Новый год в большой компании

Я отпрянула и наступила на ногу Арагорна. Кости упали на стол, и выпала тьма. Я в панике завертела головой. - Я здесь, - раздался рядом спокойный голос Арагорн. - А Боромир? Боромир тоже оказался под рукой, чрезвычайно недовольный, что ему помешали любоваться танцами эльфийских дев. - Надо, пожалуй, идти вперед, - нерешительно сказала я, но тут произошло еще кое-что. Тьма немного раздалась, и я увидела удаляющиеся силуэты двоих. Они были еле различимы, точно окутаны темными плащами. Одна тень повыше, другая пониже: взрослый и ребенок. - Вы видели?! - воскликнула я. - Эй, малый! - вместо ответа крикнул Боромир. - Куда направляетесь? - Надо идти вперед, - после недолгого молчания сказал Арагорн. - Думаешь, мы сумеем догнать их? - Нет, конечно. Но не стоять же на месте. Это было справедливо, и мы пошли вперед. Страшно идти в полном мраке. Кажется, что каждый шаг грозит бедой, падением в бездну или нападением хищной твари. Пошарив вокруг себя, я взяла за руку Арагорна. - Ничего, - ободрил он меня. - Наверняка идти нам не далеко. Мы ведь у самого предела воспоминания. Но, прежде чем вы мы вышли за эти пределы, нас ожидал еще один сюрприз. В темноте вдруг обозначились стволы, вокруг разливался свет, мрачно-зеленый, как еловая хвоя в конце зимы. Над головой он немного светлел и делался даже намеком на день, царящий снаружи. Мы были в самой чаще леса. И вдруг прямо на нас выскочил олень со стрелой в шее. Спотыкаясь и стеная, он проковылял прямо сквозь нас и снова углубился в лес. Кончилось все внезапно, я даже рта не успела открыть, чтоб спросить, что это было. Мы просто оказались вдруг посреди знакомой комнаты, и отблеск нескольких свечей показался мне ослепительным заревом. Обстановка в пункте возвращения была сдержанной, но не лишенной драматизма. Все сидели, надувшись, как мыши на крупу, и пили шампанское. Эльфы пили его из высоких хрустальных бокалов, не глядя по сторонам. На лице Трандуила отражалось выражение существа, занятого привычным делом. Балин и Торин угощались из огромных фарфоровых кружек, причем Балин время от времени принимался полоскать шампанским горло. Фили и Кили зажимали носы от стреляющих пузырьков и разговаривали друг с другом «такими голосами, как будто они эльфы». Драко зубоскалил с гномами, которые боялись отвечать на его шуточки, чтоб не вызвать обвал новых сногсшибательных острот, а Гермиона читала огромную книгу в высшей степени подозрительного чернокнижного вида. - Что это у вас тут за дегустация? - подозрительно спросила я. Оказалось, в наше отсутствие Торин и Трандуил развлекались привычным образом: препирались. Трандуил величественно восседал в кресле, поскольку за годы бесконечного царствования без трона уже не мыслил существования. Торин, демократичный гномий самодержиц держался на своих двоих и наскакивал на эльфийского короля и так, и эдак. Позиции Трандуила сильно упрочивал тот факт, что поместив воспоминания в омут памяти, он начисто забыл о своем преступлении. Все попытки Торина повесить на него нынешнюю драму отметались величественным жестом королевской руки. В ответ Трандуил строил самые нелестные для Торина предположения относительно подлинных обстоятельств, занесших всю компанию на занесенный снегом перекресток миров. В конце концов перед носом владыки Трандуила замелькали кулаки, в воздухе запахло одной из достославных битв Белерианда, и Драко, опытный, как дипломат, решил отвлечь компанию. В потолок с шумом ударили пробки, Трандуил слегка подпрыгнул в кресле и принялся одобрительно принюхиваться, Торин застыл в позиции для атаки, а Леголас и Тауриэль убрали руки с рукоятей. Увидев нас, Торин отшвырнул кружку с шампанским прямо в стену (все равно оно волшебное) и заревел: - Отдайте ему все, что он там навспоминал! Он и раньше был маловменяемый, а теперь с ним вообще разговаривать невозможно. Вроде деда старого, ничего не помнит, но всегда прав. Пока Гермиона заново обогощала королевскую память, я изложила все увиденное. Как я и предолагала, упоминание имени Толкина вызывало фурор и породило среди компании нечто, похожее на коллективные угрызения совести. Эльфы прятали глаза, гномы кряхтели и почесывались. У всех за душой было много лишнего: приключения, которые вряд ли одобрит строгий Профессор, знакомства, которых благородному герою иметь не положено. Можно было с легкостью догадаться, что особенно тяготит присутствующих — отсутствие всякого желания такую жизнь прекращать. - Ну... - трудным