Детка, это Рождество

             ГЛАВА 13              Мы с Мелисой держались подальше друг от друга, когда могли, и всякий раз, когда это было неизбежно, мы были вежливы друг с другом. До Рождества оставалось две недели, и декоратор только что закончила работу в доме. Наша команда двигалась со скоростью света, потому как мы хотели убедиться, что все будет завершено до того, как Мелиса вернется домой. Мэнди забрала детей и отправилась с ними за подарками, мне хотелось, чтобы украшение дома стало сюрпризом для них. Единственное, что команде не разрешили украсить, это рождественскую елку, потому как я хотела, чтобы мы сделали это всей семьей. Я не знала, захочет ли Мелиса стать частью этого процесса, но мы с детьми обрадовались бы, если бы она была с нами.       Компания была официально закрыта на следующие две недели, потому что, как оказалось, никто не захотел работать эту дополнительную неделю. Я была бы там единственной. Мне казалось, что Мелиса останется с нами, так как на работе никого не было, но она продолжала уходить из дома. Я начала думать, что она встречается с очередным любовником, как это делала в прошлом, но, когда я поговорила о ней с Конрадом, он сказал, что никто к ней не приходил, зато Мелиса ездила на множество деловых встреч. Я начала задаваться вопросом, уж не скрывала ли она что-нибудь и от Конрада, боясь, что он может рассказать мне. Однако ей не надо было бояться, потому что у нас не было отношений. Мы так и не поговорили о том, что произошло, и я не собиралась поднимать эту тему. Мне хотелось сосредоточиться на детях, а не на какой-то всепоглощающей романтике.       Я так и не рассказала Мэнди о том, что происходит между мной и Мелисой. Мне не нужно было дополнительное давление с ее стороны, потому как я знала, что она захочет, чтобы я действовала в соответствии с чувствами, которые испытывала к Мелисе, и постаралась бы убедить меня, что для детей было бы хорошо иметь семью. Мы уже были семьей. Нет необходимости поддаваться похоти и потом горевать о том, что может произойти, поэтому я буду смотреть на детей, а не на самую красивую женщину в мире... которую я полюбила… которая любила меня… и хотела. Я должна быть сильной, а не слабой, как моя мама. Мои действия повлияют на всех детей, а я не могла позволить себе совершить ту же ошибку, что и она.       Декораторы закончили работу, и я стояла в гостиной, глядя на преображение. Рождество впервые отмечалось в этом доме и впервые для всех нас. Я знала, что Мелиса, скорее всего, будет против украшения своего дома, и по этой причине я ей ничего не сказала. Когда она и дети вернутся домой вечером, я столкнусь одновременно со счастьем и гневом. Мне бы хотелось, чтобы Мэнди отвлекала детей, пока не стемнеет, потому что тогда бы они увидели дом во всей его истинной красоте. Это было первое Рождество Анжелики, и она была бы очень рада увидеть, как мигают огоньки. Обычно мне нравилось, когда Мелиса приходила домой пораньше, но сегодня я надеялась, что она вернется как можно позже. Была еще половина пятого, и я молилась, чтобы скорее стемнело, и дети были в восторге от красивых украшений.       Елка стояла голой, и я не могла дождаться всего того волнения и веселья, которые мы испытаем, наряжая ее нашими любимыми украшениями. Я надеялась, что Мелиса не испортит нам это удовольствие. Она говорила, что ей не нравятся праздничные торжества, но теперь она мать, и ей нужно отложить в сторону все свои маленькие причуды ради своих детей. Да, детей. Девочки видели в нас людей, отвечающих за них, и они реагировали на нас как на родителей. Именно по этой причине Джейла пошла жаловаться Мелисе на свои проблемы в школе. Позже я узнала, что однажды утром она проснулась рано, подошла к кровати Мелисы и пожаловалась ей на учителя.       Девочки радовались всякий раз, когда Мелиса возвращалась домой, и я видела: ей приятно, что по ней скучают, она чувствовала себя желанной. Она начала чаще приходить и смотреть на Анжелику, и улыбалась ей, прежде чем уйти. Я не могла поверить, что два месяца спустя она все еще не оправилась от травмы, на которую, по словам Мэнди, она так отреагировала. Как долго она собирается держаться на расстоянии от своего ребенка, будучи полноценным родителем для других детей? Она угощала их мороженым, они ходили по магазинам за игрушками и одеждой, а как же насчет Анжелики? Я этого не понимала. Только однажды она была свидетелем купания Анжелики и смеялась, когда поняла, как сильно ей это понравилось, но не приложила усилий, чтобы оказаться там снова.       Мелиса ходила на каждый прием к врачу и обеспечивала Анжелику всем необходимым, но в основном она отсутствовала в ее жизни. Я задавалась вопросом, говорила ли она мне правду о том, что не знала, кто был отцом ребенка. Вполне возможно, что она так сильно ненавидит того человека, что это отразилось на ее отношении к ребенку. Нам было о чем поговорить, но я не хотела испортить Рождество для всей семьи, поэтому решила подождать до нового года.       Рождественские огни должны были зажигаться каждый день в шесть часов, и я вышла на улицу, чтобы в последний раз взглянуть на них, прежде чем принять душ и дождаться возвращения всей нашей банды домой. Сегодня мы будем есть в официальной столовой, а не за большим столом на кухне, где дети обычно завтракают и ужинают, потому что сегодняшний день был особенным. Домработницы уже накрыли на стол. Я вернулась в дом с улыбкой на лице, но пока продолжала восхищаться украшениями в гостиной и поднималась по лестнице, дверь распахнулась, и я услышала, что Мелиса идет ко мне.              - Сэм?       - Да, я здесь, - отозвалась я, и она вошла в гостиную.       - Что, черт возьми, все это значит? - спросила она.       - Рождественские украшения.       - Ты не рассказала мне об этом, Саманта.       - Ты дала мне творческий контроль над домом, так что, если ты передумала, тебе нужно было сказать мне об этом, - ответила я, и она огляделась.       - Это тяжело, - она снова посмотрела на меня.       - Насколько тяжело? Потому что все вокруг тебя выглядят счастливыми?       - В моем доме полно детей и развлечений, я к этому не привыкла, а теперь еще и огни... - она остановилась и вздохнула. - Отлично. Делай, что хочешь, но у меня есть несколько собственных требований.       - Каких, например? - спросила я, она взяла меня за руку и привела в свой кабинет. Прислонившись к столу, она посмотрела на меня. - Каковы твои требования?       - Я записала детей в частную школу поближе к дому.       - Ты сделала что-то настолько серьезное, не посоветовавшись со мной, а сама расстраиваешься, потому что я украсила дом к Рождеству?       - Я не расстроена тем, что ты сделала, я расстроена тем, что Рождество пришло в мой дом, а я к этому не привыкла, вот и все. Я не мешаю тебе делать все, что ты хочешь, - сказала она, затем улыбнулась. - Я почти на мели, но я не хочу тебя останавливать.       - Прости меня. Я просто хочу, чтобы всем было удобно.       - А как насчет тебя, Саманта? Ты купила что-нибудь для себя? - спросила она.       - Нет.       - Должна купить. Ты прекрасно справляешься с домом и детьми. Я очень горжусь тобой, но я не удивлена. Ты всегда очень много работала и уходила из офиса последней, даже несмотря на то, что тебе не платили за дополнительное время. Ты просто удивительный человек, Сэм, и мне нравится, что ты появилась в моей жизни... и дети. Это огромный переход для меня, и на него потребуется немного времени. Однажды я была одна, а на следующий день я стала матерью... ты хотя бы представляешь, как это было страшно для меня?       - Я была рядом с тобой. Я знаю, - ответила я. - Ты разве забыла, что когда-то я тоже была одна, а на следующий день оказалась ответственна за четверых детей, а вскоре после этого я стала законной матерью ребенка, к которому не имела никакого отношения?       - Хорошо, хорошо. Твое положение хуже… нет, это не так. Я была беременна девять месяцев и не знала...       - Ты никогда по-настоящему не поговорила со мной об этом. Разве ты не чувствовала шевеления ребенка? - спросила я.       - Я много думала об этом, - она усадила меня на диван. - Возможно, я что-то чувствовала, но думала, что это были газы или… Я не знаю.       - А как же твои месячные?       - Каждый месяц вовремя.       - Правда? Ух ты!       - Когда ты сказала, что у меня будет ребенок, боже мой... - она откинулась на спинку дивана. - Я не могу объяснить, насколько я была напугана. Только ты можешь по-настоящему понять меня, потому что была там, я обнажилась перед тобой - своим сотрудником. Я доверилась тебе в тот момент, и ты пришла мне на помощь, а потом никогда не отходила от меня, вплоть до этого момента. Как ты можешь не доверять мне? Как вообще возможно не любить тебя и не лелеять вечно?       Я закрыла глаза, и слезы потекли из-под моих век.       - Мне очень жаль, - ответила я и открыла глаза. - Я думаю, мне просто нужно было услышать, как ты говоришь это.       - Ты мне веришь?       - Да, я хочу верить, - сказала я, она вытерла мне слезы и взяла меня за руки.       - Я знаю, что твое доверие подорвано, я понимаю твои сомнения, потому что у меня тоже были свои. В прошлом я не могла никому обещать, что не причиню им вреда, потому как мне действительно было все равно, однако с тобой все по-другому. Я могу пообещать тебе, что никогда не смогу причинить тебе боль. Нет ничего такого, чего я бы не сделала ради тебя.       - Все, чего я хочу, это чтобы ты любила детей и заботилась о них.       - Я могу сделать это для них и для тебя. Нет нужды жертвовать одним ради другого, - сказала она. - Просто нужно привыкнуть, но я уже люблю твою семью и хочу удочерить девочек. Мне не нравится, что у меня нет на них никаких юридических прав.       - Ты хочешь... что?       - Я бы хотела, чтобы мы удочерили их, чтобы они по закону были нашими детьми, что означает... гм..., - она поднялась на ноги, затем спряталась за столом.       - Что ты натворила, Мел?! - Я не выдержала и тоже поднялась на ноги.       - Через два дня медсестра Митчелл приедет, чтобы поженить нас.       - Что?!       - Мы должны завтра лично поехать за лицензией, - сказала она, и теперь ее голова полностью исчезла под столом.       - Ты что, с ума сошла, твою мать! Я не буду этого делать!        - Тогда я одна удочерю детей, а ты останешься их сестрой.       - Ты считаешь меня идиоткой! Когда ты станешь их законной матерью, я не буду иметь права голоса в том, что касается их жизни, потому что твое положение будет выше моего!       - Тогда женись на мне. Это единственный способ для нас обеих иметь на них законные права. Сэм, они не могут находиться в подвешенном состоянии без родителей, потому что они замечательные дети и заслуживают лучшего. На самом деле, Джейла уже называет меня мамочкой в частном порядке.       - Что?       - И если она скажет это другим, они тут же присоединятся к ней.       - О боже мой! - я села на диван, чтобы подумать рационально. - Мел, я счастлива за ту жизнь, которой ты обеспечила детей, и я хочу, чтобы ты была в их жизни, но я не буду юридически связывать себя с тобой так, что не смогу выбраться. Так моя мать оказалась в ловушке с Адрианом.       Она подошла ко мне и села на диван рядом.       - Ты так и не рассказала мне, что случилось. Чем твоя мать так сильно напугала тебя? - спросила она.       Я не хотела вдаваться в подробности этой истории, но для того, чтобы Мелиса поняла, мне придется объяснить ей это.       - Я не знала своего отца, потому что была продуктом связи на одну ночь без каких-либо контактов между моими родителями, - сказала я и прервала свой рассказ. - Я никогда не смогу понять этого. Как ты можешь спать с кем-то, кого не знаешь, и без защиты?       - Я знаю всех мужчин, с которыми спала. Я могла бы разыскать отца Анжелики, если бы захотела, но было бы слишком неловко просить их всех сделать тест ДНК, потому как я не уверена, кто из них окажется отцом. Кроме того, у некоторых из них есть семьи, и я не хочу, чтобы Анжелика оказалась втянутой в такую историю. Я принимала контрацептивы и никогда не пропускала ни одной таблетки, так как не планировала вляпаться во что-то подобное. Я просто хорошо проводила время.       - Я понимаю, но в случае моей матери она переспала без защиты с кем-то, кого не знала. Тебе нужно пройти обследование на венерические заболевания, - посоветовала я.       - Уже прошла, - ответила она, затем встала, открыла ящик стола, достала конверт и протянула его мне.       Я прочитала, она была совершенно чистой.       - Зачем ты это сделала? - мне хотелось знать, положила ли она глаз на какого-то мужчину.       - Когда я подумала о том, чтобы попросить сестру Митчел поженить нас, я хотела быть уверенной в чистоте, на случай, если ты потребуешь секса в качестве моей жены, - улыбнулась она.       - Продолжай мечтать, - сказала я. - В любом случае...       - Почему ты такая злая?       - Короче, я продолжаю: моя мама была лучшей. Она сделала меня центром своего мира. У нее была хорошая работа, мы жили в очень хорошей квартире. Мы были только вдвоем и все делали вместе. Я была популярной девочкой в школе, потому что она позаботилась о том, чтобы у меня было все самое лучшее, а мои вечеринки по случаю дня рождения были безумными. Я была очень счастлива, но по щелчку пальца все изменилось. Она встретила Адриана...       - Сколько тебе тогда было лет?       - Пятнадцать. В тот же момент, увидев его, я его возненавидела.       - Почему?       - Он не соответствовал профилю человека, с которым должна была встречаться моя мама. Она была умной и образованной, а он был простым бездельником. Я могла это видеть, а она не могла. Я пыталась отговорить ее, и она слушала меня, но ничего не предпринимала. Потом она начала ходить к нему домой и заботиться о нем, прогуливая работу, пока не потеряла ее. Нам пришлось переехать в его дом, который был совсем не похож на то, к чему мы привыкли, - сказала я и покачала головой, вспомнив, как ужасно я себя чувствовала. - Затем она забеременела. Я думала, что умру, потому что теперь мы никогда не выберемся отсюда.       - Он был груб с тобой? - спросила Мелиса, поглаживая мою руку.       - Нет. Он просто притворялся, что меня не существует, и не разговаривал со мной. Все, что он хотел мне сказать, он просил маму передать мне. Я плакала каждую ночь. Мои друзья покинули меня один за другим, пока у меня не осталась только Мэнди. Она не была частью основной группы. Она хотела, чтобы я была ее подругой, но боялась других девочек, потому что те не считали ее своей ровней. Я игнорировала их просьбы бросить ее и проводила с ней время. Мы стали друзьями, и когда все ушли, она никогда не отходила от меня. Это было лучшее решение, которое я когда-либо принимала, иначе я оказалась бы совсем одинокой и убитой горем, если бы она не была рядом со мной, поддерживая меня и подбадривая.       - Она действительно замечательный друг и очень милая.       - Да.       - Как Адриан относился к твоей маме и детям? - спросила Мелиса.       - Ужасно. Он постоянно словесно оскорблял мою мать, и мне кажется, что иногда не только словесно. Что касается детей, они любили его, но он не заботился о них. Все заботы лежали на плечах матери, но из-за ее решения остаться с ним, мне пришлось пожертвовать своими друзьями и всем, чем я занималась до этого, чтобы помочь ей заботиться о детях. Эта новая жизнь была для меня очень трудной - и в том, что мне приходилось делать, и в том, чему мне приходилось быть свидетелем. Как только мне исполнилось восемнадцать, я ушла оттуда. Я получила полную стипендию в колледж, однако мне приходилось крутиться между тем, чтобы быть матерью для детей и усердно учиться, чтобы выйти из сложившейся ситуации.       - Пока я училась в колледже, я подрабатывала, чтобы заботиться о себе. Это было больно и обидно, потому что деньги, отложенные для меня на колледж, использовались для ухода за другими ее детьми и домашним хозяйством, потому что Адриан не справлялся со своими обязанностями. Я была так зла на маму, что мне даже казалось, будто я ее ненавижу, но это было не так. Я просто разочаровалась в ней и стыдилась того, кем она стала, а потом поклялась, что никогда не допущу, чтобы со мной случилось нечто подобное. Именно поэтому я боялась влюбиться, а когда все же влюбилась, то отказалась поддаться этому чувству и взять на себя обязательства. Мне не хотелось, чтобы любовь сломала меня так, как сломала ее.       - О, дорогая, я так сожалею обо всем, через что тебе пришлось пройти, но ты не можешь позволить ее ошибке лишить тебя счастья, которое ты могла бы иметь с тем, кто тебя любит. Между тобой и твоей мамой огромная разница. Ты сильнее, чем она была. Я не вижу сценария, в котором ты бы сидела и позволяла кому бы то ни было поломать тебя - даже из-за любви. А что касается твоих детей, твоя любовь к кому-то другому никогда не сможет ослепить тебя настолько, что ты не сможешь сделать то, что лучше для них.       - Я то же самое думала о своей матери, но посмотри, чем все это закончилось. То же самое ты сейчас говоришь обо мне, - заметила я.       - За исключением того, что мое мнение подкреплено доказательствами. Я родила Анжелику, но ты защищала меня и ее от меня. Для тебя не имело значения, что я имела право принять окончательное решение и отказаться от нее; ты потребовала, чтобы она осталась, и сейчас она находится в своем доме, где ей и место. Я благодарна тебе за то, что ты оказалась рядом, потому что сначала мне было все равно, но потом ты заставила меня заботиться о ней, заставила полюбить ее, дав мне время оправиться от всего этого шока.       - Ты любишь ее? - спросила я, и на глаза мои навернулись слезы.       - Очень.       - Но ты этого не показываешь, - ответила я, и она улыбнулась.       - Потому что я не хотела, чтобы ты уходила... оставила нас.       - Так ты, зараза, притворялась?! - спросила я, она встала и спряталась за столом. - Мелиса!       - Мне пришлось это сделать, потому что, если бы ты была всем, что у нее было, ты бы никогда не оставила ее. И видишь? Мы все здесь... и я люблю тебя, - сказала она, и ее голова исчезла за столом.       - Ты позволила мне думать, что ты… Я, черт возьми, ненавижу тебя!       - Знаешь, ты слишком легко ненавидишь, - ответила она, поднялась на ноги и побежала ко мне, когда увидела, что я направляюсь к двери. - Нет, нет, подожди...       - Отпусти меня! Ты так много пропустила с Анжеликой, потому что у тебя были планы...       - Планы подарить ей семью. И я оказалась права, потому что посмотри на нее сейчас: у нее четыре сестры, и все они ее обожают. Не говоря уже о том, как она любит тебя, а ты любишь ее. Я бы сама в одиночку никогда не справилась с этим дерьмом, поэтому я сделала то, что должна была сделать, чтобы создать нашу семью.       - И когда же в твоей голове начала формироваться такая схема? - спросила я.       - Когда ты помогла ей родиться и завернула ее в свою рубашку. Я видела, как ты держала и смотрела на нее, поэтому я сказала себе: "Она должна позаботиться об этом ребенке, потому что я на это не способна". Потом, когда меня привезли в больницу, ты осталась рядом со мной, заботилась обо мне и плакала, думая, что со мной что-то случилось. Тогда я решила, что не отпущу тебя, и не имело значения, что мне придется для этого сделать. Ты думаешь, я хотела оказаться в доме, полном детей, когда они разрушают... слушай, на днях я зашла в свою комнату и увидела, как близнецы топчутся в моих дорогих туфлях и моей одежде....       - Что? Когда? Где была я?       - Ты спала, а я кормила Анжелику, - сказала она.       - Ты кормила ее?!       - А еще я тайком заходила к ней, когда могла, и несколько раз целовала, - ответила она с улыбкой.       - Я не могу в это поверить! - всплеснув руками, я подошла к дивану. - В наши дни невозможно найти честного человека.       - Детка, посмотри на наш дом, построенный тобой. Посмотри на все то дерьмо, которое ты только что развесила...       - Это не дерьмо - это рождественские украшения, - указала я. - Детям понравится, и тебе тоже должно нравится. Перестань быть такой жесткой... Или это тоже притворство? Я даже не знаю, какая ты настоящая.       - Я сейчас настоящая, и все, что тебе нужно знать, это то, что я люблю тебя, и я не Адриан, - произнесла она, и я посмотрела на нее. - Я похожа на Адриана?       - Нет. Абсолютно нет, - ответила я.       - Тогда я не смогу сделать с тобой то, что он сделал с твоей матерью, поэтому, пожалуйста, позволь мне любить тебя, - она приблизила свое лицо к моему. - Давай поженимся и удочерим девочек, - добавила она и прижалась своим лбом к моему, затем ее губы поцеловали мои. - Я люблю тебя.              Мелиса завладела моими губами, а я обняла ее за шею, углубив поцелуй. И не могла поверить, что поцелуй может быть таким чудесным, а язык - таким сладким. Мелиса застонала мне в рот, и было чудесно, что она так сильно желала меня. Я никогда не мечтала о подобном моменте, потому как боялась испытать силу любви и страсти, что она завладеет мной. Однако я начала понимать, что имеет большое значение тот, кому мы решим отдать такой уровень контроля.       Если любовь связывает тебя с кем-то, кто ставит тебя превыше всего, кто ценит тебя и дорожит каждым твоим вздохом, тогда этот человек никогда не причинит тебе вреда. Я не подозревала, что Мелиса могла оказаться тем самым человеком. Мне больше не нужно прятаться за страхом, порожденным ошибкой моей матери. Она видела, кем был Адриан, прежде чем выбрала его, и я видела, кем была Мелиса, прежде чем выбрала ее, и контраст не мог быть более разным. Она отбросила свои страхи и открыла свое сердце и свой дом четверым детям, потому что любила меня и знала, что без других моих детей я не смогу остаться в ее жизни и жизни Анжелики. Ее любовь показала, на какое расстояние она готова была пойти ради меня и нашей семьи.       Мелиса запустила пальцы в мои волосы и впилась в мои губы, затем она нашла чувствительную кожу на моей шее и лизнула ее. Я задрожала в ее руках и застонала. Такое желание было новым для меня, и оно яростно зародилось у меня между ног. Я не знала, как контролировать такой непреодолимый порыв, и, хотя она никогда раньше не была с женщиной, она все равно знала гораздо больше, чем я, о том, как остановить эту боль. Ее пальцы нашли мой сосок и приласкали его.       - Ааа... черт, - выдохнула я, и мой рот широко открылся, чтобы глотнуть воздуха.       Я знала, что такое секс, хотя никогда не испытывала его, и если это уже было настолько умопомрачительно, то что произойдет, когда вся моя одежда будет снята, и мое тело обнажится для изучения? Я дрожала от страха и волнения, потому что это не могло закончиться здесь. Мне хотелось почувствовать все. Мелиса сказала, что знает меня, и в очередной раз доказала это. В тот момент, когда я подумала о том, что хочу большего, она остановилась и встала на ноги.       - Я хочу тебя, Сэм, - сказала она и протянула мне руку. Я посмотрела на нее, но не взяла. - Я доверяюсь тебе, и прошу тебя довериться мне.       Я снова посмотрела на ее ладонь и взяла ее. Мелиса взглянула на меня и улыбнулась. Она знала так же хорошо, как и я, что вот-вот начнется вечность.              ГЛАВА 14              Часто, находясь в комнате, напротив спальни Мелисы я думала о том, что она там делает, и как выглядит, когда крепко спит, но я оставалась снаружи даже после того, как мы поцеловались, и мое тело бушевало от желания. Мне казалось, что пока я держу свои чувства внутри себя, я буду в безопасности. Но теперь я поняла, что нет необходимости защищаться от Мелисы - не тогда, когда моя способность мыслить здраво поставлена под сомнение, а сейчас, когда я могла четко видеть: она была лучшим, что могло случиться с нами. Теперь я стояла в ее спальне, и мне больше не нужно было представлять, на что это будет похоже, потому что я собиралась испытать это на собственном опыте.       Мелиса медленно расстегнула пуговицы на своей рубашке, затем сняла ее. Мои глаза остановились на ее безупречной коже, а рот наполнился слюной, желая поцеловать ее повсюду. Она расстегнула пояс брюк, стянула их вниз и, сняв с ног, осталась стоять передо мной в одном лифчике и трусиках. Ее груди были идеальными и полными, и на секунду я задумалась, есть ли в них молоко. Она никогда не кормила грудью, так что, вероятно, его не было. Мелиса подарила мне долгий поцелуй, затем заглянула в глаза, взялась за край моей футболки и, стянув ее через голову, посмотрела на мою грудь, прикрытую белым кружевным лифчиком. Когда она спустила с меня штаны, а я откинула их в сторону, мое сердце забилось быстрее. Я подозревала, что между нами сейчас должно произойти что-то абсолютно красивое и умопомрачительное.       Мелиса собрала нашу одежду и, взяв меня за руку, повела в огромную ванную, в которую я никогда не заходила. Я огляделась, но недолго. Мелиса расстегнула лифчик и сняла его с груди, а мои руки тут же потянулись к ней, не дожидаясь моих указаний.       - Боже мой... - прошептала я себе под нос и нежно сжала их. Ее соски коснулись моих ладоней и послали электрические волны к моему клитору, заставляя меня быстренько убрать руки.       - Нам нужно принять душ, - сказала Мелиса с улыбкой, затем сняла трусики. Мои глаза сразу же устремились вниз, и мне захотелось прикоснуться к ней. - Успокойся, - усмехнулась она. - С тобой будет так весело обучаться.       Я посмеялась над своим возбуждением, и у меня появилось чувство, что у нас с Мелисой будет очень здоровая сексуальная жизнь, потому что у нее, казалось, было сильное влечение ко мне, в то время как для меня все это было в новинку. Ей понравится учить меня, а мне будет приятно учиться у нее. Не могу дождаться начала обучения. Я сняла лифчик и трусики, и Мелиса повела меня в душ. Она открыла стеклянную дверь…              - Мамочка!       - Черт! - Мелиса, не выдержав, побежала так быстро, как только смогла, и, преодолев последние несколько шагов до двери в ванную, защелкнула замок.       - Мамочка? - донесся голос Джейлы из-за двери после того, как она подергала ручку, но та не сработала. - Мамочка, на улице Рождество! Иди посмотри! - взволнованно закричала она.       - Я сейчас приду!       - Давай же! Я хочу тебе показать!       - Я иду! - крикнула Мелиса и потащила меня прочь из душа. - Быстро одевайся. Вот почему я никогда не хотела детей!       - Расскажи мне об этом, - ответила я, быстро одеваясь. - Почему ты не заперла дверь спальни?       - Потому что я потеряла разум и была не способна думать. Ты очень сексуальная женщина и...       - Мамочка!       - Я не могу поверить, что она называет тебя мамочкой. Дети такие предатели. Совсем недавно они плакали по своей матери, а теперь просто пошли дальше.       - Так и надо поступать. Ты могла бы кое-чему у них поучиться. Забудь про все это дерьмо, связанное с твоей матерью, чтобы мы смогли сосредоточиться на нашей собственной семье.       - Да. Я работаю над этим, - ответила я, и она поцеловала меня в губы в последний раз, прежде чем мы вышли из ванной.       - Сэм, что ты делаешь в ванной Мелисы? - спросила Джейла.       - О, не притворяйся, что называешь ее Мелисой. Я слышала, как ты называла ее мамочкой, - сказала я, и Джейла виновато посмотрела вниз.       - Ты злишься? - спросила она, и я опустилась перед ней на колени.       - Конечно же, нет, я не злюсь, милая. Мама умерла, а тебе нужна новая мама, верно?       - Да.       - Мелиса хочет быть твоей мамой, так что можешь называть ее мамочкой, - сказала я, и лицо Джейлы посветлело.       - Значит, я могу рассказать об этом остальным?!       - Да.       - И теперь Анжелика - наша сестра?!       - Да, сестра.       - Девочки! - закричала она, побежала в спальню и выскочила за дверь.              Я кинулась за ней, заперла дверь и потащила Мелису обратно в ванную.       - Давай сделаем это быстро, - сказала я и начала снимать футболку, но Мелиса остановила меня, рассмеявшись.       - Детка, мы не можем сделать твой первый раз в спешке, я хочу, чтобы он был особенным.       - Так и будет. Всего пять минут. У меня там все болит, - захныкала я.       - Сохрани это чувство. Детям не терпится показать нам дом, - сказала она и взяла меня за руку.       - Я думаю, мы должны отдать их всех на усыновление, - ответила я, и Мелиса вновь рассмеялась.       Мы вышли из спальни и, спустившись на лифте, увидели, как Мэнди и дети начинают вешать украшения на елку. Она посмотрела на Мелису, держащую меня за руку, и улыбнулась.       - Привет, девушки, - поприветствовала она. - Дети нашли коробку с украшениями.       - Это правда, что мы можем называть тебя мамой? -  спросила Лави за себя и Леону. Близнецы, как правило, говорили друг за друга.       - Правда. Только если ты этого хочешь.       - И ты будешь нашей мамой? -  спросила Кэсси, я больше всего беспокоилась о ней, потому что она была очень привязана к маме.       - А ты бы хотела, чтобы я была твоей мамой? - спросила Мелиса, опускаясь на колени и лаская светлые волосы Кэсси.       - Моя первая мама умерла. Она в земле, - сказала Кэсси.       - Мне очень жаль, дорогая, - ответила Мелиса, и остальные дети собрались вокруг. - У тебя может быть новая семья со всеми нами. Мы с Самантой могли бы стать вашими родителями и...       - Она наша сестра.       - Но она вам как мать, верно?       - Да.       - Но мы не можем называть ее мамой, - сказала Джейла. - Мы должны назвать ее Сэм.       - Мне все равно, как ты ее называешь, но мне нравится, когда ты называешь меня мамочкой, - ответила им Мелиса, и они засмеялись. - Что вы думаете о рождественских украшениях?       - Мне они нравятся! - прокричала каждая из них, а потом Джейла спросила. - Мама, ты видела на улице снеговика и животных?       - Они светятся и так красиво выглядят! Иди посмотри!              Дети утащили Мелису, а я осталась наедине с Мэнди.       - Ну, так пророк я или кто? - просила Мэнди с улыбкой.       - Ты настоящий пророк, - ответила я. - Но я так расстроена из-за тебя!       - Что я сделала? - спросила она и положила украшение, которое держала в руке.       - Я собиралась заняться сексом в первый раз в жизни, а ты, чертовка, привела этих маленьких сопляков домой и все мне испортила! - решительно проворчала я себе под нос.       - Ты назвала время, к которому мы должны были вернуться или нет? -  спросила она, и мне нечего было ответить. - Мне совсем не хочется терять свою работу, поэтому я в точности выполняю все твои приказы, пока не начну новую работу.       - Какую новую работу? - спросила я.       - Мелиса тебе не сказала?       - Нет! Расскажи мне...       - Она сказала, что хочет нанять кого-то, кто мог бы сделать для них больше, потому что я всего лишь забираю детей из школы, а их еще их нужно купать, кормить, делать уроки и многое другое, поэтому она хочет нанять для них няню с проживанием, - сказала Мэнди, а я так разозлилась, что Мелиса продолжает принимать решения о нашей семье, не посоветовавшись со мной.       - Так какую новую работу ты собираешься начать?       - В новом году я начну работать в "Мел-Роджерс". Я так взволнована, ты же знаешь, насколько я боялась выходить на работу, но там будет Мелиса - моя подруга, - просияла она, а я попыталась порадоваться за нее, потому что она заслужила этот шанс. Это укрепило бы ее уверенность в себе, чтобы она могла переключиться на что-то другое, если захочет.       - Я думала, ты изучала психологию.       - Это не значит, что я не могу заниматься какой-то другой работой, - сказала она.       - Ты права. Я рада за тебя, Мэнди.       - Ты не выглядишь счастливой.       - Дело не в тебе, дорогая. Мелиса опять не поговорила со мной об этом. Она продолжает принимать решения за нашу семью, не посоветовавшись сначала со мной, - сказала я.       - Это должно быть проблемой только в том случае, если она принимает неправильные решения. Она принимает плохие решения?       - Нет.       - Тогда жди ее плохого решения, и тогда ты сможешь использовать его в качестве примера. А пока держи рот на замке! - предупредила Мэнди. - Кроме того, эта женщина дала тебе свою кредитную карту, а ты купила машину, чтобы возить своих детей в школу. Ты спросила ее?       - Нет.       - Ты спрашивала ее, когда украшала и меняла ее дизайн в доме?       - Нет.       - Она сделала из мухи слона из-за этого?       - Нет. Ну, кроме рождественских украшений, - ответила я и усмехнулась.       - Она просто не привыкла к подобному, но теперь, когда она видит, как радуются дети, она оценит то, что ты сделала.       - Да. Ты права, - сказала я, и она взяла другое украшение.       - Так грустно, что твоей маме пришлось умереть, чтобы эта дверь открылась для тебя и детей. Я не могу поверить, как все обернулось для этих девочек, - произнесла Мэнди. - Ты уже обеспечила себе достойную жизнь, так что с тобой все было в порядке...       - Пока я не обнаружила, что у меня четверо детей.       - Да. Ты покатилась под гору! - усмехнулась Мэнди. - Вот так просто все повернулось. А когда ты начала подниматься, начала подниматься и я, детка! Я получила работу, и ты отдала мне дом.       - И мы с Мелисой собираемся превратить его в дом твоей мечты, - сказала я.       - Ты намерена досуха высосать эту женщину? - спросила Мэнди, а поняв двойной смысл сказанного, мы расхохотались.       - Да, это мое намерение, - ответила я, и, когда Мелиса с детьми вошли в гостиную, мы смеялись.              - Почему вы двое так весело смеетесь надо мной за моей спиной? - спросила Мелиса.       - Ничего подобного, детка, - ответила я, и она обняла меня сзади, а затем поцеловала в щеку.       - Я собираюсь повесить оленей, - сказала Лави.       - Нет, Лави. Кэсси должна идти первой. Она самая маленькая. Давай, Кэсси, выбери то, что ты хочешь.       Мелиса посмотрела на меня и улыбнулась.       - Твоя мама была гением. Она воспитала детей так, что каждая из них заботится о других детях, - сказала она, и я посмотрела на нее с серьезным лицом. - О... я забыла, что именно это случилось с тобой. Прости меня, дорогая.       - Я ненавижу тебя, - усмехнулась я и решила пойти помочь детям, но, когда обернулась, Джейла зло смотрела на меня.       - Что?       - Ты не можешь ненавидеть нашу маму, - сказала она.       - Нет... милая, я не ненавижу ее. Это была шутка. Я люблю ее, - ответила я, и гнев сошел с ее лица.       - Но не шути больше об этом.       - Прости меня. Я больше так не буду, - повинилась я, и она вернулась к елке.       - Большое спасибо, что настроила Джейлу против меня, - прошептала я Мелисе.       - Ну, ты настроила Анжелику против меня, так что мы квиты, - ответила она, и я повернулась, чтобы посмотреть на нее.       - Я настроила Анжелику против тебя?       - Прости. Это была я, - я закатила глаза, а Мэнди рассмеялась над нами.              Мы прекрасно провели время, украшая елку, и были счастливы, когда Брэндон присоединился к нам, потому что он смог добраться до макушки, чтобы надеть звезду. Он был просто потрясающим и обожал Мэнди. Дети любили его, а с Мелисой они разговаривали так, как будто знали друг друга все это время. В этом доме, где жили только Мелиса и ее экономка, закипела жизнь, и было чудесно слышать, как все вокруг смеются. Все это стало возможным благодаря самой красивой малышке в мире, которая тайно пробралась в нашу жизнь и начала восстанавливать все наши сломанные судьбы. Когда я помогла ей родиться и держала ее на руках, я понятия не имела, что только что родилась наша спасительница.       Я включила елку, и, когда она загорелась, дети закричали и запрыгали от восторга, а Мелиса посмотрела на меня с улыбкой и одобрительно кивнула. В этот момент дверь лифта открылась, и Анжелика присоединилась к общей компании. Это был чудесный вечер, Мэнди с Брэндоном разделили с нами ужин. Я была счастлива, что решила устроить для нас ужин в официальной столовой, потому что это был именно такой момент. Мы с Мелисой не могли дождаться, когда дети лягут спать, поэтому она помогла нам с купанием, чтобы ускорить процесс. Это был первый раз, когда она участвовала в подготовке их ко сну, и я полагала, что это произошло потому, что теперь она видела себя в другой роли. Она была их матерью.       Дети больше не хотели, чтобы я читала им сказку, поэтому Мелиса пригласила их всех к себе в кровать и прочитала им две истории, прежде чем отправить по своим комнатам. Мы пошли и перецеловали их всех на ночь, и, по крайней мере, они позволили мне прикоснуться своими недостойными губами к их лицам. Едва мы с Мелисой вошли в ее спальню, она сразу начала расстегивать рубашку.              - Какие неблагодарные маленькие черви! Я пожертвовала всем ради них, а они бросили меня ради тебя, - пожаловалась я, а Мелиса рассмеялась.       - Я же говорила тебе самой родить ребенка, - сказала она. - Тогда ты сможешь собрать свой собственный маленький отряд. У тебя уже есть Анжелика, потому что она даже не знает, кто я, а новый ребенок...       - Нового ребенка не будет, потому что, скорее всего, мой ребенок снова выберет тебя.       - И это было бы справедливо, поскольку ты украла у меня Анжелику, - ответила она.       - Хорошо, что я это сделала, иначе у меня никого не было бы. Мне сейчас так грустно, что только секс может меня развеселить, - улыбнулась я.       - Дааа! - выдохнула она. - Я определенно могу сделать это для тебя. Позволь мне сначала запереть дверь. Все спят, и Анжелика в надежных руках. Что бы ни происходило за пределами этой спальни, это не наша забота.       Мелиса во второй раз за сегодняшний день взяла меня за руку и повела в ванную. На этот раз, двигаясь быстро, она буквально сорвала с нас одежду, потому как не хотела, чтобы что-то помешало нам в этот момент. Теперь все вокруг было тихо, все находились в кроватях, но с пятью детьми в доме могло случиться все, что угодно. И, если нам повезет, у кого-нибудь внезапно поднимется температура.       План состоял в том, чтобы быстро принять душ и отправиться в постель, но, увидев друг друга мокрыми и обнаженными, с капающей с наших тел водой, было немного сложно двигаться с той скоростью, с которой нам бы хотелось. Мы слились в страстном поцелуе, и мои руки легли на груди Мелисы, придавая им форму, пока я терзала ее губы. Я чувствовала, что вот-вот взорвусь.       - Нет. Это опасно, потому что ты заставишь меня кончить. Давай убираться отсюда, - сказала она, и мы принялись мыть каждая свое тело, потому что, если бы мы касались друг друга, мы не добрались бы до кровати.       