Часть 8
5 января 2023 г., 13:58
Танкхун зашел к себе в комнату, где его уже ждал Ким. Братья обнялись и старший предложил младшему стакан апельсинового сока со льдом, который тот обожал с детства.
— Как думаешь, на этот раз все серьезно или опять обычные разборки? — спросил музыкант.
— Ким, в этот раз отец прав, тебе нужна охрана, — ответил Кхун. — Арм до сих пор пытается выяснить, откуда поступают угрозы, но аккаунты липовые и их невозможно отследить. С таким мы сталкиваемся впервые и если за всем этим стоит итальянская мафия, то дело попахивает войной кланов.
— А какого рода были угрозы?
— В основном отцу поступали электронные письма, но были и обычные. В них говорилось, что если он не сложит свои полномочия и не уйдет из мира мафии, то смерть для всей нашей семьи будет неминуемой. Понимаешь, что это значит, Ким? Все наши близкие, которые имеют к нам хоть какое-то отношение будут в опасности.
— Намекаешь на Пита?
— И не только на него. Я слышал, у тебя появился друг.
— Порш проболтался?
— Нет, я случайно подслушал его разговор с Кинном. Обидно, что ты сам мне не рассказал о нем.
— Кхун, не обижайся, я правда хотел, просто времени не было, да и ты его, собственно говоря, знаешь.
— Серьезно, кто он?
— Это Тэ, друг Кинна.
— Офигеть! Ты ведь сейчас не шутишь?
— Нет.
— Блин, ну, рассказывай, как вы сблизились? Уже целовались? Как он тебе вообще?
— Эй, притормози коней, братишка. Закидал совсем вопросами. Мы познакомились случайно и скажу, даже очень необычным способом.
— Ну, Ким, заинтриговал совсем. Хочешь, чтобы твой брат умер от любопытства?
— После концерта начался жуткий ливень, и я торопился к себе домой, как вдруг на дороге возник Тэ. Он был весь промокший с пустым взглядом и мне показалось, что в тот момент он не совсем понимал, что происходит.
— Боже, — и парень приложил одну руку к груди, а другой прикрыл рот. — Ты сбил его?
— Да, потому как своим внезапным появлением он даже не дал мне шанса затормозить.
— Какой кошмар. Вы сильно пострадали?
— Не очень, я отделался переломом руки, а Тэ — многочисленными ушибами. Я вызвал скорую и эвакуатор для мотоцикла, а потом поехал вместе с Тэ в больницу. Мне гипс наложили, а ему провели обследование и поставили капельницу. Я просидел с ним всю ночь, а на утро, когда он очнулся, узнал все подробности. Как оказалось, он тогда расстался с парнем и был не в себе, поэтому не понимал, куда шел. К тому же он сказал, что был на моем концерте вместе с Кинном и Поршем. Брат до этого звонил мне и интересовался, не подходил ли ко мне его друг после концерта. Он как-то внезапно пропал, и они нигде не могли его найти. Я видел Тэ у нас дома, когда был помладше, но он как-то изменился с тех пор и я его не узнал сразу. Правда, когда Кинн сказал, как зовут пропавшего друга, то сразу все понял.
— Боже, это такая романтичная история. Ну, а что было дальше?
— Да, ничего особенного. Я тогда нагрубил Тэ, но потом понял, что он реально не виноват, поэтому поехал к нему извиняться. Он в то время делал ремонт в своей квартире, и я взялся ему помогать, так мы и сблизились.
— Ммм, насколько сблизились? — и парень состроил хитрое личико.
— Кхун, о чем ты думаешь? Ничего такого не было. Мы просто стали проводить больше времени вместе, гулять по вечерам, держаться за руки.
— И чмоки-чмоки?
— Ну, был один, — покраснев, смутился младший.
— Как, всего один?
— Кхун, я сам его вчера поцеловал и это было впервые за все время нашего знакомства.
— Ах, я не могу, это так трогательно, — сказал старший, обмахивая лицо ладонью. — Ну, а он тебе нравится?
— Очень. Если честно, то таких как он я еще не встречал. Мне с ним легко и комфортно, и он не требует от меня чего-то взамен.