голосом вымолвил Торин, и умолк. Очевидно, это было общее мнение. - Кстати, что это был за олень? - спросила я, чтоб немного разрядить обстановку - Не знаю никакого оленя, - встрепенулся Трандуил. Гермиона с приглушенным вскриком заглянула в омут памяти. Леголас тоже слегка вскрикнул, подскочил к Гермиона, и они зашептались. - … не возвращать… - донеслось до меня. Я подошла послушать и узнала всю историю от начала до конца. Оказалось, это тот самый зверь, которого Торин подстрелил в лесу во время похода к Горе. Подстреленный им олень в тот же вечер оказался на пиршественном столе эльфов, но Трандуил старательно занес этот факт в опись гномьих грехов, чтоб при случае напомнить Торину, что он еще и браконьер. Это воспоминание сильно тревожило миролюбивого Леголаса, на которого отец изливал желчь после каждого раунда идеологических боев с гномами, и теперь он обсуждал с Гермионой возможность навсегда избавить отца от этого компромата. - Я не могу, - отбивалась Гермиона. - Это омут памяти принадлежит профессору Снейпу, он не позволит держать в нем чужое воспоминание. - Все в порядке, я его возьму! - ввинтился в разговор неутомимый Драко. - Зачем тебе? - Продам с аукциона. Личное воспоминание эльфийского короля. Большие деньги дадут. Оставалось только утешать себя тем, что все, свалившееся на него, Трандуил заслужил какими-то грехами молодости. Приходилось возвращаться к насущному. - Я так понимаю, мне придется придумывать, как быть дальше? - не без желчи спросила я. - Почему это в компании благородных воителей мужского пола решение за всех должна принимать женщина? - Так ты, если накосорезишь, то что с тебя взять, - огрызнулся Торин. - А мы не можем ронять престиж. Я уничтожила его взглядом. Безуспешно. С Торином кто только это не проделывал. - Я только понять не могу, зачем это понадобилось Профессору. - вслух подумала я. - А знаете, я ведь видел того мальчика, - перебил меня Боромир. - Он был среди эльфов в пиршественном зале. Мальчик не лег ни в какие теории. - Это не может быть Эльдарион? - наобум спросила я. Арагорн взглянул на меня и слегка приподнял бровь. Не Эльдарион. Между тем Драко с большим достоинством извлек из кармана золотые часы с цепочкой, щелкнул крышкой и бодро объявил: - Ну что ж, раз мы ответили на ваши вопросы, нам пора удалиться. Выпить чаю и позаботиться о Британии. - Э нет, погодите! - запротестовала я. - Ответили они... А дальше помочь? - Помощь вам оказана в пределах разумного, дальнейшую помощь клиент может оказать себе самостоятельно. Мерзкий мальчишка, весь в факультет Слизерин. Гермиона захлопнула книгу. Я подпрыгнула. Волшебники явно готовились отбывать. - Ребята, не оставляйте меня с ними! - И чем мы можем быть полезны? - поинтересовался Драко, натягивая перчатки. - Считаете, что нам по силам договориться с вашим творцом? Нет, я так не считала, но и сама не надеялась найти выход из положения, поэтому, когда Гермиона и Драко решительно развернулись к двери, я крепко ухватилась за край мантии Гермионы. Гномы, надо сказать, в экстренных случаях соображают быстро. Мне в руку вцепился Кили, в него Фили и так далее, вплоть до последних звеньев цепочки, образованных Леголасом и королем Трандуилом, которого сын и наследник непочтительно ухватил за рукав. Мы снова стояли по пояс в сугробе. На этот раз ветра не было, а лес не окружал нас, а затаился в отдалении. Снега искрились под звездами. Вдалеке горделиво высился замок мрачного вида и безумной архитектуры. Он был погружен во мрак, только от больших окон в центральном зале исходило сияние, похожее на свет бесчисленных звезд. - Хогвартс! - вслух сказала я. Я попыталась сесть в сугробе, то и дело проваливаясь в него то одной рукой, то другой. - Вон дорога, я вижу ворота! - подал голос Боромир, помогая мне, точнее, вытягивая из сугроба прямо за капюшон куртки. Арагорн вытирал пот со лба. - Дорогу расчищать не будем. Десять шагов в сугробе пройдете сами, - решил он. Это в самом деле не потребовало много усилий, и вот мы уже у каменных вепрей. К моему удивлению Торин и компания у ворот остановились с явным и категорическим намерением не трогаться с места.. - Вам тоже лучше не ходить! - обратился Торин к Арагорну и Боромиру. Те переглянулись. - Я все же рискну, - сказал Арагорн. Я развернулась спиной к своим, точнее, чужим персонажам и зашагала по направлению к замку. За моей спиной снег заскрипел под чьими-то торопливыми шагами. Я обернулась. Меня догоняли эльфы, за ними спешили Арагорн и