Ты мой наркотик

Наступало утро, семь часов показывали часы. Многие демоны или ангелы только вставали в это время или уже были в пути на работу, учебу или же детский сад. Но некоторые ученики или же студенты предпочитали оставаться в кровати, дабы прогулять занятия. Среди таких была и Вики— которая преспокойно спала, пока к ней кое-кто не заявился. — Непризнаная, тебе вставать пора, — с усмешкой проговорил Дьявол, стоя возле входа в комнату. Он прижался своими огромными кожаными крыльями, к шкафу и с выжидающим блеском в красных глазах оценивающе уставился на Вики. — Не хочу, оставь меня в покое, — в ответ пробормотала девушка, не открывая своих серо-голубых глаз. — Если ты сейчас не встанешь, то опоздаешь на учёбу — хмыкнул в ответ Сатана, едва не поедая ее взглядом. — Ну так иди сам в эту дурацкую школу, мне все равно часть этих знаний не пригодится! Сам же говорил…— с недовольством фыркнула в ответ Вики и перевернулась с левого бока на спину. — Как ты себе это представляешь? — едва не рассмеявшись, произнёс Дьявол. — Правитель Ада приходит учится... И ещё за непризнаную... —А это уже меня не интересует,— с лёгкой усмешкой бросила Вики и перевернулась на правый бок. — Я отправляюсь в мир снов, — она сладко потянулась и зевнула, прикрыв рот рукой, — поэтому пока, — сказав это, девушка накрылась с головой одеялом. — Не думаю, что у тебя это выйдет… — со зловещей ухмылкой проговорил Дьявол и по щелчку пальцев переместился на кровать к девушке. Его крылья исчезли по тому же щелчку, что перенес Сатану к студентке. Он уперся ладонями в разноцветную простынь Вики, тем самым нависнув над своей девушкой. Затем создатель Ада одним резким движением правой руки откинул небольшое одеяло в сторону, чтобы оно ему никак не мешало, и перевернул девушку на спину. Ее глаза были по-прежнему закрыты, словно она спала. «Притворяется», — усмехнулся про себя Сатана, читая её мысли. Он мог делать это даже не напрягаясь и не контролируя данный дар. Поэтому, прекрасно зная правду, Сатана наклонился к уху девушки и тихим, но в тоже время зловеще угрожающим тоном, от которого станет любому не по себе, кроме нее, произнес: — Последнее китайское предупреждение, девочка: вставай, иначе будет хуже… Но в ответ молчание. Девушка не двигалась, стараясь как можно лучше сыграть спящую царевну. — Что же, в таком случае, сама напросилась, — в маньяческой ухмылке расплылся Сатана, припадая уже на локти. Он отодвинул пряди волосы Вики, которые прикрывали ее лицо, затем прильнул к губам девушки, очень настойчиво пытаясь добиться от нее ответа — покусывая ее нижнюю губу и усиленно водя языком. Не прошло и десяти секунд, как та ответила на поцелуй. Вики протянула свои женственные тонкие руки, обхватила создателя Ада за шею и постаралась прижать его к себе как можно плотнее, но он не позволил этого сделать. Дьявол прервал мгновение и приподнялся, опираясь ладонями об кровать. Его волосы, придавали еще больший, по мнению Вики, сексуальный вид. На его лице сияла самодовольная ухмылка истинного сумасшедшего, истинного правителя Преисподней, а красные глаза горели тем же желанием интимной близости, что и глаза самой девушки. Правда, сейчас оно сменилось на легкое недовольство от того, что Сатана не перешел к дальнейшим действиям. — Вижу, удалось тебя расколдовать, — усмехнулся Дьявол, смотря в ее глаза. — Да, но я хочу околдоваться снова, — прошептала в ответ Вики и приподнялась на локтях. Она приблизила свое лицо к его голове и на ухо соблазнительным тоном добавила: — Хочу это кислое утро заменить на что-нибудь сладкое, — ее правая рука легла на торс Сатаны который был скрыт под бордовой рубашкой, затем кончики пальцев пробежали до его шеи. — Например, на тебя… — она слегка отстранилась и снова приняла полностью лежачее положение. Вики вытянулась во всю длину своего тела, затем скрестила руки над головой и выжидающе уставилась на создателя Ада. Скажи кто Сатане до встречи с ней, что простые, ненавистные ему люди могут приносить не только раздражение и злость, но и удовольствие — он бы покрутил у виска и испепелил собственноручно такого заявителя. Но жизнь оказалась весьма удивительной штукой, которая закинула его к этой девушке. На первый взгляд всем казалось, что она невинная белая и пушистая овечка, которая о теме интима ничего и не знает, но это лишь маска для всех незнакомцев и тех, кто знал ее на уровне простых знакомых. А Сатана с помощью своей телепатии сразу все узнал: он понял, что она испорченная извращенка, которая любит разговоры и шутки на подобную тему, но только в кругу самых близких друзей; он понял, что она хорошо разбирается в этой теме, не будучи даже оскверненной кем-то и, в конце концов, с удивлением понял, что в один миг она захотела его. Он даже понять не мог, почему непризнаная мало того, что не ненавидит его, но и способна испытывать такие чувства. Но когда его одна из неконтролируемых способностей стала как можно чаще проникать за пределы ее