Паргелий. Разрезая время

      Вчера мои эмоции зашли слишком далеко, и я прекрасно понимала это, но… я не жалела. Ни на грамм.

***

— Мам, пап, я кое-что приготовила вам! Убегаю к Вете, ужинайте без меня! Впопыхах натягивая ботинки, крикнула родителям из прихожей. Послышались тихие шаги. Мама опёрлась о дверной косяк и посмотрела на меня. Я вопросительно на неё. — Мне не хватало этих твоих слов. Слабая улыбка растянула ласковые мамины губы. С бесконечной нежностью и счастьем она смотрела на меня. Я улыбнулась ей в ответ. — Всё, беги. Опаздывать нехорошо. Я закивала и, накинув куртку, вышла на улицу. Водитель уже ждал у ворот. Быстро добежала под снегопадом и устроилась в теплой машине бизнес класса. Бодро назвала адрес и закрыла перегородку. Теперь я осталась наедине с собой. В окне проносились улицы любимого и родного Берна, но перед моими глазами видео-журнал Беллы. Все эти дни раз за разом пересматривала его. Каждый грёбанный день по несколько раз. Когда возвращалась с магазина, перед завтраком, ужином, после душа. Вновь и вновь я смотрела как медленно становлюсь мертвой, лежа на той кушетке. Мозг постепенно осознавал и принимал произошедшее. Я ясно понимала, что приду в норму. Мне просто нужно время. Время… Я дала себе неделю на восстановление, страдания и всё такое, а потом собиралась попросить Алсу собрать мои вещи и отправить сюда. Папа с мамой с болью смотрели на меня, но были рады, что я медленно, но верно, прихожу к решению остаться в Берне. Клиника Доминика, действительно, была классная, с хорошими условиями для работы. К тому же один из филиалов рядом с любимой кофейней в центре. Я могла бы забегать туда перед работой или ходить на обеденный перерыв с коллегами, или всё вместе… А вечером вместе с папой возвращаться в тёплый домой, где мама накрывала на стол. Подобные мысли одновременно успокаивали и ранили. Очень сильно, безумно и бесконечно ранили… Но я пыталась принять и радоваться им. Однако растерянность то и дело растекалась по телу. Я улыбалась маме, весёлым тоном звонила Вете, а внутри просто умерла… как на видео. Машина плавно подъехала к ресторану и остановилась. Я вытерла слёзы с щёк и поспешила на выход. — Veta! Впервые улыбнувшись за несколько дней, я прижала подругу к себе. Вновь приходилось сдерживать слёзы, но в этот раз отчасти от радости. Я написала ей и сообщила, что нахожусь в Берне. Мы тут же решили встретиться, и сейчас уже несколько часов сидели и болтали. Она всё рассказывала и рассказывала мне о себе, о новом в жизни, а я сидела и слушала с искренним интересом. О себе мне было говорить сложно. Особенно вспоминая расставание с Яном. Но пришлось. — Да… Ситуация, — ответила подруга. — Но… ты уверена в своём решении? Я кивнула, а потом отвела взгляд и в последствии опустила голову. Вета вздохнула. — Когда ты рассказывала об этом… да, тебе сейчас грустно и больно, но ты никогда, ни о чём не рассказывала так. Ты просто подумай об этом хорошенько и помни, что я тебя всегда поддержу. И нет правильных и неправильных решений. Есть твой выбор. Слабая улыбка появилась на губах. Подруга коснулась моей руки и похлопала и плечу. — Всё будет супер. Я выдохнула и положила голову на стол. Мне открылся вид на пешеходную улицу, где мы некогда гуляли с Ветой. Тогда море, казалось, по колено, а сейчас я была утопленницей в нём. Мысли сжирали изнутри и безжалостно царапали сердце до крови. Ещё и этот крик «Я Аля!» — каким образом эти два слова вообще вырвались из моего рта. Как повернулся язык и создал эти звуки. — Lass uns spazieren gehen, und du wirst mir mehr über deinen neuen Job erzählen. Вдруг встрепенулась я и улыбка озарила губы.