— А что он к тебе испытывает?
— О, Тэ влюбился в меня с первого взгляда, но так и не признался в этом.
— А как же ты узнал?
— Его Кинн сдал с потрохами, да и Тэ не стал сопротивляться, когда я его поцеловал.
— Боже, я так рад за вас обоих. Наконец-то удача улыбнулась Тэ.
— О чем ты?
— А он разве не рассказывал тебе о своем прошлом?
— Нет.
— Хм, даже не знаю, имею ли я право, хотя в принципе об этом все знают. В общем, у Тэ была сложная жизнь. Он — единственный ребенок в семье и его отец возлагает на него большие надежды в плане дальнейшего ведения бизнеса. В детстве он часто болел, поэтому не ходил в школу, а в универе столкнулся с буллингом из-за того, что ему нравятся парни. Тогда-то они с Кинном и познакомились, когда он вступился за него и взял под свое покровительство.
— Надо же, а я думал, мой брат не способен на такое. Видимо, что-то попросил взамен?
— Нет, Кинн реально сделал это из сострадания.
— Странно и что между ними ничего не возникло, кроме дружбы?
— Ничего. Кинн в то время очень нуждался в друге и скорее всего, Тэ стал близок ему по духу. К тому же, я думаю, что он не был во вкусе нашего брата, потому как в то время был милой плюшкой.
— Серьезно, Тэ был пухлым?
— Да, это потом уже Кинн стал таскать его по спортзалам и вот тогда Тэ и познакомился с Таймом. Тот еще козлина, скажу я тебе. Он никогда не любил Тэ и на мой взгляд, лишь пользовался его добротой. Тайм менял парней как перчатки и даже не старался это скрывать. Тэ столько вытерпел из-за него, но надеюсь, что ты сможешь залечить его раны.
— Я постараюсь, но лезть в душу не буду пока он сам этого не захочет. Однако мне интересно, почему же Кинн не вмешался, если знал об этом?
— О, у Кинна с Таймом давняя война, потому как последний еще со школы завидовал ему. Наш брат много раз пытался надрать тому задницу, но Тэ всегда останавливал его и просил не вмешиваться.
— Блин, мне реально интересно, почему он столько времени терпел все это? Неужели и правда так сильно любил этого урода, что не мог отпустить?
— Об этом знает только Тэ, поэтому задай ему этот вопрос.
— Нет, мне кажется, он еще не готов говорить о своем прошлом. Ну, а как у тебя обстоят дела с Питом?
— Никак, — горестно вздохнул старший.
— Кхун, ты же взрослый парень, а когда дело касается чувств, ведешь себя как ребенок. Почему до сих пор не поговорил с ним?
— Я боюсь.
— Чего?
— Вдруг он не поймет меня?
— Так объясни доступно, чтобы понял.
— Нет, я не об этом. Что если Питу не нравятся парни, а тут я со своим признанием? Блин, я столько всего напланировал на наше совместное с ним будущее и его отказ просто разобьет мне сердце. Мне так страшно услышать ответ Пита, понимаешь?
— Понимаю, но и мучиться в неизвестности тоже не выход. Ты должен поговорить с ним по душам и выяснить его предпочтения, а потом уже делать признание и все остальное.
— Но что если я не понравлюсь ему как мужчина? Что если он видит во мне только придурковатого босса?
— Пит мне кажется надежным человеком, поэтому ты можешь ему доверить свой секрет. Узнав тебя получше, уверен, он посмотрит другими глазами на твой мир.
— Не знаю, я думаю, он еще не совсем оправился после этой ужасной истории с Вегасом. Я ведь до сих пор не знаю, каким он пыткам там подвергался. Пит не хочет об этом говорить, но Порш рассказывал, что тот иногда кричит во сне. Как же мне хочется в такие моменты быть с ним рядом, обнимать и успокаивать.
— Может, тогда мне с ним поговорить? Я не буду ни о чем спрашивать напрямую, просто по-дружески побеседую.
— Нет, не нужно, я должен это сделать сам.