одежды, то здесь он уже сам начал испытывать к ней влечение и постарался подстроить все в такой момент, когда у девушки было хорошее настроение и она, почти не задумываясь, отдалась ему. С тех самых пор Сатана стал проводить с ней больше времени, чтобы она становилась все открытие и открытие к его дьявольским желаниям… И сейчас он ощутил то, как изменилось ее дыхание с обычного на прерывистое, на тяжелое из-за предвкушения предстоящего события; ощутил ее участившиеся пульс и биение сердца. Он прекрасно видел все ее неприличные мысли, которые одна за другой проносились в ее голове, тем самым заставляя девушку краснеть все больше и больше; видел ее удушливое желание, которое она пыталась побороть из-за стыда. Видел, что она снова хочет получить удовлетворение именно от него, ведь только он мог по-настоящему доставить истинную эйфорию, потому что с ним не нужна защита от беременности и от прочих заболеваний. Также Сатана видел ее манящие серо-голубые глаза, что стали по-настоящему кошачьими, и кончики пухлых розовых губы, которые изогнулись в ехидной ухмылке. Ее бархатистый и вновь зазвучавший голос был тихим, медленным и вместе с тем эротичным, заставляющий Сатану только сильнее хотеть перейти к запланированным действиям: — Повелитель мой, накажите меня, такую плохую девочку за то, что я намеренно прогуливаю первые занятия. Да, Вики действительно хотела, чтобы он как можно скорее перешел к активным действиям: чтобы он снова страстно и грубо поцеловал ее, но в этот раз не обрывался, а пошел дальше — опустил руки к ее пижамной рубашке, небрежно расправился с пуговицам и начал бы покусывать ее шею, покусывать губы; начал бы сводить с ума своим языком, пока она бы игралась с его прекрасными, шелковистыми волосами. Она желала, чтобы его сильные руки гладили ее бока, живот, игрались с ее грудью, заставляя, тем самым, стонать сквозь поцелуй. Чтобы он плавно перешел к ее бедрам, а затем и к штанам — стал снимать их, пока она сама будет занята его одеждой. — Но ведь, если я тебя сейчас отпущу, то ты вполне успеешь, — с хитрыми искорками в глазах проговорил Дьявол, припадая на локти и тем самым наклоняясь еще ближе к ее лицу. — Не так ли? Ее мысли возбуждали Сатану, начинали сводить с ума, хотя он и так был поехавшим на всю голову. И так был сумасшедшим психопатом, которого боялся каждый в Преисподней и которого проклинали. Но эта девушка была другой… Ее привлекали как раз именно такие парни, мужчины — ненормальные, агрессивные, способные, тем самым, доставить настоящее наслаждение, настоящий оргазм. И каждый раз, отдаваясь истинной страсти, истинному желанию он думает, что перейдет грань с этой девушкой; думает, что переборщит, особенно когда Вики сама просит его быть жестче, но нет… Все заканчивалось весьма хорошо. Причем для обоих. — А захочешь ли ты меня отпустить? — с лукавой улыбкой произнесла девушка, понимая, что он этого не сделает. — Хмм… Дай поразмыслить… — он наигранно задумался, затем угрожающе сверкнул глазами и наклонился к ее уху настолько, что она ощущала его палящие дыхание, которое защекотало ей ушную раковину, тем самым заводя еще сильнее. Сатана прекрасно чувствовал, как ее ладони нервно сжали простынь, а ноги стали медленно ложиться на его тело в районе позвоночника, тем самым прижимая объект страсти ближе к себе. Дьявол, отрывая правую руку от кровати и перенося ее под рубашку девушки, промолвил пониженным голосом с нотками рычания, исходящего из его горла: — Я смогу тебя отпустить, если ты будешь хорошей, послушной девочкой; если ты проявишь себя на самую высокую оценку, но не забывай, что у создателя Ада иные тарифы, — он передвинул голову и теперь его лицо было настолько близко к женскому, что расстояние между их губами составляло буквально пару сантиметров. — Скажи, чего ты жаждешь? — длинные ногти на его пальцах прошлись по мягкому телу девушки, отчего по ней следом же пробежал табун мурашек, затем он слегка надавил ладонью на низ ее живота, вызывая, таким образом, слабый стон Вики. голос звучал прерывисто, тяжело, так как Дьявол был уже на пределе своего терпения; так как он хотел ощутить ее тело изнутри. Хотел быть в ней и хотел, чтобы она кричала от наслаждения, кричала от скорости и толчков внутри нее. Его голос был грубым, но непризнанная млела от него — он прекрасно это видел в ее мыслях. Она любила его тембр, любила рычание, которое возникало порой само по себе и любила опасность, которая исходила в наигранных угрозах с его стороны. Она любила трогать и любоваться его рогами, постоянно восхищаясь их формой . Она любила его необычные крылья, которые прекрасно сочетались с цветом глаз. Любила его психованную натуру. Любила его прекрасное имя, которое она часто кричала по ночам от настоящего кайфа. Она любила его наглую и хищную ухмылку, при которой обнажались и сверкали белые клыки. Любила аромат, что исходил от его тела и который он до кучи ко всему мог менять на любой, заставляя девушку, таким образом, только