«Let it stay»

Глава 8. Миша проснулся от того, что кто-то легонько тряс его за плечо. При детальном рассмотрении "кто-то" оказался сияющим довольной улыбкой Русланом, который уселся на полу рядом с Мишкой, скрестив ноги по-турецки, и долгим взглядом уставился на него. - Доброе утро, - сказал он, глядя на зевающего Мишу. - Я тут завтрак нам сообразил. - Ммм, завтрак в постель, - протянул Кшиштовский, подмигивая парню и садясь в спальнике. Местные спальники были теплее, чем те, что им выдали на Восстания, поэтому футболку Миша предусмотрительно снял - провоняет ещё пОтом, а когда представится возможность выстирать одежду - одному богу известно. Теперь, сложенная стараниями неугомонного чистюли-Руслана, футболка лежала с другого края палатки, хотя Миша точно помнил, что положил её рядом со своим спальником. - Руслан, подай, пожалуйста, футболку, - попросил он, высовываясь верхней половиной тела из спальника и умоляюще глядя на Усачева. Тот долгим взглядом скользнул по Мишиной груди, а затем потянулся за футболкой и протянул её другу. - Спасибо, - улыбнулся тот. - А что у нас на завтрак? - А у нас тут много вариантов? - хмыкнул Руслан. - Что дали, то и принёс. Подождав, пока Миша оденется, парень протянул ему уже открытую банку с тушенкой и отварной картошкой. Миша принялся за еду, изредка бросая взгляды на Усачева, а затем спросил: - А эти двое там чего? - Спят ещё, - пожал плечами Руслан. В голосе парня зазвучало какое-то напряжение. Что-то явно было не так, только Миша не мог понять, что именно. - Рус, что-то случилось? - Да нет, всё в порядке, - соврал Усачев. - Слушай, Миш, там у Юры в рюкзаке ещё два бутерброда остались, ты не мог бы принести? А то у меня тут... дела. - Какие дела? - вскинул брови Миша. - Ну... я тут... Короче, в сумку кое-что переложить надо. Кшиштовский пожал плечами, а затем встал, отложив банку с недоеденной едой в сторону, и вышел из палатки. Он искренне не понимал причину резко изменившегося настроения Руслана, ведь ещё десять минут назад тот разбудил его обезоруживающей улыбкой, способной мёртвого воскресить, а потом... испугался он чего-то, что ли? "Всё, - решил Миша. - Как только я заберу эти чёртовы бутерброды, я обязательно допытаюсь у него, что там случилось." Как только Миша вошёл в палатку своих друзей, он увидел нечто странное. В их с Русом палатке спальника точно было два. Юра же с Артуром почему-то размещались в одном спальнике на двоих, хотя второй лежал буквально в метре от них. Да и сама поза обоих парней была вполне даже компрометирующей - Юра лежал на боку, уткнувшись носом в шею Артура, из спальника торчала его обнаженная рука, нашедшая место на талии парня, а сам Никель явно не имел ничего против, обнимая Дегтярёва и улыбаясь чему-то во сне. Кшиштовский опешил. Конечно, в каждой шутке есть доля шутки, да и к пидорасам Миша всегда относился... не хорошо и не плохо, скорее, параллельно, но узнать такое о своих друзьях, единственных, кроме Руслана, людях, которые остались рядом с ним, было... мягко сказать, странно. Решив не заморачиваться с поиском бутербродов и взяв рюкзак, Миша выполз из этого "рассадника педерастии", и буквально бегом побежал обратно к Усачеву. - Принёс? - отрешенно спросил он. Миша молча поставил перед ним рюкзак и смог выговорить одно-единственное слово: - Там... - Ты видел, да? - вздохнул Руслан. Кшиштовский кивнул, машинально зарываясь пальцами в волосы и ероша их. - Блядь... Ну... Блядь! - только и смог выдать он. - Я, конечно, не гомофоб, но... Руслан, тебе тоже кажется, что... Дальше Миша продолжать не стал, но Усачев кивнул головой, соглашаясь с Мишиными догадками. - Вот то-то и оно. Странно всё это как-то. - Может, это просто совпадение? Мало ли что во сне сделаешь, - пробурчал Кшиштовский. - Ты сам в это веришь? - мрачно усмехнулся Руслан. Отрицательный кивок Миши