— Хорошо, только сильно не затягивай с этим, а то ведь парня могут и увести.
— О чем это ты?
— Ну, Пит очень даже симпатичный, мало ли кто может положить на него глаз.
— Ага, а потом лишиться обоих сразу! Я Пита никому не отдам!
— Вот и отлично. Хороший настрой, братишка.
После разговора с Кимом Танкхуну стало легче на душе, однако слова младшего о том, что Пита могут увести, заставили всерьез задуматься над этим. Нет, в преданности телохранителя он не сомневался, но что если его сердце будет занято кем-то другим? Такого старший сын мафиозного семейства не мог допустить, поэтому твердо решил поговорить с парнишкой, вызвав того к себе по телефону. Однако стоило ему переступить порог комнаты и посмотреть на своего босса внимательным и заинтересованным взглядом, как вся смелость того в раз улетучилась.
— Хозяин, у Вас все хорошо? — спросил Пит, смотря на то, как тот взволнованно бегает по комнате.
— А? — очнулся Кхун. — Да, все замечательно, и я ведь просил тебя не называть меня хозяином.
— Простите, но, тогда как мне Вас называть?
— Зови по имени и на «ты».
— На «ты» не могу, это будет неуважительно по отношению к Вам и против Устава телохранителей.
— А если я скажу, что это приказ, все равно ослушаешься?
— Хозяин, ой, то есть Танкхун, я не понимаю, в чем провинился? Почему Вы ставите меня перед таким нелегким выбором?
— Разве тебе так сложно подружиться со мной?
— Подружиться? В каком смысле?
— В прямом. Я хочу, чтобы ты был не просто моим телохранителем, но и другом. Ты ведь знаешь, что с моим характером нелегко ужиться, но ты как-то умудряешься это делать и в твоей компании я чувствую себя комфортно.
— Танкхун, я правда не понимаю, чего Вы от меня хотите?
— Вот же! Так, на сегодня я освобождаю тебя от работы. Пусть Пол тебя заменит, а мы будем пить, смотреть сериалы и болтать по душам.
— Эмм, может, не стоит так усугублять ситуацию? Глава дома приказал всем утроить охрану, и я как главный должен следить за всеми.
— Ты — мой телохранитель и стало быть выполняешь только мои приказы, так что расслабься, а перед отцом я тебя прикрою. Проходи, устраивайся поудобнее на диване, а я закажу нам поесть и выпить.
Поначалу Пит чувствовал себя неловко в компании своего хозяина. Нет, он давно уже привык к резкой смене его настроения и всяким внезапным бредовым идеям. Однако он еще никогда не оставался с ним наедине. Всегда в такие моменты рядом был Пол или Арм и они вместе веселили Кхуна, составляя ему компанию в просмотре сериалов. Сейчас парень совсем не понимал, как себя вести. С одной стороны, ему хотелось довериться своему хозяину и оттянуться по полной, но с другой — не будет ли это выглядеть слишком фамильярно?
Однако через два часа обильного возлияния алкоголя и душевных разговоров, парни сблизились настолько, что Пит перестал наконец-то выкать Кхуну. Спиртное развязало ему язык, и он поведал старшему о своей тяжелой судьбе. Оказалось, что отец Пита был связан с кланом Корна и задолжал тому крупную сумму, а потом трагически погиб в автомобильной аварии. Мать парнишки умерла от болезни, когда тому еще и года не было, поэтому воспитанием занялась бабушка по отцовской линии.
Когда Питу исполнилось восемнадцать, Корн забрал его в качестве уплаты долга и сделал из него телохранителя. Кхун прослезился от такой душераздирающей истории, а затем поведал свою. Парнишка очень удивился откровениям старшего и на пьяную голову до конца так и не понял, правду ли тот ему сказал. Однако он поразился, насколько открыто и искренне Кхун общался с ним, так, будто всегда был нормальным парнем без всякой придури. Улыбка хозяина показалась Питу очаровательной, а эти глаза излучали такую нежность, когда смотрели на него.
— Пит, могу я спросить у тебя кое-что личное? — спросил Кхун, наливая очередную порцию вина в бокалы.