больше пускать слюни по нему. Она любила в нем все. Она горела им. Она обожала его объятия, обожала любые прикосновения, ведь его руки, в силу мышц, были очень крепкими, соблазняющими и, конечно же, горячими. И плечи относились к этой же категории. Из-за этого Сатана стал как можно чаще ходить без рубашки, чем неоднократно выводил Вик из себя, так как она, видя его оголенные руки, не могла больше не о чем думать, кроме как прикоснуться к ним, обнять его крепко за плечи и не отпускать, словно он милый домашний котенок, а не дикий и своенравный Лев, который в любой миг может сорваться и загрызть ее насмерть. И она обожала трогать его руки настолько, что это стало одним из ее фетишей. Каждое движение ими в воздухе, каждая манипуляция с предметами будили в девушке желание ощутить их на себе — на своем теле ровно также, как и будили желание поглаживать его мощные плечи. Она очень долго могла изучать его лицо с красными глазами, которые изначально ее отталкивали, но потом перестали. Наоборот стали манить, ведь это было что-то необычное, что-то загадочное… Она могла очень долго рассматривать его, мужественные и сильные скулы, а также тонкие губы, которые чаще всего находились в самодовольной ухмылке, ведь его очень устраивала роль самого, по мнению Вики, сексуального мужчины на свете. Поэтому она обожала, когда Сатана целовал ее то слабо — просто дразня и провоцируя самой углубить поцелуй, то резко и глубоко — в моменты истинной страсти, когда он полностью терял контроль и отдавался лишь влечению. А его укусы во время того, как их губы переплетены вместе, отдельный вид женского наслаждения. Отдельный своеобразный экстаз, который каждый раз тянул девушку к Сатане, когда она пересекалась с ним. Когда была настолько близка к его лицу, что еще шаг — и его язык нарушит границы ее рта. Вот и сейчас Вики еле сдерживалась, чтобы самой не поцеловать его. Ведь Сатана находился очень близко к ней, очень сильно манил ее и очень сильно заставлял ее его хотеть… И в душе она испытывала настоящую гордость, что ее мужчина — сам дьявол и что она полностью удовлетворяет его. она была им зависима, словно наркоман, который не может и дня прожить без дозы. она сходила по нему с ума, ведь в душе она была такой же ненормальной и свихнувшейся личностью, как и сам Сатана — и это тоже не могло не удовлетворять самолюбие короля ада. — Скажи, ты по-прежнему хочешь, чтобы я тебя отпустил в твою скучную школу? — его рука опустилась ниже — на бедро девушки и слегка начала спускать ее спальные шортики вниз, при этом поглаживая прохладную кожу и не сильно царапая ногтями некоторые участки тела. — или ты хочешь, чтобы я продолжал? — он снова переместил лицо к ее уху и вкрадчивым шепотом промолвил: — хочешь, чтобы я избавил тебя от одежды? — его рука опустила данную вещь чуть ниже колен Вики. — хочешь снова испытать эйфорию от секса со мной? Кончики пальцев Дьявола пробежали по телу девушки обратно вверх, нырнули под рубашку, затем под бюстгальтер и не сильно сжали грудь будущего демона, отчего та прикусила нижнюю губу, едва сдерживая вырывающийся слабый стон от приятных ощущений. Ведь его ладони были очень теплыми, а движения, что длились пару минут, нежные. — Или ты хочешь отправиться на учебу неудовлетворенной, маленькая развратница?.. — он слегка прикусил мочку ее уха, ощущая, как ноги девушки начинают сжиматься, тем самым, пытаясь подавить приливавшее возбуждение. Сатана плавно провел рукой от ее груди до живота и затем упустил на кровать, следом же он передвинул лицо, дабы нависнуть над ней, и стал ожидать ее ответа. Вики судорожно сглотнула, бегая взором к проницательным, прекрасным глазам, испытывая неимоверную тягу к Дьяволу, неимоверное желание снова почувствовать его в себе, снова качаться, словно на качелях, туда-сюда от его быстрого темпа, чтобы его сильные, крепкие руки усмиряли ее движения, приковывали к кровати или к стене, столу, ванне. Неимоверную жажду использовать новые позы для больших ощущений, забыв напрочь об учебе. Хотела повиноваться его строгому и не терпящему возражению голосу, который приказывает ей встать на колени. Она хотела снова и снова прогибаться от его шлепков рукой или плеткой по ее заду, когда он властно спрашивает: «Чья ты девочка?». Хотела снова слышать его маниакальный смех, когда она просит его быть нежнее или прекратить то или иное действие, ведь «мольбы» о пощаде лишь веселят Дьявола, лишь заставляют действовать еще грубее - и это сводило ее саму с ума. Жизнь с Сатаной открыла в ней неожиданную черту — мазохизм в постели. Скорость внутри нее. Резкая амплитуда толчков. Грубые ласки груди или тела. Процесс, когда он оставляет глубокий засос на ее плечах или ключицах. Все это отправляло Вики в Рай эйфории, заставляя забыться о реальном мире полностью. Он — мало того, что сам по себе ходячий секс, так еще и сборище всего извращенного, а она — любитель экстрима и любитель пощекотать себе нервы во всех сферах жизни. И эти два вида