РОК-ЗВЕЗДА ИЗ МАФИИ

Пробуждение было болезненным, потому как каждое движение отдавалось тупой болью во всем теле. Открыв глаза, Тэ увидел над собой встревоженное лицо младшего брата Кинна. Длинные волосы красиво обрамляли овал, завиваясь к низу, а черный омут глаз внимательно смотрел на него, хлопая пушистыми ресницами. «Я сплю? — подумал парень. — Если да, то это чудесный сон, и я не хочу просыпаться». Тэ улыбнулся и подняв руку, заправил одну прядь за ухо офигевшего Кима. Он провел кончиками пальцев по линии его подбородка, а затем сказал: — Ты такой милый и соблазнительный, будто сахарная вата. — Ой, видно, сильно тебя приложило об асфальт, — ответил тот. — Ты как себя чувствуешь? — Хорошо, правда не понимаю, почему во сне чувствую боль? — Ну, точно тронулся. Ты не спишь. — Серьезно, а почему же тогда я вижу тебя? — Потому что это я сбил тебя мотоциклом. — В смысле? — и парень бегло осмотрел помещение, в котором находился. — Так я что в больнице? — Дошло наконец. — А как я здесь оказался? — Блин, говорю же, что я сбил тебя мотоциклом, когда ты внезапно возник на дороге. Какого лешего ты там делал в такую погоду? Хотел суициднуться, так выбрал бы машину, чтобы уж наверняка. Тэ опустил голову, вспоминая прошлый вечер. Обидные слова Тайма снова болью отозвались в его сердце, но не до такой степени, чтобы задуматься о суициде. Тогда как он оказался на дороге? — Ну, чего молчишь? — спросил Ким. — Или ничего не помнишь? — Я вчера расстался с парнем, — ответил тот. — Был в подавленном состоянии, поэтому не понимал, куда шел. Прости, что попал тебе под колеса и не сдох. — Воу, я не говорил, что хочу твоей смерти и вообще, не стоит так глупо жертвовать своей жизнью из-за каких-то мудаков. — Правда, так думаешь? — Конечно. Из-за чего расстались? А, прости, не мое дело. — Нет-нет, все в порядке, просто он мне изменил в очередной раз. — А сколько вы в отношениях были? — Больше трех лет. — И ты столько терпел? М-да. — Осуждаешь? — Нет, просто не понимаю, почему так себя не ценишь? Тут взгляд Тэ упал на лангет, в котором покоилась загипсованная правая рука парня. — Ой, это ты из-за меня пострадал? — спросил он. — Вообще-то, да, — ответил тот. — Я врезался в тебя со всего маху, и вылетел из седла, как из катапульты. Хорошо хоть только этим переломом отделался. Теперь на месяц можно забыть о репетициях, да еще и мотоцикл в ремонт пришлось отдать. — Прости, что доставил тебе столько неприятностей. Не переживай, я оплачу твой счет за лечение и за ремонт мотоцикла. — Эй, ты о чем? Я сам в состоянии за себя заплатить. Просто, капец, как неудобно будет теперь есть и писать текст. — Ну, хочешь, я буду кормить тебя с ложечки и стану твоей секретаршей? — Нет, я, может и выгляжу беспомощным, но не до такой же степени. — Ну, должен же я хоть как-то загладить свою вину за то, что ты не сможешь нормально работать. — Ты мне ничего не должен, а я как-нибудь это переживу. Хотя, что ты там про сладкую вату заливал? — О, забудь. — Ты покраснел или это у меня с глазами что-то? — Ким, хватит уже, мне и так неловко, — и парень смущенно заулыбался, пряча лицо за своими ладонями. — Стоп, а я ведь не говорил тебе свое имя. Откуда меня знаешь? — Кто же не знает младшего брата Кинна. Он мой лучший друг. Ой, прости, мы же никогда не виделись, зато я о тебе наслышан. Меня зовут Тэ, и я вчера был на твоем концерте. — Хм, погоди-ка, — парень достал телефон и набрал