелисса, как растение, чай из которого немного холодит и успокаивает сердце. Обитателей дома она просит называть её Мэлл. Через плечо она носит полосатую сумку, в которой всегда есть куча художественных принадлежностей и аптечка.
Со стен наблюдают ярко-красные лилии, рыбы и глаза животных, а чердачные мышата сопровождают всех по цветастым коридорам, ведут по скрипящим полам. Вот только обычному глазу эти серые хитрюги не видны — пыльца одуванчиков, смешанная с колдовством, служит укрытием от тех, кто не является жителем дома.
На втором этаже расположены комнаты, в которых живут все существа-обитатели. У каждой комнаты свой беспорядковый номер и форма двери.
Занимай скорее место поближе к камину, духи начинают рассказывать историю:
— Холодным осенним вечером маленькую ведьмочку оставили в тёмном лесу одну, — завыл дух, принявший образ рассказчика. — Она долго не могла найти пристанище и несколько ночей спала на деревьях, пока не наткнулась на полуразваленный дом на поле около деревни, о которой никогда не слышала. И она решила остаться в этом доме и собирать травы для жителей деревушки…
— Что за чушь? Ребята, если вы хотите узнать правду, то спросите у девочки в енотовой маске или у Призрака. Они дольше всех живут здесь, — хозяйка дома вошла в комнату с сибирьковым веником, выметая из каждого угла наглых пауков, пристроившихся слушать рассказы.
— А вы? Вы же владелица!, — хором удивились дети.
— Я не умею рассказывать истории.
— Но вы же рассказывали нам сказку о парне без имени и упавшей звезде, — показалась из толпы белокурая девочка.
— Не было такого!, — хозяйка подмигнула. — Уже поздно, бегите по домам. Светящиеся души-пылинки вас проводят, — Ведьма погнала крупинки света веником к двери, чтобы те освещали путь детям. А когда дверь перестала запускать холодный и влажный из-за недавнего дождя воздух, владелица дома сообщила: — Кстати, завтра к нам заселяется новая жительница. Комната 346. Эш, собери мышат, пусть разгонят пыль и души.
Девочка, сидевшая на подоконнике и гладившая сонную кошку, вскочила с мягких подушек и начала рыскать по углам в поиске чердачных мышек. Спустя пять минут клубок из мирно спящих звезд был обнаружен под батареей на кухне и разбужен легкими хлопками в ладоши. Мыши выслушали указания и поспешили переселять пауков из комнаты 346 в котельную.
— Ты их совсем загоняешь. Не боишься, что они убегут в лес?, — девочка в енотовой маске зазвенела чашками и тарелками. Пришло время стряхивать крошки со скатерти на пол и мыть посуду.
— Они не убегут. Здесь мышат любит даже рыжая кошка с подоконника. И совсем не в качестве полдника, — ведьма собрала веником упавшие крошки, загнала их в совок. После минутной тишины заявила: — Знаешь, милая Мэлл, я чувствую, что с появлением новой жительницы все изменится.
— Я тоже это чувствую.
***
Огонь в камине шуршит дровами и тянется за душами и мышами, чтобы уколоть горячими концами. Эш перебирает травы и цветы, раскладывая их по стеклянным баночкам, чтобы моль не погрызла зимние запасы. На подоле её платья пристроилась Джинджер — перебралась с холодного подоконника поближе к камину. Поздними вечерами в доме тихо. Духи отдыхают от дневных наблюдений, а мышата и души греются у свечей (огонь в камине кусается). Обычно тишину прерывает лишь песня ветра, попадающая внутрь через щели, или стук печатной машинки, если у ведьмы появляется настроение написать новую историю. Но сегодняшний вечер особенный, поэтому ветер растворяет окно, тушит огонь в камине первым снегом и гудит громче привычного. Испуганная кошка убегает прочь из зала, а мышки и души спешат на чердак, чтобы укрыться от холода в коробках со старой одеждой. Ветер же воет:Снегом занесет следы, что я оставил позади И белым пледом укроет кровь, что вытекает из моей груди. Вишневый цвет моей любви забудут люди и стихи Никто не вспомнит обо мне. Мою могилу посетят лишь духи. Стрела, застрявшая в моем плече, станет ключом к двери воспоминаний. И колокол известит вас о душе, потерянной в чьем-то сознании.