***

Почти за год главная улица совсем не изменилась. От того волшебного вечера с медленно падающим снегом её отличала погода — солнце находилось в зените и не имело вокруг себя ни одного облака. Я вдруг остановилась и оглянулась. Кончики пальцев странно закололо. Четырёхэтажные старые дома, огромное количество людей вокруг, запах тмина и базилика, а ещё вдалеке часовая башня. Кажется, часы на ней замерли и больше не двигались. Яркая вспышка воспоминания пронзила голову и заставила пошатнуться. Вета испуганно подхватила меня, но я не упала — лишь присела на корточки, схватившись за виски. «Громкий смех огласил и так шумную улицу. Мою холодную ладонь сжимала чья-то теплая, почти горячая. Я всё ещё не различала лиц вокруг. Меня приобняли за талию, пока мой весёлый голос говорил мечты и планы. — А если мы добавим функцию поддержания температуры тела? — Это будет сложно, — сказал голос слева, но сжал руку сильнее. — Можно попробовать зайти со стороны вегетативной нервной системы. — Та-а-к. Опять вы про работу. Нам надо отдохнуть! Заходим. Мы повернули налево и зашли в ресторан. Пространство мягко окутал теплый, перечный и слегка лимонный аромат.» Руки задрожали. Я разомкнула глаза и подняла глаза. Аккуратная вывеска ресторана возвышалась надо мной, я с ужасом взирала на неё, пока нос вдыхал тот самый запах. Глаза намокли, но пока слёзы крепко держали границы, не переходя на щеки. — Что с тобой? Ты слышишь меня? Вета взяла моё лицо в руки, заставляя посмотреть на неё. Я растерянно кивнула и встала. Несколько глубоких вдохов вернули в реальность. Округлые камешки, складно прижимались друг к другу. Они все намокли от снега, что всё падал и падал. На носок моего ботинка плавно приземлилась снежинка. Сейчас я так чётка могла её разглядеть и делала это с неподдельным интересом, всматриваясь в белые линии. Взгляд нехотя оторвался от брусчатки и слишком медленно поднялся наверх, вновь встречаясь с башней. Стрелка часов мерно продолжала движение. Я судорожно выдохнула и наконец призналась: — Моё место не здесь. Ich muss dringend zurückkommen, — второе было сказано уже Вете.

***

Тихий щелчок двери моей комнаты я не слышала неделю, но по ощущениям — месяц. Было приятно вернуться сюда, хотя и странно. Внутри всё обрывалось, однако строилось новое, но что конкретно мне было неизвестно. В темноте пространство горело светом только окно. Не разуваясь, я тихо подошла к нему и одернула штору. Хотелось увидеть паргелий вновь, но солнце в одиночестве медленно заходило за горизонт. Я поджала губы и отвернулась. Покрывало было немного смято на аккуратно застеленной постели. На месте смятого в тот день сидел Глеб… Я грустно улыбнулась и шмыгнула носом. Однако воспоминания о друге, навели мысли на другого человека. Я задумчиво нахмурилась, а потом открыла мессенджер. Алиса: завтра в кофейне в девять.