характера прекрасно сочетаются. Поэтому ей все больше и больше хотелось экспериментировать с ним, хотелось все чаще и чаще сливать их тела в пьянящем танце, именуемым сексом. В танце, который длиться не меньше двух часов, а ведь мог бы и дольше, но у Вики нет настолько сильной выдержки, поэтому двух часов ей хватает с головой. Порой она хотела прибить Сатану за то, что он вынуждает ее просить завладеть телом. Вынуждает своим стриптизом, вынуждает просто лежа над ней, как сейчас, или тогда, когда прикует наручниками, разденет до белья, а сам может просто лишь поглаживать ее бедра, бока и покусывать острыми клыками. Или же он может нервировать тем, что мог вводить пальцы. И в такие моменты Вики не оставалось ничего, кроме как умолять Дьявола войти в нее чем-то большим, чем просто пальцами руки. Ведь она обожала его движения; обожала, когда пустота внутри нее заполнялась им и обожала когда по телу разливалось огненное тепло от достижения Дьяволом оргазма. Даже если она прекрасно понимала, что Сатану она интересует лишь как партнерша для секса, то ей было на это все равно. Он — ее защита. Опасная, но защита. Он — ее жилетка, когда надо выплакаться. Он — самое лучшее одеяло во время сна. Он — самая лучшая игрушка для объятий во время того же самого сна. Он — самый лучший партнер для удовлетворения природных инстинктов. Он — идеальный… человек? Нет, ведь по своей истинной природе — он антропоморфный дракон, который сейчас применяет лишь наполовину человеческий облик. Он — идеальный представитель мужского пола для нее. И Вики одержима им и его прикосновениями до маниакального безумия, словно девушка-яндэре. Она тряхнула головой, ее щеки, как и само тело, пылали. Да, она очень сильно хотела его… И это ожидание сводило ее с ума. Непризнаная, закусила нижнюю губу, предвкушая дальнейшие действия, и сосредоточила внимание на его глазах. Зачем Сатана ее мучает? Он же прекрасно видит все ее мысли и понимает, чего она хочет, но нет — он желает того, чтобы она сказала это сама. Чтобы она просила его о сексе, словно это было надо только ей одной. Вики ухмыльнулась, как псих, при этом едва не рассмеявшись: — Какой же ты все-таки алчный, Сатана, — она протянула руку к пуговицам на рубашке, затем стала растегивать рубашку. Ее собственный мелодичный, звенящий голос стал тихим: — Ты прекрасно знаешь, что я хочу тебя, — девушка под немигающим и самодовольным взором Сатаны стянула, по его разрешению, вещь и отбросила ее в сторону. Она слегка приподнялась, так как создатель Ада изменил свое положение: сидя на краю кровати, он опустил ноги на пол, но к девушке располагался в пол-оборота, при этом смотря на нее с ухмылкой лиса и хищно облизывая губы. Вики двумя короткими ползками переместилась на его колени, расположившись лицом к его лицу; ее ноги с почти снятыми штанами были расставлены по бокам от ног Сатаны. Затем она сначала положила на одно плечо Дьявола левую руку, а следом же, на второе, правую, тем самым обвив его за шею. — Хочу только тебя, мой Повелитель, — она плотнее прижалась к нему, зарываясь одной рукой в его прекрасные волосы и сокращая расстояние на минимум. — Тебя одного, Сатана… Дьявол, довольно ухмыляясь, переместил правую руку к верхним пуговицам на ее рубашке, затем вкрадчивым шепотом и медленным тоном произнес: — И это взаимно, милая моя, ненаглядная. Поверь мне, это взаимно… После этих слов он прильнул к губам девушки со всей страстью и всем влечением, что томились в нем. Со всей жадностью и желанием по-настоящему насладиться ею. И поцелуй от Вики был точно такой же, как и его собственный — в нем чувствовалась неистовая жажда, словно Сатана был единственным озером воды среди раскаленной пустыни; в нем ощущался острый голод, будто Правитель Преисподней являлся последней едой в этом доме и в нем чувствовался неутомимый порыв к занятию любовью, от которого сам Дьявол едва сдерживал свое настоящее безумство, дабы не погубить бедную непризнаную напрочь. Его руки в два счета расстегнули пуговицы женской рубашки и резко сорвали ее с тела Вики. Затем создатель Ада отбросил данный предмет одежды в сторону и впоследствии оторвался от губ девушки, дабы перейти на ее шею. Голова Вики от этого действия слегка отклонилась назад и лежала теперь в широкой ладони Сатаны, ее каштановые волосы частично были намотаны на пальцы Дьявола, а остальные свисали параллельно ее бокам и спине. Девушка прикусила нижнюю губу и издала слабые, тихие стоны, которые порой становились и громче в зависимости от силы укусов. Пока левая рука Сатаны держала половину туловища Вики, его правая, вернее кончики пальцев пробежали по ее спине, добрались до застежки бюстгальтера и ловкими движениями избавили Вики от этой вещи. Дьявол той самой левой рукой, обхватив девушку за талию, прижал ее к своему обнаженному торсу, затем перешел от ее шеи на ключицы — то слегка, едва касаясь кожи зубами, то сильно, отчего оставались красные отметины, он продолжал покусывать непризнанную. Его