«Let it stay»

Глава 9. Когда Руслан очнулся и поднял голову, он понял, что сидит на коленях у Кшиштовского, а тот прижимает его к себе. "Что за чертовщина", - подумал Усачев, оглядываясь по сторонам. Судя по всему, они находились в туннеле, но парень совершенно не помнил, что произошло до того, как он отрубился. Он поёрзал, выводя Мишу из состояния глубокой задумчивости, и тот, дёрнувшись, перевёл взгляд, устремлённый в потолок, на Руслана. - Рус, - прошептал он, улыбаясь. - Ты очнулся! - Что произошло? - хрипло спросил он, устремляя взгляд на две сидящие поодаль фигуры, принадлежащие Артуру и Юре. - Ты не помнишь? - удивлённо выдохнул Миша. - Нет, хотя я не напивался. Помню, что мы с Невского уходили, шли по туннелю, а дальше провал. Хотя я вроде даже не пил. - Блядь, - вздохнул Кшиштовский. - Я не знаю, что это было... В общем, ты вдруг стал каким-то другим, нёс всякую околесицу про то, что мы умрём, а когда я попытался подойти к тебе, ты меня в стену впечатал... А потом ты пришёл в себя и отрубился где-то с полчаса назад. - Ты смеёшься? - вскинул брови Руслан. - Он серьёзно, - хмуро отозвался Юра. - Со мной было тоже самое, разве что я не буянил, просто сразу отрубился. И я помню всю эту хуйню, на удивление. Ну, что в это время в мозгах творится. - И что же? - вскинул брови Руслан. - Мысли не принадлежат тебе, ты не управляешь своими действиями. Тобой, как марионеткой, руководит... не знаю, что руководит. А ещё тобой овладевает паника, хочется бежать куда подальше, а в идеале выстрелить себе в голову. Но ты не можешь, потому что ты не управляешь своим телом. Так можно и с ума сойти. Я вот лично под этим ходить не захотел, поэтому потерял сознание. Можно сказать, намеренно. Артур неразборчиво проворчал что-то матерное и пихнул Дегтярёва кулаком в плечо: - Ну ты меня и напугал, бро. Руслан усмехнулся, глядя на возню друзей, а затем перевёл взгляд на так и продолжающего обнимать его Мишу. - Может, ты меня отпустишь? - буркнул Усачев. - А? - нахмурился тот. - А, да, - рассеяно добавил он, расцепляя обвившиеся вокруг талии Руслана руки и помогая ему подняться. - Мы готовы идти дальше? - осведомился Юра. - Да, кажется, - вздохнул Руслан. - Подождите, - сказал Артур. - Мише спину нужно обработать. - Что с ней? - Когда ты его отшвырнул, - пояснил Никель. - Он напоролся на что-то спиной. - Кровь шла, надо рану обработать. - Повернись, - удивлённо сказал Усачев Мише. - Да ладно, пустяки, - отмахнулся тот. - Повернись, Миша, - настойчиво повторил парень. Тот тяжело вздохнул и развернулся спиной к Руслану. Лёгкая куртка Кшиштовского была разодрана, как и футболка под ней. На спине красовалась крайне неприятная рана, покрытая корочкой запекшейся крови. Руслан вздохнул и, подобрав с пола сумку, принялся искать в ней аптечку. Нашлась та довольно быстро, и Усачев начал промывать рану. Миша зашипел и мужественно сжал зубы, позволяя себе громко и неприлично выругаться в моменты, когда терпеть боль было просто нереально. Закончив с Мишиной спиной, Руслан убрал аптечку обратно в рюкзак и поднял Мишину сумку, возвращая её хозяину. - Давай я понесу, - предложил он. - У тебя же спина. - Не пори чепуху, - отмахнулся Кшиштовский. - Справлюсь как-нибудь. Руслан пожал плечами и устремился вперёд по туннелю. Остальные молча последовали за ним. А дальше всё было почти так же, как и в первый раз, когда они пришли на Гостинку - баррикада из наваленных мешков с песком, солдат, нацелившийся в них из автомата, практически идентичные вопросы. На сей раз каждый знал, что нужно врать, но делать этого не пришлось. - Давайте документы, - процедил он. - У нас их