— А валяй, — ответил тот навеселе.
— Тебе нравятся девушки?
— Хм, не знаю.
— В смысле? У тебя никогда не было отношений?
— В школе нравилась одна, но она меня отшила и больше я ни на кого не смотрел. Потом я попал сюда и так погрузился в работу, что стало не до отношений.
— Врунишка, как же ты тогда справляешься со своим возбуждением?
— Как и все — дрочу по ночам.
— Ой, а ты оказывается, шалун. Небось мозоли на руках натер, а?
— Мозоли? — парень озадачено посмотрел на свои руки, а затем показал их другу с довольной моськой. — Не, мозолей нет, смотри сам.
— Вижу, ну, а кого ты представляешь, когда занимаешься такими вещами?
— Хм, дай-ка подумать.
Пит сосредоточил свое внимание на бокале с вином, пытаясь вспомнить подробности, а затем, внезапно покраснев, одним махом выпил все до дна. Кхуна очень заинтересовала такая реакция и он спросил:
— Ну, что вспомнил?
— Эмм, нет, — ответил тот.
— Да ладно, я же вижу, как ты засмущался. Колись, это кто-то из наших парней?
— Нет, что ты!
— Пит, давай на чистоту. В нашем доме нет девушек, ну, кроме старой поварихи, зато парней хоть отбавляй и большинство из них очень даже привлекательные. Поверь, нет ничего плохого в том, что тебе понравился один из них.
— Правда?
— Ну, конечно.
— А разве это не выглядит ненормальным со стороны?
— А ты что осуждаешь отношения Порша с Кинном?
— Нет, но просто я, наверное, еще не привык к этому и не представляю себя на его месте.
— Вот и правильно, даже не думай это представлять.
— В смысле?
— В том, что Кинн выбрал Порша, а на тебя пусть даже не засматривается. Ты — мой во всех отношениях, понял?
— Эмм, не совсем, поясни.
— Мне плевать на кого ты там дрочишь ночами, я тебя никому не отдам!
Старший завелся с полоборота и махом выпил содержимое своего бокала. Пит офигел от услышанного, но из-за алкоголя туго соображал, поэтому спросил:
— Эй, ты чего так разнервничался? Меня никто не забирает у тебя, да и кому я нужен здесь? Не знаю, почему ты назначил меня главным, ведь я не справляюсь со своими обязанностями и вечно проваливаю задания. Знаю, что телохранитель из меня никудышный, поэтому я здесь никому не нравлюсь.
— Это неправда. Ты мне нравишься, поэтому ты мне нужен больше чем телохранитель и друг.
— Правда и как давно?
— Уже очень долгое время. Я боялся признаться тебе, думая, что ты не поймешь и осудишь, но больше не могу сдерживаться. Когда ты рядом, вот так как сейчас, мое сердце трепещет от нежности, и я хочу поцеловать тебя, но не знаю, как ты к этому отнесешься.
— Я не против.
— Я боюсь оттолкнуть тебя и… Что? Повтори, что ты сказал.
— Я сказал, что тоже хочу этого.
— Пит, ты не шутишь?
— Какие уж тут шутки, если у меня встает каждый раз, как я вспоминаю о твоей попке в обтягивающих штанах.
— Так, значит, я тоже нравлюсь тебе?
— Эмм, мне стыдно говорить об этом, но, когда я с Армом сопровождал тебя в ночной клуб, ты резко остановился и нагнулся, чтобы завязать шнурок на ботинке. Я тогда еле успел среагировать и остановился в миллиметре от тебя, но ты буквально уперся в мой пах. Скажи, ты ведь сделал это специально тогда, да?
— О, да, я не мог упустить такой возможности, чтобы подразнить тебя и мне понравилось то, что уперлось в меня.
— Кхун, я тогда полночи провел в туалете, пытаясь успокоиться, но ты так вызывающе танцевал, что мне приходилось прятаться за стойкой бара, чтобы скрыть свое возбуждение.
— Пит, я очень счастлив, что мы наконец-то все прояснили, а теперь иди ко мне.