послужил лучшим ответом на его вопрос. - И что нам делать? - Сделаем вид, что ничего не заметили, - ответил петербуржец. - Лучше мы об этом забудем, чем начнём выяснять отношения и потеряем друзей. Миша кивнул, погружаясь в свои мысли. Где-то в глубине души точился маленький и очень голодный червячок сомнений. "Быть может, - надеялся Миша, - это просто совпадение? Может, они вообще решили над нами подшутить, а мы тут панику развели и рано их в пидорасы записали". Так или иначе, до пробуждения друзей нужно сходить в душ, а там уже можно будет попробовать поговорить с Юрой. В конце-концов, настроен Миша будет вполне дружелюбно, может, Дегтярёв посмеётся и скажет, что всё это просто неудачная шутка. А если и нет, то бить он его уж точно не будет. С этими мыслями Миша вышел из палатки, направляясь к служебным помещениям. Подождав, пока из душа вылезет какая-то девчонка, Миша заперся на щеколду и начал раздеваться. Душ принёс облегчение, но ненамного - скорее всего, Кшиштовского продуло, и теперь всё тело безбожно ныло, пытаясь свести своего хозяина с ума. Выключать тёплую воду в таком состоянии было подобно смерти, но из душа нужно было вылезать. Закончив с водными процедурами, Миша застыл перед зеркалом, думая, стоит ему бриться или нет. С одной стороны, дело это парень ужасно не любил, с другой - когда ещё подвернётся такая возможность? В итоге здравый смысл перевесил лень, Миша плюнул и решил сходить за бритвой. И когда он открыл дверь, он чуть за сердце не схватился от неожиданности - за ней, прислонившись к стене и зевая, стоял растрёпанный Артур, держащий в руках чистую одежду, лак для волос и расчёску. - Доброе утро, - зевнул он, глядя на Кшиштовского. - Доброе, - протянул тот, застыв в дверном проходе. Мишу охватил какой-то ступор, ему казалось, что он больше не сможет пошевелиться под пристальным взглядом его каре-зелёных глаз. - Может, ты меня пропустишь? - спросил Артур. - А, да... Стой, подожди, - опомнился Миша. - Я спросить хотел... - Если ты о том, что ты видел сегодня утром, то я хочу сказать тебе только одно - во-первых, обсуждайте нас, пожалуйста, потише, а во-вторых... Я, конечно, ничего плохого против тебя и Руслана не имею, но что делать со своей личной жизнью я придумаю сам. А вы думайте, что вам делать с вашей. С этими словами Артур захлопнул дверь душа перед Мишиным носом, оставив его наедине с застывшим на губах вопросом: "Почему это нашей?!". Но по ту сторону ванной во всю лилась вода, а сам обладатель хитрых глаз и ныне растрёпанной шевелюры во всю пел какую-то песенку, кажется, из репертуара своей теперь уже бывшей группы. Кшиштовский вздохнул, отгоняя мрачные мысли, и с видом, как можно более уверенным, направился к палаткам. Руслан сидел около выхода и утрамбовывал вещи обратно в сумку. - Зачем ты их вчера вытаскивал, если сегодня снова упаковываешь? Усачев перевёл на него взгляд, а затем покачал головой. - Сумки просушить нужно было. - То есть... - Я подумал, вдруг Лёшины "сувениры" намокнут, - перебил он. Миша покачал головой и уселся рядом с другом. - Они так прикололись, - выпалил Миша, кладя руку на плечо Руслана. - Я Артура видел, когда из душа выходил. - Он мне рассказал. Усачев удивлённо посмотрел на друга и кивнул головой. - Хорошо, если так, - сказал он, утыкаясь обратно в сумку. Почему-то Мишу не отпускало ощущение, что Руслан ему не поверил. - Тебе помочь? - Да, принеси из палатки одежду. И поаккуратнее с крайней стопкой... Там оружие. - Я понял, - вздохнул Миша. Какое-то странное чувство с самого утра грызло Кшиштовского изнутри. Он не понимал, что именно это было, но оно ему явно не нравилось. Лишь бытовые дела как ничто другое отвлекали от насущных проблем, поэтому мысли о том, что его друзья - чёртовы гомосеки, вскоре были вытеснены кучей внезапно образовавшихся дел. Проще было не думать. Проще было