нет, - нахмурился Юра. - Отобрали на Восстания. - И я должен тебе поверить? - усмехнулся солдат. - Я могу как-то доказать обратное? - А вдруг ты шпион с Восстания? Вдруг ваши решили захватить Сенную и послали вас, чтобы разведать обстановку под видом беженцев? В словах солдата был смысл. Руслан нервно сглотнул, не предполагая, что бы он делал, будь он на месте Дегтярёва. Юра помолчал несколько секунд, а затем тихо сказал: - Послушайте, мы сегодня же уйдём с вашей станции, нам не нужно задерживаться на ней. - Нет уж, без документов я вас не пущу. Мало ли, что у вас на уме. Мне велено докладывать о каждом, кто собирается войти на станцию, начальству. А у вас даже документов нет. - Просто дайте нам пройти, - настойчиво попросил Дегтярёв. - Можете держать нас под прицелом, да боже мой, делайте, что хотите, но нам нужно пройти через вашу грёбанную станцию! - Значит так, - солдат скривил полное отвращения лицо и взвёл курок. - Валите туда, откуда пришли, или я стреляю. Считаю до трёх. Раз. - Но... - попытался возразить Артур. Юра положил руку на плечо парня и тихо сказал: - Уходим. Руслан потянул застывшего на месте Мишу за руку и устремился вглубь туннеля. Лишь отойдя на безопасное расстояние, парни выдохнули спокойно. - Что будем делать? - спросил Миша, глядя на Юру. - Нам нужно как-то перейти через чёртову Сенную. Я что-нибудь придумаю, - пообещал Дегтярёв. - Юр, - подал голос Руслан. - Если смотреть по карте, то чтобы попасть на Адмиралтейскую, нужно с Сенной перейти на Садовую. Так что задача усложняется. - А если подождать смены караула? Вдруг нас тогда пропустят? - Да у них же инструкция, - отмахнулся Юра. - Хотя стоп. У меня есть одна идея, но она сумасбродная. - И какая же? - вскинул брови Артур. Юра начал говорить, осторожно подбирая слова и стараясь не испугать парней, но Руслану всё равно было не по себе от этого предложения. Мозгами он, конечно, понимал, что это - единственный выход, но принимать его как-то не хотелось. Наверное, сказывалось то, что по-жизни Руслан оставался миротворцем, и его принципы не стыковались с идеей, предложенной Дегтярёвым. - Это единственный вариант? - на всякий случай осведомился он. Дегтярёв кивнул в ответ. - Тогда я согласен. Но это всё слишком рискованно. - Пути назад уже нет, Рус, - вздохнул Артур. - Мы должны туда попасть, а иначе нас попросту перебьют. Следующие пятнадцать минут были отведены на распределение ролей в операции; Юра пытался донести до ребят чётко отлаженный механизм из своей головы, и у него это получалось. Теперь каждый из них знал, что, когда и в какой последовательности нужно делать. Из рюкзаков было извлечено оружие и патроны, а сами парни, наконец, тихо направились вперёд, стараясь сделать так, чтобы даже дыхания их не было слышно в гулком чреве туннеля. Впереди показался тусклый свет, и парни по одному подошли на крайнюю точку - туда, откуда их ещё не было видно, но откуда им самим был хорошо виден пост охраны. Тот самый солдат, находящийся на посту один, поставил ружьё на землю, привалив его к мешку с песком, и отошёл в сторону, чтобы отлить. Юра рванул вперёд и ловким движением впечатал охранника в стену, заломив ему руки. Следом подоспели и остальные; Артур с грозным видом нацелился прямо в лоб ничего не понимающему солдату. - Заткнись и слушай, - зло сказал Дегтярёв. - Мы хотели по-хорошему, но у нас не вышло. - Юра нагнулся, вытаскивая рацию солдата из-за пояса, и покрутил ей перед носом испуганного солдата. - Сейчас ты связываешься с начальником станции, говоришь, что на станцию просится мальчишка с питерскими документами, что он один, безоружный, но тебе нужен