правая рука гладила талию его девочки, постепенно опускаясь к последней вещи на ее теле. Вики, в свою очередь, положила руки на плечи Сатаны и тоже принялась кусать его шею. Да, хоть он и был адским существом, самим Дьяволом но все же он мог ощущать какие-либо болезненные прикосновения. Например, те же самые укусы со стороны девушки. Но только они не доставляли ему дискомфорта, а наоборот лишь сильнее заводили, лишь сильнее он хотел наказать эту даму за такую наглость. Где это видано, чтобы самого Дьявола могли вот так взять и покусать? Непорядок… — А ты сегодня довольно смелая, как я вижу, — с наигранной угрозой в голосе и приглушенно прорычал Сатана над ее ухом, откидывая последнее нижние белье девушки в сторону. — Вот так запросто впиться в мою шею не каждый решится, потому что никто не способен, в принципе, подойти ко мне. — Но я же прекрасно знаю, что являюсь исключением, — хитрым шепотом ответила Вики, отрываясь от его шеи и переводя взор на пылающие глаза. — Прекрасно знаю, что мне за это не светит смерть, а лишь, может быть, порка, — в ее глазах пробежали лукавые искорки. — Я обязательно подумаю над твоим предложением, милая моя, обязательно, — протянул создатель Ада с ухмылкой сумасшедшего и, крепко прижав девушку к себе, повалил ее на кровать, — но не сейчас, детка, а в другой раз, — он наклонился к ее уху и прошептал медленным, вкрадчивым шепотом: — Сейчас я хочу как можно скорее насладиться тобой по классике; хочу прижать твое прекрасное и хрупкое тело к кровати, чтобы оно не извивалось слишком сильно; хочу приковать своими руками твои запястья к подушке и хочу слышать твои громкие стоны от того, что я буду двигаться в тебе со скоростью гепарда и периодически резко бить об стенки твоего влагалища. После этих слов Сатана снова приподнялся, оперевшись в кровать ладонями, и заглянул в глаза Вики с самодовольной ухмылкой. Он почувствовал, как по телу девушки пробежали мурашки, и видел, что ее лицо снова приобрело красный оттенок. Хоть она и так знала, что все это ее ждало, но слышать все запланированные действия непризнаной было довольно неловко, и Дьявол прекрасно знал этот факт, чем и пользовался, чтобы сполна насладиться смущением этой дамы, тем более учитывая, что на нем еще оставалась одежда — черные брюки и то, что под ними. — Какой же ты всё-таки невыносимый… — тихим и прерывистым от тяжелого дыхания тоном пробурчала Вики, плавно пробегая кончиками пальцев правой руки по торсу Дьявола, который был крест на крест перевязан бинтами, вниз — к ремню его брюк. — Невыносимый и до чертиков соблазнительный, — она легко расстегнула предмет и затем принялась за саму одежду, при этом медленно продолжая шептать: — Наглый и до беспредела сексуальный, — в сию же секунду черная вещь отправилась в сторону. — Вредный и до мозга костей желанный, — девушка протянула руки к последней его вещи. — Настоящий и безбашенный псих, но который лишь одним своим присутствием способен заставить меня саму потерять голову от голоса и прекрасных волос, — нижнее белье Сатаны отправилось к остальной одежде. — Ненавистный нормальным существам демон, а я почти каждую ночь отдаюсь тебе, потому что ненормальная, потому что, попробовав один раз, стала зависима навсегда… Она слегка приподнялась, обвила руками шею Дьявола, затем окончательно понизила голос и, как можно сексуальнее, закончила, касаясь губами краешка его уха: — Зависимой от тебя, Сатааанааа, и того чувства, что ты даришь каждый раз, как только проникаешь в меня; зависимой от твоих поцелуев и укусов; зависимой от твоих любых прикосновений, — стройные ноги Вики по инерции, которую она не контролировала, легли на поясницу Короля Ада и стали прижимать его как можно плотнее к телу, — и я не хочу лечиться от этой зависимости, так как не хочу потерять столь одурманивающий и уносящий в Рай эйфории наркотик… Она отстранилась от него, снова прижалась спиной к кровати, вытянула правую руку и, смотря тому в глаза, принялась наматывать его волосы на пальцы. — Я хочу везде и всюду быть только твоей, даже если это опасно, даже если ты в один миг потеряешь над собой контроль — мне все равно, ведь ты сможешь воскресить. — А ведь раньше ты мне заявляла, что предпочитаешь обходить стороной таких, как я — свихнувшихся в край личностей, — с ехидной усмешкой прошептал Сатана, беря руку девушки, что игралась с его волосами, за запястье и кладя за ее голову — на подушку. — Заявляла, что хочешь, чтобы я поскорее исчез из твоей жизни, ведь, на самом деле, ты просто по самые уши влюбилась в меня и боялась, что я, узнав про это, просто начну морально издеваться над тобой, — Дьявол взял ее вторую руку, тем самым наклонившись еще ближе к Вики, и тоже приковал к подушке, — но я оказался куда более непредсказуемее, верно, девочка моя? — на его лице возникла довольная ухмылка, а взор красных глаз стал как у волка, который загнал в ловушку свою долгожданную добычу. — И эта непредсказуемость просто прекрасна, — томно