Мэлл с грохотом закрывает окно на защелку, берет с кресла-качалки вязаную шаль, накидывает ее на плечи Эш и садится рядом: — Снег в ноябре почему-то всегда очень шумный и суровый. Не то, что декабрьский, — она меняет намокшие дрова в камине на сухие и разводит огонь заново. — Напомни мне заменить защелки на окнах на что-нибудь покрепче. А лучше, вырезать узорчатые ставни. — Я помогу тебе с этим, — кивнула Эш. Раздался глухой стук в дверь, на который сразу же спустилась хозяйка. Увидев в щелочке, что служила глазком, что-то человеческое, ведьма отворила побитые двери. В дом зашла девушка в чёрном плаще с россыпью звёзд. Как будто клочок ночного неба. Когда незнакомка сняла капюшон, в её темных волосах блеснула заколка-созвездие, а на одном глазу стала заметна марлевая повязка. Снег, обнимавший ее плечи, тут же упал на пол. Ветер пытался посильнее задеть подвески на массивных черных ботинках девушки, но дверь сразу же закрыли, не подпуская морозные лапы. Он не успел сыграть последнюю осеннюю мелодию. — Добро пожаловать, Таинственная! Меня зовут Фокси Форест, я владелица этого полуразваленного дома, — ведьма проводила незнакомку к камину. — Какой чай будешь? И как я могу к тебе обращаться? — Скучаю по липовому чаю из детства, — девушка посмотрела открытым глазом на липовые соцветия, разбросанные по газете у камина. Фокси тут же взяла горсть. — Меня зовут Рунгерд. Для близких — Рун. — Рада нашему знакомству, космическая Рун, — улыбнулась ведьма. — Думаю, мы станем ближе. — Несомненно.***
Мэлл и Эш подсели к Рунгерд. Они следили за каждым её движением вместе со стенами. Духи прислушались к тишине и ждали, когда начнется расспрос незнакомки, чье имя значит «под покровом таинства». Им остается лишь подслушивать из тени, не высовываясь на свет. — Как она пахнет? , — прошептала Мэлл. — Рассказывай быстрее, мне не терпится узнать! — Как вкус тыквенного пирога, — немного подумав, начала объяснять Эш. — А ещё как те барбарисово-лимонные конфеты, которыми нас угощала бабушка с рынка. Кисло-сладко и напоминает прохладу августовских вечеров. — Потрясающе!, — Мэлл хлопнула в ладоши от восторга. — Не обращай внимания, Рун, — в комнату зашла Фокси с подносом. — Мэлл не чувствует запахов, поэтому мы всегда пытаемся объяснить их через вкус, цвета или ощущения, — ведьма поставила кружки на столешницу. — Давай пить чай и знакомиться, а после я провожу тебя в твою комнату. Эш продолжила в подробностях описывать запахи, наполнившие комнату: запах липового чая, например, как сладкий мёд и похож на солнечную рябь в реке, а ароматические свечи — точь-в-точь варенье из ежевики. Рунгерд только рада таким разговорам. Полуразваленный дом, который издалека казался заброшенным и замерзшим, на самом деле, тёплый и уютный. Здесь хочется вечность пить чай, укутавшись вязаной шалью. Спокойствие оборвалось, когда Рунгерд и Фокси поднялись на второй этаж. Идя по коридору, новая жительница никак не ожидала поймать в руки мышь, но и страх не захватил её. Наоборот, серое чудо хотелось осторожно чесать за ушком, пища от умиления. — У вас всегда подобный звездопад?, — Рунгерд показала мышку, смотрящую по сторонам глазками-бусинками. Было видно, что она не планировала оказаться в чьих-то руках. По крайней мере, сейчас. — Частенько. То чёрные дыры внезапно открываются, то трещины в потолке обнаруживаются. Обычно мышки на чердаке буянят с душами. — Неужели у вас есть чердак? , — Рунгерд загорелась от этой мысли. — Могу ли я остановиться на чердаке? — Там не убрано и звёздочки устраивают забеги каждую ночь. Мне неловко сдавать его в качестве комнаты. — Я обожаю мышек и уверена, что найду общий язык с вашими! — В таком случае, к завтрашнему вечеру мы все разгоним там пыль!, — Фокси остановилась около последней двери в конце коридора. — Пока что эта комната в твоем распоряжении. Самых волшебных снов, Мышиная Королева!***