номер. — Кинн, привет. Ты там за друга вчера беспокоился, его случайно не Тэ зовут? О, даже как. Ну, что он со мной в одной больнице и как оказалось, это его я сбил вчера. Да, не ори ты так! Все в порядке с ним, отделался ушибами, — Ким протянул телефон парню. — На, поговори с ним. — Кинн, привет, — сказал Тэ, приложив к уху телефон, но тут же отстранил его от себя из-за громких криков друга. — Тэ, какого черта? — вопил он. — Мы полночи с Поршем тебя искали! Куда ты пропал? — Тайм был на концерте с каким-то парнем. Я пошел с ним разбираться, и мы сильно поругались. Прости, Кинн, я не хотел никого видеть в тот момент, поэтому ничего не сказал тебе. — Блять, я убью этого подонка и отрежу ему яйца, чтобы и после смерти он не смог больше ходить налево! Я надеюсь, ты не собираешься его прощать после этого? — Нет, мы расстались и на этот раз окончательно. — Пресвятой Будда, ты наконец-то услышал меня и послал прозрение этому мученику! Однако я так и не понял, ты что решил покончить с собой? — Нет же, я просто был сильно расстроен, поэтому не видел, куда шел. — Я не перестаю благодарить небеса, что тебя сбил Ким, а не какой-нибудь грузовик. — Прости, дружище, я всем причиняю одни лишь неприятности. — Так, ну-ка прекрати это. Ты — мой друг и я буду заботиться о тебе, чтобы не случилось. — Спасибо, Кинн, но позаботься лучше о Порше, а я как-нибудь сам. — Ты точно в порядке? — Да. — Тогда сегодня вечером жди нас с Поршем в гости и это не обсуждается! На том конце дали отбой и Тэ вернул телефон Киму. — Он мне вчера все уши прожужжал о том, что у него друг пропал, — сказал паренек. — Лучше бы он обо мне так беспокоился. — О, Ким, поверь, Кинн очень сильно переживает за тебя. Правда я не понимаю, почему вы так редко общаетесь? — Раз ты знаешь, кто такой Кинн, значит, должен иметь понятие о нашей семье. Ему предстоит занять место отца, потому как Танкхун страдает расстройством и не вполне адекватен для этого. Однако я один знаю секрет старшего брата. Кинну же плевать на все, кроме власти. Когда отец предложил ему занять его место, тот, не раздумывая, согласился и даже не удосужился проверить все факты, связанные с Танкхуном. Он просто решил прыгнуть через голову и воспользоваться ситуацией. — Знаешь, у меня такое ощущение, будто мы говорим о разных людях. Я никогда не замечал за Кинном какое-то уж безумное стремление к власти. Да, он пользовался своим положением, но только как вынужденной мерой. Хоть мы и одногодки, но я считал Кинна своим старшим братом, потому что он всегда действовал четко, разумно и самое главное — правильно. Он всегда помогал мне и даже сейчас окутывает своей заботой, поэтому мне сложно его представить таким, каким ты его описываешь. — Конечно, ты ведь не жил с ним под одной крышей, поэтому не можешь знать его темную сторону. Ладно, не забивай этим свою хорошенькую голову и поправляйся скорее. — Спасибо, а ты в какой палате лежишь? — Ни в какой. У меня же только рука сломана, так что я еду домой. — Понятно, в таком случае береги себя. — Ладно. «Блин, а я и не знал, что у Кинна две стороны, — думал Тэ, когда Ким ушел. — Мне казалось, что он со всех сторон отличный парень. А у младшенького явно зуб на братца имеется. Что-то между ними произошло, возможно даже в детстве, поэтому он так относится к нему. Жаль, я всегда хотел иметь братьев, чтобы мы были друзьями и вместе куралесили, но это явно не относится к семье Кинна. Ладно, это не