***

— Пропустила всю неделю учебы, а теперь ещё и на первую пару не пришла, — Алсу возмущенно высказывала мне, пока я искала нужную книгу в справочнике библиотеки. — Да. И сама знаешь причины всех этих поступков. — Но ты же не будешь бегать от Яна всё оставшееся время! — Су! — не выдержав, развернулась к ней. — Ты орёшь на всю библиотеку. И… вообще не знаю будет ли это оставшееся время… Она раздраженно выдохнула и ушла к нашему столу. Я нашла книгу и пошла за ней. Подруга медленно потягивала кофе. — Я не буду от него бегать. Сегодня же пойду и поговорю. И на пару с ним тоже не пошла по этой причине. Чтобы без лишних переглядыва… — Привет. Что я пропустил? — Глеб выскочил из-за угла, бросил свой рюкзак на пол возле стола и сел, глядя то на меня, то на Алсу. — Эффектное появление, — едва ли не сквозь зубы произнесла Су. — Понятно, ты не в духе. Ну, а ты, прогульщица и разбивательница сердец? — брюнет повернулся ко мне и поднял руку, дабы взъерошить мне волосы, но я заблаговременно остановила. — Откуда ты знаешь? — Чуть-чуть услышал разговор Яна и Беллы. Если ты хотела, чтобы Ян не знал о твоём возвращении, то и на лекции Беллы тоже ходить не надо было. Да и в целом касаться своим браслетиком каких-либо пропускных систем в кампусе. Я мрачно посмотрела на него. Тишина библиотеки ударяла в уши. — Что-то ты какая-то напряженная. Н… — Не смей это говорить, — грозно предупредила его. Глеб едва сдержал смех, упираясь губами в кулак. — Так, хватит вам. Нам надо заняться делами, потом пошутите про неделю без… — Су!

***

Сегодняшняя поздний вечер по-особенному холодно встретил пронизывающим ветром. Казалось, что браслет совсем перестал работать. Я шла по тропинкам, но утопала в снегу. Зонт тоже особо не помогал. По пути я не встретила знакомых, а в библиотеки не горел свет в том самом окне у любимого столика Яна. Увидев полностью пустое здание, стало легче. Облегчение вырвалось выдохом. Не смотря на снег, я быстро дошла до места назначения. Как обычно тут не было ни души, кроме одного блондина, но он то мне и нужен был. Я заказала кофе у робота и села напротив Ноаха. — Я был удивлён, увидев сообщение от тебя. — Перейдём сразу к делу. Ты хотел быть моим союзником. В чём именно? Какие у тебя отношения с Леей, что ты готов предать свою сестру. — Во-первых, она лишь двоюродная, а, во-вторых, у нас с ней в характере есть одна черта — мы оба достаточно бесчувственные. Поэтому мне несколько плевать на неё. У меня свои планы. — Сейчас ты хочешь быть на нашей стороне, но, если тебе будет выгодно, то ты предашь и нас? — Я Лее ничего не обещал, чтобы предавать, поэтому, — он пожал плечами и вскинул руками. Я забрала свой кофе под его дальнейшие слова, — и я не на вашей стороне. Я на стороне своих планов. Вот и всё. Задумчиво закусила нижнюю губу, внимательно смеряя его взглядом. Голубые глаза сверкнули в темноте загадкой и чем-то ещё. — Что ты знаешь об Але Фрязиной? — Ты позвала меня сюда, чтобы спросить о бывшей своего парня? Ноах усмехнулся, а его поза стала более расслабленной. Я раздраженно поджала губы, а взгляд приобрел суровость и строгость. Заметив реакцию, он поднял руки а-ля «сдаюсь» и сказал: — Просто шутка. — Рассказывай. — Да знаю, как и все приближенные. Думаю, твой дружок Глеб тебе и так уже всё рассказал. Я сложила руки на груди, продолжала сверлить его взглядом. Желваки заходили по его лицу. Маска дружелюбия слетела. Теперь парень тоже смотрел на меня серьёзно и цепко. — Я бы посоветовал не лезть в это и просто дать Яну самому разобраться с Леей. Тебе и так досталось уже, — его взгляд коснулся моего правого запястья. — Но я вижу, что ты не остановишься. — Ага. — Я не знаю много об Але. Тебе действительно лучше спросить Яна или типа того. Знаю только, что у Леи конкретно скрипят зубы, когда слышит её имя. Я не очень понимаю этого, Али давно нет. На что злиться? Она уже в прошлом. — Давно нет, — задумчиво повторила за ним. — Да. Поэтому и твой интерес к ней у меня тоже вызывает вопросы. Или просто Ян всё ещё не отпустил её? Скажи честно, он произносит её имя, когда… Угрожающе я сняла крышку со стаканчика с кофе. Ноах осёкся и решил не продолжать фразу. Однако лукавый взгляд приблизился ко мне, а губы усмехнулись. Я спрятала злость в глотке напитка. — Ты слишком мало знаешь, чтобы говорить такой бред. — А ты, значит, больше знаешь, но почему-то спрашиваешь у меня. — Это всё, что тебе известно? — Ну, Лея ещё рассказывала об украшении, что она постоянно носила. Сестра перевернула весь институт в первые годы после её исчезновения в его поисках, но так и не нашла. — Что в нём такого особенного? И как он выглядит? — Как выглядит не знаю. С помощью его можно продать технологии изготовления браслета и всего остального. Он разблокирует какие-то системы, коды и можно продать патент. Собственно, Ян и Лея за это сейчас и грызузтся. У них гонка. Кто первый сломает систему без украшения. — Ясно… — задумчиво отпила из стаканчика. — Прости, если ты хотела энциклопедию, то это точно не я. Сплетни у нас любят, но то, что хочешь ты, обсуждают в слишком узких кругах. — Ничего, ты пригодишься мне в другом, — на губах неожиданно появилась улыбка, а в глазах нехороший блеск. — К вашим услугам, мисс Фогель. Блондин улыбнулся и встал, намереваясь уйти. Я встала за ним. Неожиданно он развернулся и одним шагом оказался рядом. От неожиданности я задержала дыхание. Ноах прикоснулся к моему плечу, которое я тут же отдернула. Парень усмехнулся. — Я просто хотел ещё раз сказать, чтобы ты была осторожней. Это я тебе просто как человек говорю. У моей сестры иногда конкретно сносит крышу. Если она узнает, что после всего ты снова здесь… Моё напряжение сменилось неожиданно догадкой и энтузиазмом. Глаза вновь заискрились. — А это идея, — я вскинула голову, посмотрев на Ноаха. — Случайно не знаешь где она сейчас?