принести Руслану вещи, а затем пойти будить Юру. Сходить за едой на пункт раздачи, а затем долго укладывать вещи в свой рюкзак, пытаясь утрамбовать их так, чтобы оружие лежало сверху, но с первого взгляда видно его не было. Проще было думать о том, что до выхода остался какой-то час. Сложно стало позже, когда Миша понял, что не хочет сталкиваться глазами с Русланом, чтобы тот не прочёл там ничего лишнего. Ту тоску и безнадёжность, которую почему-то испытал Миша, как только до него дошло, что имел в виду скрывающийся в душевой Артур. - Эй, что-то случилось? - спросил Юра, присаживаясь на корточки рядом с Кшиштовским и обеспокоенно глядя на него. - Ты какой-то странный сегодня. - Не выспался, - отмахнулся Миша. - Да и позвоночник болит чего-то. Надуло, наверное. - Ничего, скоро это всё кончится, я обещаю, - сказал Юра. - Пойдём к начальнику, скажем, что мы уходим скоро. - Почему я? - удивился Миша. - Артура возьми. - Нет, тебе я в этом плане больше доверяю. Ты ничего не ляпнешь, - улыбнулся Дегтярёв. - Окей, - кивнул Миша, вставая с пола и кидая взгляд на сумку. Брать её с собой явно не стоило, а вот закрыть на всякий случай было нужно. Миша быстро застегнул молнию и последовал за рванувшим вперёд Юрой, догоняя его и пытаясь идти в ногу с ним. Кабинет заместителя начальника станции находился почти в самом конце коридора, дверь в него вела самая неприметная, в полутьме Миша вообще не сразу заметил, что она существует. Юра постучался, и когда с той стороны послышалось: "Войдите", решительно потянул ручку двери на себя. Заместитель начальника, сидевший в кресле и уткнувшись в какие-то списки, лежащие около него, перевёл взгляд на парней и удивлённо вскинул брови. - Ну здравствуйте, мальчики, - улыбнулся он. - Что привело? - Мы уходим, - сказал Юра. - Сегодня? - Да, через час выдвигаемся. - Я вас, в общем-то, не держу, - удивлённо отозвался мужчина. - Но почему так рано? - Не хочу, чтобы у вас из-за нас были проблемы, - просто ответил Юра. - Я, конечно, не знаю, будут нас искать или нет, но если будут... Лучше, если мы спрячемся подальше. - Ну, как хотите, - пожал плечами он. - Значит, не скажете мне, куда вы идёте? - Наверное, нет, - нахмурился Юра. - Скажу только, что пока идём на Сенную, а там посмотрим. - Ладно, - кивнул мужчина. - Хотите пару спальников вам с собой дам? - Лишний груз, - отрезал Юра. - Вдруг, что. Предупредите своих постовых, что мы уходим скоро. - Предупрежу. Тогда удачи вам, ребятки, - кивнул головой он. - Надеюсь, что ещё увидимся. - До встречи, - попрощался Дегтярёв и выскользнул из кабинета, утаскивая Мишу за собой. - Зачем я вообще тебе нужен-то был? - спросил он. - Пытался чертежи рассмотреть, пока он на тебя отвлекался, - честно признался Юра. - Я же молчал. - Он всё равно на тебя смотрел. Мне хватило, я, наверное, понимаю, что они здесь держат. Миша уставился на друга, а затем едва увернулся от резко открывшейся двери туалета. Какой-то мелкий пацан, выскочивший из неё, обернулся на двоих парней и, мерзко хихикнув, скрылся из вида за дверью, ведущей на платформу. - Блядь! - матюгнулся Миша. - Чуть не угробил, засранец! Так что там, Юр? - Я потом расскажу, - вздохнул Дегтярёв. - Вот выйдем отсюда, и я выдвину свою гипотезу. Только бы она оказалась ложной. Кшиштовский замолчал, с мрачной решительностью следуя за Юрой. - Все собрались? - спросил Дегтярёв, как только они подошли к болтавшим о чём-то Никелю и Руслану. - Давно уже, - зевнул Никель. - А что? - Тогда выдвигаемся сейчас. - Эй, у нас же ещё полно времени, - попытался возразить Артур, глядя на наручные часы. - Выходим сейчас, я сказал. Спорить Артур не рискнул. Похватав сумки, парни спустились на пути и пошли вперёд. С этой стороны туннеля стоял точно такой же пост, как и с противоположной, только солдаты были другие. Мимо них парни прошли молча и не