сам начальник, чтобы он сам постановил, пускать его или нет. Кивни, если понял. Солдат кивнул. - И без глупостей, - добавил Артур. - Если что - голову тебе снесу. А до этого прострелю оба колена, чтобы помучился. Руслан пытался не смотреть в искаженное ужасом лицо охранника, не слышать его, казалось бы, ровный голос, когда он связывался по рации с начальником, а затем мольбы его отпустить. Руслану хотелось заткнуть уши. Он не хотел во всём этом участвовать, не хотел насилия. Пусть они и не собирались никого убивать, но платить такую цену за то, чтобы просто пройти на чёртову Адмиралтейскую - было слишком. Сейчас Руслан практически ненавидел Дегтярёва и его чёртово упрямство - они могли бы найти любую другую станцию. Какая разница, где жить? Но было поздно. Юра махнул рукой, призывая Мишу и Руслана быть начеку, а сам увёл охранника вглубь туннеля, предварительно заткнув ему рот кляпом. Артур остался подстраховывать парней, но долго ждать не пришлось - впереди показался рассеивающий тьму луч фонаря, и сам начальник станции - грузный мужик лет пятидесяти, обладающий внешностью типичного надсмена, - дошёл до мешков с песком и замер, оглядываясь по сторонам. - Антон, - позвал он. - Ты где? Руслана не насмешило даже нелюбимое им имя, которое носил охранник. Усачев вообще смутно помнил, что было дальше. Артур первым нацелил ствол в голову мужчины, вслед за ним из укрытия выбежали Миша и сам Руслан, скрутили начальника станции и запихнули в рот кляп. Юра вышел из туннеля, волоча за собой того самого Антона, а затем они пошли вперёд. Лестница, платформа, два предупредительных выстрела в воздух, вернее, в потолок, испуганные люди, старающиеся убежать куда подальше, снова лестница - на этот раз переход на другую станцию, снова кричащие что-то люди, брошенный посреди платформы охранник Антон со связанными чьей-то рубашкой руками, снова крики, лестница, ведущая на пути. Второй пост, удивлённый взгляд охранника, не успевшего взяться за ружьё и получившего прикладом от вовремя подоспевшего Артура, и тихий вздох Юры, отпустившего начальника станции и придавшего ему напутственного пинка. - А если бы ваши правила не были такими строгими, а охранники - такими тупыми, ты бы сейчас сидел в своём кабинете, а не уёбывал бы отсюда с изгаженными штанами, - подытожил Дегтярёв в спину убегающему мужчине. - Ребят, нам нужно бежать дальше, а то вдруг что, - тихо сказал Миша. - И желательно, как можно быстрее. - А если нас и на Адмиралтейскую не пустят? - горько усмехнулся Усачев. Он только сейчас как будто вынырнул из-под воды, и теперь к нему потихоньку возвращались способности нормально видеть, слышать и концентрировать своё внимание на нужном объекте. - Захватим власть, - усмехнулся Дегтярёв. - А там уж посмотрим, как быть. Руслан тяжело вздохнул, пытаясь успокоиться и сдержать рвущееся наружу негодование. И тут он вздрогнул - так неожиданно Миша обхватил его запястье своей тёплой ладонью, слегка поглаживая руку большим пальцем. Будто успокаивая. Руслан перевёл на него полный благодарности взгляд и нашёл в себе силы улыбнуться. Кшиштовский молча улыбнулся ему в ответ и кивнул головой. Этот кивок мог значить всё, что угодно, но почему-то Руслану показалось, что Миша хотел сказать, что всё будет хорошо. - Пойдёмте, - сказал Юра, резво шагая вперёд и уводя остальных в длинную кишку туннеля, туда, где кончалось какое-никакое освещение и начиналась беспросветная тьма. И хотя эта тьма и заслонила всё, в том числе и душу, у Руслана был самый мощный на свете фонарь, рассеивающий эту черноту. И фонарь этот сейчас шёл рядом с ним, так и не выпустив его руку из своей.