прошептала Вики, прикусив нижнюю губу. Она тяжело дышала от того, что Сатана почти полностью лег на нее, а его тело ведь было далеко не пушинкой, что тоже не могло не нравится Вики. — Это лучшее утро, Сат, за все последнее время. Пожалуйста, не томи, начинай действовать. — Тогда тебе следует убрать ноги от моей спины, — в ответ прошептал Дьявол, по-хищному облизнув свои губы. Вики повиновалась, опустила ноги с его поясницы и вытянула их на кровати во всю длину. И Сатана в сию же секунду постарался прижать их своими ногами, дабы девушка не смогла проявлять слишком большую активность. Правитель Ада не стал наваливаться на студентку полностью, иначе мог запросто раздавить ее, поэтому держал небольшую дистанцию. Но из-за этой дистанции ему приходилось давить на руки Вики. — С тобой и никакие наручники не нужны, — тяжело вздыхая проговорила девушка, ощущая как тот, помимо запястий, давит ещё своим телом на ее грудь. Но ей это лишь нравилось и возбуждало еще сильнее. — Ты сам можешь приковать так, что не выберешься, даже если очень сильно захочешь, — она развела ноги в сторону, давая тем самым самый настоящий доступ к ее телу. — Сейчас они не нужны, потому что я рядом, — с усмешкой прошептал в ответ Дьявол, пристроившись максимально близко. — Но вот когда надо повыводить тебя медленным раздеванием, то они однозначно пригодятся, — после этих слов он начал медленно входить в нее. Сначала девушке удавалось сдерживать стон, покусывая нижнюю губу изнутри, но когда Сатана начал двигаться, при этом набирая скорость, то тут уже Вики не смогла смолчать. Поэтому спустя считанные секунды по комнате, в которой стояла смертельная тишина, разлетелись тихие стоны студентки, которые с каждым движением Дьявола в ее теле, становились все громче и громче. Ее тело начало инстинктивно подниматься, но горячая и в плане температуры, и в плане внешнего вида фигура Сатаны придавливала ее снова назад. Ее ноги пытались освободиться, но партнер, опять же, не позволял этого сделать, наслаждаясь всеми эмоциями, что испытывала сейчас Вики. — Да, девочка, да, прояви себя! — с самодовольной ухмылкой и сверкающими от удовольствия глазами приглушенно крикнул Дьявол. — Выплесни весь свой восторг в сладких и зычных стонах! — Когда-нибудь… я умру!.. Из-за… тебя-я-а-а! — сквозь стоны пробормотала девушка, пытаясь хоть немного быть тише. — Умру… от кайфа, который… ты даришь! — Я не позволю этому случиться, — с ухмылкой прошептал Сатана, действуя пока ещё на средней скорости. — К тому же не забывай, что я могу и воскрешать. — Я… Помню… — в ответ пролепетала студентка. — Ты просто… прекрасен! — Как и ты, милая, как и ты — промолвил создатель Ада, не прибавляя по-прежнему темпа. — Твоя музыка просто чудесна. Настоящая услада для ушей. — Ты только… не остана-а-а-авливайся-я-а-а-а! — прокричала Вики. — Я люблю тебя, Сатана! Люблю с тобой отдаваться волнам похотливого желания! — Я настолько хорош? — с наигранным удивлением пророкотал Король Преисподней, приоткрыв глаза. — Ты очень хорош! — с жаром выпалила непризнаная, прикусывая нижнюю губу. — Ты самая настоящая секс-машина! — А кто я еще? — с самодовольной усмешкой прошептал Сатана, слегка приподнимаясь, дабы лицезреть обнаженную грудь Вики. — Мой хозяин! — крикнула в ответ та. — Мой опиум, которым я хочу постоянно колоться! — ее тело начало изгибаться, начало качаться туда-сюда и Дьявол пока позволил ему это делать. — Ты сводишь меня с ума, Саааат! Да-а-а, действуй, действуй! — ее стоны и крики, казалось бы, уже должны были спровоцировать стуки. — Поимей меня, как будто в последней раз! Доставь эйфорию! — тело девушки уже вовсю начало извиваться. — Сама напросилась, — зловеще сверкнул глазами Сатана и начал ускорять темп, подводя его к максимум. — Не проси теперь обратного. — Да-а-а-а! — простонала с безумной улыбкой на лице Вики. — Резче! Сильнее! Да-а-а, да! — от того, что ее тело начало изгибаться слишком сильно, Дьявол снова придавил его собой к кровати. Не смотря на то, что ему нравилось наблюдать за красивой грудью непризнаной, которая колыхалась в такт его движениям и которую хотелось смять руками, создателю Ада пришлось прислониться к ней своим торсом, иначе было бы невозможно сполна насладиться процессом. А Дьяволу он очень нравился. Также ему очень нравилось каждый раз соблазнять девушку своим телом, своими прикосновениями, выводя ее из себя и, тем самым, пробуждая в ней желание переспать с ним. Ему очень нравилось применять грубость во время снятия одежды и во время поцелуев, ведь он обладал весьма сильными садистскими наклонностями и, порой, он себя ненавидел за это, так как прекрасно понимал, что если в один миг сорвется полностью, то Вики не жить. А приступы психопатии, агрессии и желания кого-то распотрошить, хорошенько помучить и после отправить на Тот свет у него случаются довольно часто и он не властен над ними и не может в это время себя контролировать — только удовлетворить эти желания. Благо, у него