останавливаясь, и лишь несколько сотен метров спустя, Руслан решился подать голос: - А к чему была такая спешка, Юр? - На всякий случай. Если за нами уже идёт погоня, к тому моменту, как они дойдут до Гостинки, нам лучше быть подальше отсюда. - Почему? - спросил Артур. - Чертежи в кабинете начальника... Там вентиляция, по которой установлены какие-то штуки. По-моему, они рассеют какую-то отравляющую дрянь по туннелю, если случится что-то, из ряда вон выходящее. Причём по обоим направлениям. По-хорошему, мы должны были уходить ещё вчера. Чёрт, если бы я знал... - Всё будет нормально, Юр, - твёрдо сказал Артур. - Нужны мы им. Мне кажется, про нас уже и думать забыли. Дегтярёв вздохнул и промолчал, погружаясь в свои мысли. Миша шёл рядом с ним, подсвечивая путь фонарём и пытаясь не навернуться и не споткнуться о шпалы. Артур с Русланом шли позади, заставляя Мишу то и дело оглядываться, проверяя, не отстали ли они. Нечто, совсем из ряда вон выходящее, случилось уже позже. Те полчаса, которые ребята провели в туннеле, казалось, сказались на каждом из них. В какой-то момент Мише показалось, что мысли в его голове принадлежат не ему, а кому-то другому. Верить в это было бы просто глупо, поэтому Кшиштовский списал всё на усталость, ощутимо потряхивая головой каждый раз, когда мысли комкались в одну густую кашу и переставали принадлежать Мише. Первое время эта нехитрая махинация помогала, но время шло и избавиться от странного ощущения было всё сложнее. В какой-то момент Миша, боясь, что он попросту потеряет сознание, резко выдохнул и отчётливо произнёс про себя слово "ХВАТИТ!", искренне надеясь, что самоубеждение не подведёт его и на этот раз. Как ни странно, это сработало, и уже несколько минут спустя Миша шёл вперёд, радуясь, что мерзкого чувства в голове больше нет. Но в очередной раз обернувшись назад, Миша заметил, что Руслан потихоньку отстаёт от ребят, постепенно замедляя шаг. - Стойте, ребят, - сказал Миша. - Рус, с тобой всё в порядке? Тот плотно сжал губы, будто его тошнило, и кивнул головой. А затем Миша перевёл взгляд направо и понял, что Юра стоит, обхватив плечи руками, и трясётся, то ли от холода, то ли... Догадок, почему это происходит, больше не было. Артур, кажется, тоже заметил состояние друга и взволнованно спросил: - Юр? Ты как? Оба парня молчали, а затем произошло и вовсе странное - Усачев истерично рассмеялся и громко и отчётливо сказал: - Мы скоро сдохнем! - Что? - в один голос переспросили Артур с Мишей. - Это всё - лишь временное укрытие! Мы скоро сдохнем! Радиация просочится сквозь эти грёбанные стены и вот тогда нам всем крышка! Куда вы идёте? Зачем всё это? Это кончится только одним - долгой и мучительной смертью каждого из вас, ублюдки! Хотите помочь - перестреляйте друг друга, умрите, облегчите свои мучения и мучения других! Всё это Руслан говорил почти безостановочно, прерываясь лишь на гулкий смех, отражающийся от стен туннеля. - Что ты несёшь? - выдал Никель, прежде, чем услышал звук падающего тела. Десятой доли секунды ему хватило, чтобы обернуться и увидеть повалившегося на пол Дегтярёва. Он кинулся к Юре, обнимая его за плечи, приподнимая над землёй, щупая пульс и касаясь губами вмиг покрывшегося испариной лба. - Я говорю правду, неужели ты и сам не понимаешь этого?! Памятуя о том, что ещё несколько минут назад в его голове роились чужие мысли, Миша смекнул, что возможно, это не Руслан виноват в происходящем. Виновато было что-то извне, что-то непонятное и пугающее. Не особо надеясь на успех, Миша позвал: - Руслан... Руслан, ты меня слышишь? Русла-ан. Кшиштовский старался, чтобы его голос не выдавал волнения. На секунду в полных безумия глазах Усачева мелькнули обычные огоньки, и этой секунды Кшиштовскому хватило, чтобы понять, что нужно делать дальше. - Руслан. Посмотри на меня, ну же. Это я, Миша. Ты меня