Весь дом проснулся раньше, чем обычно, чтобы разобрать старые вещи на чердаке и выгнать пыль. Существа-обитатели носились по коридорам и лестницам с коробками, влажными тряпками, ведрами и швабрами. Весь дом чихал и гремел. Мышки протирали полы и возмущенно пищали на души, которые летали рядом. Эш и Мэлл разбирали вещи из картонных коробок, Фокси и Призрак шаманили на кухне над завтраком. Кошка Джинджер забралась на свой любимый подоконник и, сонно потягиваясь, наблюдала за процессом уборки. Эта утренняя суматоха разбудила Рунгерд. Она собрала волосы в пучок и спустилась к остальным. — Доброе утро! Может, я могу чем-то помочь?, — поинтересовалась Рун. На нее тут же тепло уставилось множество глаз. Духи, души и некоторые мыши лишь слышали о новой жительнице, поэтому начали рассматривать ее. — Сумасшедшее утро!, — Фокси Форест вышла с кухни, мешая тесто в железной чашке. Повторила: — Сумасшедшее! Но так даже веселее! Ты можешь помочь мне с печеньем, иначе я сожгу что-нибудь. Когда Рунгерд пробралась на кухню через кутерьму, тут же ухватилась взглядом за ярко-оранжевую гору в углу. Такое количество тыкв встречается только на овощном рынке. Конечно, жителей в этом доме немало, но вряд ли каждый из них любит тыквы и вообще питается хоть чем-то человеческим. — Да, в этом году тыкв больше, чем планировалось, — заметила удивление девушки Фокси. — Поэтому всю неделю мы едим все тыквенное. Возьми фартук в шкафчике, мой руки и подходи к столу. Рунгерд выбрала фартук с мухоморами и села за стол. Хозяйка достала самые разные формочки для печенья: звезды и сердечки, сердца и другие органы, пазлы, листья, рыбы, птицы и все остальные обычные и необычные. Для сегодняшнего печенья не нашлось ничего лучше, чем звезды. Пока Фокси и Рун лепили печенье из (тыквенного) теста, Призрак стоял у плиты и тревожил деревянной ложкой пшено и тыквенные кубики в кастрюле. Все тыквенное — звучит потрясающе. На вкус и запах, кстати, тоже потрясающе. Правда, чай в заварнике мандариновый. За завтраком все выдохнули: чердак был готов к заселению, а противная пыль выгнана из дома прочь. Никто не остался голодным: уставшие мышки насладились крошками печенья, а дымному ворону оставили сырые тыквенные семечки. Когда духи разбрелись по своим углам, Мэлл и Эш достали сокровища, внезапно найденные в коробках с чердака. Столько драгоценностей! Бусы из морских камней, пуговицы на красной нити, ёлочная игрушка-гриб, два платья (зеленое в черную полоску и сиреневое с цветочной брошью), фотографии, на которых временем стерты лица, открытки, гирлянда только с одним режимом, ловец снов и старое радио, которое вещает лишь волну pluto. Открытки Мэлл сразу забрала в свою коллекцию. Под кроватью она хранит альбом с самыми разными открытками, в основном из прошлого. Особенно она любит те, которые подписаны — неизвестные ей имена, слова о чьих-то жизнях, признания, поздравления. Это все заставляет верить в любовь и тепло между людьми. И когда Мэлл рассматривает альбом, ее сердце греют чужие воспоминания. А еще так она точно никогда не забудет об обещанной кем-то любимым открытке с видом на собор какого-то до безумия красивого города. Бусы из морских камней стащила Джинджер, гирлянда (на удивление рабочая) стала украшением в зале, звенящие пуговицы на нити Фокси повесила на стене в своей комнате, а ловец снов достался Эш. Радио же поставили на столике у камина — единственная волна играла музыку, которая всем пришлась по душе. Ну а Рунгерд вцепилась в потертые фотографии. Было в них что-то родное и близкое холодному сердцу. Всё в этом доме напоминало о чем-то важном, о чем-то, что Рун успела забыть. Не спроста запах липового чая провел ее по заросшей колючей травой тропинке через весь лес.