есть сила телепортации и он мог легко переместиться куда-нибудь подальше от девушки, поймать первого попавшегося и измываться над ним столько, сколько захочет, пока психоз не пройдет. А после спокойно вернуться домой, будто не в чем и не бывало, и уже иными способами — не смертельными — измываться над самой девушкой. Ее фигура манила Дьявола. А еще больше манила грешная душа и пошлые фантазии насчет него самого. И именно из-за этих фантазий Сатана и действует с ней грубо. Именно поэтому частенько прибегает к плетке, ведь эта особа не боялась его, а он к этому не привык и в глубине души, может даже и не осознавая этого, хотел заставить Вики дрожать лишь только при одних мыслях о нем. Но эта девчонка оказалась слишком сильной мазохисткой — даже ножа не испугалась, а наоборот выдала то, что любит их. Хотя селфхармом не страдала, но ножи ее манили. Легкие касания лезвия по руке или щеке, от которого даже крови нет, возбуждали Вики на уровне поцелуев, от чего Сат весьма удивился. Даже когда он переборщил и надавил на нож сильнее обычного, девушка все равно не испытала ни малейшего страха. «Либо она слишком уверенная в себе, либо поехавшая на всю катушку не хуже меня», — заключил тогда Дьявол, отправляя острый предмет в свое «карманное» измерение. Но эта ненормальность, эта безбашенная любовь к нему не могла не тешить самолюбие Сатаны. А её некоторые выходки, от которых другие мучительно умирали, лишь сильнее возбуждали Дьявола, лишь сильнее он хотел сорвать с нее одежду и наказать за деяние плеткой или ремнем. И порой он сам доводил девушку до подобных выходок, чтобы пробудить в себе желание взяться за плеть. Ее томный голос, ее крики о «пощаде» дурманили Сатану, как дурманит запах крови, и он до сих пор сам не понимал почему она ещё жива… Ведь умереть можно и от секса, тем более если это секс с Дьяволом. «Наверняка мой «дорогой» братец постарался наложить на нее какую-нибудь неведомую мне защиту, — пронеслась мысль в голове Дьявола. — Потому что иначе, зная себя, объяснить ее жизнь невозможно». Также он понял, что Вики полностью закрыла глаза (или скорее также испытывала восторг) на его весьма сильно накаченные руки и широкую грудную клетку, а ведь ее тело было намного меньше его собственного. Намного хрупче и намного мягче. Но именно поэтому она и любила его объятия — любила чувствовать полную защиту от всего мира. И по одной причине он боялся причинить ей вреда. Конечно, чувство любви можно отнести и ко злу, ведь из-за нее совершаются и убийства и самоубийства и другие многие грехи, но к Сату она не применима. Ведь ему нравилось не просто заниматься сексом с Вики, но делать это как можно поизощренней. И он мог делать это с любой другой девушкой, но дополнительное удовлетворение садизму он ловил именно от эмоций девушки — чувства боли, которое было смешано с чувством удовольствия — намного вкуснее обычной ненависти. Да и поговорить с ней вполне можно было без фраз с ее стороны, наподобие «Какая же ты все-таки тварь»… Наоборот, ее все устраивало, что не могло не удивлять Дьявола. — Безумная, сумасшедшая, погрязшая в разврате девочка, — приторным тоном и пониженным голосом пророкотал Сатана, склонившись сейчас над ее ухом и слегка снизив скорость в ее теле. — Но, тем самым, с очень аппетитной душой. И не менее прекрасным телом, — он убрал одну руку с ее запястий, затем провел по правому боку девушки, опустился к ее бедру и снова повел назад, проговорив с уже более властным, более угрожающем голосом, в котором отчетливо слышались нотки рычания: — И ты только моя девочка! Моя и ничья больше, — его тон постепенно становился каким-то маниакальным, словно у настоящего психа, а к ноткам рычания прибавлялся еще и едва различимый смех. — Пусть кто-нибудь попробует только даже притронуться к тебе: сразу отправится на корм собакам, — его рука легла на колыхающуюся грудь Вики и принялась сжимать ее, от чего стоны девушки стали только громче. — Я ведь все верно говорю, котенок? Ты ведь принадлежишь мне? Ты ведь моя девочка? — Д-да-а-а-а! — прокричала в ответ студентка. — Твоя! Только твоя, Сатана! Вики пыталась освободить из его хватки хотя бы руки, так как ей очень сильно хотелось что-нибудь сжать: либо обнаженные и привлекательные плечи Дьявола, либо простынь. Но его руки действительно были, как наручники из самого прочного на свете металла — ни разорвать, ни выскользнуть из них. — Хочешь свободы, да? — с по-прежнему маниакальной ухмылкой и пониженным, приглушенным шепотом промолвил создатель Ада, слегка сбавляя скорость, чтобы та смогла ответить. — Хочешь, чтобы я убрал руки? — Да-а-а-а, — простонала Вики, а ее спина снова стала приподниматься. — Не слышу тебя, — с ехидной усмешкой проговорил Сатана, сделав сильный толчок в ее теле, отчего девушка громко ахнула и плотно прижалась к телу партнера. Он же в ответ навалился на нее так, что та начала едва не задыхаться. Вики от наплыва эмоций и чувств не сильно укусила Дьявола за левое ухо, затем