мое дело, так что нужно выкинуть все лишнее из головы. Кстати, как только меня выпишут, надо будет выбросить все вещи Тайма на помойку и затеять ремонт в квартире. Если начинать жизнь с чистого листа, то пусть она будет чистой везде». Вечером, как и было обещано, в палату завалилась неразлучная парочка Кинна с пакетом вкусняшек и Поршем с тортиком в руках. Они купили лимонада и теперь вместе с ним наслаждались нежным вкусом выпечки. — Тэ, ты можешь толком объяснить, что вчера произошло? — спросил Порш. — Я говорил Кинну, что увидел Тайма в толпе с каким-то парнем, вот и пошел на разборки, — ответил тот, отправляя большой кусок торта в рот. — Почему нас не позвал? — Ну, я думал, что сам разберусь. — Разобрался? — сердито спросил Кинн. — О чем ты вообще думал? — Да, ни о чем. Полвечера проревел, а потом пошел, куда глаза глядят. — Блин, попадись мне этот козлина, я из него всю душу выну! — гневно сказал Порш. — Ребят, я вам очень благодарен за поддержку, но не нужно ничего делать. Я порвал с Таймом и обещаю, что больше никогда не подпущу его к себе. — Ты что хочешь спустить ему это с рук? Его нужно наказать, чтобы впредь не повадно было. — Рано или поздно его жизнь сама накажет, а вам не стоит марать руки о такую мразь, поэтому давайте забудем о нем, как о страшном сне. — Блин, а я вот поражаюсь своему брату, — сказал Кинн. — Как он умудряется появляться в нужном месте и в нужное время? — Я думаю, что это чистая случайность. — А тебе не кажется, что это, капец, какая счастливая случайность? — Случайности не случайны, — сказал Порш голосом мастера Угвея из мультфильма «Кунг-фу Панда». — Вот и я о том же. Даже представить боюсь, если бы это был не мотоцикл моего брата, а машина. — Но все же обошлось, — тронул его за руку Тэ. — Правда твой брат тоже пострадал. — В смысле? — Ну, у него рука сломана. — Вот же, а мне этот засранец сказал, что отделался мелкими ушибами. — Кинн, это не мое дело, но мне кажется, он зол на тебя за что-то. — Да мы и не ссорились никогда, потому как редко виделись. — Я думаю, тебе стоит капнуть глубже и вспомнить ваше детство. — Постой, а он что жаловался тебе на меня? — Нет, мне твой брат показался очень самостоятельным и серьезным, поэтому, думаю, что жаловаться он вообще не умеет. — Вот тут ты прав. Ким все держит в себе, поэтому я не знаю, на что он обижается. — Однако общая черта у вас все же есть. — И какая же? — Вы оба очень заботливые. Нас доставили в больницу вчера и, я так понимаю, что Ким просидел со мной всю ночь, пока я не очнулся. — Хм, странно. На него это совсем не похоже. Когда я и Танкхун слегли с воспалением легких, Ким ни разу не пришел навестить нас. Видимо, ты чем-то его зацепил. — Ой, да ладно тебе. — Ой, смотрите, — сказал Порш, улыбаясь. — Наш стесняшка Тэ покраснел. — Да парни, блин! Я тут случайно в бреду назвал его сахарной ватой. Надеюсь, он забудет об этом. — Аха-ха-ха! Сахарная вата? Уж скорее черствый гранит. — Да, уж, мне сложно представить его в розовом, — поддержал своего парня Кинн. Парни еще немного поболтали, а затем оставили друга отдыхать, пообещав, что еще заглянут к нему. Тэ погрузился в воспоминания о милом образе Кима, который заставлял его сердце трепетать. «Боже, он такой милашка, — думал он. — И вовсе он не черствый гранит. Ну, если не сахарная вата, то сладкий леденец точно. Ммм. Стоп, он назвал мою голову хорошенькой? Уии, значит, я определенно его чем-то зацепил!».