Боромир. Остальные, к моему безграничному изумлению, за нами не пошли. Они уселись у самых столбов с каменными вепрями, не пересекая границу владений Хогвартса, развели волшебный костер прямо в снегу и явно приготовились ждать. - Чего это они? - спросила я у Арагорна. Тот пожал плечами. Кто-то наступил мне на пятку. Я оглянулась и увидела Кили. - Тебе тут что нужно? – удивилась я. - Ничего! – выразительно шевельнул бровями тот и снова наступил мне на пятку. Кили обходился со мной, как с младшей сестрой. То есть время от времени дарил мне безделушки собственной работы, дал мне имя на тайном гномьем языке, которое я тут же забыла, под настроение дергал за волосы и тыкал пальцем под ребра, чтоб послушать, как я заору. А я всегда ору, когда мне тыкают пальцем под ребра, даже если сначала предупредить. Кили предупреждал, тыкал, и гномы помирали со смеху. Такие шутки как раз в их духе. Зато «приемчики» Кили на мне отрабатывал безо всяких предупреждения, и я вечно куда-то летела вверх тормашками. Хорошо хоть меня всегда ловили. Иногда, если Кили уж очень меня доставал, я хныкала, звала Торина и требовала: «Скажи ему!». «Отстань от нее!» - ворчал Торин, но таким необязывающим голосом, что Кили это только поощряло. Сейчас, Кили, очевидно, приставили к нам в качестве представителя гномов. Его сопровождал Фили. - Ты один, что ли, Снейпа не боишься? - ядовито спросила я, не получила ответа, поднялась по ступенькам к дверям замка и заколотила в нее кулаком. Ответа не последовало. Я беспомощно обернулась в сторону Драко и Гермионы, ожидавшим нас на крыльце. Те, доставив нас в Хогвартс контрабандой, похоже, смирились с неизбежным. - Рождественские каникулы, - сообщил Драко. - Студенты и преподаватели разъехались, и замок заперт. - Ну так что? Кто-нибудь ведь там есть. - Филч, - мрачно сказала Гермиона. - Он не открывает. - А профессор Снейп на месте? - Да, он в Хогвартсе. - Или живо вернется, если мы тут разбушуемся, - подытожила я. Я поглядела на Арагорна и Боромира. - Может, вы постучите покрепче? - Может, сразу поискать таран? - спросил Арагорн, но в дверь постучал. Дверь загудела под крепкими кулаками прославленных воителей, но и только. Я села прямо на камни. Остальные встали вокруг меня. Пришлось унизиться до крика: - Откройте, я автор! - но действия он не возымел. Я подумала, что это очень символично. Произведение чужой фантазии не открывается перед чужаком. - Может, здесь есть какой-нибудь потайной вход? - с надеждой обратилась я к Гермионе. - Ты ведь с эльфами дружишь, может, знаешь, какую-нибудь лазейку? Девушка фыркнула. - Эльфы пользуются кухонной дверью, но ее защищают такие же мощные заклятия, как и главные ворота. Между прочим, это все из-за вас. Это замечание я проигнорировала. Мороз крепчал и нужно было во что бы то ни стало попасть в замок. Докричаться до профессора Снейпа тоже не получится, поскольку его кабинет в подвале. Остается Хагрид. Придется коротать ночь в его хижине. Этот наверняка откроет дверь. Именем Гарри Поттера. - Ну хорошо, - проворчала я, подув на отбитые кулаки. - вы у меня еще пожалеете! Не знаю, жалели или нет обитатели Хогвартса, но дверь начала отпираться. С той стороны раздалось явственное лязганье замков. Я, стараясь, не делать этого слишком открыто, перевела дух. Правда, битву за Хогвартс нам еще предстояло выиграть. Дверь приоткрылась. - Кто осмеливается осаждать Хогвартс? - раздался скрипучий голос Филча. В щели между дверью и косяком замаячило его лицо, освещенное светом масляного фонаря. - Мистер Филч, пустите нас, - сказала я, стараясь держаться дипломатично, но властно, как английская королева. - Доступ в Хогвартс на время каникул закрыт для всех, кроме преподавательского состава, - злорадно объявил завхоз прямо в лицо английской королеве. - Здесь король Гондора и наследник трона Эребора, - заявила я, пытаясь воздействовать на тщеславие завхоза (если оно имеется). Филч только фыркнул. - Мистер Филч, но нас-то вы обязаны впустить... – начала Гермиона. Филч перевел на нее кровожадный взгляд. - Вам лучше, чем мне, должны быть известны школьные правила, - заявил он. - После наступления темноты доступ в замок закрыт для всех, кроме директора. Вы можете вернуться в Хогсмит и оттуда связаться с ним. Я ткнула в бок Драко. - Филч, что это за правила, на нас они никогда не распространялись, - барским тоном начал Драко, стягивая с рук перчатки. Ответом ему был стук захлопнувшейся двери и лязг засовов. Филч долго ждал часа мести, и этот час пробил.