за шею, и тот в долгу не остался — периодические амплитуда толчков с его стороны становилась резче, при этом скорость оставалась, пока что, средней. Но вот от его резкости девушка снова застонала на всю комнату, и ее тело больше не могло вынести тяжести Сатаны. Не могло вынести хотя бы потому, что он перекрывал ей подачу кислорода, пусть и не полностью. Поэтому Вики постаралась напрячь голос и как можно громче крикнуть, хоть и сквозь стоны: — Освободи… меня-я-а-а… полностью! — А что мне будет за свободу? — медленно пророкотал Сатана, на считанные секунды сбавляя силу толчков, но оставляя прежней скорость движения. — А что-о-о… — ее голова изогнулась, но Сатана уткнулся носом ей в шею и не сильно начал покусывать, отчего Вики дышать стало еще труднее. Но при всей этой обстановке, девушку вполне устраивало поведение Дьявола, даже более того — оно ей нравилось! Она испытывала своеобразное удовольствие от «душения» со стороны партнера. Тем не менее, организм просил воздуха, поэтому, собрав все оставшиеся силы, непризнаная снова попыталась крикнуть: — Что…тебе… нужно?! — А что ты можешь предложить? — тихо спросил Сатана на ухо девушки. При этом, в его тоне отчетливо слышались издевательские нотки. — Твое тело и так в моей власти, — словно в подтверждение своих слов, он снова сделал резкий толчок. — Та-а-ак прикажи сменить положение, Повелитель! — постаралась сказать она как можно громче, хоть и было трудно из-за тяжелого дыхания. — Я могу принять любую позу! Или можешь наказать за прогул ремнем или плетью. — Хмм… Дай подумать, — задумчиво протянул Дьявол, после чего в его глазах промелькнул хитрый огонек. — Наказать бы тебя надо, но я оставлю это дело на потом, а пока… — он убрал руки от запястий Вики, приподнялся, упершись ладонями в кровать, затем вышел из ее тела и проговорил с самодовольной ухмылкой на губах: — Вставай-ка на колени, провинившаяся. *** —Вики, с тобой все нормально? Ты чего улыбаешься, как маньяк, и краснеешь, как малолетка на первом свидании? — раздался, удивленный и насмешливый женский голос на последней парте в аудитории, где проходили занятия. Девушка тряхнула головой, прогоняя воспоминания про утро, после чего пробормотала: — Да так, просто вспомнила один сериальчик. — И кстати, а что у тебя с голосом? — с любопытством спросила Ости. — Ты как пришла, так тебя еле слышно. — Пела громко дома, вот и сорвала, — буркнула Вики. На этом она отвернулась от дьяволицы, уставилась в окно и попыталась сосредоточиться на занятии, но в голову назойливо лезли воспоминания, и подогревалось это еще тем, что Вики было не очень приятно сидеть. «На заметку: больше никогда не просыпать пары, либо же не идти на них вовсе, — с нервной усмешкой подумала про себя студентка, кладя ногу на ногу. — Но какой же все-таки охренительный секс способен подарить Сатана… — она закусила нижнюю губу, прикрыла глаза, а по ее телу прошла теплая дрожь. — Его теплые руки, сжимающие мои ягодицы, затем ласкающие грудь и его обжигающие и сладкие поцелуи на губах, шеи ключицах — как же это все сводит с ума. Как же это заставляет провалиться в Иной мир, забыв полностью про все проблемы… Эти прикосновения по талии, бедрам и эти волосы… — перед ней отчетливо стоял образ Сата с оголенным торсом. — Эта наглая маньяческая ухмылка — все это очень сильно возбуждает». — Я хочу тебя, — невольно приглушенным шепотом вырвалось из губ Вики. — Я, конечно, понимаю, что выгляжу хорошо, но я против связей со студентками, Виктория, — раздалось ей в ответ с легкой усмешкой. Девушка тут же распахнула глаза и увидела перед собой преподавателя Геральда. Демон едва сдерживал смех, но вот девушке было не до смеха. Такого стыда она не испытывала очень давно. — Зато теперь я понял, что опоздали Вы вовсе не из-за невозможности взлететь, — Вики лишь пристыженно опустила глаза на свою тетрадку, не зная что и сказать. Опоздала. Не слушала лекцию. Заснула на паре. Выдала, что хочет своего мужчину. Вывод очевиден: связь с Дьяволом ничего хорошего не приносит. — Как бы там ни было, будьте добры сдать мне задание до сегодняшнего вечера, иначе я не допущу Вас до экзамена. К сожалению, я не биолог, чтобы поставить Вам «отлично» за то, что поддерживаете свое здоровье, — он прикрыл рот рукой, явно посмеиваясь. — Или это не взаимно и просто Ваши фантазии? — Взаимно, — пискнула в ответ Вики, уткнувшись головой в сложенные на парте руки. — Я все Вам сдам, Геральд. Обещаю до вечера управиться. — Ну конечно, ведь ночью будут куда более важные дела, верно? — усмехнулся преподаватель, затем развернулся и пошел обратно к своему столу, повысив голос. — Итак, на чем я там остановился? Ах да… Дальнейшую его речь девушка не воспринимала просто потому, что все ее мысли вились вокруг этого диалога. Ее щеки пылали от дикого смущения, по телу прошла волна пота по той же причине, и теперь она окончательно решила, что больше никакого утреннего секса, иначе она умрет не от наслаждений и рук Сатаны, а от стыда