***

Секретаря в приемной, конечно, уже не было, но за дверью кабинета ректора слышались голоса. Я тихо подошла. Стоило пальцам коснуться холодного железа ручки, как сердце застыло, а в легких стало щекотно. Всполохи пламя щекотали изнутри. Я нажала на ручку дверь и настежь распахнула. Духота и запах ванильных сигарет тут же врезались в нос. Я подавила чувство отвращения и устремила свой взгляд на виновницу этого визита. Лицом к окну стояла фигура в строгом пиджачном костюме винного оттенка. За столом же вдруг оказалась Маша с планшетом в руках. Она удивленно посмотрела на меня. Я мило улыбнулась ей. — Кто такой неразумный, что даже не постучался? Послышался раздраженный и уставший голос Леи, а потом она развернулась. Напряжение прошлось по всему её телу, пальцы впились в несчастный стилус, что был у неё в руке. Я сделала несколько шагов внутрь. — Прошу прощения. Я всего на минуту. — Надеюсь, что-то важное, — она смерила меня неприятным взглядом, пока я делала шаги навстречу к ней. — Да. Хотела сообщить, что ваша бывшая подруга снова здесь. Хищная улыбка сама по себе расползлась на губах. Лея отшатнулась, не ожидая таких слов. Она давно начала подозревать, но до этого явных подтверждений не было, а теперь… — Оставлю небольшую затравочку. В этот момент руку Леи пронзил удар тока через браслет. Её крик ударился уже мне в спину. Маша тут же соскочила со стула, пытаясь помочь ей, но ток прекратился, как только я пересекла порог приемной. Теперь в мою спину летели различные маты, но я уже их совсем не слышала. Ночь стремительно накрывала Северный, а во мне разгорелось настоящее пламя. Под этими мириадами звёзды я чувствовала себя самой ярко горящей. — Здесь моё место, — тихо прошептала в ночную гладь. Есть одна фраза «То, что мертво, умереть не может». Так и я не могу вдруг стать утопленницей в море, что было по колено, ведь я уже много лет считаюсь всеми мертвой.