узнаёшь? Русла-а-ан. Теперь в глазах петербуржца читалось немое удивление, и Миша был обрадован этим эффектом. - Руслан, всё хорошо. Не бойся, это я. Я сейчас подойду к тебе, только не бойся. Всё будет хорошо, веришь мне? Усачев слабо кивнул, глядя, как Кшиштовский маленькими шагами приближается к нему. А затем, когда парень оказался совсем близко и потянулся, чтобы взять Усачева за руку и обнять его, тем самым прекращая дальнейшее воздействие на него извне, он на секунду замер. И слишком поздно заметил перемену в грустных глазах Руслана, вмиг вернувших всё то безумие, которое Кшиштовский почти выгнал из его головы. - НЕ ТРОГАЙ МЕНЯ! Миша не успел отскочить, когда Усачев подался вперёд и резко толкнул его. Толкнул с такой силой, что Миша отлетел к противоположной стене, больно ударившись об неё затылком и, видимо, зацепив обо что-то футболку - послышался треск надорванной ткани. Вся спина горела, то ли от удара, то ли от того, что вместе с футболкой Миша зацепился за какую-то херовину типа гвоздя, и разодрал себе спину. Но то, что он увидел дальше, заставило его преодолеть шок и почти сразу же вскочить на ноги. Руслан согнулся пополам и затрясся, дрожа всем телом и издавая странные всхлипы. Кшиштовский в считанные секунды оказался возле друга и обхватил его за плечи, заставляя распрямиться. Глаза Усачева были сухими, но сам он трясся так, будто рыдал навзрыд. - Руслан, я здесь. Всё позади, ты слышишь меня? Руслан! Усачев дёрнулся в его руках так сильно, что Миша чуть не отскочил, боясь быть впечатанным в стену повторно. А затем он понял, что отскакивать бесполезно и попросту смирился. Рано или поздно, Руслан придёт в себя и перестанет его бить. А пока его мозгом завладела какая-то хуйня, можно потерпеть. Главное, не сдаваться, главное продолжать звать Руслана, надеясь, что тот услышит Мишин голос. В голове Кшиштовского пронеслось нечто, сродни молитве - он просил лишь о том, чтобы выдержать ещё один удар, не потерять сознание. Но вместо того, чтобы вновь оттолкнуть Мишу, Усачев прижался к нему, продолжая трястись и всхлипывать. - Миша, - прошептал он. - Мишенька... Я не знаю... Что... Что такое... Со мной... - Боже мой, Руслан, - выдохнул Кшиштовский. - Всё позади, веришь? Я здесь, и теперь всё будет в порядке. - Я верю, - вздохнул Усачев, крепче прижимаясь к Мише и касаясь подушечками пальцев раны на его спине. Он всё ещё не плакал, но его трясло, как в лихорадке. - Это... я сделал? - испуганно спросил он, размазывая кровь по пальцам. - Да я зацепился за что-то... В любом случае, это был не ты, Руслан. Это был не ты. - Прости, Миша. Обречённый шепот Усачева тронул Кшиштовского до глубины души. Парень крепче прижал его к себе и гладил по спине до тех пор, пока петербуржец совсем не обмяк в Мишиных объятьях. Лишь тогда он перевёл взгляд на Артура, который бережно прижимал к себе Дегтярёва и укачивал его, будто маленького ребёнка. - Как он? - тихо спросил Миша. - Я думаю, им надо отдохнуть, - взволнованно сказал Никель. - Да и тебе тоже. Юрка хоть не буянил. - Я-то в порядке, - отмахнулся Кшиштовский. Тогда нам надо устроить привал, да? - Ага, - кивнул Артур. - И что это была за херня? - Я не знаю, - пробурчал Миша, кое-как снимая сумку с плеча и опускаясь на землю как можно ровнее, чтобы удержать расслабившегося Руслана на весу. Когда Миша, наконец, привалился к стене и перевёл взгляд на Усачева, тот уже спал, пригревшись в мягких объятьях, ровно как и Юра в кольце рук Артура. - С Юрой точно всё в порядке? - осведомился Миша. - Точно. Пятью минутами ранее он спросил, как там Рус. Волнуется, значит, жив и в своём уме. - Отлично, - слабо улыбнулся Кшиштовский. - Тебе спину нужно обработать, заражение может быть. - Я его не отпущу, - отрезал Миша. - В таком случае, я надеюсь, что они скоро очнутся, - вздохнул Артур. Миша промолчал, надеясь на лучшее.