Выйдя из душа, мы быстренько вытерлись, затем Мелиса схватила меня за руку и поспешила со мной в спальню. Я остановилась, глядя на нее и на кровать, но не спешила ложиться.       - Я не могу этого сделать... - произнесла я, и она рассмеялась.       - Ты прекратишь это дерьмо прямо сейчас и ляжешь на кровать.       - Я сейчас закричу... - засмеялась я. - Я уже сейчас могу сказать, что мне будет очень хорошо.       - Ты можешь кричать сколько угодно, потому что в этой спальне отличная звукоизоляция, и я могу гарантировать, что все будет хорошо. Возможно, я не знаю, что надо делать, но я помню, что ребята делали со мной, чтобы доставить мне удовольствие. Кроме того, мне нет необходимости сильно стараться, потому что тебе не с чем сравнивать и ты не увидишь разницы, - сказала она, а я, рассмеявшись, забралась на кровать.       - Что мне делать дальше? - спросила я, когда Мелиса перелезла через меня.       - Наслаждайся моим языком, - ответила она и завладела моими губами.       Когда она легла на меня, ощущение от прикосновения нашей кожи друг к другу вызвало непреодолимое желание, пронесшееся по моему телу, а объединившись с ощущением от ее поцелуя, мой мозг почувствовал, что вот-вот взорвется. Мелиса отпустила мои губы и поцеловала меня в щеку, пока не добралась до уха и не направила свой язык внутрь.       - Ааа! Мел... Боже мой! - воскликнула я, морщась от удовольствия, потому как понятия не имела, что на моем теле так много чувствительных мест.       Мелиса прошлась губами по моей шее, и я вспомнила, что это вызвало у меня слабость в коленях, но теперь это было более интенсивно, потому что у нее появился доступ ко всей длине шеи, когда моя голова откинулась назад, а рот широко открылся, хватая воздух, чтобы справиться с таким неописуемым чувством. Это было почти все, что я могла вынести... но затем ее губы нашли мою грудь и втянули ее в рот.       - Аааххх! Мелиса! - вскрикнула я и попыталась оттолкнуть ее, но она вцепилась мне в грудь и застонала. - О черт... подожди... - она наконец-то ответила на мою мольбу.       Едва Мелиса отпустила мою грудь, я потянула ее обратно вниз, хотя не могла вынести такое удовольствие, но не хотела пропустить подобный опыт. Мелиса взяла в рот другую мою грудь, и, когда моя спина прогнулась, она продолжила держать меня. Я вцепилась в нее и закричала, тогда она попыталась замедлиться, чтобы мне было легче принять ее ласки, но, сделав это, она поставила меня на грань безумия. Я знала, куда она отправится дальше, но сама мысль об огромном удовольствии, которое меня ожидает, была ужасающей, однако было в этом что-то такое, что заставляло меня хотеть выдержать ее натиск, чтобы испытать его великолепие.       Я почувствовала, как Мелиса опускается ниже, целуя дорожку к тому месту, в котором интенсивно нарастало удовольствие, и я ожидала, что, когда ее язык прикоснется к нему, произойдет взрыв.       Мелисе пришлось раздвинуть мои ноги, потому что я пыталась отгородиться от нее, но она пробралась внутрь, а я увидела страсть в ее глазах, когда она готовилась взять меня. Я крепко вцепилась в одеяло и поморщилась от прекрасного и мучительного ожидания того, что ее язык сделает со мной. Мелиса опустила голову, и ее глаза закатились еще до того, как ее губы соприкоснулись со мной, а когда это произошло, сила страсти отбросила меня обратно на подушки.       - Аааа! Фууух... о... о, черт... - пыталась что-то сказать я, а затем потеряла не только дар речи, но и способность дышать.       - Ммм! - громко простонала Мелиса. - Ммм, ммм!       Я чувствовала, как губы, язык и зубы Мелисы скользят по всей моей влажной плоти, пожирая меня. Ее язык двигался вверх и вниз между набухшими складками, и это интенсивно сладкое давление превратилось в удовольствие, которое становилось все сильнее и сильнее, пока не взорвалось. Мое тело задрожало, и наслаждение, превосходящее мои самые смелые фантазии, вспыхнуло во мне, омывая каждый сантиметр моего тела. Я не могла себя контролировать, и даже если бы в этот момент в кровати вспыхнул огонь, я не смогла бы выбраться из нее. Мелиса дрожала у меня между ног, а это означало, что она тоже испытывала оргазм. У нее было много таких, но это был мой первый раз, и она, возможно, не могла понять, что только что сделала со мной. Это какое-то безумие, что удовольствие такого масштаба вообще существует, и я никак не могла перестать дрожать, даже чтобы спасти себя.       Медленно спускаясь с седьмого неба, я думала о важности принятия правильного решения о человеке, которого мы выбираем для интимных отношений, пока мы трезвы в размышлениях, потому что после чего-то подобного, как мы сможем уйти? Именно это случилось с моей матерью? Любовь и страсть так сложно контролировать, и я была рада, что смогла сделать правильный выбор, прежде чем сделать этот шаг, потому что теперь я оказалась заперта в клетке. Я ни за что не смогу отказаться от чего-то настолько прекрасного. У меня не было необходимости осторожничать в этот момент, потому что я знала, кем была Мелиса, я одобряла жену, которой она будет для меня, и мать, какой она будет для моих детей. Мне нужно просто отпустить все свои страхи и позволить ей любить меня.       Мелиса поднялась ко мне и, заглянув в мои глаза, поцеловала меня в губы и улыбнулась.       - Как прошел наш первый раз? - спросила она.       - Я не могу тебе сказать, - ответила я.       - Что? Почему бы и нет? - она засмеялась.       - У меня нет слов, чтобы ты поняла, насколько это было хорошо.       - Это было потрясающе, не так ли? - задала она риторический вопрос. - Я испытала оргазм, когда вкушала тебя. Не знала, что такое возможно, но ты была такой вкусной.       - Ты в полной заднице, - ответила я, и ее глаза распахнулись. - Не могу поверить, что секс настолько хорош. Я буду хотеть тебя все время, - добавила я, и она засмеялась. - Просто предупреждаю.       - Я не уверена, могу согласиться с тобой, потому как я совсем не знаю, на что ты способна, - улыбнулась она.       - Все, что мне нужно сделать, это пройти тот же путь, что прошла ты, и нет никакого способа, чтобы ты не испытала то же самое, что только что испытала я.       - Помни, сегодня был твой первый раз. Я занимаюсь этим уже некоторое время, поэтому вполне возможно, что я не испытаю того же самого, - сказала Мелиса.       - Поверь мне. Это не имеет значения. Кроме того, ты всегда была с мужчинами. Откуда ты знаешь, что с женщиной не будет все по-другому? - спросила я и, перевернув ее, оказалась сверху.       - Верно. Давай посмотрим, на что ты способна, - сказала она, а я, улыбнувшись, завладела ее губами.              Сначала я пыталась вспомнить, что делала Мелиса, но поймала себя на том, что следую за удовольствием, которое испытывала сама, целуя ее, однако она была экспертом в этом деле, поэтому я постаралась сосредоточиться на том, чтобы сделать все правильно. Я поцеловала ее в щеку так, как она целовала меня, а когда добралась до ее уха, но вместо того, чтобы засунуть язык внутрь, как она, я несколько раз входила в него и выходила, вращая языком, а затем втянула его в рот, потому что я жаждала ее всю.       - Сэм! Черт! - закричала она и крепко обняла меня, пока я терзала ее ухо. Вернувшись к губам, я страстно поцеловала ее и перешла к другому уху. Мне хотелось большего. Хотелось добраться до ее груди, но это нарушало бы ее порядок. Шея была следующей. - О черт... о боже мой... да!       Ее груди продолжали звать меня к себе, и мне пришлось оставить шею, чтобы добраться до них. Одну из них я держала обеими руками, не потому, что она так делала со мной, а потому, что мне хотелось держать ее и сосать. Сначала я лизнула ее сосок, и сразу же ее руки взлетели и схватились за одеяло. Я осторожно пососала, желая посмотреть, не появится ли молоко, но, когда оно не появилось, я приложила немного больше усилий, и по-прежнему ничего. Пока я экспериментировала, Мелиса сходила с ума от удовольствия. Я взяла в руки другую грудь и, тоже пососав ее, не могла поверить, насколько это вкусно. Мне стало жаль Анжелику, потому что они ей бы понравились. Я оказалась настолько потеряна в удовольствии и волнах страсти, которые подарила мне ее грудь, что спрятала лицо между ними и прижала их к своим щекам. Затем я начала сосать их по очереди, переходя от одной к другой.       - Сэм, ты меня убиваешь! - простонала Мелиса, хватая ртом воздух. Ее голова была запрокинута, а тело выгнулось над кроватью.       Мне не хотелось оставлять ее грудь, но еще больше не хотелось, чтобы что-то помешало мне испытать все это. В любой момент мы можем понадобиться детям, и тогда мне придется расстаться… Я бы так разозлилась! Чтобы этого не случилось, я отправилась к ней между ног. Мелиса посмотрела на меня, затем приняла почти сидячее положение и обхватила мое лицо, удерживая меня подальше от своего клитора.       - Отпусти, - сказала я, и она, продолжая держать меня, медленно опустила мою голову к своему клитору. Я лизнула, и она тут же оттащила меня. После того как она чуть не убила меня ранее, ей хотелось получать удовольствие постепенно. - Отпусти!       Я отстранилась, а затем зарылась лицом между ее ног, всасывая в рот ее влажную набухшую плоть.       - Фуууууук! - закричала она и попыталась снова схватить меня за голову, чтобы оттащить, но на этот раз я оказалась готова. Схватив ее за руки, я крепко прижала их к себе и насладилась самым вкусным, что я когда-либо пробовала. - Сэээм!       Я больше не следовала тому, чему научилась у нее, потому что нашла свой собственный путь, руководствуясь удовольствием и желанием, которые я испытывала. Без какой-либо схемы и предварительных знаний, без какого-либо беспокойства о степени ее сексуального страдания, я использовала свой язык и губы, чтобы извлечь из нее все до последней капли нектара и удовольствия, которые смогла. Я нашла свое место в жизни. Я нашла бесконечную любовь и страсть в этой женщине. Но самое главное, я нашла свой дом.       Мелиса выкрикивала мое имя, когда кончала, а я вылизывала ее до тех пор, пока вновь не ощутила то самое прекрасное чувство, а потом остановилась. Ее клитор пульсировал на моем языке, и это было так удивительно, что я начала плакать. Я была убеждена, что никто никогда не сможет заставить меня чувствовать себя так, и была счастлива, что дождалась ее. Мелиса была слишком поглощена взрывом своего оргазма, что не заметила моих слез, а когда поняла, что я всхлипываю, быстро притянула меня к себе и заключила в объятия. Я чувствовала ее учащенное дыхание и биение ее сердца, их ритм успокаивал меня. Она не спрашивала, почему я плачу, потому как знала, что едва ли найдутся слова, чтобы выразить то, что я чувствую. Только слезы могли помочь мне пережить это. Она просто прижимала меня к себе и ласкала мое обнаженное тело, пока я не расслабилась и не заснула.              ГЛАВА 15       Я была искренне благодарна Рошель. Она держала ребенка у себя всю ночь, и мне не пришлось идти к ней, потому что я ужасно устала. Проснулась я для очередного раунда занятий любовью, и мой оргазм был настолько мощным, что вырубил меня, и в итоге я проспала до позднего утра. Когда я открыла глаза, Мелисы рядом со мной не было. Я посмотрела на часы, было почти девять.       - Черт! - выдохнула я и побежала в ванную, потому что не привыкла спать так долго, а Анжелика любила, чтобы я давала ей утреннюю бутылочку.       У детей сегодня не было занятий в школе, обычно я завтракала с ними, но Мелиса сегодня дома, поэтому им было все равно, если я вообще не появлюсь. Я оделась и причесалась, затем взяла телефон, чтобы посмотреть, нет ли сообщений от Мэнди. Они были. Она прислала фотографии рождественских праздников и украшений с сообщением о том, что почти настало время для большого дня. Она написала, что все-таки поедет к бабушке, потому что они хотели встретиться с Брэндоном. Я быстро ответила на ее сообщение, затем, выйдя из спальни, проверила детские комнаты и комнату Анжелики, желая убедиться, что все они действительно внизу.       Войдя в лифт, я спустилась вниз, и он открылся в гостиную, полную людей. Я остановилась как вкопанная, потому что не знала, что у нас гости.       - Сэм! - воскликнули дети, подбежали и обняли меня. В конце концов, видимо, я все еще что-то значила для них. Я наклонилась и поцеловала их, а когда выпрямилась, увидела Мелису, идущую ко мне с улыбкой на лице.       - Привет, детка, - поприветствовала она и на глазах у всех быстро поцеловала меня в губы. - Я бы хотела, чтобы ты познакомилась с моей семьей.       - Ты... - начала я, но решила, что оставлю свои угрозы на потом. Я улыбнулась и подошла к ним.       - Привет всем. Это моя будущая жена, Саманта. Саманта, это моя мама, Эвлин; мой отец, Джексон; мои тети, дяди, двоюродные братья и сестры...       - О да, оставь своего единственного брата напоследок, - сказал один из мужчин.       - И мой брат, Джозеф. Его прекрасной жене пришлось остаться дома с его детьми, потому что они не могут выйти из дома без вызова скорой помощи и пожарной машины, - добавила Мелиса. - Ты никогда не встречала детей с худшим поведением. Они никогда не смогут прийти ко мне домой.       - Но они смогут прийти ко мне, - сказала я. - Приводи их как-нибудь, Джозеф.       - Наконец-то кто-то пришел, чтобы спасти нас всех! - произнес он, и я рассмеялась.       - Привет всем. Приятно познакомиться, - сказала я, а затем направилась прямо к родителям, потому что должна была проявить уважение к родителям женщины, с которой мне предстояло провести остаток своей жизни. - Здравствуй, Эвлин. Привет, Джексон, - я пожала им руки.       - Привет, Саманта. Я хотела бы задать тебе вопрос и была бы искренне признательна за твою абсолютную честность со мной, - сказала Эвелин.       - Я сделаю все, что в моих силах, - улыбнулась я.       - Чей это ребенок? - спросила она.       - Мой и Мелисы.       - Да, но кто ее родил?       - Мелиса.       - Значит, вы обе решили завести ребенка и скрывали от нас беременность? - спросила она, а я повернулась, чтобы посмотреть на Мелису.       - Дорогая, я не уверена, рассказала ли ты им всю правду, но я не могу лгать, - сказала я.       - Следуй зову своего сердца, любовь моя, - ответила она, и я повернулась к ее родителям.       - Она не знала, что беременна. Я зашла в ее кабинет и услышала, как она кричит от боли из ванной. Через некоторое время мы обе поняли, что она рожает, и я приняла ребенка.       - Боже мой, это правда! - выдохнула ее мать.       Болтовня и смех разразились в гостиной, дети были заняты упаковкой подарков с Мэнди. Я даже не поняла сначала, что она тоже здесь. Я ответила на ее сообщение, думая, что она у себя дома. Тетя Мелисы держала на руках Анжелику, и на нее смотрели остальные родственники, которых не назвали по имени во время знакомства.       - Я не понимаю, как кто-то может быть беременным и не знать об этом. Вот какой эгоисткой ты всегда была...       - Если бы она была эгоисткой, она бы знала, что внутри нее что-то растет. Ты не знаешь, о чем говоришь...       - Бабушка, - сказала Кэсси и подбежала к матери Мелисы с двумя бантами в руках. - Бабушка, какой цвет тебе нравится?       - Бабушка? - шепотом спросила я у Мелисы.       - Мне нравится белый. Ты заворачиваешь подарок для своей бабушки?       - Да! - взволнованно ответила Кэсси и побежала обратно к елке.       - Многое произошло, пока ты спала, - ответила Мелиса.       - У нее полный дом детей в течение нескольких месяцев, а она ничего не сказала нам...       - И жена.       - Девушка. Они еще не женаты, - поправил Джозеф. - Тетя Мэй, ты не можешь присвоить Анжелику себе. Мы все хотим обнять ее.       - Почему бы тебе не пойти и не подержать на руках тех маленьких "зверюшек", которые живут у тебя дома?       - Хорошо, ребята. Я приглашаю Саманту позавтракать, и мы собираемся получить разрешение на брак для частной церемонии прямо здесь, дома.       - Ты не можешь позволить себе настоящую свадьбу? - спросила ее тетя.       - Нет. И никто из вас не приглашен, - ответила Мелиса.       - Да ладно, милая. Не лишай своего старика возможности повести свою единственную дочь к алтарю, - попросил ее отец.       - У меня четверо детей, которых нужно удочерить, и мне нужно поскорее жениться на Саманте, прежде чем она поймет, что все в нашей семье психически больные! Я не собираюсь ждать.       - Не будь смешной. Куда она собирается бежать с пятью детьми? - произнесла ее мать, от этих людей за версту пахло богатством, а мать и отец выглядели величественно.       - Я не знаю, но всегда происходит какое-то дерьмо, а я не хочу...       Раздался звонок в дверь.       - О, так вся семья собирается прийти к нам? - спросила Мелиса. - Вот почему я вам, ребята, ничего не рассказывала.       Мелиса подошла к двери, и все обратили свое внимание на меня.       - Я думаю, ты должна попытаться убедить Мелису устроить большую свадьбу, потому что наша семья и друзья хотели бы...              - Сэм, - сказала Мелиса. - Здесь кое-кто хочет видеть тебя.       Мужчина, которого я не знала, вошел в гостиную, поэтому я медленно поднялась на ноги и помолилась, чтобы он не стал причиной каких-либо проблем для меня или моей семьи. Я ничего плохого не сделала, так кем же был этот человек?       - Здравствуйте, - поприветствовал он всех, затем повернулся ко мне. - Саманта Морган?       - Д-да. Это я.       - Могу я поговорить с вами наедине? - спросил он.       - Конечно, - ответила я. - Дорогая, могу я воспользоваться твоим кабинетом?       - Да. Конечно, - Мелиса выглядела обеспокоенной.       - Я бы хотела, чтобы моя невеста была с нами, - сказала я и протянула ей руку.       - Очень хорошо, - ответил мужчина, и Мелиса провела нас в свой кабинет и предложила джентльмену сесть.       - Нет, спасибо. В этом нет необходимости, потому что я отниму у вас всего минуту времени, - сказал он, но мы с Мелисой все же сели на диван и ждали, когда он скажет, в чем дело и как он меня нашел. - Саманта, меня зовут Дерек, и я являюсь душеприказчиком твоей матери, Жаклин Морган-Скотт, - сказал он, открыл сумку и достал папку.       - Что?       - Душеприказчик. Она просила меня передать вам кое-что после ее смерти. Прости, что я так запоздал, но я узнал о ее смерти всего несколько дней назад, - сказал он. - Это тебе от мамы. Не могла бы ты просто расписаться вот здесь, что получила его.       - Спасибо, - сказала я, взяла у него папку и подписала бумагу.       - Я искренне сочувствую вашей потере, - сказал он.       - Спасибо.       - Не могли бы вы, пожалуйста, проводить меня, - сказал мужчина.       - Подожди меня, дорогая, - Мелиса вывела мужчину из кабинета.       Я села на диван и открыла папку, в ней было два конверта. На том, что поменьше, почерком матери было написано мое имя, и я закрыла глаза, потому что ее почерк был ярким воспоминанием о ней. Сморгнув слезы, я не решилась открывать конверты, пока Мелиса не вернется. Я была так благодарна за то, что она рядом со мной, и почувствовала прилив сил, когда она вошла в комнату. Мелиса села рядом со мной и нежно погладила меня по спине.       - Похоже на письмо, - сказала она.       - Тогда что это может быть? У моей матери ничего не было. Она тратила каждый цент на Адриана, никогда ничего не вложила в мое образование в колледже, а она обязательно бы сделала это, если бы у нее были деньги для меня, потому как знала, что я изо всех сил пытаюсь получить образование.       - Ну, посмотри на все это непредвзято, ничего не ожидая. Посмотри, что внутри, - сказала Мелиса.       Сначала я открыла письмо.       Моя дорогая Сэм,       Ты была моей первой любовью, и это не изменилось до моего последнего вздоха. Я знаю, что подвела тебя. Я позволила своей любви к мужчине превзойти любовь, которую я испытывала к своему ребенку, и мы дорого заплатили за мои ошибки. Но эти ошибки были моими, а не твоими. Не позволяй моим промахам закрыть свое сердце от того, кто найдет тебя и полюбит так, как ты того заслуживаешь. Ты всегда хотела получить ответ, почему я в конечном итоге причинила боль нам обеим, но единственное, что я могу сказать на это - я влюбилась в того, кто не любил меня.       Ты продолжаешь расплачиваться за мои ошибки, потому что, если ты читаешь это письмо, это означает, что меня больше нет рядом, а остальные мои четверо детей находятся на твоем попечении. Я знаю, ты никогда не была близка со своими сестрами, потому что они символизируют конец прекрасной жизни, которая у нас была до их появления, но ты хороший человек с добрым сердцем, и я знаю, что ты защитишь их. Ответственность за четверых маленьких детей значительно изменит новые мечты, которые ты создала для себя, и я не могу выразить, как сожалею обо всем, через что тебе придется пройти.       Я ничего не смогла сделать для тебя и твоих сестер, пока была жива, но в глубине души я знаю, что моя смерть станет для них началом новой твоей лучшей жизни. Моя душа разрывается на части от того, что тебе снова придется отказаться от своей мечты и стать родителем четверых детей, которых не ты привела в этот мир, но у них нет никого, кроме тебя, и, хотя это будет трудно, я знаю, что ты найдешь способ создать для них и для себя лучшую жизнь, потому что ты намного сильнее, чем я когда-либо была. Пожалуйста, дай им знать, как сильно я их любила, но я хочу, чтобы ты сердцем своим понимала, что ты моя первая любовь и навсегда останешься моей самой большой любовью.       Мамочка              Пока я читала ее письмо, мои руки и голос дрожали, но я сломалась, когда оно закончилось, однако руки Мелисы оказались рядом, чтобы крепко обнять меня. Я излила на нее свою душу и почувствовала, как ее слезы капают мне на лоб. Все эти годы я была так зла на мать, что мне было трудно по-настоящему скорбеть, когда она умерла, особенно, если учитывать, что мне пришлось сосредоточиться на заботе о детях. Но теперь, читая письмо, я слышала ее голос, и до меня наконец-то дошло, что женщины, которую я любила всем своим юным сердцем и которая была моим лучшим другом, больше нет рядом. Мелиса обязательно помогла бы мне вырвать ее из рук Адриана и вернуть в мою жизнь, но теперь уже слишком поздно.       Мелиса ласкала меня, но слезы было трудно сдержать, поэтому она уложила меня на диван и вышла из кабинета. Вернулась она с Анжеликой на руках, и я была так счастлива видеть, как она держит нашего ребенка, что это видение мгновенно заставило меня забыть о своей боли.       - Моя малышка, - я забрала ее у Мелисы, прижала к себе и вдохнула ее завораживающий детский аромат. Поцеловав, я снова прижала ее к груди. - Я люблю тебя, Анжелика, - произнесла я с закрытыми глазами, наслаждаясь ее целительной силой.       Я сидела на диване с Анжеликой, а Мелиса, опустившись на колени, смотрела на меня.       - Ты в порядке, любовь моя? - спросила она и нежно погладила мою ногу.       - У меня же есть ты, верно?       - Да, детка. Навсегда, - сказала она. - И твои дети.       - Со мной все будет в порядке.       - Я знаю, что так и будет, дорогая, - утешала она. - Что ты думаешь о письме?       - На самом деле, оно особенное, - ответила я, и слезы снова потекли из моих глаз. - Приятно, что она нашла время, чтобы оставить эти последние слова для меня. Они так много значат. Они написаны от всего сердца, она постаралась быть настолько честной, насколько могла. Я чувствовала, что именно эти слова она сказала бы мне, лежа на смертном одре, и я практически слышала, как она произносит эти слова.       - Она очень высокого мнения о тебе, признавая свои ошибки, она понимала, как они повлияют на тебя, - произнесла Мелиса, поглаживая палец моей руки, которой я держала нашего ребенка. - Это дает тебе какое-то утешение?       - Это дало мне шанс по-настоящему разобраться в своих чувствах, потому что я плакала о жизни, которую она потеряла, и о том, что она умерла, так и не найдя из нее выхода. Я плакала о детях, которых она оставила, но я не позволяла себе чувствовать, как сильно я скучала по ней. Я почувствовала это только сейчас.       - Хорошо. Просто знай, что я рядом с тобой, если ты когда-нибудь захочешь поговорить или если тебе понадобится плечо, чтобы выплакаться, - сказала она и нежно погладила мое лицо.       - Спасибо тебе, дорогая.       - Есть еще один конверт. Хочешь, я открою его для тебя? - спросила она.       - Конечно. Давай, - Мелиса подошла к столу и взяла нож для вскрытия писем.       Конверт был запечатан, поэтому она осторожно открыла его и достала несколько бумаг. Я наблюдала, как она внимательно изучает их, затем она посмотрела на меня с улыбкой.       - Что это? - спросила я.       - Это полис страхования жизни на двести тысяч долларов. Ты единственный бенефициар.       - Что? Ты уверена?       - Да, - ответила она, и я смутилась.       - У моей матери никогда не было страхового полиса.       - Очевидно, был.       - Когда он был оформлен? - спросила я.       - Восемь лет назад.       - Значит, она платила его до самой своей смерти? У нее не было денег, чтобы заплатить за этот полис, потому что... - сказала я и замолчала. - Подожди… там есть соглашение об оплате? - спросила я, и Мелиса начала просматривать страницы.       - Двести долларов.       - Аааа! - закричала я, и Анжелика заплакала. - Возьми ее!       - Сэм...       - Возьми ее! - повторила я, и Мелиса забрала у меня плачущего ребенка. Она не знала, как успокоить ее и одновременно позаботиться обо мне, поэтому поспешила выйти из комнаты с Анжеликой и вернулась одна.       - Сэм, что случилось? - спросила она, а я продолжала плакать и дрожать. - Сэм, поговори со мной! - попросила она и попыталась обнять меня, но я попятилась от нее. - Пожалуйста.       - Она сделала это! - закричала я.       - Сделала что? - спросила она, но ответ было так трудно произнести. - Что сделала твоя мать?       - Она специально разбила эту чертовую машину!       ГЛАВА 16              Я была опустошена, и Мелиса не могла меня успокоить - даже Анжелика не смогла бы меня успокоить. Это все моя вина. Но как она могла сделать нечто подобное? И почему решила, что это единственный способ исправить свою ошибку? Полиция сочла произошедшее несчастным случаем, но из-за нашего последнего разговора и письма я знала, что это не так, и никто не смог бы убедить меня в обратном.       - Детка, пожалуйста, успокойся, - уговаривала Мелиса. - Ты делаешь поспешные выводы без каких-либо доказательств.       - Есть гребаные доказательства!       - Тогда расскажи мне об этом, потому что я ничего не знаю о них, и мне не нравится видеть тебя такой. Помоги мне понять, - умоляла меня Мелиса, сделав еще одну попытку обнять меня, и на этот раз я позволила ей.       Она подвела меня к дивану и вытерла мне глаза салфеткой, затем подождала, пока я сделаю несколько глубоких вздохов, чтобы спокойно объяснить, но боль была слишком сильной, а чувство вины еще хуже. Мне казалось, что моя мать совершила этот ужасный поступок из-за того, что я отказалась простить ее или помочь ей. Слезы продолжали литься, а Мелиса держала меня в своих объятиях, терпеливо ожидая, когда мне станет лучше. Я подумала о девочках, о том, что, возможно, их родители ушли из жизни из-за меня, но разве так их жизнь не стала лучше? Разве их шансы на светлое и счастливое будущее не стали более определенными? Независимо от того, что произошло, разве их благополучие не должно стать приоритетом? Мне просто не хотелось, чтобы это стоило такой огромной цены.       - Просто дыши, милая. Я понимаю тебя. Все в порядке, - успокаивал меня голос Мелисы.       Она была на десять лет меня старше, и я чувствовала себя защищенной, зная, что она намного опытнее и способна направить нашу семью в правильном направлении. Мне так повезло, что она появилась в моей жизни и приняла детей как своих собственных. Они обожали ее и никогда не были настолько счастливы, так что я должна сосредоточиться на этом и оставить прошлое позади, но как я смогу так запросто отмахнуться от произошедшего? Моя мать покончила с собой и забрала Адриана, потому как думала, что это единственный способ дать детям шанс на выживание, и она поручила мне сделать это. Но для меня этот груз казался слишком тяжелым, если учитывать, что я знаю о ее поступке, но Мелиса находится рядом, и мне не придется нести это бремя в одиночку.       Я села и посмотрела на Мелису, она снова вытерла мои слезы.       - Однажды мама позвонила мне и попросила приехать навестить ее, но я не поехала. В течение трех недель я игнорировала ее просьбу, потому что мне было трудно смотреть на то, какой она стала, хотя всегда была такой сильной, красивой и умной женщиной. Я так гордилась своей матерью, а потом мне стало стыдно за нее, - сказала я Мелисе, она взяла меня за руку и погладила. - Я наконец-то приехала к ней, она хотела занять немного денег...       - Сколько?       - Двести долларов, - ответила я, и Мелиса закрыла глаза.       - Я ей отказала, - сказала я, и она открыла их. - Она и раньше несколько раз просила, и я давала их ей, но в тот раз я была зла, что у нее столько детей, и она застряла в такой ужасной ситуации из-за мужчины, который не обеспечивал ее и своих детей. Я чувствовала себя беспомощной, потому что не могла вытащить ее из той ситуации, не погрузившись туда, где она была. Я просто не могла себе этого позволить, потому как не видела для нее выхода и просто хотела понять, почему она так поступила с собой и своими детьми.       - Ты спросила ее?       - Спросила, но она сказала, что у нее нет ответа. Она влюбилась, и это было действительно так. Я сказала ей, что не собираюсь давать ей денег, но она ответила, что они нужны ей для чего-то важного, - я снова заплакала. - Я уехала, но потом вернулась, положила пятьсот долларов под цветочный горшок у двери и сказала ей, где они находятся. Мел, она хотела этими деньгами оплатить страховку. Того, что я дала ей, хватило оплатить задолженность и текущий месяц, но потом у нее закончились деньги, а я сказала ей, что не собираюсь давать ей больше. Я вела себя так плохо, и она понимала, что не сможет попросить у меня снова, поэтому она...       - Не говори этого...       - Она специально разбила эту машину, Мел. Она знала, что сможет дать нам эти деньги, а еще знала, что жизнь детей станет лучше, если она и Адриан исчезнут. Она забрала его с собой, потому как понимала, что не может оставить его с детьми. Я знаю, она сделала это. Я должна была помочь ей...       - Сэм, ты не могла помочь ей с четырьмя детьми и позаботиться о себе. Это было просто невозможно, и даже если бы ты могла, то разве что едой. Она, вероятно, получала государственную помощь на основе медицинской страховки на детей, но это было все. Им нужно было так много других вещей, которые она не могла им дать или сделать для них. Ты сказала мне, что их условия жизни были плачевными, а рядом с ней был человек, который просто не позволил бы никому войти в их семью и захватить власть. Даже тебе.       - Я знаю. Он был ужасен.       - Дорогая, ты не можешь винить себя за это, и, кроме того, ты не знаешь наверняка, верно ли твое предположение...       - Это так, Мел, и я ужасно жалею, что не справилась с этой ситуацией лучше, тогда она была бы жива...       - В ее письме я не услышала ни единого слова, где твоя мать обвиняла бы тебя в чем-либо. Она гордилась тобой и восхищалась твоим мужеством и силой. Все, о чем она просила тебя, это, если с ней что-то случится, позаботиться о детях. Она понятия не имела, что я приду и помогу тебе, поэтому она извинилась за ту огромную жертву, на которую тебе придется пойти...       - И это причина, по которой она это сделала, потому что не могла позволить, чтобы страховка утратила силу. Она знала, что я не смогу позаботиться о четырех детях и о себе без небольшой помощи, и именно по этой причине она это сделала, - сказала я, а слезы продолжали литься.       - Детка, посмотри на меня, - Мелиса взяла мое лицо в ладони. - Полиция рассказала тебе, что произошло. Ты не развеяла ее прах по ветру, а похоронила свою мать, чтобы у детей была возможность попрощаться. Они счастливы со своей новой семьей и очень рады Рождеству. Я собираюсь удочерить их, и они смогут достичь всего, чего захотят, потому что я позабочусь о том, чтобы они это сделали. Почему ты решила поверить в другую историю? Твоя мать погибла в автокатастрофе, и ты подошла к делу именно так, как она и предполагала, а потом я пришла к тебе на помощь. Вот и все.       - Как это может не иметь значения?       - Важны факты, которые намного лучше, чем предположения. Полиция провела расследование и пришла к выводу. Остановись прямо здесь и не позволяй своему разуму искать доказательства того, что они могут быть неправы. Ты прочитала ее письмо, а не предсмертную записку, потому что в письме нет ничего, что говорило бы о плане, подобного тому, что ты придумала себе. Твой разум отправился туда только из-за страхового полиса. Она не попрощалась с тобой в том письме. Она написала, что, если ты это читаешь, значит, ее рядом нет. Вот, - сказала Мелиса и отдала письмо мне. - Прочитай его еще раз, без каких-либо предположений.       Я взяла письмо и перечитала его, но все, что я смогла почувствовать, это любовь моей матери. Она знала меня и верила. Она думала, что я сильная и смелая, что у меня доброе сердце, и она заставила меня поверить в это. Она попросила меня позаботиться о девочках, и я смогу почтить ее память, позаботившись об их успехе, которому будет способствовать эта замечательная женщина, которая останется рядом со мной, несмотря ни на что. Мелиса права. Я должна сосредоточиться на детях, а не искать причины, о которых я пожалею, потому что у меня теперь собственная большая семья, которая зависит от меня и о которой нужно заботиться. Мама сделала свой выбор, а теперь мне нужно сделать свой.       Я улыбнулась последней строчке в ее письме. Она написала, что я была и навсегда осталась ее самой большой любовью. Это вернуло так много воспоминаний о том времени, когда мы жили вдвоем, и она говорила мне эти слова. Я сделала глубокий вздох и, отпустив прошлое, посмотрела в глаза своему будущему.       - Лучше? - спросила она, лаская мое лицо.       - Намного лучше, - ответила я, положив голову ей на грудь. - Где твоя семья?       - Я отправила их домой, потому что не знала, с чем имею дело.       - О нет, - сказала я. - А где дети?       - Я попросила Мэнди походить с ними по магазинам в поисках новых подарков.       - А малышка?       - В детской. Наверное, легла вздремнуть, - сказала она и погладила меня по волосам. - Как насчет того, чтобы вздремнуть в нашей постельке?       - В нашей постельке? - я посмотрела на нее с улыбкой.       - Мы собираемся пожениться, помнишь?       - Я подумала, что мы должны сделать что-то большое.       - Что? - Мелиса рассмеялась. - Почему?       - Потому что дети были бы в восторге от этого.       - Я уверена в этом, но документы об удочерении уже составлены, и мне просто нужен этот сертификат. Я уже подала онлайн заявку на получение нашего свидетельства о браке, но мы должны приехать лично, чтобы забрать его. Они даже предлагают свадьбу в тот же день, чтобы мы смогли отпраздновать ее там.       - Когда?       - Прямо сейчас. А потом мы могли бы устроить грандиозную церемонию...       - Нет, - ответила я. - Я хочу, чтобы этот день был особенным, и когда я скажу "да", я хочу произнести это только один раз. Нет никакой спешки, потому что я не собираюсь уходить из рая.       - Тебе лучше этого не делать, - улыбнулась она.       - Не беспокойся о детях. Они уже твои. Они постоянно намекают мне, что я всего лишь сестра, а ты их мать. Неблагодарные маленькие...       - Хорошо. Ты голодна. Давай, детка, - сказала она и помогла мне подняться на ноги, а затем поцеловала в щеку. - Я действительно хотела, чтобы мы поженились прямо сейчас, чтобы я могла лишить тебя девственности.       Я схватилась за грудь и остановилась, потому как действительно не ожидала, что она скажет подобное.       - Ты собиралась затащить меня в мэрию и жениться, чтобы лишить меня девственности? Зачем тебе это нужно? - спросила я, смеясь.       - Потому как я сказала медсестре Митчел, что подожду, пока мы не поженимся.       - Ты собираешься отчитываться перед ней?       - Нет.       - Тогда это не имеет значения, - сказала я.       - Так и есть.       - Тогда, когда мы поженимся, она все еще будет на месте. Она там уже двадцать четыре года и никуда не денется, - она рассмеялась.       - Но до тех пор мы же будем заниматься сексом, верно? - спросила она.       - Этот гребаный исполнитель пришел и испортил все мои планы относительно нас. Мы уже были бы на третьем раунде секса, - сказала я, и ее лицо осветилось.       - Прошлая ночь была лучшей в моей жизни.       - С твоим-то списком? Ты просто выдумываешь.       - Нет. С парнями все по-другому, - сказала Мелиса. - Они просто делают дело, получая свое удовольствие, а женщина поднимает тебя все выше и выше… куда-то на седьмое небо, и когда ты добираешься до самого верха, именно тогда она заставляет тебя кончить и рухнуть с небес на грешную землю. Чертовски безумно!       - Боже мой…Я не могу поверить, что секс настолько хорош. Мы должны пойти и сделать это снова, верно?       - Абсолютно согласна, - загорелась желанием она. - Как насчет того, чтобы тебе позавтракать, а я поднимусь и приму душ?       - Да, я умираю с голоду, - ответила я, и мы вышли из кабинета.       Я резко остановилась, когда увидела рождественскую елку.       - Почему елка розовая?       - Я же говорила тебе, что нам нужен сын. В этом доме слишком много женщин, - ответила Мелиса, и мы обе, рассмеявшись, пошли на кухню.              После того как я села завтракать, Мелиса поднялась наверх, чтобы принять душ, а я уже была возбуждена. Тем не менее, мои мысли вернулись к посылке, которую я получила сегодня, но я не позволила себе отвлечься на ужасные мысли, к которым пришла ранее. Вместо этого я позволила себе почувствовать гордость за ответственный шаг моей матери, оформившей страховой полис, когда родилась Джейла. Она сделала меня единственным бенефициаром, а это означало, что она пыталась дать мне солидный старт, чтобы помочь Джейле и мне, если с ней что-то случится. Затем она родила еще троих детей. Я вздохнула. Неважно. Пусть прошлое останется в прошлом.       Я взяла телефон и позвонила Мэнди.       - Привет, Сэм. Ты в порядке? - спросила она.       - Где вы, ребята?       - Мы едим мороженое в торговом центре. Кем был тот человек? - спросила она.       - Это был душеприказчик моей матери. Она оставила мне письмо и страховой полис.       - Что?!       - Да. На двести тысяч долларов, - сказала я.       - Повтори еще?       - Да. На самом деле я очень горжусь тем, что она подумала об этом. Я была бы, наверное, еще больше взволнована, если бы все еще жила в том доме и отчаянно нуждалась в деньгах, но я представляю себе, насколько бы это помогло нам. Для нее было нелегкой задачей оплачивать эту страховку, - я промолчала о своих предположениях и не рассказала о них даже своей лучшей подруге, потому что Мелиса проделала отличную работу, убедив меня принять лучшую альтернативу.       - Я потрясена и действительно горжусь ею, - сказала Мэнди, и было удивительно, что она всегда во всех видела только хорошее.       - Брэндон! - закричали дети.       - О, я вижу, у вас компания, - улыбнулась я.       - На самом деле это была их идея. Они хотят, чтобы он выбрал себе рождественский подарок.       - О, это так мило! Хорошо, я оставлю вас, ребята, - сказала я.       - Отлично, увидимся позже, - ответила Мэнди и отключила звонок.              Мелиса увеличила зарплату Мэнди, потому что, как она утверждала, я плачу подруге жалкие гроши за заботу о четырех детях. Она заслужила каждый пенни. Мэнди во всем была таким замечательным человеком, и я не могла не порадоваться, что ее полюбил такой удивительный мужчина.       Закинув в рот последний кусочек тоста, я сделала глоток апельсинового сока и поспешила наверх, где обнаружила Мелису, лежащую в постели голой.       - Ты не торопилась, - сказала она с улыбкой.       - Я проверяла, как наши дети, и даже не доела завтрак, потому что мне хотелось посмотреть, что ты приготовила для меня, - я услышала странный звук, исходящий из ее телефона. - Ч-что это?       - Лесбийское порно. Я пытаюсь выучить несколько новых движений, - сказала она, и я подбежала посмотреть видео, но Мелиса отключила телефон.       - Почему я не могу этого увидеть?       - Потому что это должен быть сюрприз, - ответила она. - Ложись на кровать.       - Подожди. Дай мне быстренько принять душ, - я побежала в ванную.       Было удивительно, как легко Мелиса смогла перевести меня от ужасных эмоций к чувству радости и возбуждения. Я так сильно любила ее, и наконец-то мне не нужно было беспокоиться ни о себе, ни о девочках. У нас все будет хорошо.       Я поспешила выйти из душа и быстро протерлась полотенцем, затем побежала в спальню, чтобы увидеть улыбку на лице Мелисы.       - Ты, наверное, захочешь запереть дверь, - сказала она.       - Боже мой! - я быстренько направилась к двери. - Нашла что-нибудь вкусное?       - О да! - ответила она с лукавой улыбкой, потому как знала, что меня ждут большие неприятности. Чего она не знала, так это того, насколько я возбуждена.       Забравшись на кровать, я стянула одеяло с Мелисы. Ее красивое тело приветствовало меня, и у меня потекли слюнки, когда я увидела ее торчащие вверх розовые соски. Я ничего не могла с собой поделать, поэтому отправилась прямо к ним. Захватив губами один из них, я даже не смогла как следует присосаться, как Мелиса оттащила меня.       - О нет! Это не твое шоу, дорогая! - она перевернула меня на спину. Я засмеялась и с радостью приняла ее поцелуй. Мелиса с улыбкой заглянула в мои глаза. - Мне так жаль тебя за то, что я собираюсь с тобой сделать.       - Ты должна показать мне видео по телефону, чтобы я была готова, - сказала я.       - Я не хочу, чтобы ты была готова, - ответила она и взяла мою грудь в рот.       - О черт... ммм, - простонала я и, схватив ее за голову, потянула за волосы, когда удовольствие захлестнуло меня. Мелиса зажала другой сосок между пальцами и нежно покрутила его, возбуждение от бугорка удовольствия побежало прямо к моему клитору. - Черт! Мел! - застонала я, и мое тело задрожало в агонии.       Для меня все еще было ново, несмотря на то, что прошлой ночью мы трижды занимались любовью. Я никогда не смогу привыкнуть к этому, потому что страсть и любовь, которые я испытываю к Мелисе, никогда не ослабеют, и это лишало меня возможности ничего не чувствовать. Мелиса перешла от одной груди к другой, а я, обхватив ее ногами, заставила свой клитор прикоснуться к ее коже. Мурашки покрыли все мое тело, и их количество значительно умножилось, когда она поцеловала дорожку вниз по моему животу и оказалась у меня между ног.       - Я просто обожаю пробовать тебя на вкус, Сэм, - сказала она, затем закрыла глаза и прижалась ко мне ртом.       - О боже мой! - закричала я. - Оооо, фуууух...       - Ммм! - стонала Мелиса, терзая мою плоть, и, хотя теперь я была знакома с таким уровнем удовольствия, эффект был тот же.       Я обхватила ее голову ногами, но они снова упали обратно на кровать, зато теперь оказались широко открыты, предоставляя ей полный доступ и сводя меня с ума в процессе. Мой мозг едва не взорвался, когда Мелиса вдруг оставила меня.       - Чт... что ты делаешь?! - спросила я, задыхаясь от недостатка кислорода и от переполнявшего меня гнева.       - Я собираюсь кончить и не могу дождаться этого, - сказала она, подняла одну из моих ног и устроилась между ними.       - Нет... подожди, - сказала я. - Что ты делаешь?       Мелиса поцеловала мою ногу и прижалась к ней лицом, а когда она потерлась своей горячей, влажной плотью о мою плоть, ее глаза закрылись, а я как будто немного умерла. Зрение мое сначала слегка затуманилось, а затем мои глаза закатились куда-то к затылку. Она пошевелила бедрами, и я учащенно задышала, хватаясь руками за простыни, за ее ногу, за свою грудь... везде, где рефлекторно оказывались мои руки. Мне хотелось кричать, плакать, звать ее по имени, однако я не совсем понимала, что делаю в данный момент. Я не слышала себя, потому что нарастающее удовольствие взяло под контроль все мои движения и все мои мысли. Я чувствовала, как влажная плоть Мелисы быстро скользила по мне, и ощущения, которые я раньше испытывала по всему телу, внезапно исчезли, а затем сконцентрировались у меня между ног. Эти чувства нарастали, накапливались и набирали силу, пока не взорвались сладостным фейерверком, а я услышала свой голос, зовущий ее по имени. Разрушающее мой разум наслаждение охватило меня, и я задрожала. Мелиса тоже не смогла удержаться и упала на меня, мы обе бились в конвульсиях оргазма, ожидая освобождения из этого прекрасного плена.       Я прижала ее к себе, пока наше дыхание медленно обретало ритм, затем она откатилась в сторону, и мы обе лежали на спине в тишине. Боже мой! Прошло некоторое время, прежде чем мы повернулись лицом друг к другу, и я думала, что она посмотрит на меня с улыбкой, но у нее было очень серьезное выражение лица. Мне было интересно, что у нее на уме, но что бы это ни было, оно должно было быть хорошим. Затем я увидела ее улыбку.       - Ты серьезно? - спросила она.       - Я? Это ты провела исследование, а потом чуть не убила нас обеих, - заметила я, и она рассмеялась.       - Это безумие, не так ли? Ты полтора года приходила ко мне в кабинет с финансовой отчетностью, а я понятия не имела, что мы станем семьей и что я так сильно влюблюсь в тебя, - сказала она, и я улыбнулась.       - Ты была такой грозной, что даже если бы экстрасенс сказал мне, что это произойдет, я бы никогда не поверила в это.       - Я была грозной? Это нечестно. Я просто серьезная деловая женщина.       - Который всех пугает своим видом.       - Это преувеличение. Если все идет гладко, мне не из-за чего злиться, - сказала она. - И я не хочу говорить о бизнесе после того умопомрачительного оргазма, который я только что испытала. Почему мне с тобой так хорошо?       - Потому что ты знаешь, что я люблю тебя, - улыбнулась я.       - Должно быть, так и есть, - сказала она и погладила меня по лицу.       - Мне нравится видеть тебя с Анжеликой.       - Да, я привязываюсь к ней, - пошутила она. - Мне так жаль, что ей пришлось страдать из-за меня, чтобы ты осталась в нашей жизни.       - Это было плохо с твоей стороны.       - Я не смогла бы справиться сама... мне действительно было очень страшно, и я не знала, как справиться с проблемой, о которой я ничего не знала. Ты была нужна мне, а попросить я не могла, потому что у тебя уже было четверо детей.       - Ты заставила меня вписать свое имя в свидетельство о рождении твоего ребенка, - указала я.       - Потому что в тот момент, когда ты держала ее на руках, мне показалось, что ты уже привязалась к ней и... - она замолчала и улыбнулась. - Кто еще может быть вторым родителем Анжелики, кроме тебя?       - Биологический отец, например, - сказала я, и она посмотрела на меня. - Боже мой! - я не выдержала и вскочила с кровати.       - Что?       - Ты солгала мне! Ты сказала, что не знаешь, кто отец ребенка, чтобы я написала там свое имя!       - Детка, иди сюда.       - Нет! Кто отец Анжелики? - спросила я, и она села, глядя на меня. - Я не хочу, чтобы этот человек появился и подал на нас в суд из-за своего ребенка!       - Иди сюда, - спокойно произнесла она и протянула руки. Я нерешительно подошла к ней, она обняла меня и усадила на кровать. - Детка, я была полностью честна с тобой. Мне не нравится, что ты делаешь такие поспешные выводы, а потом расстраиваешься из-за этого. Я сказала, что могу разыскать отца Анжелики, но мне придется несколько мужчин отправить на анализы, что может привести к серьезным проблемам.       - Они знали, что в твоей жизни были и другие мужчины и что твой ребенок мог принадлежать кому-то другому?       - Они все думали, что я замужем. Я специально говорила им так, чтобы они не привязывались ко мне. Мы все знали, что эти встречи просто для развлечения, и, к счастью, Анжелика так сильно похожа на меня. Кроме того, история о том, что у меня есть ребенок, ни для кого из них не покажется правдой, потому что они никогда не видели меня с животом. Мне жаль, что я немного солгала тебе в начале, но я сделала это ради достойного дела, - сказала она, а я рассмеялась. - Но я никогда больше не буду тебе лгать. Ты можешь доверять мне, Сэм.       - Хорошо, - сказала я, и она, убрав волосы с моего лица, поцеловала меня.              Ручка на двери повернулась, но, к счастью, дверь была заперта.       - Мамочка!       - Мамочка!       Голоса были слабыми и, должно быть, доносились из-под двери, потому что так они делали всякий раз, когда дверь была заперта.       - Черт! - одновременно сказали мы и начали быстро одеваться.       Дети продолжали звать, Мелиса поспешила к двери и открыла ее. Все четверо бросились в комнату и запрыгнули на кровать.       - Сэм, мы купили тебе много подарков, и тебе тоже, мамочка, - сказала Лави, и я была счастлива, что обо мне тоже подумали и даже упомянули первой. Я была уверена, что Джейла покупала подарки только для Мелисы.       Мы стояли посреди комнаты, Мелиса обняла меня, и мы смотрели, как дети прыгают вокруг. Затем мы сели в двухместное кресло и позволили им побегать по комнате, но Мелиса возразила, когда они добрались до ее косметики.       - Хорошо, девочки. Время купания. Пойдемте, - сказала она, и мы отвели их в их комнаты, чтобы приготовить ванны.       - Завтра придет потенциальная няня на собеседование, чтобы мы могли освободить Мэнди на праздники, - сказала Мелиса.       - Хорошо, - ответила я.       - Я не могу дождаться сегодняшнего вечера, - сказала она, и мое тело уже готово было для нее.       - Боже мой...       - Мамочка, иди сюда!       - У меня есть еще кое-что для тебя, - сказала она и улыбнулась, а затем ушла, оставив меня застывшей на месте. Что еще у нее может быть в запасе? Этих детей нужно срочно уложить спать.       Войдя в детскую, я на мгновение потерялась в улыбке Анжелики. Я любила ее, я любила всю свою семью. И точно знала, что такая радость существует, потому что когда-то она была у меня, когда мы жили вдвоем с мамой. Я не верила, что такое счастье снова когда-нибудь найдет меня, но благодаря этому маленькому чуду, лежащему на моих руках, доверие было восстановлено, и мое сердце снова забилось с надеждой и любовью.              ГЛАВА 17              Я сидела в парке рядом с офисом Мелисы и ждала, когда Конрад выйдет ко мне. Мне нужно поторопиться, потому что все были готовы пойти на встречу с Сантой, но я купила подарок для Конрада и хотела вручить его ему лично. Мелиса знала об этом и думала, что это очень хороший праздничный жест. Она уже подарила ему специальный рождественский бонус, так что этот подарок был только от меня.       - Привет, незнакомка, - поприветствовал он меня в рождественском свитере. - Как мисс Роджерс могла уволить тебя вот так, без предупреждения?       - Что?       - Я давно не видел тебя на работе, и ты не могла так долго находиться в отпуске. Ты все еще не рассказала мне, из-за чего была вызвана неотложная медицинская помощь, - сказал он и сел рядом со мной.       - Ты многого не знаешь.       - Я думал, мы друзья, - сказал он.       - Так и есть, именно поэтому я принесла тебе рождественский подарок.       - Ух ты! Спасибо тебе, - он поцеловал меня в щеку без предупреждения. - Я ничего не взял для тебя, но собираюсь это исправить. Как насчет того, чтобы я пригласил тебя на свидание?       - Какое свидание?       - Романтическое свидание, - сказал он и тем потряс меня до чертиков. - Ты мне всегда нравилась, но я слишком боялся сказать тебе об этом. Я думаю, учитывая дух Рождества и все такое, теперь у меня появилось немного смелости, чтобы сообщить тебе об этом. Ты очень красивая и...       - Остановись, - сказала я, и он, казалось, удивился, что я не запрыгала от радости от его предложения. - Конрад, я помолвлена.       - Где? - спросил он и засмеялся, глядя на мои голые пальцы. - Я не вижу кольца.       - Мне не нужно обручальное кольцо. Будет большая свадьба, и я хотела пригласить тебя, но теперь я не смогу этого сделать, потому что Мелиса не позволит мне этого.       - Мелиса? Кто такая Мелиса?       - Мелиса Роджерс, - сказала я, и он смутился.       - Почему мисс Роджерс будет возражать против того, чтобы ты пригласила меня на свою свадьбу?       - Потому что мы с Мелисой Роджерс собираемся пожениться, - сказала я, а он расхохотался.       - Хорошо, хорошо. Я понял, ты не хочешь идти со мной на свидание.       - Мы живем вместе, и у нас есть общий ребенок. Ее зовут Анжелика, - произнесла я с улыбкой.       Мне пришлось подождать, пока он перестанет смеяться, прежде чем сможет продолжить.       - Когда ты была беременна? -  спросил он.       - Все, что тебе нужно знать, это то, что она моя девушка, и у нас есть общий ребенок. На самом деле их пять. Моя мать умерла и оставила четверых маленьких детей, так что мы с Мелисой воспитываем их.       - Зачем ты все это выдумываешь?       - Вставай, - сказала я. - Поехали.       - Куда?       - Ко мне домой. Мне нужно показать тебе мою девушку и наших пятерых детей. Поезжай за мной.       - Подожди, - сказал он, и я остановилась. - Я не пойду в дом Мелисы Роджерс.       - Тогда как ты узнаешь, что я это не выдумываю?       - Позвони ей, - он вернулся к скамейке и сел.       Я достала телефон и позвонила, затем поставила телефон на громкую связь.       - Привет, детка, - поздоровалась Мелиса, и глаза Конрада чуть не вылезли из орбит. - Ты уже покинула парк?       - Нет. Я все еще здесь с Конрадом. Я сказала ему, что ты моя девушка, но он мне не верит.       - А он не должен верить тебе, потому что ты солгала, - ответила Мелиса, и Конрад поднялся на ноги, торжествуя, что поймал меня на лжи. - Ты моя невеста, - добавила Мелиса, и его глаза снова широко распахнулись.       - Верно. Я прямо сейчас ухожу из парка. Анжелика уже проснулась после дневного сна?       - Еще нет. Поспеши домой, детка. Девочки становятся беспокойными, и нам всем нужно идти.       - Хорошо, я сейчас буду.       - Отлично. Люблю тебя, детка.       - Я тоже тебя люблю, - ответила я и отключила звонок.       - Хаааа! - выдохнул Конрад и указал на меня. - Как, черт возьми, ты это сделала?!       - Просто случилось, - засмеялась я.       - Все те поздние вечера, когда ты притворялась, что работаешь, ты трахалась с боссом!       - Нет. Она действительно выгоняла меня с работы.       - Тогда как?       - Мы сблизились после той чрезвычайной ситуации, и просто влюбились друг в друга, - сказала я. - Она будет в ярости, когда узнает, что ты пригласил меня на свидание.       - Ты не можешь сказать ей об этом! Боже мой, она уволит меня! - он схватился за голову.       - Она не собирается увольнять тебя, но я не могу скрывать это от нее.       - Мы всегда хранили секреты друг друга. Ты собираешься рассказать ей все, что я говорил тебе раньше? - спросил он.       - Нет! Я этого не делала и никогда не сделаю.       - Тогда, пожалуйста, не говори ей, что я пригласил тебя на свидание. Я не знал, что ты лесби, и я не знал, что ты с ней, - попросил он.       - Отлично. Я постараюсь изо всех сил ничего не говорить ей, потому что она действительно любит тебя, а я не хочу, чтобы ваши отношения менялись, - сказала я. - Но никаких обещаний.       - Ты пообещаешь мне это прямо сейчас!       - Прекрасно! - я рассмеялась. - Я обещаю, что не расскажу твоему боссу, что ты влюблен в ее девушку.       - Спасибо! - выдохнул он, схватил меня и поднял в воздух.       - Остановись! Отпусти меня! - закричала я, и он закричал, а потом обнял меня и пошел со мной к машине.       - Я хочу остаться твоим другом, - сказал он.       - Ты мой друг, Конрад, - мы шли, и я обнимала его за плечи, пока не дошла до машины. - Я пришлю тебе приглашение на мою свадьбу, если ты пообещаешь вечно хранить молчание и не разрушать его.       - Я обещаю, - он улыбнулся и обнял меня в последний раз. - Счастливого Рождества, Сэм.       - Счастливого Рождества, Конрад, - ответила я и открыла дверцу машины.       - Спасибо за подарок, - сказал он и ушел.       - Наслаждайся.       - Спасибо.              Я села в машину и уехала из парка, который все еще был открыт, потому что находился в коммерческом районе. Все вокруг было красиво украшено, и я не могла дождаться, когда вернусь домой и привезу сюда свою семью, чтобы насладиться удивительной атмосферой, ощущением радости и праздника. Когда я приехала домой, все уже были одеты в пальто и ждали меня. Я была взволнована, увидев Анжелику, одетую в красивую розовую пушистую зимнюю курточку, а дети говорили с ней так, как будто она понимала, о чем они говорят. Все любили Анжелику, и она это заслужила, потому что именно она, войдя в нашу жизнь, спасла нас всех.       Мы пели рождественские гимны всю дорогу, пока Мелиса не въехала на парковку огромного торгового центра. Было трудно найти место для парковки, потому что в центре было так много людей, но кто-то освободил место, и мы быстренько заняли его. С нами была няня, она держала за руки близнецов, Мелиса держала Джейлу и Кэсси, а я катила коляску с Анжеликой. Пока мы ехали, Мелиса спросила, как прошла моя встреча с Конрадом, и я решила сдержать свое обещание и не рассказывать ей о приглашении на свидание, потому как знала, что она будет очень расстроена и испортит детям сочельник.       Жесткость Мелисы была продемонстрирована, когда она потребовала, чтобы ее дети получили свою очередь с Сантой раньше всех остальных. Она притворилась, что мы находились там все это время, и пробиралась вперед мимо людей, которые терпеливо ждали своей очереди. Дети были так взволнованы, Джейла получила фотографию, на которой она обнимает Санту и целует его в розовую щеку, а Санта смеется. Мне пришлось присесть Санте на коленях и подержать для фотографии Анжелику на руках, потому что она была еще очень маленькой, и я не хотела сажать ее на колени, на которых весь день сидели разные дети.       Оставив Санту, мы отправились на экскурсию по торговому центру, красиво украшенному. Мелисе хотелось фотографировать все, потому что это было ее первое Рождество во взрослом возрасте. Она пряталась от этого праздника всю свою взрослую жизнь и не понимала, что это так весело, хотя именно дети сделали его намного более захватывающим, чем это было бы в противном случае. Большую часть вечера я продолжала смотреть на Мелису, потому что видела ее с той стороны, которую никто другой никогда не видел, и мне бы никогда не поверили, если бы я им рассказала о ней. Конрада было бы легче всего убедить, но даже он не поверил без доказательств, поэтому остальным придется убедиться самим.              - Мисс Роджерс! - раздался знакомый голос, и я обернулась посмотреть. Это была миссис Уолтер, моя начальница. - Я так рада вас видеть!       - Миссис Уолтерс. Счастливых праздников, - официально приветствовала Мелиса, но с улыбкой, которую миссис Уолтерс видела впервые.       - Это мой сын, Эйден, - представила миссис Уолтерс. - Мы забыли несколько подарков, поэтому нам надо быстрее выбрать их и убраться отсюда.       - Это моя невеста. Вы же ее знаете, - сказала Мелиса.       - Простите меня? Я не расслышала вас как следует, - переспросила миссис Уолтерс.       - Это моя невеста Саманта, а это мои пятеро детей.       - Эм... эй... все? - произнесла бедная женщина механическим голосом, потому что была слишком потрясена, чтобы найти свой истинный тон.       - Это Джейла. Это близнецы, Леона и Лави. Это Кэсси, а это наша малышка, Анжелика.       - Ваш ребенок?       - Все наши пятеро детей, - сказала Мелиса, но мисс Уолтерс уже не могла говорить. - В любом случае, приятного шоппинга, и увидимся на работе после праздников.       - О... хорошо, мисс Роджерс. М-счастливого Рождества.       Мы ушли, и немного времени спустя я оглянулась и увидела, что женщина все еще стоит на том же месте. Это было жестоко со стороны Мелисы.       - Мелиса, ты просто убила эту женщину, - сказала я.       - Не моя вина, что она решила пройтись по торговому центру в то же время, что и мы, - ответила она, затем повернулась к детям. - Девочки, что мы будем есть?       - Конфеты!       - Конечно, - согласилась Мелиса, а я рассмеялась.       Я посмотрела на Анжелику, она была загипнотизирована горящими вокруг огнями. Мы не могли гулять здесь долго, я не хотела, чтобы она слишком устала и была перегружена событиями, происходящими вокруг нас. Дети были такими замечательными и заботливыми по отношению к Анжелике, что, когда мы сказали им, что нам нужно отвезти ее домой, они приняли это, хотя им понравилось бы остаться еще на некоторое время.              Это был веселый вечер, и когда мы вернулись домой, все были ужасно уставшими от всех этих волнений. Анжелика слишком тяжело перенесла все произошедшее и много плакала, когда я попыталась уложить ее спать. Она не хотела ложиться, поэтому мне пришлось ходить с ней и прижимать к себе, завернутую в теплое одеяло. Мелиса попыталась забрать ее, но от этого стало только хуже, няня тоже не преуспела, поэтому мне пришлось не спать большую часть ночи, прежде чем я смогла наконец-то уложить ее в кроватку. Выйдя из детской, я упала в нашу кровать.       - О милая, - сказала Мелиса и обняла меня, но я оказалась ни на что не способна. Я заснула, уткнувшись лицом в матрас, широко раздвинув ноги и руки, да так, вероятно, и провела остаток ночи.       - Сэм! Сэм! - позвала Лави.       - Уже Рождество! Проснись!       - Убирайтесь, - проворчала я, уткнувшись лицом в подушки.       - Проснись, Сэм, - сказала Кэсси своим милым шепелявым голосом.       - Давай, милая. Ты должна встать.       - Санта оставил нам молоко и печенье! Ты должна это увидеть!       - И подарки!       - Еще? - спросила я, перевернувшись на спину. - Ваши бабушка и дедушка привезли целую кучу… что вы собираетесь делать с таким количеством подарков?       - Открывать их!       - Кто это? - мои глаза загорелись, когда я увидела Анжелику на руках у Мелисы.       Мелиса повернула ее так, чтобы она увидела меня, а я, вскочив на кровати, начала прыгать в предвкушении удивительного для всех нас дня. Скоро должен прийти фотограф Джексон, чтобы сделать наше семейное рождественское фото, на котором мы все были бы одеты в одинаковые наряды для нашего первого совместного Рождества. Остаток дня будет включать в себя открытие подарков, игры и рождественский ужин, но сначала я позвоню Мэнди, чтобы передать ей мои многочисленные пожелания счастья, поскольку она проводит праздник со своей бабушкой.       Я прыгала от волнения, дети подхватили мой азарт и, забравшись на огромную кровать, начали прыгать вместе со мной, в то время как Мелиса с Анжеликой на руках стояла и смеялась, глядя на нас. Я подошла к ней и поцеловала милое личико ребенка, потому что она оказалась настоящим ангелом. Она в одиночку вытащила меня из очень мрачного места, наполненного гневом и сожалением, и четверых детей, которым не хватало многих основных потребностей для здоровой и комфортной жизни и которые получили гораздо больше, чем могли себе представить. Это все произошло потому, что этот маленький ангел решительно ворвался в нашу жизнь и изменил нас всех, включая Мелису. Этот праздник был полностью посвящен ей, потому что все это было делом ее рук, она занимает совершенно особое место в моем сердце - выше всех остальных. Я задыхалась от счастья, просто глядя ей в глаза, потому как знала, что она сделала для меня и для детей. А еще я знала, что она сделала для женщины, которая носила ее девять месяцев, сама того не подозревая. Этот ребенок был настоящим чудом, и моя мама дала мне идеальные слова, чтобы выразить то, что я чувствовала к ней.               Анжелика Джой Морган-Роджерс навсегда останется моей самой большой любовью.              Я продолжала прыгать, мы вместе с детьми кричали от волнения. Вскоре я вновь оказалась возле моих любимых, но на данный момент я смотрела только на одну из них. Наклонившись, я снова поцеловала ее красивое лицо и посмотрела на нее со всей любовью, переполнявшей мое сердце.       - Анжелика, - ласково произнесла я ее имя, и она улыбнулась мне. - Детка, это Рождество!              КОНЕЦ